Часть 6

Глава 6 Я никогда не упускал возможностей вступить из одиночества в цивилизацию. Даже когда стал партизаном и это стало опаснее. Главный страх - что ты не вольëшься. Станешь изгоем, к которому будет пристальное внимание. Что тебя заходят сдать врагам или посадить в свою тюрьму из-за случайности. Но, как я убеждался неоднократно и продолжаю убеждаться, это далеко от правды. Цивилизация - это свет, в котором ты можешь полагаться на других и сделать на порядок больше, чем в одиночестве. Только в ней или еë остатках человек может оставаться человеком. Следующий день после принятия на службу начался с яркого рассвета в комнатах прислуги, который видно через окно без стекла. Пробуждение произошло на жëсткой кровати, которая неизмеримо лучше и приятнее ветвей деревьев и каменного пола темницы. За пробуждением последовал завтрак с прислуги, где подавали спелые овощи с хлебом и рыбный суп. Я бы в жизни не ел что-то настолько вкусное, останься я в бегах. И процесс выздоровления бы сильно затянулся. Мне помимо прочего подобрали детскую одежду, а не грязные порванные обмотки, которые я носил до этого, и дали помыться под ледяной водой. После завтрака я следую к той, кто считает меня своей слугой. В чëм я ей подыгрываю. - Значит, пленный писарь смог научить тебя за месяц письму? - спросила Эвелин. - Да, но он сбежал, когда мы с ним охотились на рыбу в реке. Частое присутствие в социуме помимо прочего помогает придумывать более убедительную ложь. Ты видишь ложь других и чëтче знаешь, когда подмешать правду с ложью, какие подробности обычно опускаются и как всё складывать так, чтобы в будущем в своей лжи не путаться. И какие вещи у тебя будут спрашивать. - Хорошо, докажи это. Подпиши здесь. Эвелин протянула мне доску и перо с чернилами. После нескольких секунд раздумий я взял перо, макнул его в чернила и начал намеренно кривенько писать имя "Эвелин". Но та, похоже, была довольна. - Писать пером тебя явно не учили, но буквы ты всё же писать способен, как и понимать их, - клюнула она. - Я постараюсь не разочаровать вас. Еë надменная улыбка не то, чтобы раздражает, но выдаëт в ней того, кто считает себя хозяином жизни. Кого не постигали большие разочарования или трудности. Кому не указывали на еë место. - Тогда свободен, я найду тебе применение. Жить меня поставили с остальными слугами. Иерархия у них проста - старые дворецкий и старшая горничная управляют всеми остальными, более молодыми, и поварами. Говорить с первыми двумя и хозяином дома смысла нет - те не стесняются ругаться и поддерживать некое подобие железной дисциплины. А остальные более любопытны. За неделю выяснилось следующее: Эвелин - одна из не одарëнных магией дочерей двух магов рода Тумо, это особо богатые маги земли. Раньше они служили более могущественному роду магов света, о котором Кармус слышал, но после внутреннего раскола и предательства их уничтожили. Их место и занял род Тумо. А место рода Кармуса, как выяснилось, полностью забрали себе маги огня, которые их уничтожили. Про выжившего и держащегося в плену наследника, похоже, никто не знает, что мне только в плюс. Меня или не объявили в розыск, или объявили, но новости не дошли. Честолюбивцы - другой род магов земли, Таон, более бедный и пришедший из разорëнных во время войны земель. Они хотели объединиться с родом Тумо, но тот наглухо отказался делиться землями. С тех пор у них начались разборки с целью принудительного объединения. Получили они своë прозвище за постоянные неудачные попытки судиться за оскорбление своей чести. Другими словами, Эвелин и вправду вряд ли что-то угрожало - скорее всего еë бы пытались женить на ком-то или использовать для шантажа, держа в какой-нибудь золотой клетке. Яблочники - это просто конкуренты по торговому бизнесу, уже не магический род. Чего ещё не знал Кармус, так это того, что каждый род в подчинении имеет как минимум несколько десятков элитных рыцарей с магическими артефактами и сотни обычных воинов, которых посылают выполнять задания, защищать и присматривать. Посылать своих кровных родственников рисковать жизнью здесь не принято, хоть и такое бывает. Войнами-магами по слухам обладают единицы. Если они и есть, их тщательно скрывают, так как они обязаны быть на службе только у одной политической силы - у короля. Род теней был исключением. Сейчас этого исключения уже не существует. Почти. Это наводит на размышления. Род Кармуса уничтожили с использованием магии огня. На род магов огня несколько дней назад напали с явно магией воды. И ещё моя тень. Она немного живёт своей жизнью. Не то, чтобы делает осознанные движения или пытается что-то сказать. Скорее реагирует на получаемую информацию. Я пробовал управлять ею своей волей, но результаты были нулевыми. Плюс один - если с тенью что-то происходит и она меняется, я это чувствую. Обычно вскоре после этого накатывает лëгкая усталость и головокружение. Признак магического истощения. Но неделя закончилась. Письмо о запросе кареты передавалось шесть дней. Карета без лошадей, похожая на небольшой самолёт с картонными крыльями, прибыла, если верить ворчанию Эвелин, за два часа. Сели, молча смотрели на деревья внизу через узкие окна. - Могли бы хотя бы стихи в повозку положить, - пожаловалась Эвелин кучеру, магу воздуха, от скуки. - Вы могли бы взять их с собой, юная леди, - снисходительно ответил маг. Похоже, он знаком с ней. - За деньги, которые вы просите, могли бы принимать письма побыстрее. - Нашу службу финансирует король, все деньги уходят напрямую ему. Если хотите, чтобы мы принимали письма быстрее, доставляйте их быстрее сами. Эвелин фыркнула, но против короля ничего говорить не стала. Похоже, остатки разума у неë остались. Пролетев несколько десятков километров и несколько часовых поясов так, что вместо середины дня настал вечер, мы достигли крупного города. Память Кармуса не даëт понять, что именно это за место, но, судя по реке с мостом и гербу с антропоморфным котом, облачëнным в доспехи, возвышающейся церкви и количеству стражников в железной экипировке, это Френе. Город, расположенный в нескольких километрах от столицы, центр торговли. - Выходите, - прозвучали слова, когда мы приземлились на специальной площадке в городе, достаточно людном месте. Эвелин небрежна вылезла и сразу пошла к, похоже, своему городскому дому, в богатый район. Я последовал за ней. Если она выглядела в своей обычной одежде под стать окружению, детская одежда дворецкого выглядела чрезвычайно колхозно, на меня даже оглядывались. - Ты - мой слуга, поэтому у меня есть для тебя задание, - сказала Эвелин, когда мы прошли за порог не огороженного забором здания, которое выглядит как очень большая четырëхэтажная гостиница. - Я готов сделать, что попросите, - подчинился я. - Тот маг был грубым. Ему это так просто не сойдёт. Возьми на кухне нож и порви ему что-нибудь, он заслужил. Возможно, если хорошо постараешься, дам переночевать здесь, а не на улице. От такого предложения я на несколько секунд застыл. На эту девушку надеяться не стоит никогда. - Если вы так считаете, я постараюсь исполнить вашу просьбу, - говорю я вразрез мыслям. Тень дрожит, но освещение достаточно тусклое, чтобы это не было заметно. Девушка ухмыльнулась, смотря на меня. - Тогда приступай.