Часть 2. Подозрение или доверие.

По сравнению с обычными днями, это утро отличалось. Разговоров не было, дурачества тоже. И кроме Лизы никто не заметил эту обстановку между Леной и Максимом. И, конечно, ей надо об этом срочно узнать. Позавтракав ребята направились в школу, уже одетые и причёсанные. И только сейчас Елизавета решила заговорить о странном поведении родных. Она не стала говорить, начиная с далека, а ровно и кратко отчеканила: – Что вы скрываете? Лиза любила шантажировать. И это знали и Ленка, и Максимка, поэтому правду они не скажут. Зная, что у Максима остался синяк от толчка, которому он подвергся вчера, Лена тяжело вздохнула: – Я вчера его встречаю, мы идём и он хочет мне трюк показать, я его, конечно, отговариваю, но Максимка настроен серьёзно и как брякнется, ударив плечо. У него там вот такущий синяк! – показывая руками размер типичного яблока, говорила та, в надежде, что сестра ей поверит. Елизавета сдержанно посмеялась в кулак, после чего посмотрела на Лену так, будто, Максим "не упал", а с крыши спрыгнул. – Лена, это одна из причин, почему тебе лучше не рожать детей, – съязвила Лиза, – это для их же блага, – девушка, больше не интересуясь происходящим, отдалилась от родных на пару шагов, гордо идя одна. – И да, такую ерунду я маме рассказывать не буду. Елена с Максимом переглянулись, облегчённо. После того, как Лиза ушла намного дальше, у них завязался уже другой разговор. – Где ты нашла деньги? – тихонько, словно из сестра всё ещё стоит рядом, поинтересовался блондин. – Были у меня сбережения, – ответила девушка, уже заходя в школу. Весь день Елена была, как на иголках. У неё возникали разные мысли: «А может не прийти?» – это была самая частая среди других мыслей. Она боялась, что потеряет эти деньги или их кто-то украдёт. Им-то ведь явно плевать, что с этими деньгами случилось, они должны быть у них и всё. От этих мыслей на одном из уроков ей стало плохо, это побеспокоило Мансура(соседа по парте. Он сказал, что у неё бледный и нездоровый вид, что ей стоит пойти домой. Лена отмахнулась, жалуясь на объём домашней работы и из-за неё даже поесть не успевает. И Мансур, кажется, поверил, также упрекая учёбу. Нет, они не дружили, просто он был единственным одноклассником, который обращал на неё внимание не только на важной контрольной, когда надо списать. Именно благодаря ему Елена хоть как-то смогла отвлечься и забыть про этих пацанов. С одной стороны это хорошо, ведь цвет её лица стал здоровее, а на лице даже появилась улыбка. Но, а другая сторона тоже дала о себе знать, она вовсе потеряла счёт времени. Поэтому сейчас впопыхах одевалась, предварительно попрощавшись с Мансуром, которых хотел провести её до дома, но она естественно отказалась. Возможно, Лена с ним могла стать хорошими друзьями, но, как сказал отец: «Тебе ещё рано с мальчиками возиться, всего-то пятнадцать годков». Но она в первую очередь девочка. Она хочет получать знаки внимания от противоположного пола, гулять с ними вечером за ручку, возможно, даже целоваться с ними. Конечно, это не честно. Ведь, если взять Лизу, она уже встречалась с парнем. Реакция отца была: «Не бандюган? Значит можно!». Чем же она отличается от сестры? Елена очень переживала. Она бежала сломя голову, ведь опаздывала на минут пять. Сейчас у неё в добавок к старым страхам присоединился и новый: вдруг он уйдёт, а завтра найдёт Максима и изобьёт его. Мороз неприятно покалывал розовые щёки, ещё в добавок и ветер дует прямо в глаза, отчего образовываются хрусталики слёз. Добежав до музыкальной школы, Белова с облегчением выдохнула. Тот парень был там, покуривая сигарету. Неожиданно ей стало стыдно за то, что она заставила его ждать, отчего и быстрым шагом подошла к юноше. Конечно, её удивило, что он пришёл один. Но так даже лучше. Не очень то и страшно теперь, но расслабляться нельзя. – На, – не сказав ни "привет", ни "долго ждал?", Елена сразу протянула два рубля пацану. Не прекращая употреблять никотин, Вахит взял с рук девушки деньги. Лена готова была поклясться, что его руки обожгли её. Несмотря на то, что парень был без перчаток, по какой-то причине, они были тёплыми, почти горячими. Поэтому она и вздрогнула. А Вахит подумал, что это из-за переживания, что она его боится, на что он просто улыбнулся, не подозревая, что этим напугал девушку больше. Елена уж было хотела уйти, как юноша её остановил, положив руку на плечо. – Много дала, – сказал он. – Как звать тебя хоть? Коротко стриженный выкинул бычок на землю, многозначно смотря на Белову. – Лена, – тихонько ответила она. – Что ж, Ленка, – начал Вахит, расплываясь в улыбке, – меня зовут Вахит, будем знакомы. Юноша протянул свою руку, на что она, немного помедлив, взвесив все за и против, мягко пожала её. Его взгляд казался таким глубоким, это и нравилось Елене. Никто из них сначала не решался отпустить руку, но Белова, переборов себя, отстранилась, всё ещё осторожничая с ним. – Ты дала больше на семнадцать копеек, заговорил он. – А сдачи у меня нет. Это оказалось ложью, ведь в его кармане были деньги, которые шатенка отдала ему вчера. – Да ладно, – отмахнулась Лена, словно это и вовсе не деньги. – Возьми, как за процент за ожидание. – Не, Лен, так не пойдёт, – Вахит обнял Белову за плечи, направляясь в сторону магазина. – Пойдём, сдачу конфетой отдам. Ириску любишь? Лена положительно кивнула, немного смущаясь, убрала руку юноши с плеча. В руку, которая отстранилась от плеча, Вахит взял её портфель, потому что было неудобно смотреть, как хрупкая девушка носит весьма тяжёлые вещи рядом с крупным парнем. Елена стала чуть-чуть понимать сестру, ведь было приятно находиться в безопасности. Взгляд Вахита то и дело словно кричал другим парням: «Попробуйте только к ней подойти!», но сама девушка это не замечала. Конечно, она боялась увидеть родителей или Лизу, поэтому пыталась уткнуть нос в ворот шубки. И сунув руки в карманы, шла за новым знакомым.