Глава 4. Жертва

             

***

      Следующее утро для меня началось также раньше общей побудки.       Но на этот раз причина была не в похмелье или кричащих мне на ухо старостах, а в банальной зарядке. Ещё со времён учебки для мракоборцев в меня вбили, что для поддержания формы, да и в целом для хорошего самочувствия, необходимо ежедневно выполнять с утра небольшой комплекс упражнений. В последствии это переросло в привычку и стало частью моей ежедневной рутины, что я успешно перенёс и в эту жизнь.       А чуть позже, когда я вернулся в спальню после бодрящего душа, меня ждала забавная сценка с Гарри, который, едва проснувшись, резко подскочил, вылетел из кровати и встал по стойке смирно, демонстрируя мне, что он проснулся. Я знатно поржал. Продолжал непроизвольно подхихикивать даже тогда, когда уже спустился в гостиную и сел в свободное кресло у окна.       

***

      Не прошло и минуты с момента приземления моего седалища, как рядом со мной, словно ниоткуда, материализовалась староста Аманда. Её бегающие глаза и стиснутые кулаки я интерпретировал, как нервозность.       «Вот только отчего ей нервничать?» — Реджи, — осторожно начала она, ухватившись за подол юбки. — Твоё вчерашнее предложение ещё в силе?       Мне пришлось приложить немало сил, чтобы сохранить нейтральное выражение лица и не думать о пошлостях. — Поскольку вчера мой слух не усладила нудная лекция Перси о вреде алкоголизма, то не вижу причин отказывать. Однако ты заставляешь меня переживать. Неужели у тебя совсем нет друзей?       Аманда потупила взор. — И как же так вышло, что у такой умной и красивой… А, понял — я сочувственно улыбнулся. — Твои однокурсники — те ещё мудаки. — Я привыкла. — Ну, думаю, сейчас не самое подходящее время для такого специфического разговора.       Я покосился на спускающихся девочек-однокурсниц.       «Моих, если кто не понял». — Предлагаю встретиться где-нибудь в выходные и в спокойной обстановке, никуда не торопясь всё обсудить за рюмочкой чая. — Как насчёт субботы? — с ходу предложила Аманда. — С утра у нас по плану ознакомительная экскурсия по школе для первокурсников, но после обеда все будут предоставлены сами себе. — Договорились.       Мы обменялись вежливыми улыбками, и Аманда пошла собирать вокруг себя первокурсников, по-видимому позабыв, что я тоже из их числа. — Выстраиваешь отношения со старостой?       Только что спустившийся Рон подсел на подлокотник кресла. Второй занял Гарри. — Ревнуешь? — хмыкнул я. — В твоих мечтах! Идём, а то без нас всё съедят!       Рон спрыгнул и побежал к Аманде, я же неспешно встал и направился следом за ним. — И всё-таки… Зачем ты говорил с Кук? — спросил поднявшийся следом Гарри. — Не я с ней говорил, а она со мной, это большая разница, — поправил я его. — Ну а причины, как всегда, просты и нелицеприятны. Аманда, равно как и Перси, будет нашей старостой ещё целых три года. И наличие хороших отношений с ней — какого бы рода они ни были — может заметно облегчить существование на весь этот период. Особенно в тех случаях, когда в твоей заднице шило размером с Хогвартс, — я подмигнул Поттеру. — Звучит так, будто ты собираешься её использовать, — с осуждением произнёс Гарри. — Баш на баш. Большинство отношений существует на почве обмена. Ты даёшь одно, вторая сторона даёт другое. И вот у вас уже связь. Такое случается повсеместно. Да хоть твой аукцион невиданной щедрости вспомнить…       Я и Гарри пристроились в конец вереницы первокурсников, и мы всей оравой направились следом за старостой в Большой зал. — Мы с Роном обменяли свои сэндвичи на твои сладости, что было, на первый взгляд, абсолютно неравноценным обменом. Но только на первый! — поднял я указательный палец почти перед самым носом парня. — Ведь если я и мой никудышный братец получили одни лишь сладости, то ты, Гарри, получил не только немного домашней снеди — причём высокого качества, хочу отметить! — но и новые ощущения. Тебе хотелось почувствовать, каково это — делиться чем-то с друзьями. Так можно ли сказать, что ты использовал нас ради того, чтобы потешить собственное эго? Подумай об этом!       Я постучал пальцем по виску и отвернулся от него, сосредоточившись на дороге, а Гарри продолжал идти рядом со мной, погрузившись в глубокие размышления.       

***

      На истории магии всё было точно так же, как я запомнил со своей первой жизни. Появившись прямо из доски, призрак профессора Бинса начал монотонным голосом зачитывать материал откуда-то из середины учебника, совершенно не интересуясь тем, записывают за ним или нет. Первокурсников надолго не хватило, спустя пять минут из бодрствующих остались только я и Гермиона. Девочка занималась самым бессмысленным из существующих в мире занятий — старательно записывала за призрачным преподавателем. В моей прошлой жизни, даже после того, как ей поведали и об особенностях лекций по истории магии, и откуда их можно целиком переписать, Грейнджер продолжала вести конспект на каждом уроке.       «Хотя кто её знает? Может она просто не хотела нарушать режим, а писала от скуки. Или почерк тренировала?»       Моё же бодрствование было обусловлено отнюдь не выработавшейся за годы учёбы стойкостью. На самом деле мне до ужаса хотелось развалиться на парте в той же позе, что и мой близнец, и мирно сопеть в рукав мантии. Однако, вместо этого, я решил воспользоваться подвернувшейся возможностью и включил свой розовый глаз. И сразу же увидел потоки магии, что пронизывали каждый сантиметр старинных стен, заставляя их сиять ярко, вплоть до рези в глазах. Но к сожалению, они не смогут мне поведать ничего интересного, ведь это просто пропитанные магией камни.       Думаю, ни для кого не секрет, что территория Хогвартса буквально переполнена магией. Виной тому Запретный лес и Чёрное озеро — два мощнейших природных источника магии. Именно их энергия омывает наружные стены замка и все окрестности. А изнутри школу просто распирает от магии многих поколений учеников, что провели здесь свою юность. Всё-таки каждый волшебник — ходячая станция генерации магии. Находясь долгое время в магически насыщенном пространстве, обычные вещи потихоньку поглощают магическую энергию и зачастую приобретают необычные свойства.       «Двери кабинетов Хогвартса требуют особого к себе подхода далеко не просто так».       Вот и стены кабинета истории магии, как и прочие стены замка, насквозь пропитаны магией. Но при этом единственной их особенностью является повышенная прочность. Правда, очень и очень повышенная.       Мне достаточно быстро надоело втыкать в стену, и я сосредоточил своё внимание на призраке Бинса. Он, как ни странно, тоже был пронизан магией. Ослепительно яркий комок в его голове цветными линиями — наподобие кровеносной системы — расходился по призрачному телу.       «Ничего не понятно, но очень интересно!»       Особенно на фоне волшебников, у которых нет абсолютно никаких линий-сосудов, но взамен вокруг их тел летает цветная дымка. И чем насыщенней её цвета, тем сильнее волшебник.       На самом деле я очень мало знаю про магию внутри нас, пускай и могу её видеть. Жаль конечно. Но во мне ещё есть то, что люди называют здравым смыслом. Не будь этого, и у меня бы давно уже появилась где-нибудь хорошо скрытая лаборатория, где я проводил бы далеко не самые этичные эксперименты, пополняя своё личное кладбище.       «Или это называется порядочность, а не здравый смысл? Или человечность?..»       

***

      После здорового сна на истории магии нас ждал когда-то мой — а теперь и Рона — персональный ад: грамматика и чистописание. Если бы этот предмет влиял на итоговую аттестацию, то я бы остался вечным первокурсником. За все годы учёбы количество моих домашних работ без клякс можно было пересчитать по пальцам одной руки. Страшно подумать, что было бы, если бы не Гермиона с её корректирующими чарами. Одна только мысль о сдаче Снейпу эссе с кляксой невольно заставляет задуматься о завещании.       «Причём прибьёт меня не злой зельевар, а родная мать. Как же! «Позор семьи!», «Из школы исключили!», тьфу».       Пользоваться ручкой, естественно, запретили, но я уже человек учёный, поэтому незаметно стирал кляксы магией.       «Ну не могу я аккуратно пером писать! Хоть убейте!»

***

      Так что за обеденный стол мы с брательником упали в одинаково изнурённом состоянии. И если я таким был из-за поддержания повышенной концентрации, потому что тонкие манипуляции без палочки совсем не мой конёк — «А вот приложить чем-нибудь весомым — как нефиг делать!» — то Рон просто шёл по моим стопам и страдал от попыток овладеть пером. Иронично, что от прикладываемых усилий клякс на его пергаменте становилось только больше.       Не успел я попробовать и ложки супа, как рядом со мной приземлились близнецы. — Ну? Как вам первые учебные деньки? — поинтересовался Фред, пока Джордж наполнял их тарелки. — Дома мне нравилось больше, — пробурчал Рон, заплевав крошками сидящих напротив Лаванду и Парвати.       Девочки смерили его гневными взглядами и отсели подальше. — В целом нормально.       Я старался отвечать в паузах между проглатыванием и откусыванием. Потому что только что мы стали невольными свидетелями того, что будет, если делать наоборот. — Но неизвестно, как всё поменяется к концу недели. Всё-таки мы ещё не всех преподов посмотрели. Да и в занимательные истории не вляпались. — Какие ваши годы? — подмигнул Джордж. — Хотя насчёт историй, — братец наклонился поближе и слегка убавил громкость голоса. — Что мы там мутим с той цыпочкой из «барсуков»? А, Реджи? Не подумай, я не осуждаю, а наоборот, одобряю твой выбор! Такой простор для фантазии… — Главное, при ней такое не ляпни, «ляпалку» оторвёт! — Эта может, — кивнул Фред. — Мы ещё в прошлом году подкатывали, но получили от ворот поворот, — поделился он. — Не печальтесь, — я не поленился, встал и, сделав пару шагов, положил по руке на плечо каждому. — Даже в самом худшем случае вы есть друг у друга.       Пришлось резко уворачиваться, когда эти два охламона поняли скрытый смысл сказанного и попытались меня схватить. Вот только надолго меня не хватило — «Мордредова нога!» — и вскоре два рыжих близнеца со зловещими ухмылками на лицах держали меня за руки. — Ладно, парни. Пошутили и хватит. Сейчас я начну считать до трёх. И если на счёт три вы ещё будете меня держать, то вам звиздец. Раз!       Я используя магию, блеснул глазами. Близнецы нервно сглотнули — «Помнят еще мои методы объяснения того, почему шутить над милым мальчиком Реджи — это плохо!» — и поспешно разжали пальцы, отступив на пару шагов назад.       «Не то чтобы это им помогло, если бы я взялся за них всерьёз». — Я рад, что мы смогли преодолеть наши разногласия, не прибегая к членовредительству!       От вида моей дружелюбной улыбки Фред и Джордж отошли еще на шаг назад. — Кажется, теперь я понимаю, почему они называют тебя мастер Реджи… — пробормотал Гарри, невольно вызвав крупный взрыв смеха за нашим столом.       

***

      Свободное послеобеденное время я посвятил чтению взятых в библиотеке книг. Удобно развалившись на диване, я листал страницу за страницей, восстанавливая в своей голове полузабытые знания. Рядом со мной, за низким столиком, Гарри и Рон играли в волшебные шахматы. У моего брата был его потрёпанный, но добротный набор фигурок, а Поттер пользовался моим, таким же потрёпанным. Серьёзного сражения между ними не наблюдалось, поскольку Рон пока только объяснял шрамоголовому азы игры. Недалеко от нас маячили Гермиона и Невилл. Толстячок что-то увлечённо рассказывал, а девочка старательно за ним записывала. Наверняка речь шла о чём-то из гербологии — Невилл всегда неровно дышал к цветочкам и стрёмным кустикам.       Достаточно мирное времяпрепровождение было нарушено ввалившимися в гостиную Дином и Симусом. Парни выглядели уставшими и запыхавшимися, но явно довольными собой. — Ваши рожи так и просят плюй-камня, — прокомментировал я сияющие лица однокурсников. — Колитесь, чего учудили? — Мы удрали от кошки завхоза! — возбуждённо зачастил Симус.       Когда я посмотрел на него, как на умственно отсталого, он смутился и продолжил: — Мы с Дином были в Запретном коридоре, на третьем этаже, пытались открыть запертую дверь, но тут — словно ниоткуда! — появилась эта зверюга и как зашипит! А нам ведь как раз вчера старшекурсники рассказывали, что где кошка, там и Филч. Вот мы и рванули со всех ног! И никто нас не поймал! Ну и вот… — Идиоты! — осуждающе посмотрела на парней Гермиона. — Нам же ясно сказали, что туда нельзя. Там опасно! Зачем вы туда лезете? Хотите, чтобы вас исключили?! — Твоё мнение здесь никого не интересует, — грубо ответил ей Рон, и повернулся к однокурсникам. — Так что там с дверью?       Грейнджер немного посверлила затылок моего брательника, после чего, надувшись, собрала свои вещи и ушла в спальню девочек.       «И почему мне показалось это милым?» — Скорее всего она заколдована, — вступил в разговор Дин. — Просто так она не открывается, и взломать я её не смог.       Он засунул руку в карман и вытащил несколько погнутых металлических отмычек. — А ещё, — перебил друга Симус, — мы слышали рычание за дверью! — Не было рычания, — опроверг его слова Дин, косо посмотрев на того. — Я ничего не слышал. Наверняка тебе просто почудилось… — А вот и было! — обиделся Симус. — Злобное такое! И страшное! Там точно какое-нибудь чудище сидит. Может быть, мантикора… Или даже дракон! — Да откуда им здесь взяться? — Дамблдор добыл! Чего спорить, завтра взломаем дверь, и ты сам всё увидишь!       «Не могу не согласиться с Гермионой — они натуральные идиоты». — Ну предположим, там действительно мантикора. Или дракон. Или ещё какая-нибудь смертельно опасная животинка, которую поместил туда директор для своих тайных делишек, — лениво произнес я, вновь возвращая взгляд в книгу. — Вот взломали вы дверь и увидели там… Ну допустим, дракона. Что дальше? — Дальше?       Симус обменялся с Дином озадаченными взглядами. — Да. Дальше. Вы открыли дверь, которую вас просили не открывать, и увидели дракона. Он вам вряд ли обрадуется и сразу же дыхнёт огнём. Поскольку отменной реакцией и хорошим владением магическим искусством похвастать никто из вас не может, то вы очень быстро превратитесь в пепел, а освободившаяся зверюшка пойдет громить замок и убивать ни в чём не повинных школьников. И неизвестно, сколько действительно будет убито, пока тварь не остановят. Стоит это того, чтобы взламывать ту дверь?       Я по очереди посмотрел в глаза каждому из шебутной парочки и кивнул, увидев то, на что рассчитывал. — Эмм… Пожалуй, ты прав, — побледневший от описанной картины Симус с шумом выдохнул. — Может, и правда, лучше ну его? О! — Он увидел шахматную доску между Гарри и Роном. — Можно я с вами сыграю? Сейчас только свой набор фигурок принесу!       Симус убежал наверх, а Дин упал в одно из свободных кресел, задумчиво подперев кулаком голову. Я же вновь вернулся к чтению, продолжив свой мирный досуг и старательно игнорируя перешептывания Гарри и Рона на тему Запретного коридора.       

***

      Во время прогулок по ночному Хогвартсу меня всегда обуревала бомбическая смесь нервного напряжения и какого-то детского восторга. Этот раз также не стал исключением. Пускай это только третья ночь в замке, но у меня на неё уже имелись относительно грандиозные планы. И как водится, их в обязательном порядке нужно выполнять после отбоя. Некоторые вещи стоит скрывать даже от самых близких.       Первой целью на только что вступившую в свои права ночь была намечена совятня. Это такая отдельная башенка с незастеклёнными окнами, где проживают совы учеников и учителей и другие почтовые птицы. Далеко не самое уютное место для человека. В совятне повсюду птичий помёт и совиные погадки, да и продувается она со всех сторон. Но для сов самое то.       Личного пернатого почтальона у меня не имеется, поэтому мой выбор пал на одну из школьных сов-неясытей, которую я разбудил аккуратным тычком пальца. Можно, конечно, было бы подождать, пока она сама не проснётся, ведь основная активность сов приходится как раз на ночь, но… Ночь-то не резиновая! Моргнув пару раз и недовольно ухнув, высокомерная птица всё-таки позволила мне привязать к её лапке принесённое с собой письмо, получательницей которого значилась Мюриэль Прюэтт. Не то чтобы писать не самой нашей любимой, но самой богатой тётушке было чем-то зазорным, однако лишние вопросы мне ни к чему.       Недолго постояв, провожая взглядом улетающее вместе с моим решением — «Ну и с неясытью, ясное дело», — письмо, я развернулся и поковылял обратно в замок.       

***

      Пройдя в огромные дубовые двери, я не стал подниматься по главной лестнице, вместо этого свернув в направлении того места, куда в прошлой жизни ходил реже всего и с самым большим нежеланием. В подземелья. Может быть, Снейп и герой, что не раз рисковал своей жизнью ради Гарри и ради нашего общего дела, но меньшим мудаком от этого я его считать не стал. Слишком уж много радости выпил из нас за годы учёбы этот недоделанный дементор.       С превеликим удовольствием пройдя мимо того ответвления коридора, что вело ещё ниже и к лабораториям Снейпа, я добрался до небольшого зальчика, на стенах которого висело несколько картин. Проигнорировав все прочие, я целенаправленно двинулся к огромному натюрморту, где на большом блюде лежало множество фруктов. Мой указательный палец некультурно впечатался прямо в холст и пощекотал нарисованную грушу. Послышалось хихиканье, и вместо фрукта появилась дверная ручка, окрашенная в точно такой же светло-зелёный цвет. Потянув за неё, я открыл проход в огромное помещение, занимающее почётное второе место в моём списке целей на сегодняшнюю ночь. В кухню.       Несмотря на поздний час, здесь вовсю кипела работа: многочисленные домовые эльфы сновали туда-сюда, умудряясь одновременно готовить по нескольку блюд сразу. Огромная печь плевалась искрами под пристальным надзором парочки седых домовиков.       «Ну и что, что волосы у них только в ушах. Но они же есть! И седые! Так что — считается!»       Несколько эльфов помоложе до зеркального блеска натирали гору кастрюль таких титанических размеров, что — как мне показалось на первый взгляд — там могло бы набраться по одной кастрюле на каждого студента Хогвартса! Но естественно, я могу и ошибаться.       Стоило мне войти, как часть трудящихся тут же побросала свои дела и столпилась вокруг меня, подобострастно таращась своими огромными глазами. Я тут же невольно вспомнил затею Гермионы с её обществом по защите домовиков. Особого успеха у студентов идея не снискала, но нашу мисс Всезнайку это пускай и расстроило, но совершенно не остановило. За то время, что тогда ещё моя жена проработала в Отделе регулирования магических популяций и контроля над ними, она успела протащить несколько законов, которые заметно улучшили положение бедных эльфов.       «Лять, она же и в этот раз нечто такое же замутит! Быть нам всем снова в ГАВНЭ!» — Чего хочет юный господин-волшебник, сэр? — услужливо, тоненьким голоском спросил один из домовиков.       Он был немного меньше ростом других представителей своего вида, из-за чего нижний край белого полотенца с гербом школы, служившего ему одеждой, касался пола, а большой поварской колпак постоянно съезжал на его большущие голубые глаза. — Сущая мелочь, — улыбнулся я.       «Забавный народец». — Как тебя зовут, коротыш? — Таппи, господин волшебник, сэр! — восторженно пропищал эльф. — Хорошо, Таппи. Ответь-ка мне на такой вопрос: можно ли в качестве утреннего напитка подавать ученику кофе? — Можно, господин волшебник, сэр! — кивнул домовик, из-за чего колпак чуть не упал на пол. — Вот только, — он смущённо заёрзал, — кофе и всё необходимое для его приготовления закупают сами господа волшебники преподаватели. Но если господин волшебник, сэр, тоже купит всё необходимое, то Таппи сможет приготовить и подавать господину волшебнику, сэру, каждое утро его кофе. — Вот как, — я задумчиво потёр подбородок. — А что тебе нужно для приготовления кофе? — Кофемолка, турка, ложка для кофе ну и сами кофейные зёрна, господин волшебник, сэр! — Если я дам тебе деньги, ты сможешь купить всё необходимое сам? И самого лучшего качества!       «Почему бы не попросить помощи у профессионала, раз есть такая возможность?» — Таппи сможет! Но… — домовик забавно поджал ушки и виновато посмотрел на меня, — …но только утром после завтрака, сэр, — сейчас Таппи никто ничего не продаст, господин волшебник, сэр! — Ничего страшного. Ещё один денёк без кофе я уж как-нибудь переживу, — я достал из своей сумки лично мной зачарованный кошелёк. — Во сколько это мне обойдётся?       Эльф сделал задумчивое лицо и несколько секунд простоял с пустым взглядом.       «Подключился к инфополю?»       Тут в глазах Таппи снова загорелась жизнь, и он выдал ответ: — Хороший набор для помола и приготовления кофе будет стоить от двух до трёх золотых, а пачка кофейных зёрен на месяц — десять сиклей, господин волшебник, сэр! — В таком случае, — я взял из кошелька несколько золотых монет и вложил их в маленькую ручку домовика, — вот тебе десять галлеонов. Сделай всё в лучшем виде! — Всё будет сделано, господин великий волшебник, сэр! — Можешь называть меня просто Реджи. — Хорошо, господин великий волшебник, мастер Реджи, сэр!       И Таппи так низко поклонился, что колпак свалился-таки с его лысой головёнки. — Я в тебя верю, — улыбнулся я, смирившись с невозможностью избавления от титулов.       Что ж, этот пункт плана я выполнил, пора было идти дальше.       Всё ещё толпившиеся вокруг меня эльфы заметно погрустнели, и я поспешил порадовать малышей: — Но раз уж я всё равно здесь, то почему бы и не перекусить немого?       По итогу с кухни я вышел на несколько пирожков и чашку сладкого чая толще. Но оно того — «Наверное…» — стоило. Ну по крайней мере домовики остались довольны. Не стоило, однако, забывать, что ночь совсем не вечная, а у меня еще один пункт в списке дел на сегодня остался.       

***

      Покинув подземелья, я начал длительный путь на восьмой этаж. Благодаря приобретённой за время работы мракоборцем наблюдательности успел ещё на подлёте заметить Пивза с мешком в руках, набитым чем-то подозрительно похожим на хрустальные шары для предсказаний Трелони. Благодаря тогда же приобретённым навыкам быстрого реагирования и маскировки успел залечь в нише с доспехами раньше, чем Пивз заметил бы меня. Через пару коридоров опыт предыдущей жизни опять пригодился, пришлось сливаться с барельефом, чтобы пропустить туда, откуда я пришёл, зыркающего по сторонам Филча. А проходя мимо лестничной площадки седьмого этажа не смог удержаться и наградил поджопником зазевавшегося Перси, предварительно наложив на него чары слепоты.       Как легко можно понять, к портрету Варнавы Вздрюченного я подошёл в прекраснейшем расположении духа. В который раз за своё существование издал смешок при виде троллей в балетных пачках, после чего очистил голову от посторонних мыслей и трижды прошёл мимо пустой стены, проговаривая про себя:       «Мне нужно место, где всё спрятано».       Когда завершился мой третий подход, я открыл глаза и увидел перед собой резную дверь. Победная улыбка озарила моё лицо.       

***

      Склад потерянных предметов внушал! Горы хлама здесь доходили до самого потолка, странным образом создавая между собой уходящие вглубь тропинки.       «Такого количества хлама не увидишь больше нигде! Хотя гараж моего отца явно стремится побороться с этим складом за первое место».       Ведь всё конфискованное магловское зачарованное барахло батя складировал у себя и потом возился в свободное время. Мать постоянно орала на него из-за этого, но ему всё было до фонаря.       Появившееся было желание пуститься в небольшое приключение по Выручай-комнате было быстро задавлено моей стальной волей.       «У меня впереди еще несколько лет учёбы, так что в спешке нет смысла».       Сейчас же мне просто нужно было убедиться, что комната позволит мне в себя войти. После устроенного Крэббом пожара на складе потерянных предметов, Выручайка больше никогда, никому и ни в каком виде не открывалась. Я как-то выпросил разок у МакКошки разрешение побродить по замку и убил около часа возле этой стены, но так ничего и не произошло. Однако сейчас комната была полностью исправна, а значит, её можно было использовать в зависимости от моих потребностей.       «Приятный бонус, который заметно упростит мне жизнь в обозримом будущем».       Последний раз окинув помещение взглядом, я покинул Выручай-комнату и направился обратно в гриффиндорскую башню. Исследования и приключения — это здорово, но и о сне не стоит забывать.       

***

      На следующий день после ужина мы с Просто Тонкс вновь встретились в том же самом пустом классе. Нимфадора прямо-таки излучала позитив и жизнерадостность, чем очень сильно контрастировала с хмурым мной. — Ну и чего ты такой кислый, козявка?       И она схватила задумавшегося меня за плечи и начала трясти.       «Жесть! К такому меня жизнь не готовила».       Ну то есть мне не составило бы труда выбраться из её захвата, если бы я захотел, но…       «Я же обязательно ей при этом что-нибудь — либо пальцы, либо, ещё хуже, руку — сломаю! А это сильно скажется на настроении моей подопытной. Да и с переломом она явно сразу ломанётся — Ха-ха, каламбурчик, однако! — в больничное крыло, из-за чего вечер пропадёт в пустую».       Тонкс трясла меня ещё почти полминуты, что я провёл притворяясь памятником самому себе.       «Ну пусть дитё порадуется, пока есть возможность. Смеяться последним всё равно буду я». — При всём моём уже отсутствующем уважении к тебе, эта встряска абсолютно не подняла мне настроение. Совсем даже наоборот.       Я достал палочку и коротким взмахом трансфигурировал из воздуха медицинскую кушетку. — Это ты чё это удумал?       Подозрительно покосилась Нимфадора на созданную мной лежанку. — Знаешь, я сам по себе добрый парень, — мягким тоном начал я, доставая из своей сумки небольшой металлический чемоданчик, — но иногда даже мне трудно удержаться от ответной пакости.       С коварной ухмылкой я продемонстрировал содержимое чемоданчика замершей на месте Тонкс: три шприца с устрашающих размеров иглами; скальпель, косплеящий зеркало степенью своей начищенности; маленький пинцет и его более крупная версия; три пузырька с различными зельями. — Знаешь, я тут подумала, — испуганный взгляд Нимфадоры не желал отрываться от игл, — не нужно мне всё это. Оставь свои галлеоны при себе, а про меня забудь! — Ложись и закатай рукав, — проигнорировав её последнюю реплику, отдал я указание и начал доставать пустые пузырьки и контейнеры, которые выстраивались ровным рядком около кушетки. — Ты издеваешься?!       Успевшая присесть на край кушетки Нимфадора резво вскочила на ноги и начала тыкать пальцем в небольшую армию разнообразной тары, что я всё выставлял и выставлял: — Ты меня на запчасти разобрать тут решил? — Насколько смогу, не убив тебя, — серьёзно кивнул я. — Пожалуйста, скажи, что ты шутишь! — Я шучу, — пожал я плечами.       Просто Тонкс облегченно выдохнула, и я пояснил: — Надеюсь, оттого, что ты заставила меня сказать откровенную ложь, тебе стало немного легче. — Козявка!.. — Ложись! — рявкнул я, как рявкал в учебке на салаг.       Половина всех тех, кто проходил подготовительные тренинги, готовясь влиться в ряды авроров, без громкого крика и мотивирующего пинка под зад совершенно терялись.       «Бездари!»       Вот и Нимфадора, рефлекторно выпрямившись по стойке смирно, удивлённо посмотрела на меня, после чего покорно села на кушетку, увы, но совершенно не торопясь ложиться.       Взяв три склянки с зельями из чемоданчика, я протянул их подопытной: — По глотку из каждого флакона. — А что это?       Она сделала первый аккуратный глоток и скривилась: — Редкостная гадость! — Обезболивающее, — я указал на отпитое ею зелье, — кроветворное и лечебное, — указал на оставшиеся два. — Этого хватит? Или тебе названия нужны? — У меня было «П» на СОВ по зельям. Не недооценивай меня!       Нимфадора вздёрнула нос, а её волосы стали цвета золота. Немного покрасовавшись, она подняла к глазам первое зелье. — Крововосполняющее по стандартному рецепту номер четыре.       Пузырёк шустро сменился на следующий. — «Эликсир Мёртвого Тела»… Откуда ты только взял такое заковыристое обезболивающее?       Меня попытались запугать пронизывающим взглядом, но я оставался спокойным, как скала, и просто стоял, не отрывая глаз от пузырьков в руках Тонкс.       «Так, на всякий случай». — И смесь из выжимки мандрагоры с… Рябиновым отваром? — Браво!       Я даже похлопал ей. Распознать зелье только по внешнему виду и предназначению не так просто, как кажется. Ну а то, что у кровевосполняющего ещё не открытый шестой рецепт, а выжимка мандрагоры, помимо Рябинового отвара, смешана ещё с Бодроперцовым и настойкой маринованных щупалец растопырника — незначительные мелочи. Основу-то она угадала. — То, что я постоянно дурачусь, ещё не значит, что я дура набитая! — Верю, верю, — хмыкнул я, поднимая огромный шприц. — А может, всё-таки не надо, а? Реджи? — заискивающе спросила Нимфадора, с испугом покосившись на него. — Надо, девочка моя, надо! — кровожадно улыбнулся я.       Однако, заметив просто-таки животный ужас в глазах своей подопытной, немного поубавил свою жажду крови: — Ты плохо контролируешь свой метаморфизм, из-за чего он у тебя выходит спонтанно, на эмоциях и рефлексах. — Нормально я его контролирую! — запротестовала она. — Чтоб ты знал, я могу полностью превратиться в совершенно другого человека! — Рад за тебя, — на мои губы выползла усмешка. — Однако это не меняет того факта, что тот же цвет твоих волос меняется чаще, чем я слышу фамилию «Поттер». Нет, серьёзно! Я только за вчерашний день столько шепотков услышал!.. — Любишь подслушивать? — Просто хороший слух. Но мы отклонились от темы. — Я пальцем слегка постучал по корпусу шприца. — Такие иглы мне нужны по той простой причине, что ты сейчас будешь рефлекторно укреплять свою кожу. Обычные иглы просто сломаются об твою твердокожесть, а вот эти нет! — Весело тебе, да? Ты сам вообще смотрел на них?! Да ты этими иглами меня насквозь проткнёшь!       Нимфадора создала в своей руке дырку и просунула в неё палец, показывая мне, как это якобы будет выглядеть. Я же немного залип на это глядя, потому как до сих пор о таком даже не предполагал. — Кхм-кхм, — кашлянул я, вернувшись в реальность. — Собственно, ради предотвращения подобных казусов ты и выпила те зелья… — Что?! — Ты слишком бурно реагируешь. Разве не очевидно, что мелкий шкет вроде меня явно не обладает медицинским дипломом и обширной практикой забора образцов от человекоподобного организма? — А вот это уже просто хамство! Я обычная девушка, а не какой-то там организм! — со злостью прикрикнула Нимфадора. — И ты сейчас серьёзно? Ты правда хочешь меня резать и колоть без гарантии безопасности? — Главное, чтобы ты оставалась жива, а всё остальное вылечит мадам Помфри. У неё очень богатый опыт по этой части, больничное крыло никогда не пустует. — Козявка, я тебя сейчас поколочу! — Лять, просто ляг уже! — раздражённо произнес я. — У меня ещё астрономия сегодня в полночь, и я планировал до её начала сделать парочку первичных исследований. — Ты мне только что чуть ли не прямым текстом заявил, что можешь меня неслабо так покалечить! И после этого ещё хочешь продолжить, как ни в чём не бывало? — Именно, — кивнул я, ошеломив её. — Хватит создавать проблемы на ровном месте. Могу тебя заверить, что пока я не получу от тебя всё, что мне необходимо, ты не умрёшь. Даже если очень сильно захочешь… — Ладно!       Нимфадора рухнула на кушетку и закатала рукава своей школьной мантии: — Делай, что собирался… Но я всё это время буду кричать тебе на ухо, что мне плохо, больно и я умираю! — Да пожалуйста! — усмехнулся я. — У нас в семье восемь детей, на троих из которых мать орёт практически целыми днями. Поверь, Хогвартс мне кажется очень тихим местом.       И под крики Тонкс «больно!» и «куда суёшь?!» я принялся наполнять частичками девушки заготовленные контейнеры.       

***

      Достаточно сложно спокойно отсиживать уроки ЗОТИ, когда ты знаешь о том, что под тюрбаном твоего профессора скрывается Тот, Кого Нельзя Называть. И ведь ни за что на свете не подумаешь ничего такого про заику-Квиррелла. Ну посмотрите на него: худой как глиста, нервный, дёрганый, собственной тени боится, а из складок одежды постоянно вываливаются дольки ароматного чеснока, которым он благоухает сильнее пряного окорока. Такой не то что вампира, обычного человека отпугнёт.       Но как бы ни были жалки Квиринус с его злобной «лысиной», кроме небольшой дозы веселья для непосвящённых, уроки ЗОТИ больше ничего не несли. С другой стороны домашку Квиррелл тоже не задавал.       «Так что, думаю, я смогу его немного потерпеть».       Гермиона к концу урока весьма разочарованно смотрела на преподавателя, а вот Гарри с Роном были в полном восторге.       «Ещё бы».       Поскольку до ужина оставалось свободное время, я решил вернуть взятые в библиотеке книги и присмотреть что-нибудь новенькое.       «Сказано — сделано!»       

***

      Когда я прибыл в обитель знаний, мадам Пинс обратила на меня не больше внимания, чем на табуретку. Пока я не достал книги.       «Мордред, да она их проверяет тщательнее, чем я изучаю частички Тонкс! Мда, прозвучало так себе». — Нареканий нет, — вынесла вердикт библиотекарша, одобрительно кивая головой. — Но что-то больно быстро ты их вернул. Не осилил? — Отнюдь, — ответил я с полуулыбкой. — Прочитал полностью. Пришлось, правда, чутка пожертвовать сном, но таковы правила этого мира.       Меня смерили нечитаемым взглядом: — Ладно, твоё дело. Собираешься взять что-нибудь ещё?       Я мысленно пробежался по своему списку приоритетов: — Хотелось бы что-нибудь на тему смешения магических воздействий. Лучшим вариантом, конечно же, были бы труды Виктора Франкенштейна, но даже если по какой-то невероятной случайности они у Вас есть, то только в Запретной секции. Химерологию ведь уже лет двести как отменили. — Для первокурсника у тебя слишком обширные познания о запрещённых книгах, — покачала головой мадам Пинс. — Ты был здесь только два раза и в каждый из них попросил специфическую книгу из Запретной секции, запрещённую к распространению Министерством! — Стабильность — признак мастерства. — Жди здесь.       Она на несколько минут скрылась в глубине библиотечного зала, после чего вернулась со старым томиком в руках. — «Сам себе монстр» Шу Такер, — прочитал я на знававшей лучшие времена обложке, под рисунком необъяснимо пугающей химеры в виде собаки с длинными тёмными волосами. — Будь осторожен, мальчик, — строго посмотрела на меня библиотекарша, прежде чем отдать книгу. — Эта книга относится к условно разрешённым и если у тебя её найдут, то тебе не избежать парочки задушевных разговоров с нашим директором. И это в лучшем случае. — И при всём при этом Вы мне её выдали, — фыркнул я, пряча томик в свою сумку. — Ну так ведь она разрешена, — безмятежно ответила мадам Пинс и, подмигнув, вернулась за свой рабочий стол.       Негромко — «Мы же всё-таки в библиотеке!» — попрощавшись, я решил направиться в Большой зал.       «Почитаю там до ужина, а после направлюсь в Выручайку, дальше изучать строение одной метаморфини».       Однако, как это обычно и бывает, все планы полетели в одно место.       

***

      Проходя по очередному пустынному коридору, я вдруг услышал многочисленные смешки и одинокий жалостливый плач. Я остановился и прислушался. Ситуация повторилась. Наложив на трость чары тишины, я подошёл к двери, из-за которой предположительно и доносился шум, и приложил к ней ухо. — …такая отстойная. Она просто никто. Обычная грязнокровка! Всем на неё плевать, — произнёс достаточно приятный взрослый голос, принадлежавший, скорее всего, кому-нибудь из старшекурсниц. — За весь прошлый год за неё так никто и не заступился. Даже когда мы её вытолкали в центр гостиной, все только смотрели. А сама она — та ещё трусиха. Даже не пожаловалась никому… Чего вылупилась?! — Яаа… н-не… — еле слышно, плаксиво пролепетала неизвестная. — Она просто захотела еще душ! — слащавым голосом произнесла третья неизвестная. — Сделаем, — тут же ответил грубоватый женский голос. — Агуаменти!       За дверью послышался звук льющейся воды, девчачьи визги и противный смех. Ну может, смех и не был противным, но в этот момент он мне казался именно таким.       Отодвинувшись от двери, я беззвучно выругался и активировал глаз. Именно в такие моменты я жалею, что не добавил себе Грюмовский рентген, однако и без него кое-что можно разглядеть.       Внутри неиспользуемого кабинета находилось около десяти человек, если судить по окружающим их дымкам, что я с трудом различал за яркими стенами замка. Большая их часть расположилась в дальней части класса, широким полукругом, а в самом центре комнаты на полу полулежала одинокая дымка. Пазл сложился.       «Травля!»       Так получилось, что меня это явление в своё время обошло стороной, чего не скажешь о Гарри. Подозрения в нападении на учеников на втором курсе. Гнобление после внепланового попадания в Турнир. Даже я сам в тот момент отвернулся от друга из зависти, что уж говорить об остальных? На пятом курсе нападки Министерства с попытками выставить Поттера зарвавшимся психом, а Дамблодра — старым маразматиком.       «А всё ради чего? Найти козла отпущения, выпустить собственное недовольство, скрыть неприятную правду. Ух, как бесит!»       И вот сейчас я столкнулся с подобным. И если я правильно услышал, то бедную девочку изводят уже не меньше года, и имел место даже случай публичного унижения. Такое не стоит оставлять безнаказанным.       «Видимо, Шляпа была права, когда отправила меня на «Гриффиндор». Несмотря на прожитые годы, я всё тот же безбашенный гриффиндурок, готовый влезать в любой кипиш, без оглядки на здравый смысл. Мерлин, и вот оно мне надо?»       Решив, что всё-таки надо, я убрал трость в сумку, привычно оставив торчать снаружи только ручку, и, достав палочку, встал сбоку от двери в класс. Может я и гриффиндурок, но пятнадцать лет в мракоборцах не пропьешь — «Хотя я и пытался!» — глупо лезть в одиночку на толпу старшекурсниц я не собирался.       «Поэтому будем брать хитростью и одновременно бороться с желанием запустить чем-нибудь поубойнее. Травля это, конечно, плохо, но не до такой же степени!»       Еле заметным взмахом палочки отпер дверь и заставил её распахнуться.       Звучавший в кабинете смех тут же стих.       

***

      Группа студенток «Рейвенкло», притихнув, с удивлением и долей страха смотрела на распахнувшуюся самой-собой дверь. Как бы они все ни упивались своей безнаказанностью, но должны были прекрасно понимать, что застукай их сейчас кто-нибудь, и за такое обращение с софакультетницей их по головке точно не погладят. И то, что никто так и не вошёл внутрь, очевидно лишь больше пугало. — Эрика, проверь, что там, — недрогнувшим голосом приказала старшекурсница с длинными светлыми волосами и в мантии повязанной на талии.       Она сидела в развязной позе на одной из отодвинутых к стенам парт и не отрывала взгляд от двери. Судя по всему, именно эта девушка была здесь за главную. — Чуть что — сразу Эрика… — пробурчала грубым голосом ещё одна старшекурсница с короткими тёмными волосами и смуглой кожей.       Вытащив откуда-то сзади палочку, Эрика крадущимся шагом начала приближаться к дверному проёму. Все остальные девчонки в комнате не мигая наблюдали за ней, затаив дыхание. На мгновение замешкавшись возле двери, предполагаемая Эрика осторожно выглянула наружу. Блеснула еле заметная красная вспышка, и девица рухнула на пол, словно мешок картошки. Но на этом всё не закончилось, поскольку неизвестная сила вытянула бессознательное тело за пределы кабинета. После этого снова наступила тишина. — Какого хрена это было? — шёпотом спросила главная, с ужасом глядя на то место, где несколько секунд назад лежала Эрика. — Не знаю, — также шёпотом ответила ей сидящая рядом пухлая девица, обладательница слащавого голоска и явно крашеных — виднелись более тёмные корни, на которые действие чар уже не распространялись — блондинистых волос. — Но это точно не учитель. Они бы такой фигнёй страдать не стали бы. — Значит, на нас напал кто-то из учеников? Неужели у этой появился защитник?       Все присутствующие в комнате девицы тут же посмотрели на сжавшуюся под их взглядами девчушку, дрожащую посреди комнаты, в луже воды. — Да не, быть того не может, — помотала головой главная. — Может, не может, но на нас напали, — не согласилась пухлая. — Однако я предполагаю, что их мало или там и вовсе один человек. Причём далеко не самый сильный. — Поясни, — нахмурилась главная. — Ну вот смотри, Нэнси, — пухлая бросила быстрый взгляд на дверь. — Будь их много или будь он сильным, то не было бы нужды в такой засаде. Они бы просто завалились толпой и… — Что «и»? — Не знаю, — под насмешливыми взглядами пухлая поспешила оправдаться. — Но я же не знаю их целей! Думаете, они могут хотеть спасти эту грязнокровку? — Вряд ли. — Вот! А будь этот кто-то сильным, — продолжила демонстрировать чудеса логики пухлая, — он бы просто зашёл и мигом с нами бы разделался. Так что там, скорее всего, один парнишка, которому, может быть, понравилась наша замарашка! — Внесу небольшую поправку в твою теорию, — неожиданно раздался позади старшекурсниц вежливый голос. — Я понятия не имею, кто ваша жертва, просто решил помочь бедной девочке. А касательно силы — толпой загасят даже льва. Нет смысла переть грудью под заклинания, когда можно быстро и аккуратно всех обезвредить. Как представители самого умного факультета Хогвартса, вы должны оценить этот подход.       Рейвенкловки резко развернулись, чтобы увидеть стоящего позади них на одной из парт красноволосого первокурсника с приметным розовым глазом. В его руке была палочка, а на поясе висела объёмная сумка, из которой торчала ручка трости.

***

— Ты же из первокурсников! Как там тебя Уизли! — выдала пухлая, округлив глаза. — Ты совершила столько ошибок в моём имени, что мне даже как-то неловко тебя поправлять, — весело произнёс я, однако глаз моих веселье не коснулось. — Как ты прошёл сюда? Ещё и без трости… Так ты её всё-таки только для образа таскаешь? — Ах если бы, — покачал я головой.       Нэнси, думая, что я отвлекся на её подругу, начала незаметно доставать палочку из-за пояса. — Даже не думай, — мой взгляд быстро сместился на Нэнси. — Инкарцеро!       Девушку крепко-накрепко связали магические верёвки, из-за чего она совсем не могла пошевелиться. — ЧЕГО ВЫ СИДИТЕ?! ОСТАНОВИТЕ УЖЕ ЭТОГО УБЛЮДКА! — истерично завопила пухлая, потянувшись к собственной палочке.       Не успела она её вытащить, как прозвучало мое тихое: — Экспеллиармус!       И чужая деревяшка по пологой дуге перелетела мне в свободную руку. — ДА ЧТО С ВАМИ… — пухлая обернулась и замерла.       «Ну да, есть с чего».       За исключением мелко дрожащей девчушки в центре комнаты, все прочие мирно спали прямо на своих местах. — Что?! Н-но как? — испуганно заблеяла пухлая. — Чары сна очень тихие и практически незаметные, — усмехнулся я, поигрывая чужой палочкой. — Лучший вариант против большой группы невнимательных противников. А, да… Инкарцеро!       Пухлую, также, как и её подругу, обхватили магические верёвки, лишая даже малейшей возможности для сопротивления. На этом я не остановился и поочерёдно связал всех остальных хулиганок в комнате. В парочке самых юных я, к собственному удивлению, узнал Чжоу Чанг и Мариэтту Эджком. — Надо будет дать Гарри животворящий подзатыльник, когда он начнёт на эту азиатку засматриваться. Она явно не стоит его интереса, — еле слышно пробубнил я себе под нос.       Закончив с БДСМ-играми — пара девчонок были связаны весьма необычным способом — я разбудил сонь и двумя взмахами палочки убрал лужу на полу, а также высушил мокрую одежду жертвы издевательств. — Отдохни пока немного, — не глядя на неё произнёс я. — Мне тут нужно кое до кого донести новую политику партии.       Девочка несмело улыбнулась незамысловатой шутке, но я, не теряя времени зря, уже доставал свою трость. После притащил, связал и разбудил Эрику, и вновь направился к ответственным за происходящее старшекурсницам. — И что ты собрался делать? — холодно спросила Нэнси, очевидно неуверенная в причинах, по которым я привёл их всех в чувство. — Сразу к делу, да? — хмыкнул я, присаживаясь рядом со старшекурсницами. — Что же, сейчас у нас есть только два возможных варианта развития событий, — я поднял для наглядности два пальца. — Первый вариант, я иду к МакГонагалл и всё ей рассказываю. И если она чересчур, на мой взгляд, вяло отреагирует на известие о травле ученицы, то я пойду с этой темой прямиком к директору. Так или иначе, рассказ о ваших подвигах станет достоянием общественности и пятном на вашей репутации. Кого-то, скорее всего старшие курсы, исключат, — красноречивым взглядом я окинул старшекурсниц. — Последствия сами должны понимать. — А второй вариант? — демонстрируя железную выдержку, уточнила, как я понял, Нэнси. — Мы с вами заключаем сделку, согласно которой я молчу о произошедшем, а вы больше никогда и ни с кем не занимаетесь ничем подобным. — И какая тебе с этого выгода? — Так я смогу гарантировать, что вы больше не будете причастны к травле студентов. К тому же за вами останется висеть должок, которым я обязательно распоряжусь по своему усмотрению.       Моя вежливая улыбка должна была показаться пойманным девицам невероятно пугающей, по крайней мере, я очень на это рассчитывал. — Если же я вас сдам, то только испорчу вам жизнь. Не то чтобы вы этого не заслужили, но это не несёт мне никакой выгоды. — Для гриффиндорца ты невероятно слизеринист, — совершенно другим взглядом посмотрела на меня пухлая. — Может быть, — не стал я зря отпираться. — Итак, мне готовить контракт? — Чисто теоретически…       Нэнси попыталась принять более удобную позу, но вместо этого чуть не упала мордой в пол. Пришлось спасать дуру. Я подхватил её магией и усадил обратно, нарочито демонстрируя, что делаю это без какого-либо напряга. — Спасибо. Так вот, чисто теоретически: что мешает нам затравить тебя сразу, как ты нас отпустишь? — Говоря об этом, будучи связанной мною, ты звучишь очень наивно, — улыбнулся я. — Однако я отвечу. Вам ничто не мешает попытаться. Вот только, — я блеснул глазами, — в следующий раз я не буду страдать излишним человеколюбием. До смертоубийства доводить, конечно, не буду, но постояльцев у мадам Помфри явно прибавится. — Да что ты можешь? Ты же первокурсниик! — насмешливо произнесла пухлая.       Взгляды всех в этой комнате скрестились на ней. Не только я, все её подружки смотрели на неё, как на идиотку. — Что? — озадаченно осмотрелась та. — Да так, — пробормотал я.       «Я даже немного растерялся. Да уж, жизнь явно не готовила меня к такому уровню человеческой наглости и тупости». — Ладно. Проехали, — я вновь повернулся к Нэнси. — Ты, вроде как, здесь главная. Твоё решение?       Девица поочерёдно посмотрела на каждую из своих связанных подружек, после чего уставилась прямо в мои разноцветные глаза. — Давай уже свой контракт.       Дальше всё прошло очень быстро. Составив и обговорив контракт, мы с Нэнси поочерёдно подписали его. Следом за нами свои автографы оставили и все прочие хулиганки, некоторые — для приличия, видимо — поломались и повозмущались, но всё равно подписали. Только после этого все они обрели свободу и поспешили свалить куда подальше. Лишь Нэнси задержалась на пару секунд и окинула меня непонятным взглядом.       

***

      По итогу всё вышло намного проще, чем я думал.       «Как-то подзабыл, что группка школьниц далеко не ровня очередному тёмному культу, бьющемуся насмерть. Издержки профессии».       Касательно же решения заключить контракт… Всё как я и сказал: мне — польза; хулиганкам — относительная безопасность; спасённой — защита. Безопасность относительна по той причине, что я специально не включил жертву травли в контракт, а эти дурёхи и не заметили. А значит, пострадавшая девчонка вполне может всё рассказать кому нужно. И, кстати, о ней…       Я подошёл к миниатюрной девочке. Коротко стриженые тёмно-каштановые волосы, ярко-зелёные глаза, под левым — две родинки. Всё еще бледная после холодного душа, но хотя бы перестала дрожать. — Честно говоря, даже не знаю с чего начать, — я неловко почесал затылок. — Тебя как звать? — Б-бенико Фоссет, — пролепетала незнакомка. — Реджинальд Уизли. Можно просто Реджи, — кивнул я. — У меня к тебе ровно два вопроса. На каком ты курсе?       Девочка смущённо отвела глаза в сторону, начав заламывать руки. — Н-на втором, — выдавила она с запинкой. — Я так и подумал. Второй вопрос: ты дура?       Бенико уставилась на меня, как баран на новые ворота, и непонимающе хлопала своими зелёными глазками. — Из подслушанного разговора я понял, что над тобой издеваются ещё с прошлого года. Почему не пошла к Флитвику? Он же у вас декан и должен решать такие вопросы.       Под моим сверлящим взглядом, она сжалась и старательно пыталась то ли стать невидимой, то ли провалиться сквозь пол. И то, и другое у неё получалось с одинаковым — никаким — успехом.       Я дал ей минуту на ответ, но объяснений так и не последовало. — Ладно, неважно, — я провёл ладонью по лицу. — Так или иначе, больше эти сучки тебя не побеспокоят, им контракт не позволит. И если вдруг произойдёт что-нибудь похожее, можешь не стесняясь — или стесняясь, если тебе так удобнее, — обращаться ко мне за помощью.       Улыбнувшись и махнув ей на прощание рукой, я направился, как и планировал изначально, в Большой зал.       

***

      Правда, почитать там мне толком не удалось — слишком много времени ушло на незапланированный порыв героизма.       «Впрочем, я не жалею. Почитать я всегда успею, а пачка должников на дороге не валяется». — Эй, Чудилка, — пихнул меня в бок мой близнец посреди ужина. — Мне кажется, или та девчонка на тебя пялится весь вечер?       Проследив за его взглядом, я увидел стремительно отвернувшуюся Бенико. А ещё точно также поступивших хулиганок, на которых, слава Мерлину, Рон не обратил внимания.       «Час от часу не легче». — Это называется привлекательность, — я постарался вести себя как обычно. — Как нам — парням — нравится смотреть на милых красивых девушек, так и им приятно посмотреть на красивого, брутального мужика. — Допустим, — согласился Рон. — Но разве в таком случае они не должны точно также смотреть на меня? Мы же с тобой абсолютно одинаковые! Ну кроме волос. — Экзотика всегда интересует людей больше, чем что-то обыденное. Гермиона, подтверди! — А? — она удивлённо уставилась на меня, явно не ожидая такой подставы. — А… Ну да. Это связано с восприятием человека и его реакцией на всё новое. — Видишь? Два умных человека тебе об этом говорят, так что прекращай завидовать и доедай картошку.       Подавая пример, я покрепче ухватил вилку и с усердием взялся за свою порцию. — Хорошо, мам, — немного обиженным тоном произнёс Рон, вызвав улыбки у тех, кто слышал наш диалог, и тоже принялся за еду.       Таким образом я ушёл от темы наглого наблюдения за мной. Однако я не был дураком и прекрасно понимал, что это всё мне ещё ой как аукнется.       

***