1 глава

      Светлое солнце озаряло обстановку в детском саду, добавляя ещё больше тепла и радости. Воздух наполняли звонкие голоса и крики детей, выходящих кажется отовсюду. Развлечений было много, только один единственный мальчик оставался с самим собой, играя в песочнице. По его мнению, в этом месте всегда царила особая атмосфера; можно было строить замки и башни, дать волю своему воображению. Несмотря на все свои сооружения, которые он только что построил, ему было не слишком весело. Другие ребята не совсем понимали его ход мыслей, поэтому обходили мальчика стороной.       В один из таких скучных дней, в поле его зрения появился кто то новый, кто то другой. Это был ещё один мальчик в той же форме, что и он сам, что и все остальные дети детского сада. У него были темные волосы, напоминающее чёрное море ночной бездны, а глаза совсем ничем не светились. Ребенок не обратил бы на него внимания, если бы он не подошёл к песочнице и не сверлил бы его взглядом. Одинокий мальчик смотрел на другого загадочно, словно спрашивая его, тот это заметил и ответил на вопрос, который крутился в голове мальчика.       — Ты выглядел больно одиноко. Я решил рассмотреть тебя поближе, но похоже, в тебе нет ничего интересного, — Его голос звучал разочарованно, но его взгляд так и оставался неживым.       Мальчик почувствовал укол боли, как будто его только что отчитали, он и вправду расстроился из-за этих слов.       — Стой! Мне кажется, я все же могу заинтересовать тебя. Дай мне шанс рассказать тебе кое что. И возможно ты будешь доволен, — Голос звучал неуверенно, но решительно, мальчик напротив него не был настолько жесток, поэтому решил послушать.       Как оказалось, эти двое нашли общий язык. Новый знакомый не назвал ни своего имени, ни фамилии, он просил называть его по прозвищу «Чухна́». Было трудно произносить это, слово явно не было японским, но для своего нового друга он старался проговаривать прозвище. Его не смутил тот фактор, что прозвище странное, что новый знакомый странный, ему просто хотелось общение. Накаджиме Ацуши большего и не нужно.

***

      — Что такое, шкет? — Вдруг резкий голос его второго наставника Куникиды разбудил его ото сна.       —Да так, я задумался просто, — Совершеннолетний юноша неловко почесал затылок со слабой улыбкой, но идеалист не стремился вслушиваться в слова парня и погнал его работать. Ацуши ничего не оставалось делать, кроме как следовать указанию Куникиды.       В офисе Вооруженного Детективного агенства была совсем другая атмосфера, чем в глупой песочнице. Несмотря на то, что в агентстве иногда бывает «душно», иногда бывают серьезные проблемы, но это совсем не мешает веселиться, работающие здесь, отличные ребята, они не позволят заскучать.       Каждый был по своему уникален, и это нравилось Накаджиме, это было не так, как в детском саду, где все одинаковые и примитивные, они все разные и это прибавляло больше счастья. Однако, больше всего выделялся первый наставник парня — Осаму Дазай. Когда он только начинал работать в детективном агентстве, Ацуши уже тогда понял, что этот суицидальный маньяк не простой орешек. В нем есть что то большее.       Как только седовласый начал собираться с мыслями, чтобы начать работу с документами, откуда ни возьмись появился, уже всем известный, Дазай. Со слабой ухмылкой, он спросил Ацуши:       — Бездельничаешь?       — Кто бы говорил, Дазай-сан, по моему здесь только вы бьете баклуши! — Язвительно ответил младший.       После этих слов выражение лица Дазая стало немного растерянным, задумчивым, и через мгновение он спросил любопытным тоном:       — Что означает этот фразеологизм, Ацуши-кун? — Как только Накаджима это услышал, он хлопал глазами несколько раз, не веря тому, что слышит и видит.       — Эм…я думал, вы знаете. Это означает то же самое, что и бездельничать, ничего не делать… — Кажется, парень со способностью «Тигра» впал в ступор.       — Как же я могу знать? Этот фразеологизм явно не относится к японской языковой речи, а в иностранных языках я не слишком силен. — Объяснил свое поведение довольно убедительным образом шатен. За всё время их разговора, Осаму сохранял маленькую улыбку и некоторое глупое выражение лица, но при следующих словах улыбка почему то исчезла, — Мне интересно, откуда ты знаешь такие маневры в речи, в особенности иностранные?       Теперь над этим вопросом пришлось задуматься седовласому. Кажется, ответ совсем близко, но он не может вспомнить. Эти речевые иностранные обороты просто отложились в голове парня, как само собой разумеющееся. Пытаясь вспомнить, тигр впервые ощутил эти чувства; что-то вроде настольгии: притягивающее и одновременно отталкивающее.       Вдруг он вспомнил, что совсем забыл про свою работу, поэтому ответа на вопроса так и не последовало, он сказал наставнику, что ответит позже, как-нибудь. Дазай не выглядел слишком сосредоточенным на своем вопросе, перед Ацуши он глупо улыбался. Развернувшись к двери выхода из этой комнаты, он попрощался с тигром и ушел на задание. Однако, как только он покинул кабинет, его глаза охолодели, взгляд был нахмуренный, затуманенный. Он добьется ответа на вопрос, чего бы это не стоило, ведь если это то, о чем он думает, то возможно этот парень будет даже опасен для агентства.