Часть 4.

Люциус сидел за общим столом, опустив взгляд. Таким я видел его впервые. По лицу Малфоя не было понятно, что именно он чувствует, зато было предельно ясно, что ничем хорошим это не кончится. Я перевёл взгляд на Беатрис, которая уткнулась в пустую тарелку, никак не реагируя на общий шум. «Что за представление она тут устроила? И при чём тут Малфой?» — мысли, которые теперь очень долго будут меня преследовать. До тех пор, пока я не узнаю всю правду. — Шляпа ошиблась. Она уже скоро гнить начнет, а её всё ещё слушают, — произнёс вдруг Малфой, прерывая мои раздумья. — Люциус, шляпа ещё никогда не ошибалась. Малфой резко подскочил и со всей злости, что накопилась в нём, ударил рукой по столу. — Я сказал, что шляпа ошиблась, Северус! Если ты считаешь иначе — твоё место не за этим столом! — процедил он сквозь зубы. На лице его заходили желваки, в глазах зажглась ненависть. Судорожно сжав правую руку в кулак, Люциус поднялся из-за стола и поспешно вышел из Большого зала. «Кажется, у семьи Малфой тайн больше, чем загадок в Хогвартсе. Чистая кровь — не значит чистые руки».

***

Этой ночью мне не спалось. Я беспрестанно ворочался с одного бока на другой и, решив наконец, что попытки уснуть себя исчерпали, встал с кровати и, накинув мантию, вышел в гостиную. В кресле у камина сидела девушка. Со спины я не сразу понял, кто это, поэтому спокойно подошёл и сел напротив. Беатрис смотрела на догорающее пламя и, казалось, не замечала моего присутствия. Взгляд её был далёк от того, каким она одарила меня сегодня в вагоне Хогвартс-экспресса. В нём уже не было той искры. Вид у девушки был опустошённый, словно покинутый. Мыслями она явно была не здесь, не в гостиной Слизерина. Решив, что это мой шанс, я прервал молчание: — Не спится? Услышав мой голос, Беатрис вышла из оцепенения и посмотрела на меня. Тусклый свет камина отражался в её изумрудных глазах, делая их ещё более тёмными. — Чего тебе? — спокойно спросила она, переводя взгляд обратно на огонь. Наша первая встреча прошла не сказать, чтобы удачно, поэтому меня слегка удивило её спокойствие. — Не самый лучший день, да? — пытаясь расположить её к себе, поинтересовался я. Беатрис сделала глубокий вдох и прикрыла глаза, откидываясь на спинку кресла. Спустя несколько долгих секунд она всё же решила нарушить молчание: — У тебя плохо выходит, знаешь об этом? — О чём ты? — с недоумением спросил я. — Изображать беспокойство, — стиснув зубы, ответила Трисс. — Ну что ты, помилуй! Это всего лишь дружеский жест, — пытаясь сократить дистанцию, я подался вперёд, поставив локти на колени. — Говори, что хотел или проваливай, — отрезала она, отвернувшись. «Мерлин! Да я будто с Люциусом говорю!». — Ну что ж, тогда перейду сразу к делу, — деловито скрестив пальцы, я продолжил: — Сегодня в поезде ты узнала Малфоя. Вы разве знакомы? — Трудно было не узнать. Такой же напыщенный болван, как и его отец, — иронично произнесла Трисс, закатывая глаза. Я изогнул левую бровь и перешёл к следующему вопросу: — Знакома с Абраксасом? Что ж, впечатляет. — Лично не встречались, но я многое слышала от отца об этой семейке. Было не сложно понять, кто передо мной. Она явно хотела на этом закончить наш разговор, но я задал следующий вопрос: — Шляпа сказала что-то вроде «Sanctimonia…», — запнувшись, я сделал вид, что не помню, а затем продолжил: — Ты знаешь, что это значит? Беатрис перевела взгляд на меня, вновь закатывая глаза. — Северус, кажется? Мне все ещё непонятен твой навязчивый интерес. «Мерлин, да сколько можно закатывать глаза?! Ну точно как Малфой!». — Будем считать, что это просто личное, — спокойно ответил я. Беатрис вновь отвернулась, показав тем самым, что разговор окончен. Повисла долгая гнетущая тишина, лишь треск камина наполнял гостиную. Я не сразу заметил, что всё ещё продолжаю смотреть на неё. Трисс, не моргая, разглядывала языки пламени. В этот момент её можно было сравнить со статуей. И лишь нервное постукивание пальцами по подлокотнику кресла выдавало её беспокойство. Не долго думая, я накрыл своей ладонью её подрагивающую руку. — Ты в замешательстве и не знаешь, что делать дальше. Я понимаю тебя и готов помочь разобраться во всём. Но при условии, что ты не будешь задавать лишних вопросов. Беатрис сбросила мою руку. Её бровь изогнулась. Она явно искала какой-то подвох. — Мне не нужна твоя помощь, Снейп. И без тебя разберусь. — Ты никого здесь не знаешь, и вряд ли кто-то кроме меня захочет помогать тебе. Поэтому выбора у тебя нет. Либо ты соглашаешься, либо остаёшься ни с чем, — твёрдо ответил я. Трисс поджала губы. Пару минут она находилась в сомнении, но потом всё же протянула свою руку: — Никто не должен знать. — Никто. Скрепив рукопожатием наш договор, я удалился обратно в спальню.