Проблема с булочками или как вывести отца

1997 год 30 августа Принцип марионетки в жизни человека. Слыхали, дорогие, о таком? Полагаю, нет, ведь это мой термин. Под чужую дудку мы пляшем все, так или иначе, вопрос только вот в чем — под чью именно? Утренняя возня домашних эльфов была громче чем обычно, горшки на кухне летали, то ли их роняли, то ли на них наложили заклинание беспорядка, может в дом и вовсе проникли проклятые пикси. Летают, крылышками тонкими, как ситец, трепещут, да насмехаются, крушат и над эльфами измываются. Отец ведал пару таких историй — будто в Хогвартсе беда такая приключилась, пикси на уроке из клетки выпорхнули и крушили все вокруг, глазные яблоки крошечными пальцами выдавливали, за волосы тягали, даже самый упругие палочки молодых волшебников треснули в борьбе. Честно, я не верю, кажется отец имел всегда такую интересную черту — приукрашивать. Запугать пытался или готовил к худшему понятия не имею. Я тогда даже поинтересовалась, где был профессор Кеттлберн, почему оставил несостоявшихся магов одних, да и где такое вообще видано. В ответ мне прилетело, мол это не имеет никакого значения, коль оставил учеников в классе, дела неотложные были. Запертая дубовая дверь в кухню, клянусь, могла удержать рой пчел или толпу не завтракавших учеников ( хотя они, скорее всего, просто бы ее вынесли), однако запах свежеиспеченной сдобы — нет, о, эти булки с корицей, от которых даже такой человек, как мой строгий отец Северус Снейп не был способен устоять. Чего уж там болтать!? Один Мерлин знает, кто откажется от них. Была б воля моя, я бы ела их на завтрак и на обед, да и на ужин тоже. — Аберто! — прошептала я, чуть ли не захлебнувшись в слюнях. И как несправедливо со стороны отца было запретить мне пробираться на кухню. Видите ли Малфои прибудут, на стол накроют, аппетит не перебивай главное. Думает, будто его наказы меня остановят. Да ни в жизни! Он это и сам знает, да все равно надеется на послушание. Лучшим вариантом оказалось прокрасться на кухню гусиным шагом, эльфы просто-напросто поглощены готовкой, паря по кухни и вовсе не замечая какие мыши у них под ногами прыгают. Ну, а там уже поминай меня лихом. Дело техники, так сказать. Кристи за мной с утра по пятам таскалась. Нянькой нанялась, что ли? Мои волосы пушистые чесала, ругаясь и проклиная, а потом молила, чтоб я ее острый язык отцу не сдавала, поэтому сейчас или никогда. « — Проклянет, господин, проклянет, а волосы твои не поддаются ничему, гори они бездной!» « — Стащишь с кухни булки, тогда подумаю над твоим предложением. — подмигнула я домашнему эльфу с хитрой улыбкой на лице. — Может даже не стану упоминать, что ты вчера разрешила мне приготовить болтливое зелье». « — Ах, ты маленькая шантажистка, моя госпожа! Молоко на губах не обсохло, а уже строит всех по нитке. Не бывать тому! — она пригрозила пальцем. — Снейп голову снимет и мне и тебе». Пока три худощавых эльфа парили над деревянными столешницами, еще один плескался в раковине, видимо, мыл овощи, мой план претворился в жизнь. Кошкой под стол с длинной скатертью, почти доходящей до пола, и вот — успех в кармане. Хватай больше и беги что есть мочи, пока шуточная тревога Линды не рассердила отца. — Негодяйка! Сказали же подождать! — неожиданный вопль Тарина, моющего овощи, заставил меня вздрогнуть. Кисть, шарящая по столу, в спешке ухватилась за раскаленный противень, а не за сдобу. — А-а-ай! - вскрикнула, будто в зад меня ужалил синоп (1), отдернула руку молниеносно, и тут чувствую, булки летят в след. — Дерьмо… — жестяной противень с грохотом оказался на полу, а я как подорвусь и бросаюсь наутек. Даже про булки забываю. Брезговать не про меня, разницы откуда таскать сдобу нет. И все же от вопля «Воровка!» еще одного эльфа, у меня все вылетает из головы, а адреналин наоборот захватывает меня, я чувствую бурлящую кровь, стуки сердца в висках, когда впопыхах стукаюсь затылком о стол. Эльфы пользуются заминкой, питая надежду на поимку воровки. Парящий Тарин преграждает мне путь. Кидаюсь в другую сторону, огибая стойку. — Стой, маленькая воровка! — хохочет Трилл, когда я пролетаю мимо нее в сантиметре. — Преступление ждет наказание! — Я запускаю в нее ослепляющие искорки и, пока другие эльфы прыскают со смеху, отчаянно пытаясь меня поймать, я высовываю язык и корчу смешную рожицу. — Сначала мы сыграем в «Прячь и беги» (2)! Только спрячу я себя, а ты ищи! — от собственного остроумия моя улыбка тянется до ушей, я тыкаю указательными пальцами в ямочки, растягиваю щеки еще больше, теперь вместо лица перекошенная рожа. —Ах, ты маленькая негодяйка! Ну, Лу, я тебе покажу! — пригрозила она мне кулаком в шутку. Эльф стала вытирать глаза сморщенными ладонями, косточками, обтянутыми кожей, если быть точнее. — А вы меня сначала догоните! — бросаю я напоследок. Дожидаться, пока на меня кинутся все четверо я не стала, поэтому показала эльфам свои пятки. Выныривая из объятий наказания, выкидываю ослепляющие искорки вновь, только их гораздо больше чем в прошлый раз, теперь они рассеялись по всей комнате, так же быстро, как огонь при пожаре. Захватывая каждого лопоухого, заставляя остановиться и протереть глаза. — Стой! А ну кому я сказала! — смех сменился недовольством, Трилл явно задалась мыслью меня отшлепать. Вперед по лестнице наверх, пока на шум не слетелась рыба покрупнее. Направо. По коридору. Ковровая дорожка сминается, образовывая бугры. Главное — не упасть. Минуя спальни для достопочтенных гостей. Мимо кабинета отца. И терпели же они мои шалости, бедняги. Что ни день, то ад, а если еще и Малфои гостили у нас, то хоть плачь. Сейчас только благодарю Мерлина, что гостили у нас они не часто и наш с Драко дуэт рушил стены Малфой Мэнора, а не нашего скромного особняка. Толи еще будет! Теперь мысль о том, что мы с Малфоем младшим будем жить в доме одного факультета через парочку ночей, разрывала мое сердце, заставляла мозг идти кувырком. Никаких наказаний! Никаких отцовских наблюдений! Никаких ограничений! Убеждаюсь, что погони за мной нет. Приоткрытая дверь в кабинет отца тешит любопытство, я внезапно останавливаюсь, чуть ли не падая. Половицы под ногами предательски скрипят, так противно, аж слух режет, словно мышей давят, а они пищат. Солнечные лучи падают на дубовый письменный стол, отец в темной мантии до пола пишет что-то в кожаном дневнике пером. Книги на полках, тонкие, с мое запястье, жирные, в кожаных переплетах, тряпичных, с картинками внутри и без. Добрую половину, которых я уже знала наизусть. Не романы и не приключения, не мировые шедевры, а только учение. Как приготовить драконий тоник или дыбоволосое зелье, все можно найти на пожелтевших страницах отцовской библиотеки, такой маленькой и одновременно такой обширной. Шкура лежащая на полу, где я просиживала дни, когда была совсем малышкой, теперь пустовала, как минимум последний месяц, пока я была в Малфой Мэноре. И теперь ожидание, когда Малфои вновь прибудут, стало самой приятной попыткой. Торопим события мы всегда, не наслаждаясь минутами настоящего. — Что опять натворила Лукреция?! — строгий голос отца, словно острое лезвие, резанул по лицу. — Слышу кухня на голову перевернулась. Хотя почему-то я не удивлен вовсе. — слова лились из его рта общим потоком, глаза черные, как колодцы, он не поднимал, и, Мерлин, я была так благодарна за это. « — И вновь, и вновь ты стремишься разочаровать меня Лукреция. — Отец стоял, гладя в окно. Беспристрастное лицо рассматривало внутренний двор, даже не удостоив меня взглядом. — Я же повторял много раз. — голос спокойный и такой устрашающий. — И вновь ты тащишь «Хроники Ребуса» в наш дом! Как только Малфой на тебя влияет! Ты дала мне слово, Лукреция! — теперь он повернулся, с прожигающим взглядом. Желание спрятаться поглощает». « — И я его держу, отец. По твоему, пару книг испортят… А самый главный вопрос что?.. Я уделяю учебе столько же времени! Следую всем твоим наставлениям и указаниям, за исключением малейших… — огонь по моим щекам разливался с неумолимой скоростью. — Я дала слово, да. Не погрязнуть во всей чуши, в которой пропадают сверстники, но одна книга ничего не меняет! Между прочем, Гойл до сих пор в буквах путается! » — Я только булку одну хотела! —дверь отворилась перед моим носом, как под дуновением ветерка. Кулаки жадно впились в бока, чтобы не показать отцу, что совесть съедает меня изнутри. Вот какое влияние он оказывал на окружающих — хочется провалиться под землю. Я почти что уверена была, что мальчик-который-выжил мог противостоять самому сильному волшебнику, но моему отцу навряд ли. — Да ведь это звучит даже нечестно! Не трогай! Не перебивай аппетит! — я коверкала недавно сказанные слова отца. « — Молодая леди! Я требую, чтобы этой бесполезной литературы… бесполезной романтической литературы, не было в моем доме!» — Молодая леди, прошу не кривлять мои слова. — теперь его черные глаза пуговицами смотрели на меня. — Малфои скоро прибудут. Ты собрала вещи? — Все сделано. И нет я ничего не забыла положить, все проверила. — я ответила на еще не заданные вопросы и получила поощрительный кивок в свою сторону. Отец показал ладонью на стул, как бы приглашая присесть и поговорить. — Я помню все наказы, отец— в Косом переулке держись ближе к Люциусу и Нарциссе, с Драко дуэли по пути не затевать и зелья никому не подли… — Все верно, Лу… — он поднял руку, чтобы остановить мой язык. — Память у тебя острая, я это знаю и подтверждений мне не надобно. Пылкий нрав твой все же будет под моим контролем, но вот в чем дело… — отец скрепил пальцы и поставил свой подбородок на образовавшийся узел. — Дело в том, моя дочь, что пророчество молодого мага сбывается... — Мальчик-который-выжил окажется моим ровесником… — пробормотала я. Легенды и пророчества, рассказанные отцом мне в детстве, заменяли сказки, которых у меня никогда не было. Почти также как зелья и беспалочковая магия заменяли детские игрушки. — Ты это желаешь сказать, отец?.. Я буду наблюдать за пророчеством собственными глазами, и ты хочешь, чтобы я не совала нос, куда не следует, верно? — Именно, маленькая догадливая волшебница. На самом деле, поводов для радости мало. — вздохнул он, потирая глаза пальцами. — Этот год будет сложным для всех Лу, поэтому хочу с тебя взять второе обещание — что бы не случилось, ты не должна мне лгать. — Разумеется, отец. — я пожала плечами. Лгать родным людям нельзя, будто он думает, что я могу… Ну только если о мелочах, хотя это разве можно назвать ложью. Только если ложь во благо… мое благо. — Никаких тайн и передряг, только правда, чистая, как слеза нимф, понятно? — отец встал и подошел к витражному окну, переливающемуся в свете теплых солнечных лучей. — Лу, ты должна помнить пророчество слово в слово, когда я заставлял тебя рассказывать его за каждым завтраком, обедом и ужином, все было неспроста. Знания спасут тебя в опасности, если… так… будет… если ты окажешься втянута во что-то подобное. — он повернулся и дождался моего кивка. — Если я окажусь в опасности, то это меня защитит. — я вытянула из под платья парный кулон-оберег и указала на него пальцем. — Это защита от темных сил и пусть только кто-то попытается напасть. — пригрозила кулаком невидимому врагу, заметив неподдельную улыбку на лице отца. — Детская бравада… это у тебя от матери. — отец покачал головой. « — Для избранных пути обратного нет. Билет в один конец, обратная дорога ведет в никуда. Марионетка собственной судьбы. — отец провел пальцами по моим рыжим кудрям. — И пусть им поможет Мерлин преодолеть все, те испытания, что уготовила для них жизнь». « — И пусть Мальчик-который-выжил выживет еще разок. — детский голос, жалобный, как у маленькой птички. И с ранних лет я заканчивала рассказ отца об избранном и его сестре этими словами». Хлопок в камине заставил меня и раскрытый чемодан на ногах подпрыгнуть на диване. Вещи сложенные в стопки, скорее походившие на горы, упали. Я просто утрамбовала все в чемодан мягким местом и когда услышала щелчок замка, метнулась вихрем в столовую встречать долгожданных гостей. Чуть не задела Трилл, уже пожаловавшуюся на меня отцу, хотя лучше бы задела. Моя предательница чувствовала себя виноватой за то, что докладывает на ту, которая любит ее как свою тетку или бабушку. « — Вы только, господин, сильно на нее не сердитесь. Искры то не вредят. Булки за обедом мы сегодня не увидим, но…». « — Трилл, спасибо, но я сама решу, что делать с этой информацией». И как ни странно отец не наградил меня суровым взглядом, может дело было в гостях или он привык к моим выкрутасам, а может в голове его крутились другие мысли. Этого я, к сожалению, никогда не узнаю. — Драко! — никакой этикет не смел меня сдерживать. В платье или без него, с прической или с растрепанными волосами, разницы нет, в каком виде и как это выглядит. Я побежала к другу, а он побежал ко мне. В такие моменты кажется, будто в жизни нет ничего, что важнее. Никогда не было, нету и не будет. «Этот год будет сложным для всех, Лу…» Мерлин только бы забрал у Люциуса его недовольное лицо и, примерно, представить, о чем он размышляет не составит труда даже самому непроницательному человеку. — Мне тебе столько рассказать нужно, Лу, ты не представляешь! — Драко, несмотря на аристократичный вид, схватил меня за руки и запрыгал, как козлик, просящий травы. В конечном счете, я тоже марионетка, но только ниточки дергает не судьба.