Глава 3. Война

      Был солнечный летний день: на небе ни облачка, дул лёгкий, еле заметный ветерок. По радио играла тихая, весёлая музыка. Ева работала в саду, Павел сидел в кресле на веранде и читал газету. Вдруг по радио передали, что в их страну вторглась армия соседнего государства. Началась война.       Ева замерла. Спокойствие в мире было шатким, но женщина продолжала наедятся, что война не начнется, не затронет её уютный мир. Но в одно мгновение все перевернулось с ног на голову.       Павла призвали спустя пару дней. Вскоре и Еве приказали идти воевать в качестве летчицы — людей не хватало. Ева не позволила себе отсиживаться, пока другие люди (и её муж!) рисковали жизнями ради мира.       Мария осталась авиадиспетчером, ее муж пошёл на фронт. Кажется, ей расставание далось труднее всего. Она плакала и плакала, пока провожала самых близких людей в её жизни на фронт. Мария хотела бы улыбнуться, сказать, что всё будет хорошо, и все они вернутся к ней живыми, но только больше слёз катилось по её лицу.       Время было тяжёлым и страшным. В какой-то момент всё смешалось в одно: грязь, крики, слёзы, кровь. Чувства притупились. Только голод и боль напоминали Еве, что она всё ещё жива. И лишь надежда на воссоединение с возлюбленным, на счастье давали ей сил прожить очередной день.       Но Удача — дама капризная и жуткая садистка. В один из дней Еву подбили. Ей пришлось вложить все силы, чтобы остаться в живых.       — Ну давай кусок старого железа! Нам нужно сделать это! Давай ржавое корыто, ну!       Чудом ей это удалось. Но испытания на этом не заканчивались: нужно было еще пройти по лесу так, чтобы не встреться с противником.       — Думай, Ева, думай… Тебя же учили определять стороны света по мху на деревьях, — женщина нервно ходила туда-сюда. Времени было мало. Огонь был сигналом для врага. Она еле сдержалась, чтобы не впасть в истерику и не заорать на весь лес.       — Ну, хоть умру под красивым небом… Точно!       В её голове сами по себе стали всплывать строчки из старой книжки про моряков. Полярная, расположенная на конце Малой Медведицы, звезда всегда указывает на Север.       — И если Север там, тогда лагерь должен быть… Там!       Почти неделю Ева медленно шла к лагерю. Питалась она остатками ягод, грибов. Еве везло — за всё время пути ей ни разу не встретился враг или хищник. Но когда до лагеря оставалось пара километров, Удача решила сделать перерыв.       — Вот черт…       Перед Евой стоял волк. Живой, голодный и злой. Она медленно начала пятится назад, рука нащупала в кармане складной ножик. Зверь приближался, пока Ева не уперлась в дерево. Волк оскалился. Ева, не соображающая достаточно ясно, зарычала в ответ. «Либо я его, либо он меня», — было в мыслях женщины.       Они атаковали одновременно. Волку удалось поцарапать ногу, но Ева смогла ранить зверя в бок. Зверь зарычал от боли, а затем с новой силой попытался укусить женщину за руку, но Еве хватило этой секунды, чтобы оказаться сзади и перерезать глотку. Она отбежала и смотрела, как жизнь покидает волка.       И только в лагере Ева осознала по-настоящему, что произошло. Запоздалый страх спровоцировал тошноту, ещё месяц ей постоянно снились кошмары. Это ещё повезло, что она успела вернуться до первого снега.       Еву доставили в госпиталь. Рана была глубокой, но не критичной. Восстанавливаться, правда, долго. Ну ничего. Зато можно наконец-то письма написать Павлу и Марии.       Ответ не заставил себя долго ждать. Мария писала, что она работает без происшествий. У неё всё хорошо… насколько всё может быть хорошо у той, чей муж погиб в плену. Вернее, он бежал из плена с важными документами, но его ранили. Врачи не успели в срок. «Все говорят, что мой муж герой, но мне от этого не легче», — писала Мария.       А вот письмо от Павла… Начала успокаивало: у него всё хорошо, он по ней скучает. Но затем письмо резко обрывается и продолжает его уже другой человек. Их лагерь настиг противник.

      «Павел погиб в бою.

Просил, если не выживет, дописать и отправить письмо Вам.

Примите мои соболезнования»

      Ева почти умерла. В одно мгновение призрачная надежда на счастье покинула её. Следующую неделю лишь письма Марии помогли ей находить причины прожить очередной день. Ева решила: она обязательно выживет и встретится с подругой. Вместе они смогут прийти в себя, начнут новую жизнь, снова будут счастливы.       И вот Ева снова в строю, её глаза горят, она жаждет победы. Она верит, что проложит дорогу к счастью.       Настал долгожданный день.       — Мы победили, — громко, со слезами счастья на глазах, сообщает командир.       На радостях Ева пишет Марии письма. И через неделю получает ответ.

«Здравствуйте.

Мне сообщили, что в ночь до окончания войны штаб, где работала Ваша подруга, разбомбили, ничего не осталось.

Ева, хочу сказать, что Марии больше нет…»

      Ева умерла. Она не чувствовала ничего. Страха больше не было. Все самое ужасное, что она только могла представить, уже произошло. Оставалась неопределённость.       — Что делать дальше? Как жить теперь? Моя жизнь — одни руины.       У Евы осталось лишь несколько фотографий на память о счастливых днях.

* * *

      Ева опять указала детям на стену. Там было много старых фотографий: где она была со своим мужем, с подругой, рядом со своим уютным домиком, в саду…       Внуки молчали. Внутри была какая-то пустота, к горлу подкатил ком. Оля вытерла мокрые глазки сначала себе, а потом Аннушке. Миша поглаживал сестёр, пытаясь успокоить и их, и себя.              Ева спокойно сидела в кресле. В её глазах были нежность и печаль.       — Бабушка, разве тебе не хочется плакать? — спросила Аннушка.       — Я уже давно выплакала все слёзы.       — И тебе совсем-совсем не грустно?       — Грустно, Аннушка, грустно. Но я отпустила эту боль.             Девочки уже не могли сдерживать слезы. Миша крепче обнял плачущих сестёр. В доме стало тихо. Было слышно только вьюгу за окном.       Ева попросила Олю подбросить ещё одно палено в камин. Рассказ был еще не закончен.