Пролог

В детстве я очень любила смотреть на звезды. Они завораживали своим сиянием, неизвестностью. Каждую ночь эти огоньки зажигались в небесах и сияли до тех пор, пока не наступит рассвет. Их было сотни, тысячи. Они никогда не гасли. Всегда оставались где-то там, вдали от нас, людей. Словно наблюдали за нами. Со временем я потеряла своё детское очарование звёздами. Окончательно их красота перестала мне казаться чем-то особенным, когда дядя подарил мне большую энциклопедию перед началом первого класса. Я тогда быстро нашла главу про небесные тела. И разочаровалась. Звёзды состояли из водорода и гелия! Ужас. Глазам своим поверить не могла. Всё смотрела на текст и думала, что кто-то решил сыграть со мной злую шутку. Ведь звёзды были для меня чем-то иным, волшебным, неосязаемым. А оказалось, что всё так просто. Водород и гелий, подумать только. С того дня они были для меня лишь небесными телами. И только. Да они были красивыми, далёкими, но понятными. От того и скучными. Почему же я внезапно вспомнила про них, про звёзды? Легко. Они были последним, что я собиралась увидеть в этой жизни. Обстоятельства моей будущей смерти (которая вот-вот должна была наступить) были до смешного банальными. Я попала в аварию. Я ехала с работы, подпевала Лане Дель Рей, а следующее, что я помню, это машина, которая выехала мне на встречку. Я даже руль в сторону повернуть не успела. Последовала вспышка света. А затем оглушительное столкновение. Время словно замедлилось в тот момент. Я понимала, что происходит, но в тот же момент не могла сделать ничего, чтобы помешать столкновению. Все происходило так медленно, но настолько быстро. Я почувствовала себя беспомощной, брошенной. Одной. Меня резко толкнуло вперёд. Я железной хваткой ухватилась за руль, но даже это не помогло мне усидеть на месте. Подушка безопасности резко раскрылась и послышался хруст. Кажется, это был мой нос. Секунда, две, три. Время остановилось. Я огляделась. Лобовое стекло было разбито вдребезги. Его осколки валялись по всему салону автомобиля. Взгляд наткнулся на сумочку на переднем сидении. В голове была только одна мысль. Надо позвонить сестре. Каким-то образом я знала, что, если я сейчас не позвоню ей, я больше никогда не услышу её голоса. Дрожащей правой рукой полезла в сумочку, и чудом мне удалось нащупать телефон. Пароль ввела на автомате. Телефон сестры набрался сам собой, и уже через секунду послышались гудки. Ира не заставила себя долго ждать. — Лена? Привет. Почему так поздно звонишь? — послышался её сонный голос. Точно, сейчас же около десяти. — Я… Я попала в аварию, — дрожащим голосом ответила я. Левой рукой провела по лицу и нащупала как минимум три пореза, из которых текла кровь. — Что?! Лена! Как это случилось?! Где ты?! — перешла на крик сестра. Она наверняка сейчас махала руками из стороны в сторону. Или бродила из одного конца комнаты в другой. — Я еще…— Что-то резко кольнуло под ребром. Я поморщилась и нашла больное место глазами. Осколок. —… в машине. — Скажи мне адрес. Хотя бы приблизительный. Я сейчас приеду. Всё будет хорошо. Всё будет хорошо, — Ира затараторила. Она пыталась успокоить то ли меня, то ли себя. Я была спокойна. Несмотря на парадоксальность этого заявления, я не переживала. В моих глазах медленно начало темнеть. Мир ощущался как сахарная вата. Слишком мягкий, слишком воздушный, слишком пустой. Я заставляла себя дышать. Это было адски больно. Только сейчас я заметила, что каждый раз, как я делала вздох, мои лёгкие горели огнём. — Я… Ира, я люблю тебя, — на глаза начали накатываться слёзы. Я редко говорила сестре эти слова. Мне часто бывало трудно их произнести. — И.. и я люблю Диану. Скажи это ей. И маме. Маме тоже скажи. — Нет! Нет, нет, нет. Лена, слушай меня внимательно. Слушай мой голос. Всё будет хорошо. Понятно? — Я отстегнула ремень безопасности. Удивительно, защёлка не заела. — Сейчас приедет скорая, и ты всё это скажешь мне и моей дочери в лицо. И маме. Ты всё это скажешь. Дрожащей рукой я попыталась открыть левую дверь. Не получилось. — Я тебя люблю, Иришка - мартышка, — произнесла я. Мой голос был слаб. Я чуть ли не хрипела, произнося эти слова. Собравшись с силами, толкнула левым плечом дверь машины. Послышался щелчок. Моих губ коснулась лёгкая улыбка. Я не собиралась умирать в жестяной коробке. — Я тебя тоже люблю. Очень, — Ира заплакала. Слышались ее тихие всхлипы, частые вздохи. У неё была истерика. Я растворила дверь и чуть ли не на корточках выбралась из салона автомобиля. Всё это время передо мной стояла задача - удержать телефон в правой руке. Так не хотелось умирать в одиночестве. У меня ведь помимо семьи никого и не было. Только сестра, мать и племянница. Была ночь. Я улеглась на дорогу и положила рядом со своим ухом телефон, не забыв включить громкую связь. — Как Диана? — удалось мне выдавить из своего горла слова. — Она… Лена, что ты делаешь? — Диана. Как она? Мои глаза смотрели на ночное небо. На нём сияли звёзды. Яркие. Они ослепляли. Я заморгала глазами. — Она.. Сегодня она вылила мне на волосы яблочное пюре. Знаешь. Такое бывает с детьми, когда им не нравится еда. — Ты пробовала ей давать пюре с индейкой? — Она не любит мясо. — Горошек? — Надо попробовать. Глаза начали слипаться. Из горла вырвался сухой кашель. — Расскажи мне ещё что-нибудь, — попросила я. Звезды сияли всё ярче и ярче. Они слепили глаза. И я медленно начинала их закрывать. Лишь бы больше не видеть ослепляющего света. — Антон сегодня вернулся с работы и отвёз меня в ресторан. На свидание. Такого не было со времен нашей свадьбы. Диана осталась у его родителей… Я начинала засыпать. Боль одолевала меня. Не было сил терпеть мучения. —… А ещё неделю назад Диана чуть не оторвала соседской кошке ухо. Представляешь? Крику-то тогда было. Смерть сейчас казалась мне спасением. В голове продолжала крутиться мысль, что это, возможно, какой-то сон. —… Звонила мама. Она начала встречаться с тем испанцем, помнишь его? У него ещё крючковатый нос… Я заснула. Я больше ничего не слышала, ничего не видела. Вокруг была пустота. Было спокойно. Не знаю, сколько я времени так провела. В тишине. А потом я, сама не знаю, как, сделала вдох. Я не понимала, почему мои лёгкие вновь полыхнули огнём. Я ничего не понимала. Дело в том, что я должна была умереть. Раздался мой крик. Крик боли. Не снова, не снова, пожалуйста. Послышались незнакомые голоса. Затем я ощутила на себе чьи-то руки. Они были огромные. Чужие. Но мне так хотелось тепла, что я прижалась к ним. Мне хотелось защиты. Я чувствовала, что именно здесь, прямо сейчас, я могу получить её. Попыталась разглядеть людей, чьи голоса слышались мне. Но не получилось. Лишь белые пятна мелькали перед глазами. Я ослепла? Голоса всё продолжали жужжать над головой, не давая мне сомкнуть глаза. Так хотелось уснуть. Моего лица нежно коснулась рука. Ладонь провела по моим глазам, линии бровей и остановилась на губах. — Масами, — проговорил женский голос. — Масами Като. Это единственное, что мне удалось запомнить, прежде чем мои глаза сомкнулись, и я заснула крепким сном.