Год 1. Разоблачение

      Пэнси глубоко вдохнула, заполняя лёгкие свежим летним воздухом. Она только что сдала последний экзамен в этом году, Травологию, и теперь возвращалась из теплиц в школу. Сумасшедшая неделя осталась позади. Между высокими башнями замка сновали птицы, как магические, так и совершенно обычные, оглашая пространство красивыми трелями. Поверхность Чёрного озера блистала от солнечных лучей. Пэнси не знала, были ли это просто блики, или она и правда видела, как мелькнул в воде русалочий хвост. Но сейчас её затопило облегчение и хотелось просто наслаждаться и радоваться всему, что попадалось взору её болотно-зелёных глаз. Её друзья уже освободились и теперь, вероятно, готовились к Заключительному праздничному пиру в своих комнатах. Настроение у всех было приподнятое — Слизерин лидировал по очкам и мог заслуженно претендовать на ежегодный Кубок Школы. Ну и конечно, сегодня вечером у их компании запланирована собственная прощальная вечеринка, на которой они заодно отметят свои двенадцатилетия. Пэнси совсем не хотелось думать о том, что впереди её ждут два месяца без друзей. Она несомненно будет скучать по нежной улыбке Дафны, остроумным шуткам Блейза и Тео и утончённым разговорам с Драко. Они стали ей так близки за этот учебный год! Но с другой стороны, Пэнси надеялась, что за лето Драко повзрослеет и хоть немножко образумится — достаточно для того, чтобы оставить в покое Поттера и посмотреть на неё не только как на хорошую подругу. Она часто ловила себя на том, что любуется переливами света на платиновых волосах или пересчитывает взглядом родинки на бледной тонкой шее. В свои двенадцать он был уже исключительно красив, и многие старшекурсницы вздыхали о том, каким же он будет замечательным через несколько лет. Если, конечно, скверный характер и меркантильность Малфоев не перебьют это очарование. Блейз всегда наблюдал за её попытками привлечь внимание Драко с лёгкой усмешкой. К счастью, он был единственным, кто их замечал. Пэнси не разговаривала с ним об этом, не желая получить в ответ на свои изливания души саркастичное замечание. Не потому что Блейз был жесток, вовсе нет, он просто не верил в любовь и не мог серьёзно воспринимать проблемы, связанные с этим. Другого и не следовало ожидать, с его-то матерью. Зато Блейз верил в дружбу и был готов на многое ради своих друзей. Пэнси не назвала бы это самопожертвованием, но она знала, что он смог бы переступить через свою гордость или даже моральные принципы, окажись кто-нибудь из них в беде. Да, Блейз был чудесным, но прямо сейчас ей хотелось убить его на месте. Пэнси, заливаясь краской, исподлобья глядела на то, как он тянул за руку Драко в её направлении. Она только что переоделась, сменив школьную форму на тёмно-зелёное платье ниже колена, надев поверх него блестящую парадную мантию. Студенты, находящиеся в гостиной, косо поглядывали на них и перешёптывались между собой. Драко ошеломлённо моргал, не понимая, чего друг от него хочет. Они все договорились встретиться на их диване, но Дафна, Тео и «свита Драко» всё ещё отсутствовали (даже несмотря на то, что Пэнси вернулась с экзамена последней). Блейз подтолкнул друга в спину и улыбнулся, как довольный кот. — Кажется, ты не знал, с кем идти на пир? Драко вяло передёрнул плечами и непринуждённо мазнул взглядом по Пэнси. — Ага, наверное. Ты не против? — он даже не смотрел на неё, разглядывая свои безупречно ровные ногти. — Нет, — приглушённо отозвалась она. Драко тем временем отвлёкся от ногтей и принялся скучающе изучать потолок, словно было что-то интересное в резных фресках. Только если вы не великий ценитель искусства, конечно. Пэнси одновременно проклинала и благодарила древнюю традицию слизеринцев: перед началом Прощального пира заходить в Большой зал парами. Это не несло в себе ничего серьёзного, просто так было принято. Но Блейз всё равно ухватился за эту возможность доставить Пэнси немного радости. И неловкости. Сейчас, держа под руку Драко и поглядывая на дверь в спальню девочек, она чувствовала, как предательски краснеют уши от смущения и удовольствия. Ну, по крайней мере, их можно было спрятать за волосами. — Пэнси, милая, я одолжила твою заколку, ты не против? — прощебетала Дафна, наконец появляясь в общей комнате. Она прекрасно смотрелась в чёрной мантии с серебристой вышивкой на подоле. — Конечно, всё нормально, — пожала плечами Пэнси и, используя это как повод отстраниться от Драко, приблизилась к подруге, чтобы обнять её. Без назойливого аромата дорого парфюма стало легче дышать и волнение начало отступать. — Ты прелестно выглядишь. Сама накладывала чары на волосы? Они так блестят! — Дафна задорно улыбнулась. — На самом деле, мне немного помогла Милисента. Я даже не знала, что она так хороша в косметических заклинаниях. — Бедняжка очень беспокоится о своей внешности, — она помотала головой и тут же, опомнившись, стала поправлять выбившиеся из пучка прядки. — Милисента, на самом деле, довольно симпатичная. Ей бы немного поработать над фигурой, а черты лица, в целом, и так приятные. — Тебе легко судить, — Пэнси отвернулась, заслоняя волосами свой, по её мнению, непозволительно курносый нос. От дальнейшего разговора их спас Тео, неожиданно выросший рядом и демонстративно поправляющий серебряные запонки на манжетах рубашки. — Дамы, — он кивнул им по очереди с напускной небрежностью и предложил Дафне руку. Она с мягкой улыбкой приняла её. — Не выделывайся, — озорно подмигнул другу Блейз, вставая перед ним вместе с Трейси. Девочка оглядывалась вокруг немного потеряно, но, впрочем, никогда нельзя было понять, что она чувствует на самом деле. — Кто бы говорил, — совсем не аристократично показал ему язык Тео и переключился на Дафну. Пэнси вернулась к Драко и положила ладонь на его согнутую в локте руку. Ему не хватало только трости, и они вполне бы сошли за женатую по расчёту парочку чокнутых чистокровных, которые по вечерам пытали маглов в подвале своего особняка или пили вино, читая книги о тёмных искусствах. Пэнси невольно вздрогнула, представляя себе такое будущее. Нет уж. Она ещё помнила то, что видела в зеркале Еиналеж и не оставляла надежды, что именно это ждёт её после Хогвартса. — Не опозорьте свой факультет, — мрачно буркнул Снейп, прежде, чем повести младшие курсы к Большому залу. Вообще-то, перед пиром и распределением Кубка Школы деканам полагалось толкнуть речь для своих подопечных, которая подкрепила бы их веру в свои силы, но профессор Зельеварения как всегда был в своём духе. «Точнее, не в духе», — мысленно ухмыльнулась Пэнси. Снейп занял своё место за преподавательским столом в форме полумесяца и теперь наблюдал за всеми с высоты, задирая к потолку свой крючковатый нос. Пэнси отметила, что профессор Квиррелл, преподаватель Защиты от Тёмных Искусств, отсутствовал, но Дамблдор почему-то закрыл на это глаза и объявил начало пира. Слизеринцы чинно расселись по скамьям, не отделяясь от своих пар, с которыми пришли. Пэнси оказалась зажата между Драко и Гойлом, которого, к всеобщему удивлению, сопровождала хорошенькая второкурсница. Позже они узнали, что ей попросту не хватило партнёра со своего курса и добрейшей души человек — профессор Снейп — любезно предложил ей кандидатуру Грегори. Выбирать было не из кого, поэтому она согласилась. Напротив Пэнси сидел Блейз, приобнимающий за плечо Трейси, чтобы ей было комфортнее. Она не состояла в их компании, но постоянно делила парту по очереди с кем-нибудь из мальчиков или болтала с Дафной в спальной комнате. Хотя сушёные травы и книги на разных языках занимали большую часть её времени, Трейси хорошо училась и даже регулярно успевала бегать к мадам Помфри, школьной медсестре, напрашиваясь ей помочь. Пэнси не сомневалась, что в зеркале Еиналеж она бы увидела себя в лимонной мантии целителя. Необычная, но грациозная и чуткая девчонка, Трейси часто уходила в себя, но всегда откликалась на зов помощи и делала всё, что было в её силах. — Для начала, хочу поздравить вас с окончанием учебного года, для кого-то самого первого, а для кого-то уже последнего, — торжественно начал Дамблдор, приподнимаясь из-за стола. Ученики отложили столовые приборы, чтобы послушать обращение директора, — Результаты экзаменов, в том числе СОВ для пятого курса и ЖАБА для седьмого, будут высланы вам с совами в начале июля. В любом случае, вы все молодцы, и я горжусь, что в Хогвартсе учатся такие талантливые волшебники. Поднялся гул довольных голосов, какой-то старшекурсник с Гриффиндора выкрикнул что-то вроде: «Мы вас тоже любим, Дамблдор!», — Не хочется затягивать этот вечер, так что давайте перейдём к вручению Кубков Школы и Квиддича. Начнём со спортивных достижений. Сборная Когтеврана, вы заслужили свои победные аплодисменты! Зал разразился улюлюканьем и свистом. Капитан сборной, рослый Роджер Дэвис с копной каштановых волос, отправился забирать Кубок. Его глаза, как и у всей команды, сияли, словно звёзды. Он подмигнул Трейси, пока поднимался к Дамблдору, а затем радостно взревел, поднимая Кубок над головой. Золото отразило свет свечей и момент выглядел поистине выдающимся. Трейси громко хлопала в ладоши, несмотря на то, что большинство слизеринцев вокруг отреагировали довольно вяло и теперь кидали на неё неприязненные взгляды. — Он твой брат? — спросил Блейз, как только Роджер вернулся за свой стол с гордо выпрямленной спиной. — Да, учится на третьем курсе. Он с детства тренируется с метлой и имеет организаторские способности, поэтому я не удивлена, что Когтевран снова победил, — Трейси покрутила в руках чайную ложку, ненадолго притихая, но потом снова заговорила. — Иногда мне кажется, что Распределяющая шляпа отправила нас не на те факультеты. Родж, с его амбициями, гораздо лучше прижился бы на Слизерине. А меня наоборот, больше интересуют знания и учёба. Блейз ласково потрепал её по спине. — Не говори ерунды, вы оба оказались именно там, где должны были. Ну их, эти факультетские стереотипы. Посмотри на нашего Тео, ботан ботаном — и ничего, пригрелся в змеином гнёздышке. Тео, сидящий по другую сторону от Блейза, пнул его по голени под столом. В ответ тот растянул губы в своей фирменной широкой улыбке. Трейси рассмеялась, воспитанно прикрывая рот ладонью. — Итак, попрошу тишины, — приподнял руку вверх Дамблдор. — Все факультеты проделали огромную работу в этом году, но Кубок Школы получит только один. Больше всего очков, если быть точным четыреста семьдесят два, что непосредственно ведет к победе, заработал… — директор выдержал театральную паузу. Зал взволнованно притих, — Слизерин! Блейз опрокинул стакан с тыквенным соком на скатерть, когда взмахнул руками в порыве счастья. Трейси блаженно улыбалась, прикрыв глаза. Тео и Драко пожали друг другу руки через стол. — Но, я должен кое-что к этому добавить, — лукаво прищурил глаза Дамблдор, поглаживая свою седую бороду. Пэнси настороженно замерла. Серебристо-зелёные флаги расправились над залом и победа уже была в их руках. Что ещё за но? — Гриффиндор получил меньше всего очков, всего триста двенадцать, это верно. Но я просто не могу не упомянуть некоторые заслуги перед школой, совершённые учениками этого факультета накануне. Слизеринцы озадаченно переглядывались между собой и пожимали плечами. Ну ладно, пусть похвастается старик, всё равно все знают, кому принадлежит Кубок Школы. — Вы, вероятно, обратили внимание на то, что преподавательский состав собрался не полностью. Гарри Поттер, наш Золотой мальчик, — на этих словах Драко передёрнуло, — расскажешь нам, что произошло? Поттер неуверенно поднялся со своего места. Гермиона, лохматая заучка и по совместительству лучшая подруга Гарри, наложила на него заклинание, усиливающее голос. — Эм, что ж. Мы с друзьями стали замечать что-то подозрительное в поведении одного из наших учителей. Сначала это был профессор Снейп. Извините, профессор, — смущённо брякнул Поттер, на что Снейп закатил глаза, но кивнул. — Но позже мы узнали, что он напротив старался нам помочь. Настоящая опасность исходила от Квиррелла: под своим тюрбаном он носил второе лицо, которое принадлежало Вол… Тому-Кого-Нельзя-Называть! Все одновременно ахнули. Гойл почесал затылок, задевая Пэнси локтем, но она не обратила на это внимания. — Оказалось, профессор Квиррелл разыскивал в Хогвартсе Философский камень, который помог бы ему в воскрешении Тёмного Лорда. Мы сражались в подземелье, где он чуть не прикончил меня. Но я сумел противостоять ему. А Философский камень теперь уничтожен. Студенты молча обдумывали его слова, пока не раздались первые неуверенные хлопки. Постепенно их подхватило всё больше и больше людей, и вскоре весь зал аплодировал ошалевшему Поттеру. Директор довольно понаблюдал за этим и снова взял слово. Он вручил Гриффиндору очки за храбрость Поттера, затем за холодный ум Грейнджер перед лицом опасности и за лучшую в истории Хогвартса шахматную партию, сыгранную Уизли, которые помогли их другу добраться до подземелья, где находился Квиррелл. Слизеринцы, поначалу не придававшие этому всему значение, начали заметно тревожиться, когда Гриффиндор опередил Когтевран и Пуффендуй. Теперь их результаты со Слизерином были равны. Дамблдор блеснул очками-половинками и неожиданно повернулся к Невиллу Долгопупсу, к тому нелепому мальчишке, сломавшему метлу на первом уроке Полётов, призывая его встать движением руки. — Хотелось бы также добавить, что иногда нам приходиться противостоять не только врагам, но и своим собственным друзьям. Это непросто, но отстаивать правду нужно в любом случае. Мистер Долгопупс отлично усвоил этот урок, за что получает десять очков для Гриффиндора! Слизеринцы протестующе завопили, выкрикивая оскорбления в адрес Золотого трио и львиного факультета в целом. — Таким образом, — продолжал Дамблдор, игнорируя возмущённые вопли. — Гриффиндор обгоняет все другие факультеты и становится обладателем Кубка Школы в этом году! Близнецы Уизли подняли Поттера на руки и стали подкидывать вверх, как раз в тот момент, когда флаги под потолком сменились на золотисто-красные. Каждый гриффиндорец стремился приблизиться к ним и лично поблагодарить и поздравить нового героя, доказавшего своё звание Золотого мальчика. Драко ударил кулаком по поверхности стола, тем самым заставляя Пэнси вздрогнуть. Их факультет единственный сидел, погружённый в мрачную тишину. Десятки глаз угрюмо сверлили взглядом каждое движение Поттера, словно змеи из кустов, затаившиеся перед атакой. — Маразматичный старикашка, — презрительно выплюнул Драко, кривясь. — Не мог позволить своим любимчикам проиграть, ну конечно! К Мерлину справедливость! Он показательно поднялся из-за стола и направился к выходу. Пэнси в два широких шага догнала его и положила ладонь на его согнутую руку. Они задрали подбородки и не спеша покинули Зал. Слизеринцы, поколебавшись, стали тянуться за ними. В общей суматохе это могли заметить разве что учителя, сидящие выше остальных. Трейси удержала Блейза на месте. Тео с Дафной тоже не двинулись. — Я не думаю, что это хорошая идея, — нахмурилась Дафна. За столом осталось не более пары дюжин человек. Крэбб и Гойл, разумеется, последовали за другом. — Вероятно, но наш милый Дамблдор и правда перегнул палку с потаканием своим любимым львятам, — невесло усмехнулся Блейз. — Аппетит пропал, если честно. — Тогда давайте немного подождём и пойдём в гостиную. По пути ещё заглянем на кухню за перекусом для наших посиделок, — сказал Тео. — Вдвоём справитесь? — спросил Блейз. — Я провожу Трейси. — Конечно, — ответила за друга Дафна. Придерживаясь плана, они молча посидели, ковыряясь в своих десертах и равнодушно скользя взглядом по всё ещё бушующим гриффиндорцам. Настроение у всех ощутимо упало. Снейп задумчиво смотрел на Поттера, но поймав взгляд Блейза, коротко кивнул, отпуская их. Ребята поднялись и направились к выходу, ни разу не обернувшись.