Глава 4. Второй дом

      Ева сняла небольшую квартиру на окраине города. Лётчицей она больше не работала - не позволяло здоровье. Да и если бы позволяло, она бы отказалась. Теперь полёты напоминали только о боли, потери, войне. Она устроилась учителем литературы в школе неподалеку. В каждый урок Ева вкладывала частичку души, что не осталось не замеченным: дети были без ума от неё.       Ева хорошо ладила с коллегами, но особенно с учителем музыки — Иваном. Он был чуть старше нее, невысокого роста, с зелёными глазами и короткими каштановыми волосами. По натуре своей был весёлым и жизнерадостным человеком. Его лицо почти всегда озаряла добрая улыбка, от которой на морщинистых щеках появлялись очаровательные ямочки. Но больше всего Еве нравилась его способность во всем находить что-то хорошее.       Иван воевал, но после войны его зрение ослабло. К счастью, он еще мог играть на рояле. Музыка всегда была его страстью. В трудные времена его песни давали сил прожить новый день.       Поначалу боль от старых шрамов не давала Еве признаться, что он ей нравится. Женщина не могла отпустить прошлое и жить настоящим. Тем не менее стена, которую Ева неосознанно воздвигла, начала рушится. Иван научил ее играть. Однажды Еве нужно было уточнить пару рабочих моментов у мужчины. Это был короткий диалог, и женщине следовало бы уйти, но отчего-то она пыталась придумать повод задержаться ещё чуть-чуть. Повисло неловкое молчание. Когда Ева уже думала уйти, так и не найдя новую тему для разговора, Иван внезапно предложил научить её играть на пианино.       Мужчина достал одно из простейших произведений — Собачий вальс. Сначала сыграл сам, потом начал объяснять. Так, нота за нотой, палец за пальцем и выходила мелодия. Рабочий день подошёл к концу, а они все играли и играли. Иван ухаживал за Евой долго. Каждый день он дарил ей цветы: ромашки, тюльпаны, орхидеи, но чаще всего розы — ее любимые. Они подолгу прогуливались в парке или на набережной. Бывало, Ева идет с работы одна, слушает звуки вечернего города, как вдруг ее окликают:       — Позвольте вас проводить, мадам? — шутливо спросил Иван, галантно протянув руку.       — Да что тут не позволить? — рассмеялась Ева.       Она была рада его вниманию. Они болтали обо всём и ни о чем. Тяжелое прошлое наконец-то начало отпускать, позволяя жить настоящим. И вот, в один прекрасный день он сделал ей предложение. Стояла осень. Парк был усыпан жёлто-красными листьями. Ева и Иван, как обычно, не спеша прогуливались, болтали о проблемах насущных. В какой-то момент повисла длинная пауза, но она не была неловкой: пара наслаждалась тихим обществом друг друга. Вдруг мужчина остановился. Ева обернулась, не понимая, что происходит. Иван стоял на одном колене, протягивая кольцо.       — Ты самая удивительная женщина в моей жизни, Ева. Выходи за меня, а?       Женщина не сдержала слез. Она приняла предложение и упала в объятия любимого человека. В тот день Ева наконец-то снова почувствовала себя счастливой, душу согревали тепло и спокойствие.       Через месяц они сыграли свадьбу, а вскоре купили скромный домик за городом. У них был небольшой сад, где Ева высаживала цветы и деревья. Особенно хорошо прижилась роза, которая и по сей день там цветёт.

***

      Бабушка приостановилась. Аннушка попросила сыграть что-нибудь на пианино.       — Да я бы с радостью, моя милая, но что поделаешь, еле шевелю-то руками и пальцами, да и музыка… не мое это. Пианино стоит только из-за воспоминаний.       Дети рассматривали фотографии дедушки и мамы.

***

      Вскоре у пары родилась дочь — Лара. Она была очень любознательный и лучезарной девчонкой. Её глаза всегда горели, а с лица не с сходила улыбка, от которой, как и у отца, появлялись очаровательные ямочки.       Бывает, выйдет к матери в сад и давай расспрашивать:       — Мамочка, что это за цветок такой дивный, красненький, а пахнет…       — А, так этот гвоздика, доченька, гвоздика.       — А то что?       — А то сорняки, с ними и борюсь.       Или к отцу побежит.       — Папочка, а что это? Как это?       — Это, дочка, пианино, на клавишу нажимаешь, молоточек об струну бьет и звук появляется.       — Удивительно, — прошептала Лара с выпученными глазами и, постояв немного, побежала дальше.       Или как залезет на стул посмотреть, что за коробочка на самам верху шкафа и уронит или себя, или все вещи с полок.       Родители окружали Лару любовью и заботой, ни в чем ей не отказывали, помогали и учили ее. С ранних лет они, заметив творческую натуру дочки, решили отдать ее в музыкальную школу. Ларе нравилось, и она охотно училась.       — Это ты вся в отца, — как-то обмолвилась Ева, гладя дочь по голове. — Он тоже играет душевно так.       — А ты чего?       — Иван учил меня, да не то это, не мое.       — А что твоё?       — Я в твоём возрасте читала много. До сих пор люблю.       Без сор не обходилось, но были они совершенно мелочными: то мать белье в ненужное время постирает, то вещь какую-нибудь не туда положит.       Когда Лара закончила школу, поступила на дирижёра. Родители гордились ей, особенно отец.       Вскоре дочка совсем выросла и привела в дом молодого человека.       — Ну что, будем знакомиться-то? — радостно спросила Лара родителей. Те смотрели слегка недоуменно: девушка в свойственной ей манере забыла предупредить, что собирается кого-то привести в гости.       — Мама, папа, это Коля. Коля, это мама Ева и папа…       — Иван, рад познакомиться, — опередил дочь Иван.       Николай был слегка растерян, но в себе уверен. Внешне он был высок, слегка полноват и серьёзен. С Ларой он был знаком давно: коллеги, как-никак. Вместе они уравновешивали друг друга, идеально дополняли.       — Здравствуй, жених, — пошутила Ева, но оказалась права. Вскоре пара сыграли свадьбу.       Все в их семье было хорошо, пока Ивану не диагностировали рак. Жить ему оставалось совсем немного. Жена и дочь старались проводить с ним как можно больше времени, делая все, чтобы он ни в чем не нуждался. В тот последний день он сидел в саду на скамейке и обсуждал с Евой новости из газеты, Николай рубил дрова, а на траве Лара играла с Мишенькой. Иван подумал, что можно умирать счастливым.       На следующий день его похоронили. Лара с мужем стояли позади. Девушка смахивала платком слезы, едва держась на ватных ногах. Николай стоял с печальным взглядом и поддерживал жену, чтобы она не упала. Ева стояла перед могилой мужа и молча вытирала слезы. Вдруг она упала на колени и, ревя, что-то шептала. Коля поспешил поднять старушку с колен, Лара, пытаясь успокоить мать, крепко обняла её. Так они простояли еще несколько минут, простились и ушли. Вскоре появилась Оленька. Ева нянчила её и Мишу, пока их родители были на работе. Но вскоре Ларе предложили работу дирижёром в одном крупном оркестре, и она не могла отказаться. Ева осталась. Годы брали своё, и ей хотелось провести оставшиеся дни в старом доме. Она больше не работала, но новая работа позволила Ларе обеспечивать мать, и Ева ни в чем не нуждалась. Она продолжала ухаживать за садом, общаться с соседями и всё так же много читать.       Могилу мужа Ева продолжала посещать. Сначала она приходила почти каждый день. Ева рассказывала ему обо всём, словно бы Иван и не умирал. Вскоре здоровье Евы начало ухудшаться. Она сильно похудела, ее глаза перестали сверкать, а волосы стали седыми и редкими. Боли в спине и в ногах потихоньку запирали Еву дома. Вскоре её походы ограничивались магазином. Кладбище она тоже стала посещать реже, но с мужем «общаться» не прекращала. Только теперь её собеседником выступали фотография на стене, а не на могильной плите.

* * *

      Дети продолжали рассматривать фотографии, что не были испорчены войной. Миша и Оля уже знали, что будет дальше. Теперь они присоединились к Еве, рассказывая Аннушке истории из детства. Огонь в камине погас, но никто этого не заметил: в комнате всё ещё было тепло. Ветер утих, медленно кружились в воздухе снежные хлопья.