2

I wanna pull your strings Like you're my telecaster Трель телефонного звонка, будто надоедливая муха, развеяла мой утренний, уже не такой крепкий сон. Я, несмотря на очень противный звук, провела рукой по месту, где спит Дамиано — моя ладонь столкнулась с холодом нетронутой постели. Страх на миг охватил сердце: я быстро поднялась на локти, осмотрела комнату и поняла, что действительно одна. Упала на подушку, а телефон продолжал разрываться. Липкое чувство, когда полностью отходишь от сна и возвращаешься в реальность, ещё путало мысли. Я взяла телефон с тумбочки рядом, увидела знакомое фото на весь экран и уверенно нажала на зелёную кнопку. — Да, любимый, — получилось как-то слишком сонно. При этом я опять закуталась в одеяло. — Извини, что разбудил. Я надеялся, ты уже проснулась, — парень рассмеялся; его смех был громче шума на улице. Шума, который только набирал обороты. — Что будешь на завтрак? — Я? Я хочу… слушай, возьми обычных булочек. Намажем маслом или джемом, запьём кофе. Нравится? — Угу, я «за», — прозвучало весело. — Как раз прохожу возле булочной. Скоро буду, сердце! — Жду, — протянула я и закончила разговор. Положила телефон рядом, уткнулась носом в подушку, вдруг решив подремать ещё чуть-чуть.

***

Тёплые прикосновения к щеке заставили меня открыть глаза. На этот раз пробуждение было намного приятнее. — Который час? — спросила я испуганно, представляя, сколько всего могла проспать. Дамиано ласково улыбнулся и повернул голову в сторону настенных часов: — Почти девять, солнце. Не думаешь, что пора уже подниматься и уверенно встречать новый день? Я потёрла глаза и потянулась: — Лучше ложись ко мне. Но сними курточку! Давид не послушался: залез на меня, не скинув кожанку и, наверное, даже не сняв обувь. Зато парень одним быстрым движением выпутал меня из-под одеяла, кинул его в сторону и принялся меня щекотать. — Э, нет-нет-нет! — я закричала. Ведь щекотка — настоящий враг! Тонкие музыкальные пальцы любимого быстро-быстро и совсем легко касались моих рёбер, и это заставляло меня крутиться в разные стороны. — Не-е-е-ет! Ну прекрати! А-а-а-а-а! Дамиано заливался хохотом и, кажется, не планировал отпускать меня. — Ты уже окончательно проснулась? Он на миг остановился. Я решила чуть перевести дыхание; пот выступил на лице и под руками, поэтому желание отмыться было таким же сильным, как и желание, чтобы Дамиано отстал. — Да, — как только я это сказала, парень начал пытку опять. У меня не получалось двигаться с большой амплитудой, ведь музыкант до сих пор сидел на мне. Он смеялся и хаотически касался моей шеи, грудной клетки и живота… Я думала, что задохнусь — полукрики и смех вылетали с горла. — Дамиано, я сейчас описаюсь! Прекращай! — Ну хорошо, хорошо. Считай, тебе повезло, — он перекинулся на своё место с полностью удовлетворённым выражением лица. Я быстренько окинула парня взглядом зелёных глаз. Да, на нём были и ботинки, и куртка. — Кот, я сколько раз просила тебя… — поднявшись с постели, я ещё раз взглянула на Давида: он раскинулся на кровати и хитро смотрел на мою наготу, пока я не накинула лёгкий чёрный пеньюар. — Уже надула губки, надула, — перекривил меня парень. В ту же секунду он вскочил на ноги. — Пока ты в душ, я приготовлю завтрак. — Я быстро, не успей устать. На добрый подкол Дамиано ответил коротким поцелуем в кончик носа. Мне нравилось принимать душ под горячей водой, поэтому то прохладное, как оказалось позже, утро, не стало исключением. Вода немного обжигала кожу, но я дико кайфовала. Вода смывала что-то, что осталось после ночи, вместе с пахучей пенкой. Вода делала тело чистым, как и мысли. Краткое «тук-тук» в дверь ванной комнаты отвлекло меня от рефлексии. — Ты забыла взять одежду, — Дамиано положил мои вещи на стиральную машину и быстро оставил меня дальше стоять за светлой шторкой с душем в руке. — Хэ-эй, спасибо! — бросила я, надеясь, что парень услышал это сквозь шум воды. Почему-то стало зябко.

***

В нашей небольшой квартире, аренду которой полностью взял на себя Дамиано, несмотря на мои феминистические порывы, была просторная кухня с выходом на балкон. Эта комната, наверное, самая светлая из всех; даже сегодня, в пасмурный октябрьский день, кухня сияла солнечными лучами, что всё-таки пробивались сквозь серые облака. Я вышла к парню в своих спортивных штанах и его кофте с капюшоном. Дамиано ужасно нравится, когда я надеваю его вещи — даже просить не надо! На кухне пахло разогретой выпечкой и кофе. Моё появление было как раз вовремя: булочки, намазанные маслом и джемом, как мы и планировали, ещё оставались горячими, а от чашки поднимался пар. — Любимая, приглашаю Вас к скромному завтраку, — Дамиано отодвинул стульчик. Хитрый кот. — Я буду рада, если Вы составите мне компанию, — лёгкий румянец укрыл мои щёки, будто Дамиано вижу впервые. Он сел напротив, но не взялся за еду. Я же начала уплетать всё с отменным аппетитом, и мне стало даже неудобно. — Разве ты не голоден? Парень как раз небрежно зажёг сигарету. Честно говоря, я ещё не совсем привыкла к роли пассивного курильщика, но сильное отвращение со временем и правда пропало. Дамиано выдохнул дым в сторону открытого балкона. — Нет. Что-то не хочется, а ты ешь, — он струсил пепел в наполовину полную пепельницу. — Мг, с удовольствием, — я нарушила свою давнюю привычку не говорить с полным ртом. Дамиано сел ближе и начал рассказывать про своё утро. Я слушала его заинтересованно, но на душе было грустновато. — Я не рассчитывал, что Итан и Томас надумают поехать на студию в шесть. Я вообще мог бы не соглашаться присоединяться, но они сказали, что без меня — никак! — парень расплылся в самоироничной улыбке. — Даже Вик приехала, хотя ей до студии ближе всех. Не хотел тебя будить — так сладко спала, — он погладил моё колено. — И вы записали песню? Зрачки любимого будто загорелись: Дамиано встал, затушил сигарету и довольно кивнул: — О, да, Джорджия! Это станет хитом! Ну, надеемся. — Спой мне, — я вытерла рот салфеткой и поднялась, чтобы убрать посуду. Но Дамиано, легко нажав мне на плечи, заставил сесть опять. — I wanna pull your string like you're my telecaster, and if you want to use me I could be your puppet, — хриплый голос звучал уверенно. Дамиано, когда пел, всё смотрел на меня; он прекрасно знал свои хорошие стороны, поэтому выгодно ими пользовался. Парень наклонился к моему лицу, я же обняла его за шею. Опять пропел: — Аnd if you want to use me I could be your puppet, — мы поцеловались. — Уберёшь, — когда парень потянулся за вторым поцелуем, я быстренько выскользнула из объятий. — Моя марионетка. Певец, сдерживая смех, гордо поднял нос: — Иногда кто-то воспринимает всё уж слишком буквально.