Часть 7. Гости

      Лечение длилось неделями, и неизвестно было сколько еще продлится. Кассандра была верна своему слову, а стражники свято исполняли приказ Инквизитора и, даже когда Лея кричала, чтобы ее пустили внутрь, ее – не пускали.       Очень часто она сидела под дверью, словно надеясь, что Кассандра смилуется над ней и разрешит ей войти. Но Кассандра не разрешала. Молча смотрела на Лавеллан. Иногда трогала ее за плечо, чтобы поддержать. Но ничего не говорила.       Часто Лея слышала крики Каллена. И тогда она давилась слезами и думала, что была не права, когда решила его найти. Может быть, действительно, было бы лучше отпустить его и не искать, как он и просил.       – Он хотел пожертвовать жизнью, а вы достали его из могилы и оживили… не думаю, что он скажет вам спасибо, – цинично говорил Андерс. Но его никто не слушал. Многие хотели бы лично перерезать ему глотку, но его нашла Инквизиция и его жизнь зависела от Лавеллан.       Его жизнь зависела от того, сможет ли он излечить Каллена или нет.       Каллен был еще жив и боролся. И пока что Андерсу даровали жизнь.       – На тебе лица нет,– сказал Варрик, проходя в комнату к Лее, словно к себе домой. Еще несколько месяцев назад Лея бы возмутилась и выгнала его, пусть и со смехом. Но сейчас ей было все равно.       – На мне есть лицо. А вот у тех тва… существ, в которые превращаются принимающие красный лириум… у них нет лиц… Ты не разговаривал с Кассандрой? Она ничего не говорила? На какой стадии он был, когда его привезли?..       – Ты спрашивала меня об этом сотни раз уже, милая. Она ничего не говорила. Этот отступник тоже молчит как рыба. Может, съездим куда, развеемся? Говорят, тут недалеко дракон завелся. Нам стоит с ним разобраться.       – Если тебе стоит – езжай и разбирайся. Я не покину Скайхолд. Я жду.       – Я знаю Андерса. Он сумасшедший тип, но лекарь отменный. Если кому это по плечу – то только ему. Мы так много думали, почему Хоук оставила ему жизнь. А вот и ответ – ради этого. Веришь или нет – но это звучит настолько вдохновляюще, что я не сомневаюсь, что у него получится.       – Получится что? Вернуть его к жизни? Излечить? Увидим ли мы прежнего Каллена? Вернется ли к нему разум?       Варрик, кажется, впервые в жизни, оставил заданные ему вопросы без ответа. Немного помолчав, он заговорил.       – К тебе гости, в любом случае. Хоук с мужем и… кх... – Варик замолчал.       – Что? Кто еще с ними?       – Можно отложить представление на потом?       Лея пожала плечами.       – А что нужно Хоук? Она куда-то мимо ехала?       – Нет. Специально сюда. На Андерса хочет взглянуть. Да и за жизнь Калена она тоже переживает. У нас большая совместная история, Лавеллан. И от этого никуда не деться. Ты спустишься что ли?       – Спущусь. Время к ужину вроде? Иди вперед. Распорядись, чтобы их разместили в лучших комнатах. Встретимся за ужином. И позаботься, чтобы за столом были Кассандра и Андерс.        «Может быть, Хоук они что-нибудь новое скажут» – добавила она про себя, хотя веры в это было не много.       Одеваясь, Лея глянула в зеркало. Оно отразило худую и измученную женщину, которой позавчера исполнилось сто лет. По крайней мере, она чувствовала себя на сотню лет. Она так сильно устала. В последнюю очередь она походила на Инквизитора. И если бы не Лелиана, Кассандра и другие ее друзья, она бы развалила Инквизицию одним своим видом. Своих собственных решений она не принимала уже давно. Только подписывала указы, что готовила для нее Жозефина.       Румяна немного оживили ее лицо. Как следует вычищенная одежда, вернула ей титул Инквизитора. Подумав, она добавила медальон и пару колец. Собрала волосы в пучок. Их следовало бы помыть – еще вчера. Но теперь уже не было времени.       Бросив еще один взгляд в зеркало, она осталась собой довольна. Кожа ее по-прежнему была бледна, а под глазами серые тени. Но она хотя бы на эльфийку стала похожа.       Когда она спустилась, стол был уже накрыт. Кассандра переговаривалась о чем-то с Хоук. Андерса за столом не было. Взгляд Лавеллан скользнул по спутнику Хоук. Седой эльф с лириумными клеймами. Вот только под описание мрачный и угрюмый он больше никак не походил. Веселый и жизнерадостный. Счастливый. На коленях его сидела их с Хоук дочка – девочка лет пяти и он о чем-то тихо с ней говорил.       Посетитель, которого Варрик отказался ей представлять сразу оказался смуглой, красивой женщиной. Она первая заметила появление Инквизитора потому что только ее и ждала.       И тут же стало понятно, о каком таком отложенном «представлении» говорил Варрик.       – Какое право вы имели его красть? – воскликнула она, вскакивая на ноги и бросаясь в сторону Леи. Та даже отшатнулась назад от неожиданности. – Ушел человек за травами, и пропал на несколько месяцев. Это вообще нормально? Вы что тут себе в Инквизиции своей думаете?       – Леди Инквизитор, позвольте вам представить Изабеллу – жену Андерса,– расшаркался Варрик. Изабелла громко фыркнула.       – Если вы сейчас же не дадите мне увидеться с мужем, я переверну здесь все.       – Изабелла, успокойся,– Хоук подошла к ней и тронула ее за плечо. – Мы это уже обсудили, разве нет? Прошу прощения, Инквизитор. Я не могла не привести ее сюда, когда узнала, что Андерс здесь. Варрик мне написал.       – Это не страшно, что она здесь. Но вы, кажется, забываете, что Андерса разыскивают по всему Тедасу с тем, чтобы казнить. Его жизнь зависит от Инквизиции теперь.       – Его жизнь зависит от того, сможет он спасти вашего командора или нет,– выплюнула Изабелла.       – Успокойся! – Хоук отпихнула Изабеллу к столу.       – Вы слишком много на себя берете,– сказала та, из-за ее спины. И обреченно упала на стул.       – Ровно столько, сколько способна вынести.       – Прошу вас, Лавеллан не сердитесь на нее. Она вспыльчива, но у нее есть на то причины. Это для всего мира – Андерс отступник и преступник… но не для нее. Она оставила дома маленькую дочку, чтобы увидеть его.       – У Андерса есть дочь и жена. Странно, что он ни разу об этом не проговорился. Простого извинения будет достаточно, чтобы мы забыли об этом происшествии.       – Извинение от Изабеллы? – в зал вошла Лелиана. Следом за ней и Жозефина. – Боюсь, ты этого никогда не дождешься.       – Тогда Изабелла может сейчас же покинуть Скайхолд. А вы знакомы?       – Пересекались,– Лелиана прошествовала к столу. И проходя мимо Изабеллы, заметила,– ты стала мягче.       – А ты выше,– огрызнулась пиратка. Да уж, с рождением дочери она совсем перестала контролировать свои эмоции. Тем более теперь, когда Андерс пропал. Она знала, что когда-нибудь подобное может случиться – это то, чего всегда ждешь, когда связываешь свою жизнь с преступником, которого разыскивают все на свете. Но все равно. За несколько лет она расслабилась.       Она поднялась на ноги и подошла к Инквизитору.       – Я прошу прощения,– сказала она. – Я была не права.       Лея кивнула.       – Варрик, а я, кажется, просила привести к ужину Андерса. Он занят?       – Сказал, скоро будет,– немного раздосадовано отозвался Варрик, занимая свое место у стола. Он уже думал, что будет настоящий скандал, с рукоприкладством. А обошлось все тихо, мирно. Изабелла даже извинилась.       Хоук кивнула Фенрису и тот, поднявшись на ноги и взяв девочку на руки, подошел к ним.       – Мой муж – Фенрис. И наша дочь – Ривас.       – Как свобода? – улыбнулась Лея.       – Как свобода. И радость. И надежда. И наше все,– Хоук потрепала девочку за щечку и та рассмеялась.       – Очень приятно познакомиться,– голос у Фенриса оказался низким и приятным. – Мне Мариан много о вас рассказывала.       – А мне о вас ни слова. Почему ты не сказала о них, когда мы были в Тени? Я бы никогда себе не простила, если бы узнала… если бы я сделала другой выбор.       – Давай, не будем о плохом?       – Давайте, к столу.       Разговоры за столом велись самые разные. Но никто и словом не обмолвился о Каллене. Словно его совсем не было. Может быть, это Варрик попросил не поднимать эту тему за столом, а дать Лее хоть немного отвлечься, а может быть, они и сами это поняли. В середине ужина, к ним все же присоединился Андерс. Он не поверил своим глазам, увидев Изабеллу. И хотя он только кивнул ей, не позволяя себе показывать свои чувства на людях, глаза его все сказали за него. Изабелла же не была настолько сдержанной. Она бросилась к нему прямо на шею. Он нехотя отстранил ее.       – Что ты здесь делаешь?       – Искала тебя. Ты ведь даже записки не прислал. И если бы не Варрик… и не Хоук…       – А я всегда знал, что Хоук знает, где вы,– вставил Варрик.       – А я всегда знала, что ты знаешь, где Хоук,– в тон ему отозвалась Кассандра. Лелиана прыснула со смеху.       – Но как это возможно, я имею в виду…– он посмотрел на Лею. – Это возможно?       – Она может здесь остаться, если это поможет в лечении.       – Поможет! Еще как… то есть, я имею в виду… я и без этого старался…       С него слетел весь его обычный цинизм. Он был совершенно растерян от неожиданно и совсем неожидаемо свалившегося на него счастья.       – Как Каллен? – вопрос все же был задан. И неожиданно это спросил Варрик.       – Я делаю все, что могу. Красный лириум, это не просто лириум, и не просто скверна. Но мне удалось очистить его кровь. Несколько дней, неделя… и я смогу сделать прогноз. Если он выживет…       – Обязательно выживет,– громко и уверенно – даже слишком уверенно – сказал Варрик.       Его вопрос и ответ Андерса сломал ужин. Лавеллан извинилась перед гостями, сказав, что не очень хорошо себя чувствует, и ушла. Она поднялась на ту башню, которую так и не достроили, где они когда-то лежали с Калленом и смотрели на звезды, и горько заплакала.       Впереди была неделя, после которой Андерс даст ответ – выживет Каллен или нет. Он еще сразу сказал, что возможно, даже если лечение и даст какие-то результаты в плане физического здоровья, его разум может быть уже настолько поврежден, что он никогда к ним не вернется. И лучшим решением будет убить его. Но Лея уже давно не думала об этом. Андерс просто лечил, не делал никаких прогнозов, не говорил ничего о его рассудке.       Но через неделю, он скажет.       Через неделю все решится.       Сможет ли она убить Каллена, если он так и не придет в разум? Сможет ли пожалеть его, и не пожалеть себя?