Часть 4. Неожиданное назначение

Пэйринг и персонажи: Ван Со/Енхва Время действия: Внимание! у нас снова первые годы правления (Примерно год спустя после встречи Джона и Со у озера). Редко Ван Со испытывал чувство предвкушения такой силы, как сегодня. Весь день с того момента, как он открыл глаза, был наполнен им. И еще нетерпением, так мало свойственным его характеру. Оно гнездилось где-то глубоко внутри, оно мешало, царапало, не желая подчиняться привычному распорядку, заставляло поторапливать медленно тянущееся часы и минуты. Назначенные на утро доклады длились необыкновенно долго. Небольшая книжка частично скрыта под бумагами на краю стола, и пальцы сами тянутся, но в последний момент он останавливается, и, вместо этого, выравнивают листы на столе, скрывая книгу от глаз. Он и так знает, что там написано. И отдав сердце в плен, обо всём позабыв, Прыгнув в реку, не ведая броду. Всё она отдала, не того полюбив, Потеряв и покой, и свободу. Он шептал ей ночами о вечной любви, Клялся быть с ней всегда бесконечно. Только в жизни частенько лгут короли, Звезд с небес обещая беспечно. Когда он впервые открыл балладу, то читал эти строки и не верил своим глазам. Брат знал, чего ему стоило то решение, знал ради чего он так поступил и какую цену в итоге заплатил. Но стихи жестокие и обдуманные все таки были написаны и увидели свет. Словно в том, что случилось была вина Ван Со. Неужели БекА так действительно считает? Или это месть? Он ни разу не обвинил Ван Со в гибели своей возлюбленной. Вместо этого БекА нанес более сокрушительный удар. Этими стихами он обвинил его в предательстве Су. И ее смерти. Поступив изящно и безжалостно, не произнося оскорбительных речей и не угрожая, БекА сделал так, что люди по всех уголках империи поют о прекрасной деве, оживляя ее своим дыханием, отдавая дать ее любви и верности. и осуждают сами того не зная, его - Ван Со, вероломного правителя, ради трона предавшего любовь. - Ваше Величество, императрица просит принять, - кланяется евнух и протягивает пестрый конверт. - Также срочное письмо от его Высочества принца Джона, только что прибыло. Мир внезапно теряет краски. Со уже знает, что внутри, до того как вскрывает письмо. Ровные, аккуратные строки сообщают о размытых дорогах, невозможности проехать, а так же еще не окрепшим после болезни здоровье Суён. Слова звучат сухо и логично. Серо. Ван Со откладывает бумагу. Визита не будет. Но он подозревал это сразу после прошлого визита, как только ему донесли о том, что Суен покидая дворец во всеуслышание спрашивала Джона о первой встрече своей мамы с принцами в купальне. Четырнадцатый принц, возмущенный тем, что Ван Со поддался соблазну и рассказал дочери об этом, наверняка, найдет уловку, чтобы отменить следующую поездку в столицу. Для принца, выросшего во дворце, брат Джон поразительно беспечен. Никто из всех сыновей их отца не мог позволить себе подобной глупости и недальновидности - сердить императора. Кроме него. Любимца матери, ни в чем не знавшего отказа. - Плохие новости, Ваше Величество? - голос Енхвы звучит как угодно, но не равнодушно. Холодно, едко, вызывающе. Но отнюдь не равнодушно. - Зачем ты хотела меня видеть? - спрашивает он, игнорируя ее слова. - Вы продолжаете откладывать назначение господина Бэкхёна наставником наследного принца. Он уже месяц как прибыл в столицу и ждет вашего указа, чтобы приступить к обязанностям. - Ты поспешила, вызвав его. Я много раз говорил, чтобы ты не вмешивалась в дела которые тебя не касаются. - Не касаются? - Енхва держится спокойно, но он видит по ее движениям, словно бы более быстрым, чем обычно, что сегодня она настроена как нельзя серьезно. Выдохнув, Ван Со выпускает раздражение, вызванное письмом и Джоном, посмевшим думать, что он хоть что-то решает в этой ситуации, направляя гнев в нужное ему русло. А Енхва между тем продолжает. - Он мой сын, я родила его, и с самого рождения была рядом, сидела у кровати когда он болел, я лично вышила наследному принцу его первую рубашку. А где были вы? Вы совершенно о нем забыли, не интересовались. Только мне знать, кто лучше подойдет моему ребенку. - Поэтому ты выбрала одного из самых влиятельных людей клана Хванбо? Они преданы только тебе. - Я выбрала его потому, что нет никого другого, более подходящего на эту должность. - Ты ошибаешься. Решение было принято им давно, но с самого начала оно ютилось где-то на границе сознания, практически не привлекая внимания, не тревожа, дожидаясь своего часа. И хотя он признавал его единственно верным, Со медлил. Озвучить решение значило запустить цепочку событий, после которых возврата не будет. Расстроенные отношения с родственниками требовали филигранного подхода, личной встречи и не здесь во дворце. Но Енхва продолжала давить и откладывать дальше стало невозможно. А значит так тому и быть. В одном она права, мальчик вырос, ему уже шесть, а значит требовалось начать формальное обучение. - Я давно выбрал наставника для наследного принца. Ее надменное лицо ничего не выражает, и только глаза. Такие холодные на поверхности. Но в их глубине.... Он ясно помнит как много лет назад, прибыв в поместье Ван Ука, он увидел яростное пламя в ее глазах, спрятавшееся за чуть опущенными ресницами, когда обрабатывая его рану, она намеренно наклонилась к нему ближе, чем следовало. Он тогда с усмешкой подумал, что не завидует будущему супругу принцессы Енхвы, который всю жизнь должен будет сражаться в собственном доме, чтобы избежать участи быть полностью поглощенным, разрушенным этой женщиной, если у него не хватит ума держать ее на расстоянии. Енхва вызывала сочувствие, уважение, но никак не могла вызвать любовь или нежность. Кому, размышлял он тогда откинувшись на спинку стула и наблюдая за ней из под опущенных век, захочется заходя в свою спальню не снимать, а одевать доспехи. Но он тогда недооценил и ее саму, и их обоюдную жажду власти. - Наставником станет мой брат - Четырнадцатый принц, Ван Джон, - наконец произносит Со. И ее затаенный огонь вспыхивает, выплескивается , грозя сжечь все вокруг. А он повышает голос так, что ничего не сказав, она только смотрит на него прожигающим взглядом. - О его навыках владения мечом известно всем, авторитет среди военных до сих пор непререкаем, никто не сможет лучше обучить наследного принца ратному делу. Его положение сына покойных императора и императрицы, а так же моего родного брата позволяет ему достойно и строго воспитывать мальчика. Не нанося урона ни своему достоинству, ни достоинству наследного принца. Это так же поможет ослабить твое влияние и влияние твоего клана на мальчишку, думает про себя Со, с удовольствием рассматривая как она кусает губы, чтобы заставить себя молчать. Джон не честолюбив и избегает дворцовых интриг. Он исполнит ровно то, что от него требуют. А еще Джон боится. И правильно делает. Он опасается, что однажды в его дверь постучат и заберут то, что ему не принадлежит. То, что он присвоил себе без спросу. Титул наставника наследника означает не только высокую милость и доверие, но и отказ от определенных свобод. Отдав Джону сына на воспитание, Со получит полное право не скрываясь наблюдать за жизнью семьи брата, контролировать их, и что самое важное - даст повод приезжать в его поместье в любое время и не зависеть больше от отговорок Джона, который будет верен не из чувства долга, а из страха за девочку, и свою семью. При дворе поговаривают, Четырнадцатый принц и его супруга счастливы в браке и ожидают ребенка. Брату теперь есть что терять. Со мало волнуют причины, по которым Джон будет выполнять его приказы, гораздо важнее, что они связаны с ним намного теснее чем им обоих хотелось бы, а значит пришла пора предъявить брату счет. Ван Со встает, позволяя себе поддаться импульсу, чего не делал уже многие годы. - Я не планировал это объявлять так внезапно, считая, что правильнее будет предварительно поговорить с братом. Но если ты настаиваешь, значит действительно пришло время. Мне придется навестить его лично. Джон выполнит свой долг и исполнит приказ императора. Наследный принц Чу скоро покинет дворец и будет воспитываться в его поместье. Он с болезненным удовлетворением смотрит, как императрица теряет самообладание и стоит с раскрытым ртом, не в силах сказать ни слова. Повинуясь все тому же жестокому импульсу, он неожиданно даже для себя добавляет. - И чтобы ты не упрекала меня в том, что я пренебрегаю твоим мнением и желаниями, вторым наставником принца будет твой братец, Ван Ук. Он недурно устроился в своем поместье, наслаждаясь бездельем. Пора ему искупить вину перед страной за совершенные ошибки. Уже не обращая внимания на ее ярость и слова несущуюся ему в спину, он выходит требуя подать коня и предвкушая чувство свободы, которое всегда рождалось в нем, стоило ему выехать за пределы дворца. А так же представляя лицо брата Джона, когда последний увидит его на пороге своего поместья и узнает о принятом Ван Со решении. Мир снова расцветает яркими красками.