Ледяная темница

Большое бескрайнее поле окружает человека, он находится в абсолютном одиночестве. Тучи сгущались в синем июльском небе. В далеке загрохотал глас бога, он оповещал о скором дожде. Монах, не то, что глубокий старик, а скорее расцветающий цветок юности, переполненный жаждой авантюризма, побрёл в сторону леса дабы укрыться от непогоды под раскидистыми кронами деревьев. Пройдя под низкой веткой капюшон рясы слетел с головы путника, теперь вернее будет сказать путницы. Она находится на природе под сильным дождем. Кирос Вий стояла посреди леса, который не был нанесён ни на одну карту. Воздух пах смолой, а ветви деревьев сплетались над головой, словно пальцы великана, готовые раздавить незваную гостью. Она знала: этот лес не прощает ошибок. Но было поздно — звери уже вышли на охоту. Их рычание, похожее на скрежет камней, эхом разносилось между стволов. Кирос сжала в руке амулет с руной, но дрожь в пальцах выдавала страх. Последний раз она так боялась в детстве, когда мать... Нет. Об этом нельзя думать сейчас. “Никогда не забредала в такие места тем более которые сплошь увешаны заклинаниями”: подумал юный монах. Волшебница ощущает присутствие зверя за спиной, его жуткое зловонное дыхание, что пробирает до костей. Кирос поняла, что пора убегать от сюда как можно быстрее. Она бежит по неизвестной ей тропинке. В какой-то момент, она осознает, что холодный дождь уже давно не идет, ветки не царапают кожу, а под ногами сухая, мягкая трава. Она хоть и промокла, но ей вовсе не холодно. Поднимая голову, она видит, что над ней находится свод из зелёных крон деревьев. В центре свода находится небольшой овраг. В нём сидит гигантский волк с 2 головами. По краям ямы стоит неисчислимое множество магических зверей, страшные, искореженные естественным отбором, они внимают, что шепчет им лес и рокочут ему в ответ. Вокруг очень тихо и умиротворённо, даже птицы смолкли. Подходя ближе, она не замечает настил из веток под ногами, что смачно хрустнули, когда она на них наступила. Звери вышли из транса и посмотрели ослабленными глазами на путницу. Их морды расплылись в искажённом оскале. В воздухе появился запах подгнивших листьев, скошенной травы, диких зверей и свежей крови. “Так лес забирает путников, забредших в то священное место, которое не доступно им.” Птицы закричали на ветках. Лес зашумел, будто был недоволен присутствием мага. Кирос сразу осознала, что ей здесь не место, чащоба не хочет видеть её в этом месте. Бросившись наутек туда, куда глядят глаза, а ветки хлестали по лицу, оставляя кровавые полосы. Большие деревья больше не закрывали покров на земле своими кронами. Ноги скользили по грязи, а сердце начало бешено биться. И без того промокший волшебник решается на отчаянный ход. Кирос уже заметила впереди пещеру. В надежде скрыть след магией, она попала в настоящую западню, приготовленную природой. Это была не пещера, это был капкан из камня. Лес будто не хотел упускать добычу, которую гнал с самого начала её появления. Кирос молилась, чтобы портал сработал. Синие символы на её запястьях начали пульсировать, как живые, обжигая кожу, но руны мерцали неровно — лес глушил почти всю магию. Сзади раздался хруст костей. Оглянувшись, она увидела, как двухголовый волк расталкивал остальных. Существа с глазами, как угольные ямы, уже окружали пещеру... Вокруг Кироса засветились руны, камни пещеры начали отдавать голубым свечением. Помещение наполнилось шепотом древних слов. Звери уже пришли, они рвались, брызжа пеной из пастей, лишь бы разорвать волшебника. Напряжение нарастало пещера становилась узкой для такого количества существ. Маг сделал неверный шаг. Ранее шепчущие слова стали кричать на всю пещеру. Стало невероятно холодно и жутко от этого звука, что говорили камни. Гудение, будто рой пчёл заполнил пещеру полностью. Вдруг яркая вспышка. И все стихло.... Пещера наполнилась ледяными пиками, они торчали отовсюду, из зверей, камней, свисали с потолка... Кирос Вий не боялась смерти — она боялась забыть. Её пальцы скользнули по обледеневшим стенам пещеры, оставляя кровавые следы. Холод сковывал лёгкие, а руны на запястьях, обычно яркие как полярное сияние, едва теплились. «Frigidus...» (заморозь) — прошептала она, и лёд сомкнулся плотным коконом. Последней мыслью перед тем, как тьма поглотила сознание, стало лицо матери — такое же бледное, когда та читала ей сказки у камина... Понимание того, что перепутать заклинание в такой обстановки возможно, но не для хорошего ученика. Теперь небольшая ошибка повергла Кироса в ледяную темницу. “Нет, нет, как же я же, я же не могла. Я! Я. Я... Я что, так умру? Меня вообще смогут найти? Или же я просто останусь, как какая-то статуя?! На Меня же! на меня! Положился весь Хаостэн, вся его верхушка ждёт моего возвращения! Я не могу так.... Облажаться...”- мысли быстро пробегали, разум погружается во тьму, холодные цепи новой клетки сомкнулись на века... Тем временем в башне Хаостена на собрании глав семи уделов подле морских раздолий. В помещение присутствовали очень важные люди. Они сидели за круглым столом, обсуждая и поедая разные вкусности. Зал был не большой, его окружали семь окон, как и стол имел семь стульев, один стул был с высокой спинкой. Высота спинки подмечала статус, а резьба на ней показывала какому уделу принадлежит изделие. Утренние солнце освещало людей в церковной одежде, как мерзки их лица, от совершённой задачи. С самого их прихода завязался разговор. — Думаете, эта выскочка уже сгнила в Лесу десяти смертей? — старик с лицом, похожим на сморщенное яблоко, стукнул посохом. Его фиолетовая мантия, расшитая змеями, съехала с плеча, обнажив шрам от старого проклятия. Это человек не из приятных, который любил попользоваться своим чином, рад был и унизить людей. Всегда ходил с таким лицом будто он заправляет всем миром. Он людей не считал людьми просто тем, кем можно воспользоваться как тряпкой. Каждый раз говоря о человеке, который ему мешает для воплощение планов, избавляется и говорит о нем с ухмылкой будто он и есть сам вершитель судеб. Он прибыл из Хазарского Каганата. —  Вы недооцениваете Кирос, — прорычал галичанин, сжимая кубок так, что костяшки побелели. — Она пережила Снадомир. А там... — он бросил взгляд на поляка, — даже ваши лучшие маги сгорели как солома. —  выкрикнул мужчина более сорока лет с козьей бородкой. Он одет в традиционный наряд хранителей Галицкой земли. — Сгорели, потому что были слабаками! — поляк вскочил, отодвинув стул. Его перстень с волчьим клыком блеснул в свете солнца. — Но, если вы хотите нового «работягу», — он презрительно скривился, — давайте обучим новых? Или же вы боитесь, что они пойдут против вас? Византиец, до сих пор молчавший, провёл рукой по бороде, заплетённой в золотые нити: — Армия магов... Интерееесно. Но зачем, если у нас есть Черный гримуар? — В зале повисла тишина. Даже старик перестал жевать виноград. Слово «гримуар» прозвучало как «приговор». —  Давайте просто забудем уже об этом недоразумении, может нам теперь стоит задуматься о новом рабочем, что будет выполнять грязную работу за копейки? — голос мужчины был низким и басистым, он хоть и не обладал большим чином, но к нему прислушался даже старик, что любил быть лучшим. Это был посол из Византийской Империи. —  Дааааа, нам стоит поискать нового работягу, что сделает это за нас — хитрый старик перехватил идею дабы выдать перед всеми её за свою. Его ухмылка все также сияла на морщинистом лице. Которое скоро будет гнить в земле так же, как и все остальные участники семи уделов. —  Мы можем найти ведьму, которая будет отгонять заговорами и варевом злые силы от людей — рассуждая, сказал посол Галицкой земли. Большинство кивали идеи старика. Они не понимали на сколько они могли быть опасны, а если они получат запретные знания из Черного гримуара. — Нет! Ведьмы - силы зла! Они только накличут на вас беду, лучше возьмите на службу человека из моего народа, первоклассного знатока в рунах и древних словах — предложил посол Византийской Империи. В комнате начался громкий разговор с взаимными оскорблениями, но это уже тлен, всё что происходит за стенами холодной темницы, уже всё стало тленом...