Часть 40

      Буран покрывал белоснежным полотном земли вокруг Ледербурга, отрезая его от мира и спасая тем самым от созданий живущих на старых кладбищах. Гули, упыри, безумные каннибалы, пожиратели мертвецов и слуги немертвых - у этих созданий существовало множество названий. В каждой культуре, в каждом народе и отдаленном от цивилизации поселении были свои, вмещающие боль и ужас, имена.       На землях, израненных походом злобных орд, сжигающих посевы и сжирающих скот, люди, не способные прокормиться самостоятельно, быстро пали. Голод стал сводить их с ума. Вначале выжившие подняли оружие друг на друга. Не плоти ради побежденных, о, нет! Лишь ради скудного скраба, редких овец и птицы, всего того, что удалось спрятать от орд, но когда пришли снега все резко поменялось.       Конечно, в этих землях жили люди привычные к добычи пищи в лесах, охотники, браконьеры и бывшие лесничие, они бы смогли, обязательно смогли бы, прокормить горстки людей, что жили в огороженных частоколом деревнях. Помогли бы собрать запасы из даров, что дает природа и жители сохранили бы человечность.       Беда, лишь в том, что зверолюды пришли внезапно. Слишком быстро шло стадо. Слишком оно было велико. Слишком много в нем находилось псов и всех тех, кто мог чуять людей. Непозволительно много этого "слишком", для крохотных поселений разбросанных по этим, прячущим в своих недрах тайны, холмам.       Многие, из заметивших столь грандиозную опасность, охотников, возвращались в свои поселения, дабы поведать об угрозе. Многие их слушали и не думая, даже секунды, собирали свои пожитки. Лишь малая часть, этих разумных людей, успела добраться до укрепленных стен больших поселений. Большинство рассеяли по лесам и холмам, а после их поодиночке переловили унгоры.       Те, кто сомневался в опасности, пали чуть позже. Запертые за стенами своих поселений они лицезрели приближение орды, слышали клекот и вой гарпий, а после, сойдя с ума от ужаса, погибали. Смертью, настолько ужасающей и мерзкой, какую только могли придумать ненавидящие их зверолюды.       Правда, существовали и те, кто сразу поняв, весь ужас ситуации поспешили спрятаться. Но не там, где их будут искать в первую очередь, а среди холмов и древних, затерянных в веках, руин. Ушедшие туда менялись. Почему? Сказать, наверное, сможет лишь древний и мудрый чародей, посвятивший всю свою жизнь изучению ветров магии и мрачных темных секретов жрецов, ныне мертвых, но все еще живых, песков Неехары. Если, конечно, захочет.       Измененные, ведомые голодом, не первые обнажили оружие. Лишь влились в и так тлеющие противостояние, погружая людей в вакханалию жестокости и насилия. Земли, разоренные и обобранные, стали вновь заливаться кровью, а трупы по ночам исчезать. Их собирали и ели, с каждым куском меняясь все сильнее и сильнее. Теряя разум и слыша чужую злобную волю.       Снега остановили безумие, отрезав друг от друга укрепленные крупные города и мрачные убежища, с обитающими там ублюдками каннибалами. Подарив краткий миг передышки людям, дав время вновь навести мосты с другими поселениями и натренировать ополчение, вооружив их самым простым в освоение оружием. Копьем.       Сотни сильных людей и нелюдей уходили на снегоступах в метель, неся вести в различные, еще населенные живыми, города. Не все они успешно завершали свое путешествие, но тех кто справился хватало и вот, спустя почти месяц непрекращающихся снегопадов, когда последняя снежинка на западе упала, в путь отправились карательные отряды.       Пешие солдаты, мечники с востока, под командованием новоиспеченных рыцарей, идущие под знаменем Жана д'Олона, примкнувшие к ним пикинёры из вольных отрядов, с поддержкой в виде беглых бандитов - дезертиров с самострелами и тесаками, что стекались из Империи в надежде избежать петли закона и, конечно, воины – жрецы Сигмара, в немалом количестве, аж в четыре штуки.       С запада шли отряды крупнее, пусть и проигрывающие качеством. Несколько сотен копейщиков, вчерашних крестьян, коим обещали еду и малую монету за службу. С сотню наемников, вооруженные чем угодно, от двуручных мечей, до метательных топориков и сетей, отчаянный рубаки не умеющие воевать строем, но каждый стоящие не меньше трех, а то и четырех, ополченцев. Возглавлял их охотник на ведьм, поклявшийся изничтожить скверну, чего бы это не стоило.       А вот юг не ответил, пиратские капитаны слишком сильно потрепанные набегом зверолюдов и резней, что учинили бойцы Жана д'Олона, решили переждать бурю в укрепленных крепостях, которые располагались в пещерах, на побережье. Их гнев пылал, но руки были связаны, снегом и малым количеством людей, способных держать оружие. Так же ничего не ответил, достаточно крупный городок, Ледербург. Сделав вид, что не получал никаких посланий и просьб о помощи. Ибо Антонио Гранья, здраво рассудил, что риск не стоит затраченных усилий.       Так и ушла армия в холмы, в места где властвовало зло и слуги тьмы, да и не вернулась. Исчезнув в снегах и старых камнях, скрывающих под мхом символы и тайны давно ушедших эпох. Ступив в небольшие болота, из которых слышится тихий манящий шепот и сгинув на полянах, слишком зеленых для зимы. Они ушли, не оставив следов и лишь темная сестра луны наблюдала за этим, со свойственной ей злой усмешкой.        – Что стало виной столь глупого поражения? – Обреченно об этом, разными словами, спрашивали власть имущие и жены с детьми, тех, кто не вернулся, но они не находили правильного ответа, ведь был план, великолепный в своей простоте. Придти к убежищам безумцев, выжечь их пламенем и молитвой Сигмару, сделав это по умному, атакуя и беря в кольцо лишь по одному укреплению за раз и избегая больших сражений.       Со вздохом, любой здравомыслящий человек, услышав подобный план, сказал бы простую истину – зимой воюют лишь глупцы и безумцы. Он бы тут же получил в ответ десятки причин, столь скорого и опасного похода. Что иначе было нельзя и они одним ударом решали все проблемы! Другой, уже ученый муж, воскликнул бы – что, там, где властвует колдовство, нельзя идти без чародея озаренного светом Сигмара. Над ним бы лишь посмеялись, ведь зачем нужны чародеи, если идут воины - жрецы? А кто-то бы промолчал, будучи достаточно мудрым. Ведь понимал он простую истину. Ушедшие в снега, вернуться весной и нужно к этому готовиться.       Пока же, городок Ледербург покрывал снег и только там, в дали, на западе, едва-едва пробивался просвет, увидеть который, с трудом, позволяла стена. А внутри, на его главной площади, выложенной ломаным мелким камнем и битой керамикой множества лет, горел очередной колдун. Седьмой, за эти четыре недели. Вместе с ним пылали и его вещи.       Нечто очень отдаленно похожее на примитивный самогонный аппарат и различные обереги с травами, от чего смрад горящей плоти перебивался запахом тлеющего разнотравья. Я не знал, правда ли колдуна, служителя тьмы, сжигали на костре или же охотник сошел с ума, хватая всех без особого разбора. Мне не хотелось в это лезть и я не лез, полностью занятый работой.       В сооруженной большой кузне, где сейчас трудились двадцать восемь человек, включая меня, в качестве управляющего и главного инженера, мы ковали и отливали детали будущей мельницы. На котлы пока еще не хватало металла, нужны были поставки из вне, но вот собранного уже сейчас, хватало на поршни, ползуны и что главное коленчатый вал. Это еще не беря в расчет огромного количества мелких деталей, что будут использованы в стройке.       Все это омрачалось тем, что я не знал, где возьмет камень и кирпич Гранья, но он обещал озаботится об этом в первую очередь, ведь строить без фундамента и крепкой коробки, безумная глупость. Хотя понимая нравы местных жителей, я бы не удивился, их желанию строить просто в яме. Использовать вместо камня и железа, плохо обработанное дерево и гвозди без шляпок. Такие уж тут нравы, где о строительстве знают лишь понаслышке.       Зима, особенно такая снежная, особенно в средневековом городке, повлияла на меня кардинальным образом. Мне хотелось работать, чувствовать аромат раскаленного металла, паять и наматывать медную проволоку для моторчиков, а так же отливать детали. Делать что угодно, лишь бы не сидеть в этом проклятом трактире, заполненном людьми! Ведь они набивались туда будто сардины и пели. А если не пели, то громко обсуждали погоду, костры, зверолюдов и девок, которых так мало всегда! Каждый день! Одно и тоже! Это безумие какое-то.       Сжимаю ключик на восемь, пытаясь унять злость, что колыхнулась в груди. Достали, невероятно! После возвращаюсь к работе, на моем столе сейчас лежали трубки из меди, несколько небольших медных котелков, а так же детали корпуса и датчики давления. Сегодня я собирал, из частей, самогонный аппарат. Дело невероятно важное, требующее полной отдачи... Шутка. Мне просто стал необходим спирт.       Отчасти, для двигателя внутреннего сгорания, который я планировал собрать и запитать от него освещение, ибо дерево стало стоить все дороже. И ладно бы только это! Люди его разбирали, а склады, где можно было его без проблем купить, закрывались, распродав все, что у них было. Конечно, я мог поступить иначе, получая энергию от светила. Только, как объяснишь принцип работы людям, далеким от света хоть какой-то науки? Я даже не хотел пытаться. К тому же, спирт можно обменять на услуги, залить в качестве одного из компонентов в бак огнемета, сделать духи и преподнести их, как подарок. Крайне полезная субстанция, тем более когда нет нефти и угля.       Работа спорилась. Перегонный куб приобретал свои очертания, и под вечер был готов. Я уже переговорил с трактирщиками и купил несколько бочонков скисшего пива, их должны доставить в течении нескольких дней, тогда можно будет найти человека и поставить его на перегонку. С людьми, в принципе, сейчас проблем не возникало. Слишком уж много их набилось в город и тех кто умел варить алкоголь хватало с лихвой. По этому я не беспокоился и не торопился, медленно перебирая из кандидатов.       Горячка изобретательского пыла, что началась с три недели назад, потихоньку стихала. Подарив этому миру завершенный комплект брони, доработанную модульную перчатку с множеством функций, ну и конечно световую пушку. Еще ни разу не испытанную, ибо негде. Завершил запалы для гранат и собрал две, остальные остались в разобранном состоянии ибо так безопаснее. Озаботился безопасностью на сверх близкой дистанции и собрал несколько обрезов, с запасом дроби для них. Сделал их наиболее просто, с возможностью быстрой переделки под стрельбу обычным порохом. Мало ли, как все сложится. Ну и подготовил станок для повторного использования гильз.       Кстати, о больших проектах. Воспользовавшись авторитетом и несколькими шиллингами, наконец полностью поставил на новые колеса паровой трактор, заменим и починил внутренние механизмы, проведя несколько пробных запусков на остатках угольных брикетов. Все работает. На третий пробный запуск пригласил жрецов, Юргена и Вульфа. Они были в восторге. Последний даже молиться начал, освещал механизм, я не препятствовал, даже поддержал, тихо бормоча бессмыслицу и сжимая в руках символ Верены, небольшую сову.       Заходил и Франциско, торговец, и сподвиг меня начать работу более плотно, над внутренней машинерией будущей мельницы. Хотя и ему паровик понравился. Как дети, честное слово. Перепроверил ящики, посчитал револьверы, сделал еще пуль и, в принципе, работал не поднимая головы.       Теперь вот морально отдыхаю. Занялся простыми проектами и вновь стал прощупывать почву на счет хорошего и верного наемника. Снизил свои требования, теперь искал готового обучиться стрельбе из порохового оружия. Шло туго, люди боялись огнестрела и даже вроде бы матерые бойцы, услышав мое требование, быстро отказывались. Ибо были наслышаны о взрывах стволов, а порой даже видели их. Но я не унывал и искал, наверное, надеясь на чудо.       Вся моя бурная деятельность, к сожалению, омрачалась и затруднялась, фактором, беснующегося самозванного охотника на ведьм. Наймом Гранья, всех стоящих хоть чего-то людей для патрулирования, включая тех, кто все же имел опыт использования порохового оружия, на полугодовой контракт, ну и песнями в залах питейных заведений. Как же они меня бесят!       Праздно размышляя об перипетиях судьбы, преодолевая начинающие таять сугробы, не спеша дохожу до Бодрого Хряка, дабы замереть, не дойдя до двери нескольких метров. Странное ощущение, к которому я привык, находясь тут, неожиданно пропало, а после появилось вновь и мир дрогнул. Будто бы толчок прошелся по земле и снег стал падать с крыш. Где-то завыл пес, послышался детский плачь, люди вокруг замерли, став испуганно озираться в поисках угрозы.       Осмотрелся и я, но ничего больше не происходило. Снег, затронутый толчком, наконец опал, и теперь заваливал небольшие переулки массивными сугробами и люди вновь поспешили по своим делам не громко обсуждая произошедшее.       – Сейсмическая активность? – Одними губами произношу, завершая начатый шаг. – Да, нет, не то, один же лишь толчок, скорее похоже на взрыв для добычи породы.       С опаской кошусь на землю, но все же захожу в трактир. У меня нет средств для разбора этого явления, да и вечер к тому же, а после работы нужно немного отдохнуть, хотя бы перекусить и выпить трав, от простуды, а то опять горло начинает першить. Проклятое здоровье, подводит все чаще и чаще, вот что значит пропустить плановую вакцинацию. Даже если тут вирусы другие, она должна бы мне помочь.       Внутреннее помещение, общего зала, как и весь прошедший месяц до этого, встретило меня гомоном пьяных голосов, гулом песен и выкриками играющих в кости. Они оккупировали столик в углу и уже неделю, как собирались тут. К ним то и дело подсаживались любители азартных игр или просто имеющие в кармане несколько лишних момент. Поиграл с ними и я, оставшись в плюсе на целых два пени. Неплохие ребята.       Все столы были заняты, и кто-то даже разместился на полу! Трактир все сильнее опускал планку, поднимая цены и удешевляя пищу. Пытаясь справится с потоком людей, на который не рассчитан. Пока ситуацию спасало огромное количество скота и крайне плодородная почва, с которой успели снять урожай. Хотя с мукой уже присутствовали проблемы и ее приходилось молоть прямо тут, практически варварским способом, запрягая в жернова скот и заставляя его крутить их. Выходило плохо, как по качеству, так и по текстуре, но люди ели и радовались.       Лавируя меж столов и людей, направляюсь к месту, у которого все еще оставалось место, пусть и отсутствовал стул. К стойке трактирщика, у которой сейчас разливали бочонок пива по кувшинам. Сегодня тут работал сын трактирщика и два помощника, коих взяли на время пока людей много. С кухни слышался гул и крики, это... Полурослики, все никак не привыкну, что они отдельная раса от людей. Хотя на вид, один в один, только маленькие. Ну, да и ладно, главное готовят хорошо, а большего мне и не нужно.       Не торопясь, заказываю хороший ужин. Прося, принести его в мою комнату. На это мне лишь кивают, а я направляюсь в снятую и обставленную комнату. Там, на теплой перине, завершение вечера будет просто шикарным и ничего мне больше не нужно, хотя нет, еще бы горячую ванную или даже джакузи! Вот тогда совсем все стало бы чудесно, ох, мечты – мечты. Хотя, почему бы не запросить себе сюда? Да, так и сделаю.       Подъем наверх не занял много времени. Неспешно проходя мимо дверей соседних комнат, невольно слыша отголоски разговоров, стонов и смеха, во мне почему-то вновь разгоралась печаль. Я знал её источник и проблему все чаще возникающую у меня в голове. Хах, даже творческий пыл и тот не смог его до конца заглушить. Как же мне было одиноко.       Второй толчок случился когда я уже садился на свою кровать и заставил упасть несколько книг, с моих настенных полок. Резко вскочив замираю, страх на секунду наполняет мое сердце, но тут же стихает. Он был слабее, чем прошлый, но все еще достаточно сильный. Хотя, мне везло, стекла остались целы. Голоса тоже стихли и я уже собирался сесть обратно, как целая волна из десятка сильных толчков прошлась за жалкие минуты! Все будто скакало, книги падали, внизу кто-то закричал, послышался мат, я же, помнивший памятку, прочитанную мной еще в школе, встал в дверном проеме, ошалело глядя на паникующих людей.       Да и сам я, чего таить, перепугался знатно, позади послышался крик кого-то особо голосистого, пробивающийся прямо из-за окон. Он совпал со сходом абсолютно всего снега, который буквально хоронил людей, слышался мат и проклятья. Я же стоял, не в силах двинуться из-за одеревеневших ног. Страх стиснул мое нутро и я просто закрыл глаза, переживая эту катастрофу.       Минуты тянулись будто часы, я не смел шелохнуться, пока наконец не пересилил себя и оторвал свою руку от дверного косяка. В комнате все попадало, снаружи и снизу кто-то кричал, а сердце моё готовилось вырваться из груди. В какой-то миг, с нелепой улыбкой, обнаруживаю себя на полу, полулежащим и с жатыми кулаками.       – Проклятье... – Сквозь стиснутые зубы, только это слово мне удается выдавить, а после толчки повторяются вновь. Несколько ранее. В двух километрах южнее и на двадцать три метра ниже. В некогда большой каверне, в которой выращивали грибы.       Огромная тварь, сращенная из странного – чуждого червя - змеи, прорвала ряды обороняющихся и ворвалась в отряд штормокрыс, что ВЕЛИКИЙ КРОВАВЫЙ КРИЧА отправил в слабый участок, где осталась лишь горстка рабов. Он ждал победы. Ибо компания уже затянулась, подкрепления перестали подходить, а значит великий полководец не мог больше ждать. Все должно было решиться сегодня - сейчас!       Теперь же, появление твари, на стороне мерзких рабов, сделало все просто невыносимым! Тварь бесновалась и просто давила – жрала штормокрыс! Алебарды едва царапали ее толстую шкуру, и он понимал, что теперь у защищающихся появился шанс не сдохнуть еще немного. Это его бесило, но сделать он уже ничего не мог.       Его резерв, оставленный рядом, в виде пары крысоогров и отряда черношкурых, он тратить не хотел. Его нутро протестовало от такой глупой – нелепой траты монеток. Не стоит клан Дреки такого, даже если туша червя – проглота перебьет еще несколько сотен кланокрыс. Они лишь расходный материал, на пути к его безграничному величию!       Тем временем Адская Пасть бесновалась, будто объевшийся грибов зеленокожий карлик – тварь, с огромным камнем на цепи. Он видел их в прошлую свою компанию. Лишь издали, следил за сражением, а потом ночью напал и всех убил. Он и еще несколько жалких сотен крыс. В основном конечно он, а слуги – рабы лишь мешали, пока все враги молили о пощаде.       Вот она проглотила одного из черношкурых крыс. Этот трус хотел сбежать, но не смог. Хе-хе, мелкий жалкий уродец. Все же, да. Прошлая компания по истреблению зеленошкуров прошла более удачнее. Хотя за нее мне так и не дали варпкамень. Он достался глупому тупому Зренку, хотя Я и только Я, более всего достоин был занять причитающееся мне место. А не эта тварь – мерзость. Но ничего, еще немного, и уже рабский клан Дреке окончательно падет, а потом я его продам, и возмещу расходы на передохших из-за обвала инженерных крыс. А там можно будет нанять убийц или самостоятельно все организовать? Да, лучше сам! А то ведь предадут – продадутся за больше варптокенов, проклятые мерзкий беззапахавые!       – Разве не смогу я сам все сделать? – Его слова прозвучали чуть слышно, а пальцы сами собой открыли небольшую склянку и вдохнув зеленый искрящийся порошок, от чего шерсть его на затылке встала дыбом, он громко закончил. – Да-да, смогу – сделаю никто не встанет на моем пути!       Бой же продолжался. Уже не счесть количество погибших и съеденных. Да и никто не пытался это сделать. Какая разница, сколько погибло? Двадцать тысяч или пятьдесят? Важен лишь результат. Выгодные ему, и только ему, возможно, еще совету тринадцати, но в основном только ВЕЛИКОМУ КРОВАВОМУ КРИЧУ! Потому он, выполняя договоренность, уже подготовил план – заговор и ему оставалось лишь вернуться в Скавенгниль, а там все закрутиться – завертится. Пока же, варлорд наблюдал.       Вот кланокрысы, из последнего пополнения, рвали уже обломанными тесаками и копьями элиту элит, черношкурых в тяжелых бронях, штормокрыс. Вернее их остатки. После двенадцати грибных каверн, семи небольших поселений и одних крепких врат, их осталось мало. И не бежали они лишь из-за того, что из угла бежать некуда. Да и подпирали их. Закрытые врата. С которых изредка, но прилетали камни и копья.       Червь, пусть и спутал планы, перебив несколько сотен, но все же пал. Лишь продлив агонию. На него уже взбирались, обезумевшие от крови, остатки штормокрыс. За ними шли кланокрысы, наконец сожравшие в кровавом безумии остатки защитников. Теперь оставалось лишь пройти еще одну каверну, с железяками – приспособлениями и дальше лишь крысоматки. Желанный и ценный трофей, который, даже с оставшимися силами удастся перевезти. Тем более ему. Самому великому и умнейшему скавену на всю Подземную Империю!       От предвкушения огромного количества рабов и запасов, рот лучшего из полководцев наполнился слюной, а лапы задрожали, им вторил беснующийся от возбуждения хвост. Он не переставая бил по пьедесталу, на который сейчас забрался – залез, в несколько прыжков – скачков, ВЕЛИКИЙ КРОВАВЫЙ КРИЧ. От этого сооружение опасно дрожало. Гнилые доски, поросшие грибами, скрипели. Будто бы подпевая воплям раздающимся с поля боя.       В воздухе стоял непередаваемый аромат, будоражащий разум любого скавена. Пахло победой и пиршеством. Кланокрысы уже лезли на последние врата, в них даже ничего не кидали. Ужас обуял защитников и они разбегались, в попытке спрятаться – скрыться. Их переловят – схватят, они послужат на благо мне и станут разменной монеткой, когда я приду, как победитель.       Будоражащие образы, подхлестанные пылью варпкамня, охватили разум военачальника и первый залп из десятков варпружей он безрассудно пропустил. Очнувшись лишь в миг когда его опора стала рушится, а он оступившись полетел вниз. Под ним вопили штормокрысы. Пули пробивали их доспехи застревая в телах. Пущенные со столь близкого расстояния, они не давали и шанса на выживание.       Паника разгорелась в рядах свиты ВЕЛИКОГО КРОВАВОГО КРИЧА. Пахнуло мускусом страха от варлорда и это стало спусковым крючком. Крысы стали разбегаться. Ощущение победы мгновенно улетучилось, будто бы его и не существовало. Пропала стройная коробка из сотни лучших черношкурых, став толпой объятых ужасом крыс, не лучше самых жалких рабов, что от испуга набрасывались друг на друга, пытаясь сбежать.       Нападающие воспользовались этим и прямо к варлорду направился кулак из сотни кланокрыс. Их гнал вперед погонщик на огромной крысе, что вырвалась из незаметной ниши прямо под потолком и приземлившись придавила с пяток одуревших от ужаса скавенов. Ее крик – писк вывел из себя крысоогров, что наконец поняли кого нужно атаковать. Давя и разбрасывая всех, кто вставал на их пути, они устремились прямо на кланокрыс, и даже успели разорвать несколько десятков пока еще один залп варпружей не прекратил их существование. Убивая вместе с тем не малую группу союзников, просто мимоходом из-за несовершенности прицела и кривизны ствола.       Это стало последней каплей и обезумевший от ужаса варлорд Крича вытащил вещичку имя которой не знал. У человека – твари были записи о ней, только он не умел читать на закорючках восточников! Но очень внимательно рассмотрел картинки лежащие рядом и понял сам принцип работы, а потом несколько раз опробовал. В тайне, конечно, там где никто не мог видеть. Потому и сейчас, он не мешкал, выбивая заученную последовательность.       Только вот, своими дрожащими лапами, Крича сжал диск с отверстием слишком сильно, пережимая несколько дополнительных знаков, которых было не видно. Тем самым активируя еще один эффект, у которого отсутствовала картинка описание, но которому было посвящено целых три полных страницы текста.       Миг ничего не происходило, и скавен уже успел ужаснуться, его страх еще не оформился, но мускус уже витал в воздухе, подгоняя кланокрыс, а потом это случилось. Пламя, у которого не существовало цвета, рожденное из огромного, выточенного из варп – камня, бублика подорвало всю кровь и тела скавенов, а так же все то, где присутствовала хотя бы частица варпкамня. Превратив, почти проигранное сражение, в нелепую пиррову победу. Ведь из всех выживших на многие норы вокруг остался лишь один скавен. ВЕЛИКИЙ КРОВАВЫЙ КРИЧ.       Возможно, сей гордый и самоуверенный скавен, сейчас бы принялся отплясывать. В жутком безумно радостном танце, благодаря, конечно, самого себя, за столь мудрую идею взять с собой украденную когда-то реликвию из далекого и непонятного края. Если бы серия взрывов, которую он же и сотворил, не спровоцировала обрушение сводов каверны.       И сейчас, прямо над громко пищащем крысолюдом, нависала огромная каменная глыба и от того, что бы превратиться в лепешку его защищало лишь неяркое янтарное поле, которое с каждой минутой медленно сужалось. Ему оставалось лишь гадать, что закончится быстрее воздух или же заряд, в ярко полыхающем бублике исписанном будто бы эшенскими закорючками.       В любом случае, жить ему оставалось очень не долго, и в эти краткие моменты он не сомневался, его гениального полководца, подвели это мерзкие слуги – рабы и кто-то обязательно, он думал на кого-то из инженерных крыс – шестеренок, его предал. Осознав это, ВЕЛИКИЙ КРОВАВЫЙ КРИЧ, хотя уже сейчас просто Крич, возмущенно запищал:       – Предательство – подлость! – И янтарный барьер пал, под аккомпанемент тихих, все удаляющихся взрывов, в мгновение ока, обрывая жизнь столь амбициозного, хотя и очень самонадеянного крысолюда. Еще одного из многих миллионов, ставших на этот путь и павших из-за своих собственных действий.       Почти час я не смел приблизиться к трактиру. Просто сидя на бочке близ входа. В этом меня поддерживали многие люди. Их страх только стихал, могу поклясться, пройдет еще не меньше часа, пока первый из этой толпы решиться зайти внутрь. Холодало и очень хотелось есть. Меня это угнетало.       Тихий, едва заметный ветер трепал мои волосы. Они слишком сильно отросли и стали ломкими. Кожа под ними... Нет, даже сейчас, я не хочу думать о том, какой она стала. Лучше уж вновь начать трепать ногой небольшой сугроб. Это будет более продуктивно. Эх, где же ты моя Ведьма и твои снадобья?       – В скольких ты мирах от меня или же мембран и барьеров? – Мой тихий шепот абсолютно не слышен в беспокойном гуле людей и от того еще печальнее. – Увижу ли я тебя вновь или останусь тут, вечно пытаясь найти себе применение и цель?       Ответом мне стала одинокая снежинка, упавшая мне на лоб и негромкое карканье. Умел бы я читать знаки, возможно, и понял бы нечто в этом символизме. Ох, какое же мракобесие лезет в голову, еще немного и буду спрашивать судьбу у различных гадалок. Хотя, с этим сейчас будут проблемы.       Самозванный охотник на ведьм слишком уж сильно всех напугал. Наверное, это к лучшему, ведь всем известно: в темные времена люди склонны доверять всяким хитрым идиотам, что готовы рассказать им их судьбу.       Мороз, с еще одним несильным порывом ветра, проник под мое пальто. Заставив сморщиться и все же встать на ноги. Хватит, и так долго прождал. Да и не похожи были эти толчки на землетрясение. Я уверен, это было нечто иное. Хотя и не мог сказать точно. Смерившись, ступаю на снег, уже утрамбованный и твердый. Пора внутрь, хватит тут прохлаждаться.       На удивление, заснул я быстро и проспал до полудня. Еще несколько часов, после пробуждения, просто пролежав в постели, укутавшись и поедая орехи, перечитывая уже знакомые мне, чуть ли не наизусть, книги по магии этого мира. Не трогал я лишь одну, ту из-за которой потерял не мене пятнадцати килограмм. Ну ее и знания эти, пульсирующие у меня в голове, тоже. Слишком они мерзкие и злые. Нечеловечески омерзительные, они будто нарыв в моей памяти, пульсирующий гнойник, в котором хранятся знания изменяющие тебя. Ну или я просто мнительный.       Читал я эти книги не просто так. В одной из них, после главы посвященной обработке костей, находились нужные мне руны. Насколько я понимал, они являлись ключами для использования ветра хиш. Что это я не понимал, как это использовать тоже, ибо являлся созданием иной природы и точно не колдуном из местных, но их можно было использовать для опечатывания книг более вменяемо, а не как сейчас.       Глаза мои скосились на небольшой сундучок исписанный знаками и закорючками, взятыми из различных книг и налепленных по всякому. Получилось, конечно, внушительно, очень мистично и визуально великолепно, сам горжусь подобной работой, но для человека сведущего... Нет, определенно, нужно переделать.       Потому и искал я сейчас правильные знаки. Которые перенесу на бумагу, смесью порошкового золота и клея, после порежу ее на полосы и обвяжу все книги. Придам правильный внешний вид, да отнесу их Юргену. Обязав хранить их, как зеницу ока, потребую дать клятвы именем их бога, и всякое такое мистичное и величественное.       И нет, я не сошел с ума. Просто, после пробуждения, я вновь учуял дым костра. Костра, в котором горел человек. Любимая забава средневековья, тащить красивых или неугодных в огонь, моля о очищении. В отличии от моего мира, тут часто отправляли в пламя мутантов и отмеченных злыми богами. Иногда правда не везло колдунам, чародеям и магам. Не спрашивайте меня о отличии одних от других, для меня каждый житель этого мира странная невиданная мной дома дрянь, а уж пользователи мистических сил не отличаются от этих созданий нечем. Пока не начнут колдовать, конечно, тогда уже отличия видны и без моих приборов!       Все эти волны и странные сдвиги энергий, когда-то еще в замке некроманта я пришел к выводу о магии местных. Они оперировали волнами, используя некую часть своего разума или энергетического, не физического органа, для управления мирозданием. Я даже воздвиг на этом теории и создал устройства на базе этого феномена, но для моего пользования. Только так и не приблизился к оперированию ветрами. Нет, конечно же, в моих чертежах существовали варианты механизмов для улавливания этих частиц, но мне не хватало понимания, чем же являются эти ветра, пусть я и мог уже их увидеть. Неприятная ситуация.       Хватит о грустном, вернемся к вещам более страшным. К кострам и грозным слугам злобных экстрамерных созданий. Здраво рассудив, после минутного размышления, о крайне опасной ситуации, когда этот полоумный может заявиться ко мне в номер, дабы устроить обыск, если я ему вдруг не понравлюсь или тема затронутая мной покажется еретической. Я пришел к мысли о необходимости снижении потенциальных рисков.       А книги посвященные темному искусству, в понимании местных, это весьма поганый маркер на всю дальнейшую, весьма короткую жизнь. Да и почерпнул я из них, все что мог, а большего мне и не надо! Не стоит моих пятнадцати килограмм несколько жутких формул и откровений, абсолютно нигде непригодных в моей деятельности. Ну вот куда я присобачу превращение человека в дерево? При том в непростое, а особое, древесину из которого нужно использовать, для ритуала призыва экстрамерного создания с именем, которое и произнести невозможно!?       Правильно, никуда, все это тлен и мракобесие! Роботы надежнее всяких там тварей, даже если они тут и парадоксальны! При том не принимаются они не созданиями живущими тут, а самим миром! Просто где-то прописано, при его создании или изменении, такое. То, что выглядит, как сложные механизмы иди в ад, а вот нечто совершенно дикое, наоборот принимается за милую душу! Аж, выбешивает до пены.       Вот почему пулемет, простая в общем-то вещь, будет ломаться и клинить, лазер тоже, просто в какой-то момент перестанет работать, перегорит или еще чего случиться. А вот огнемет, и чем мощнее он тем лучше, будет работать прекрасно, невероятно надежно, но тем хуже, чем меньше он выглядит, как классический огнемет. Тот же двигатель внутреннего сгорания, работает прекрасно, а вот водородный говорит мне нет, будто бы есть планка, за которую нельзя выходить, но одновременно с этим ее нет!       Возьмем тех же гномов, этих коротконогих тварей, у них есть вертолеты. Они прекрасно летают и на них воюют. Если судить по рассказам торговцев, сам я их не видел. При том самолетов у них нет, но ведь самолет устройство проще вертолета! Внятный ответ отсутствует. Есть еще пример с големами. Големы вполне существуют, я видел ушебти. Он даже дрыгал ногой и что-то мог взять рукой. Это для мира абсолютно нормально, но вот робот! Как же это меня бесит.       Почему все так несправедливо? Ведь если я заставлю ожить мертвое тело, идя по стопам Доктора Франкенштейна, используя старые устройства и живое электричество, что содержит в себе молния, то зомби не будет принят миром и просто развалится, но вот если я произнесу к этому несколько слов, как делают это некроманты, то все сразу станет хорошо и мертвая плоть вполне себе будет нормально функционировать. При том в словах этих не будет ничего, ибо я не колдун!       Во всем этом явно присутствовала какая-то загадка. Не понятый мной феномен! Нечто очень простое, просто лежащие вне поля моего зрения. Это сводило с ума. Заставляя чувствовать себя невероятно тупым! Даже не смотря на то, что все мои знания, на столетия, опережают лучших ученых этого мира.       Ведь наука непознаваема. У нее нет границ кроме тех, которые мы создаем сами. Наши изобретения работают не из-за того, что они должны работать, а из-за нашей веры, в их работоспособность. Это мы наделяем пистолет возможностью стрелять. Это мы говорим, думает и верим, изменяя тем самым мир и его границы. Так почему же, сука, лазер парадоксальная дрянь, а Огромная Световая, черт побери, Пушка нет!?       – В чем смысл такого дерьма!? – Тихий вой отражается от стен и я просто откидываюсь на подушку. – Ну вот зачем!?       – Ну почему, для того, чтобы мои роботы стали совершено обыденной вещью, полностью вписывающимися в консенсус этого мира, мне обязательно нужно прочитать заклинания и исписать закорючками корпуса!? – Ногти, на скрюченных руках, впиваются в кожу головы, а само лицо утыкается в подушку, позволяя заглушить мат, который льется сейчас из меня просто неостановимым потоком. – Это ненормально, они должны работать без этого!       От обиды, на странность и несовершенность этого мира, опускались руки, болела голова и хотелось напиться. Останавливало меня сейчас от последнего нежелание спускаться вниз, к вновь гогочущей толпе и желание закончить с упаковкой книг и вместилища некроманта по скорее. Хотя и то, с трудом.       Со свойственной мне уже злостью, приступаю к поиску нужных закорючек вновь. Они, будто по жестокой иронии, оказываются в самой последней книге, почти в самой середине. После же мне ничего не стоит перенести их на бумагу. Работа спорится и уже к пяти часам книги оказываются упакованы, как и вместилище некроманта.       Работа радует меня своей аккуратностью. Все же руки из нужного места растут, а не как у половины живущих в моем городе! Кондиционеры они видите ли не могут самостоятельно обслужить, специалистов им нужно вызывать! Последний раз повертев в руках упакованные книги и последнее обиталище моего учителя, отправляю их обратно в ящик.       Даже не смотря на то, что вместилище экстраматериального обитателя выглядит все еще интересно. Возможно, скрывая в себе нечто невероятно важное, даже спустя месяцы исследований. Я расставался с этим предметом с легким сердцем и абсолютно не жалея. Ведь не счесть раз, когда сидящий внутри... Человек, да, пусть будет человек, пытался подчинить меня, заняв мое тело или же заставить совершать всякие гнусные вещи. Потому, пусть катится куда подальше, а если потеряется совсем, то это хорошо вдвойне.       Несмотря на вечер и почти полное отсутствие людей на улице, дорога до храма Сигмара заняла не мало времени. Улицы размякли, вчерашнее потепление оказалось не случайной прихотью природы, а первым звоночком весны. Потому, на всем моем пути, меня сопровождали капели и жуткие лужи, скрытые снегом и знаете, мне это, даже, нравилось.       Если так пойдет и дальше, то через пару недель, ну максимум месяц, весь снег растает и можно будет перестать носить тяжелую, пусть и невероятно пафосную зимнюю одежду. Ох, как же прекрасно мое пальто на меху, но, как же будет в нем жарко! Да и прятать револьвер удобно, как к примеру сейчас. Его не видно, но он есть!       – Ха, – настроение неумолимо полезло вверх, весь мир стал чуточку ярче, даже не смотря на все мысли блуждающие у меня в голове, – весна, это все же хорошо, лишь бы не начались дожди.