Часть 41. Последствия

Так вот оно что… Неужели это были крики одноклассников? Что их вообще в этот край привело? Неужели Полина? Неужели хотели с ней встретиться и шли к её дому? Злость снова нарастала. Но вместе с ней пришла ещё и тревога, страх быть раскрытой. Глаза. Мои глаза слишком выделяются… Действовать нужно быстро, я отвернулась от них, дабы избежать долгого зрительного контакта и, недолго думая, ударила Полину в районе сердца. Я нанесла ей тяжёлый и, при её состоянии, возможно, смертельный удар. Полина взвизгнула и начала тяжело дышать, откашливая кровь. Веки опускались, она умерала на глазах, но меня смущало лишь одно: разве при попадании в сердце не умирают сразу? Или же я промахнулась и попала в легкое? Нет времени на такие мысли. Полина рано или поздно умрет, даже если ещё жива, то до больницы не доживёт. Я встала и побежала прочь. Не думаю, что они такие идиоты, чтобы бежать за убийцей. Убийцей? Ну, правда, кто я после этого, как не убийца… И все же надеюсь, что они не побегут за мной, ибо тогда я за себя не ручаюсь. Где-то позади меня я слышала крики Ромы.       — Твою ж мать! Бяша, тащи её в больницу! — дал последнее указание он и ринулся за мной. Он в своём уме? Я думала, он не настолько глуп, или это из-за того, что знает про зверей? Но тогда я совсем не понимаю, зачем он бежит за мной, зная правду. У него должны при виде меня все инстинкты самосохранения включиться, а не наоборот. Бесстрашный. Прошу, остановись и не вынуждай меня нападать на тебя! Я ускорилась. Явное преимущество этой маски — скорость. Я гораздо быстрее и выносливей обычного человека. Я нырнула в тень деревьев и стала выжидать там, в надежде, что лес укроет меня. Мы же с ним заодно? Так и вышло, я оторвалась от Ромки, а тот же выдохнулся и отправился назад. Тут я вспомнила маленькую деталь. Волки. Они были рядом с нами, я надеюсь, они смогли добраться до Полины и та уже мертва. Жаль, что я все же не получила её сердце. Я так хотела на него посмотреть… Жаль, что пришлось резко поменять планы. Теперь мне нужно вернуться. Но могу ли я спокойно вернуться к себе домой? Как долго я смогу лгать? Теперь мне нужно будет продумывать свою ложь заранее. Я должна буду знать ответы на каждый вопрос. Даже самый неожиданный. Самый глупый. Я отправилась домой. Естественно, вернулась за портфелем и сняла свою маску, когда убедилась, что рядом никого нет. Дойдя до дома, я робко открыла дверь. Нужно быть увереннее, иначе это может плохо закончиться. Шум из гостиной свидетельствовал о том, что дома были родители. Я оповестила домочадцев о том, что уже дома и ушла в комнату. Заперев дверь, я медленно сползла по ней. Почему именно сейчас стало очень страшно? Почему не было раньше? Почему я захотела её убить? Как я могла так жестоко поступить… Я хотела вырвать сердце! Я выдохнула. Что сделано, то сделано, думать о последствиях нужно было раньше. Теперь это можно считать началом моей новой жизни. Я вспомнила про маску. Интересно, куда бы мне её спрятать? Может, в корзину с игрушками? Или же лучше чтобы она всегда была со мной? Да, пусть всегда будет рядом. Сейчас пускай продолжит лежать в портфеле. В окно прилетел снежок, а чуть после начали барабанить с просьбой . Только не Рома. Только не сейчас… Нужно успокоиться. Что же, придётся и ему лгать. Я открыла окно и недовольно начала:       — Что надо? Неужели пришел извиняться? Если да, то проваливай. Я не буду тебя слушать, — я уже хотела захлопнуть окно, как Рома перебил меня. Я все же решила выслушать его. Зайти без моей помощи он все равно не сможет.       — Лиля, вот давай без выебонов, впусти меня, мне есть что рассказать. Это серьезно.       — С какой стати я должна тебя впустить? — усмехнулась я. Что же такого он мне расскажет, чего я могу не знать?       — На Полину напали. Пришлось наигрывать удивление. Я ахнула, чуть пошатнувшись. Да что ты говоришь! На Полину напали? Как же так… Ха-ха-ха-ха. Надеюсь, он не понял, кто это сделал. Хорошо, буду играть дурочку, раз того требует ситуация. Я позволила Роме залезть, протягивая ему руку, чтобы он мог ухватиться и перелезть через карниз. Отошла от окна, позволив Пятифану запрыгнуть в комнату.       — Что случилось? Кто напал? Что с Полиной? Она жива? — последний вопрос меня волнует больше всего. Хотя я предугадываю ответ.       — Мы с Бяшей услышали крики и пришли на звук. Полина уже в больнице. Нападение было прямо рядом с ней, даже угол здания был виден. Она жива… Мир остановился. Невозможно. Как я могла так оплошать. Но почему Полина выжила?! Теперь у меня огромные проблемы. Она видела мои глаза. Интересно, в селе много людей с золотыми радужками? Сейчас я была до чертиков напугана, но приходилось играть удивление и даже радость от услышанного.       — Что говорят врачи? Как её состояние? — я не теряла надежды.       — Нам они отказались отвечать, мы же, блять, не ее родственники. Да я ей как брат! Ну, пришлось подслушать разговор. Говорили че то про то, что ранение было в лёгкое, но не смертельное. Только вот одно мне интересно: подобные удары наносят либо для самозащиты, либо полные уроды, чтобы жертва умирала, захлебываясь в собственной же крови. Врачи говорят, что состояние сейчас тяжёлое и она все же при смерти. Полина потеряла много крови, так что остаётся лишь молиться, — Рома спрятал лицо в ладони, оперевшись локтями на колени. Неужели? Как славно.       — Почему именно она… Кому же она так насолила, бедняжка. Да она сущий ангел! Ты видел, кто нападал? Или вы пришли только после процессии? — скрыть правду — вот моя цель. Лишь бы он не разглядел мои глаза…       — Да больной какой-то, в маске оленя. На удивление быстрый, падла. Я помню, что ты как-то говорила, что та лисица, ну, как там ее… Алиса! Тебя тоже Олененком называла, — Рома прикусил щеку. От одного его предположения кровь стыла в жилах… Сердце начало биться чаще. Неужели он все же узнал… Нет, лгать до последнего.       — Ты на что намекаешь? Думаешь, что это я, что ли? Ты вообще в своём уме? Урод, думаешь, что я убийца? Да между нами вообще есть хоть капля доверия, раз ты такие намёки делаешь?!       — Доверие то есть, — он ответил лишь на один мой вопрос!       — Тогда ответь мне честно, ты думаешь, что зверей бывает несколько? Думаешь, что раз я смахиваю на олененка, то и все, что связано с этим животным, делаю я? Рома первое время молча смотрел мне в глаза, а после кивнул.       — Я думаю, что это была ты.