Часть 19. Отец и сын

Пэйринг и персонажи: Ван Ук/Чхе, его сын Время действия: 17 год правления императора Кванджона (менее чем за месяц до свадьбы) В последнее время Ук стал все чаще замечать, как силы медленно, но непрестанно покидают его. Кашель усилился. Особенно тяжело приходилось в сырую погоду. Вот и сегодня прогулка по саду, которая должна была успокоить и помочь унять растревоженные мысли, дается ему с трудом. Посыпанные крупным речным песком дорожки вьются между кустами пионов, роз и фруктовыми деревьями. Влажный песок похрустывает под тяжелыми шагами. Серое небо, грозящее пролиться дождем, как будто еще добавляет тяжести на плечи. Ук замечает прислонившегося спиной к абрикосовому дереву сына. Его Чхе уже такой высокий. И взрослый. Он не может сдержать легкую улыбку глядя на непривычно серьезное лицо сына, который читает какую-то книжицу в простой обложке. Для отца само по себе рождение сына уже повод для гордости и радости, но его Чхе… Улыбка Ука становится шире. Мальчик всегда был невероятно умен и наблюдателен. Всегда был таким взрослым, оставаясь внешне беззаботным проказником и озорником. Ему нелегко пришлось. Расти вместе с наследным принцем испытание, которое под силу далеко не всем. А характер Чу ничуть не упрощал им всем жизнь. Чхе рано пришлось научиться искусству дипломатии и умению обходить острые углы, из которых наследный принц, казалось, только и состоял. Он скоро догадался не соперничать со вспыльчивым и своенравным Чу, который принимал как вызов малейшее с ним несогласие. И что поразительно, не смотря на непростой характер принца, он сумел стать его другом и искренне сочувствовал ему. Да, жизнь наследного принца была полна эмоциональных горок. Суровый, требовательный, категоричный отец и ни в чем ему не уступающая мать. Они оба были рождены править, Ук это признавал. Но как родители сначала маленького мальчика, а потом неуверенного в себе подростка, они усложняли сыну жизнь как только могли. Отец-император властными приказами, а мать безграничным обожанием. Бросаемый из крайности в крайность то холодности отца, то вседозволенности матери, Чу никак не мог найти золотую середину мира и покоя в своей душе. В своих чаяниях и желаниях. Ук сам не заметил, как задумался и почти прошел мимо Чхе, который окликнул его. - С добрым утром отец. Как вы спали? Уже завтракали? - Да, спасибо сынок. Чхе захлопывает книгу, почтительно берет Ука под руку и они вместе продолжают путь по саду. Какое-то время они просто молча идут, но в царящей тишине все отчетливее ощущается напряжение невысказанного. Чхе, видимо посчитав, что выдержал достаточную паузу, прямо спрашивает. - Вы только что говорили с Чу? Ук удивлен той прямолинейности, с которой обычно издалека начинающий Чхе, задает вопрос. Он внимательнее вглядывается в лицо сына. Так и есть. Чхе умело скрывает волнение, но линии его лица напряжены, а в глазах не привычная серьезность. - Да, - отвечает Ук. - Да, он пришел ко мне как только я закончил утреннюю трапезу. Чхе молчит, ждет когда отец продолжит. И Ук не усложняет для него ситуацию, вздыхает и спрашивает. - Раз уж ты знаешь, что у нас состоялся разговор, то, скорее всего, знаешь и о чем он был. Сын кивает, не глядя ему в глаза, а как будто пытается что-то разглядеть в густых зарослях сада. Ук тяжело вздыхает и продолжает, ступа шаг в шаг с сыном. - Чу просил меня поговорить с дядей Джоном. Он хочет жениться на Суён. Восьмой принц тяжело вздыхает, вспоминая как наследный принц примчался всего с парой гвардейцев без предупреждения в неурочный час. Как сжимал в руке яростно плеть, пока горячо и напористо просил его отправиться к Ван Джону. Вполне понятно, что Енхва, едва дождавшись возвращения сына, тут же стала устраивать его брак, усиливая при дворе положение наследного принца. И нельзя сказать, что Ук совсем уж не предвидел, как на все это отреагирует принц. Но вот чего он совсем не ждал, что Чу явится к нему за помощью. Отчаянный мальчишка. Хитрый и идущий напролом. Он не остановится, пока его не остановят. С горечью и сожалением подумал Ук, вспоминая как лицо принца пошло красными пятнами и как треснул кнут в его руках, когда Ук почтительно и самой вежливой форме отказал в его просьбе. Да, немедленно отправить записку Джону с сообщением о том что случилось, было верным. Наследный принц умчался из поместья как бушующий ураган. На кого-то падет его ярость и гнев. Чхе все также молчит. Они идут по саду, где с ветвей срываются капли влаги. - Честно говоря, я даже не представляю как начал бы подобный разговор с Джоном. Сама перспектива того, что девочка окажется во дворце, да еще станет невесткой императрицы Енхвы, даже меня огорчает сверх меры. Ук поворачивает голову на нервный смешок сына. Такая нехарактерная для него демонстрация истинных переживаний. Неожиданная мысль поражает его. - Безусловно, все было бы намного проще, если бы Суён разделяла чувства Чу,- осторожно продолжает Ук, внимательно следя за выражением лица сына. Чхе все также смотрит куда-то вдаль, но все таки едва заметно пожимает плечами. Ук не может сдержать слабую улыбку. Значит, его догадка верна. Он мог бы сказать сыну, что во всем примет сторону Ван Джона, и что прекрасно понимает какой будет его реакция на вести о том, что сын Со и Енхвы хочет жениться на его драгоценной дочери. Но ему страшно интересно - что же теперь предпримет Чхе. И потому они продолжают молча идти по укутанному туманом саду.