don't let yourself fall in love with me

POV Rebecca. «Эти гастроли сведут меня в могилу…» С этой мыслью я заканчивала и начинала каждый свой день. Прошло уже две с небольшим недели моего пребывания в туре с Tokio Hotel, отыграна большая часть концертов, а я чувствую себя так, словно меня положили под пресс и не оставили шанса на выживание. После очередного, искрящего между нами непонимания было решено вернуть в сет-лист треки, требующие присутствия на сцене старшего Каулитца. Теперь Том выходил на сцену на каждом новом концерте, попеременно со мной, потому что после того гогота, что пронесся по фанатам, старательно зацепив каждого из них, больше никому не хотелось экспериментировать. Первое: конечно же люди ждали Тома, об этом говорили многочисленные плакаты на шоу и крики толпы. Несмотря на то, что за несколько концертов и интервью народ слегка ко мне попривык, фанаты хотели получать удовольствие от наблюдения за своим кумиром, а не за мной. Второе: это делалось для сохранения моего здоровья, потому что у группы хватало неадекватных поклонников, умудряющихся нападать даже на самих ребят. Обратная сторона популярности. Дэвид, казалось, потерял интерес к нашим с Биллом «отношениям», редко об этом упоминая. Мы же с младшим Каулитцем умудрились посетить один из парижских ресторанов, ужин в котором закончился нашим поцелуем. Обговаривалось ли это заранее? Нет. Понимала ли я поведение Билла по отношению ко мне? Это был интересный вопрос. Том по-прежнему держался на расстоянии от меня, несмотря на то, что его отношение ко мне все же изменилось. Он перестал игнорировать мои просьбы о помощи и в целом был готов посодействовать во всем, что касалось непосредственно гастролей. Где-то в глубине моей души еще теплилась обида на этого мажора с косицами, но я старалась глушить ее, понимая, что моральное напряжение никому не сделает лучше - в первую очередь мне. На выступлениях я наблюдала за Томом. За его игрой, за эмоциями, за отдачей. Он безусловно смотрелся гораздо гармоничнее в паре с Георгом, когда наступали те самые моменты их сыгранности, в которую они вкладывались по максимуму. На их взаимную игру мне хотелось смотреть бесконечно. Сегодня я проснулась в Барселоне. Никогда до этого не доводилось бывать в Испании. Весна в этом городе оказалась гораздо ласковее и приятнее, чем в немецких городах. Сегодня в нашем графике была пара интервью, а завтра вечером само шоу. Порой я ловила себя на мысли, что тур, несмотря на все неприятности и разногласия, мчался очень быстро. Даже для меня. Звонок телефона прервал мои размышления. Билл сообщил, что перед интервью мы едем репетировать на локацию нашего завтрашнего шоу. Мои планы еще немного понежиться в уютной постели полетели прямиком в небытие, как и звонок близкому другу. *** За окнами мелькала солнечная Барселона, а я печально наблюдала за испанской жизнью из окна машины. Глупо было надеяться, что удастся прогуляться по городу хотя бы немного, пропустить через себя его атмосферу, понаблюдать за людьми, не спеша поужинать на веранде. Нойманн, ты забыла, с кем сюда приехала? Забыла, какие у тебя цели? Нет, помню. Я должна была «развалить группу» по мнению Тома. Он, вероятно, и по сей день так думает. -Ты в порядке, Бекки? – Вкрадчиво поинтересовался Билл, изучая мое лицо. Я закивала. С ним тоже было непросто. Я не понимала, что между нами происходит. Мне трудно давались наши с ним выдуманные отношения. Мне вообще хотелось просто отработать свой приз и отпустить все, что произойдет во время этого турне. Но произошло уже столько всего, всколыхнувшего мой рассудок, что я боялась делать лишний шаг, не имея представления, что поджидает за поворотом. -Да – кратко отозвалась я. -А что с вашей выдуманной любовной историей? – включился в разговор Георг – Я, например, в восторге от фанатских предположений по поводу замены Тома тобой потому лишь, что ты встречаешься с Биллом и тебя необходимо как-то представить социуму. Я тяжело вздохнула. Какого черта я тогда отправилась на тот дурацкий кастинг? Сейчас бы жила совсем другой жизнью, нигде не побеждая и никем не прикидываясь. -Заголовок… – вдруг заговорил Том, даже не открывая глаз – Ребекка Нойманн разрывает свои краткосрочные отношения с Биллом Каулитцем, потому что он тотальный зануда – Услышанное заставило меня тайком улыбнуться. Проводя почти все свое время рядом с парнями, я многое подмечала. Густав не был тихим и закрытым, Георг являлся самым рассудительным и ответственным, а про Каулитцев вообще можно было написать книгу – Порви с ним, Бекс, признайся на интервью, что была сама не своя, когда в это ввязывалась. -Как же тебе сложно принять, Том, что далеко не все вращается вокруг твоей напыщенной персоны – хохотнул Листинг. -Неужели? По-моему, самое неадекватное я уже принял - Бекс, берущую в свои ручки мою гитару и занимающую на сцене мое место – Том осмотрел меня ироничным взглядом, который после перевел на Георга – Остальное, поверь, чушь. Я вновь задумалась о поведении Тома. Неужели он и правда смирился? Может, ему самому надоело корчить из себя гениального эксперта во всех мировых вопросах, а, может, он просто решил перестать меня мучить? Может быть, с ним поговорил Билл? Я не решалась спрашивать об этом у солиста. Перемены в настроении Тома повлекли за собой перемены и во мне. Я больше не хотела воображать себя дерзкой сучкой, потому что эта роль забирала у меня немало сил. Если старший Каулитц предпочитал жить в этом, то я предпочитала лишь изредка пользоваться подобной «функцией». *** Я аккуратно стянула с плеча гитару Георга, улыбнувшись. -Играть на бас-гитаре проще, не так ли? -Ну это смотря кому – встрял Том – Таланту - да. А с Джорджем давно все понятно, ему просто нравятся пожизненные вторые роли – брюнет приторно улыбнулся, перекидывая ремень своего музыкального инструмента через плечо – Как и тебе, Нойманн, не правда ли? -Видимо, поэтому с нами приятно общаться, а с тобой нет – Сострила в ответ я. Неожиданно Том протянул мне свою ладонь и слегка ей потряс, я коснулась его руки легким ударом. -Ну неужели я выдавил из тебя хоть частицу сарказма! – Усмехнулся парень, вызывая мою ответную улыбку. Какого хрена ты улыбаешься ему, Ребекка? Этот нахал пару недель втаптывал тебя в грязь, ты не должна об этом забывать. Репетиция прошла на позитивных нотах, поэтому на интервью я чувствовала себя комфортно. За все те беседы, через которые я уже успела пройти с Tokio Hotel, привыкла, что ребята много шутили и деликатно уходили от тем, касающихся их семей и отношений. Том не уставал вставлять в разговор свои низкосортные шуточки, где надо и не надо, Густав предпочитал отмалчиваться, зная, что еще наговорится в нашей тесной компании, а Билл слишком глубоко уходил в размышления, отвечая подобным образом на абсолютно каждый вопрос. Удивительно, но вопросов о наших с Биллом отношениях не было. Я облегченно выдохнула, осознав, что интервью подошло к концу, а мне не пришлось ничего выдумывать. *** В отеле после ужина нас собрал Дэвид. Я безумно хотела спать и едва воспринимала то, что он говорил. -Вижу, ваши отношения, наконец, наладились и вы больше не грызетесь так интенсивно – произнес продюсер – Это радует. -Дэвид, разъясни, как нам быть с Бекки? Мы встречаемся или все уже закончилось, так и не начавшись? – Задал вопрос Билл. Мне бы тоже очень хотелось услышать развернутый ответ и понять, смогу ли я спокойно работать или так и придется сидеть на пороховой бочке? Я была натуральной блондинкой, но уже понимала, что седых волос за этот месяц у меня будет как никогда много. Йост серьезно осмотрел нас с Биллом. Я свела брови. -Надеюсь, между вами ничего не произошло? Только романов мне в группе не хватало. -А ты не думай об этом, Дэвид – усмехнулся Том – Какой нормальный парень будет месяц жить без секса? -Любой нормальный парень – отрезал Билл – Не ты, Том, тебя это не касается. Я посмотрела на брюнета, Том подмигнул мне. Забавно, о нем в сети ходит столько слухов, но, кажется, инициатором всего этого смерча из догадок выступал сам старший Каулитц, болтая на интервью всякую чушь. Если бы он умел держать язык за зубами, ему бы гораздо проще жилось. -Довольно – продюсер потер пальцами переносицу – Забудем об этом. Если вы не будете давать повода, ограничиваясь лишь профессиональными отношениями, забудут и все остальные. А ты, Билл, прежде чем утешать девушку подобным образом и не в собственных четырех стенах, хорошенько подумай головой и всегда помни, кто ты есть и чем может обернуться любой твой необдуманный поступок. Младший Каулитц закивал головой. Да, непросто быть всемирно известными, не счесть подводных камней. Мне казалось, это интересно, сейчас же я с каждым днем все больше убеждалась в том, что быть на виду двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю - самая настоящая пытка. ***** POV Tom. Warsaw, Poland Затушив в пепельнице сигарету, я вернулся с балкона в номер. Мы в Польше. Осталось два шоу, не считая сегодняшнего, в Цюрихе и Милане. Я так ненавидел этот тур и он так быстро прошел. Полностью избавившись от простуды, я старался вернуть себе вкус к жизни. Из-за того, что Нойманн наполовину избавила меня от необходимости находиться на сцене от начала и до конца шоу, я стал меньше уставать. Принять девчонку было сложно. Я любил свою работу, какой бы бешеной временами она не была. Мне по-прежнему было трудно держать себя в руках, когда Ребекка ошибалась на репетициях или попросту мозолила мне глаза - я горел желанием расстрелять ее новоиспеченными шуточками, показать свое превосходство над ней. Но замечая в ней отсутствие желания ответно меня задеть, мой запал также сходил на нет. Я старался спокойно реагировать на ее какие-то совершенно скромные просьбы, помогать разобраться в том, на что она сама иногда жаловалась, а самым интересным было мое вмешательство в ее обучение игре на фортепиано. Коллективным разумом было решено вернуть прежний сет-лист и на моменте с фортепиано на сцену выходил я. Играя на этом инструменте, я чувствовал невероятное внутреннее успокоение, которого мне так недоставало в этом неадекватном турне. Нойманн старалась, как могла, а я кожей ощущал все ее ошибки. Перед шоу в Париже я не выдержал и просто сел рядом с ней, коснувшись клавиш инструмента. Стало так легко, будто пойманную рыбу вновь отпустили в воду. Тогда она сказала, что я действительно мультиинструментален. Когда мои ладони накрыли ее руки, желая помочь разобраться, я был готов к очередной истерике, к любому срыву, к любым оскорблениям, понимая, что блондинка не простит мне хамского отношения. Ничего из этого не случилось, она не вырвала в приступе ярости пару моих косиц, но она явно была обижена, пусть и скрывала свои чувства за ровным общением и улыбками. С тех пор мне казалось, что мой план по изживанию Ребекки свернул с начерченной линии. Я наблюдал за ее отношением к Биллу. Нойманн держалась достойно, казалось, ей совершенно не нравилось играть в любовь на публику. Не знаю, почему, но ее поцелуи с Биллом выводили меня из себя. Сознавая, насколько серьезно я оступился, в голове метались мысли, что мне никогда не стать таким же собеседником для девушки, каким стал мой брат. Чувствуя внутри себя перемены по отношению к девчонке, я не показывал вида, внешне сохраняя все то же хладнокровие и равнодушие, разве что слегка приправленное деликатностью и подобием дружелюбия. Билл все же был прав: конфликты бы только усугубили наше положение. Я держал себя в рамках, вкладывая в это приличное количество сил. Упав на кровать, я вновь подумал о Ребекке. Если отбросить в сторону то, с какой наглостью она пришла и заняла мое место, можно было назвать ее привлекательной. Все блондинки, встречавшиеся на моем пути, были с непростым характером, видимо, в этом заключалась их главная схожесть. Нойманн была хорошо сложенной и с чувством стиля. Посмотрев на нее, как на девушку, я перестал понимать сам себя. Человек, изначально вызывающий одно только отвращение, не мог привлекать ни внешне, ни физически. Каулитц, у тебя проблемы? Поможет ли Оптимус Прайм? ***** POV Rebecca. Восторг. Эйфория. Воодушевление. Мне хотелось благодарить Варшаву бесконечно. Впервые в этом туре я смогла искренне отдаться и публике, и своим эмоциям. Я была счастлива. Уходя со сцены, я чувствовала дрожь в коленях, у меня тряслись руки. Пройдя через отрицание и гнев, я была готова согласиться с тем, что Tokio Hotel и моя победа в шоу были связаны не просто так. Я должна была через это пройти. Во мне словно поселились два существа, спорящих между собой. Одно принуждало не забывать о всех неурядицах, другое же было готово простить и забыть все, лишь бы два оставшихся концерта были такими же крышесносными. -Бекки, ты сегодня сама не своя – улыбнулся мне Георг – Раздала огня! -Благодаря вам! – довольно ответила я – И публике! Сегодня собрались невероятные люди… -Вот бы ты еще барабаны освоила – Усмехнулся Густав. А я бы и освоила. За прошедшие недели я поняла, что готова многому научиться, расширить свои умения. Мыслями я вновь вернулась к Тому и моментам, когда он учил меня игре на фортепиано. Никогда бы не подумала, что парень возьмется за это. Никогда бы не подумала, что захочу повторить. *** Выйдя из ванной, я устроилась перед зеркалом, рассматривая свое отражение. Конечно, я уставала, мне не хватало качественного сна и я похудела. Можно было бы порадоваться, если бы до начала тура я также не была щепкой. Отказавшись пойти на общий ужин, я предпочла бьюти-рутину. Нанесла на лицо увлажняющий крем, массируя пальцами кожу. Мое тело и мысли нуждались в отдыхе, но пока об этом не стоило даже мечтать. В дверь постучали. Открыв, я увидела Билла, немного удивившись его визиту. Парень выглядел вполне обыденно, собственно, как и полагалось выглядеть человеку вечером. Интересно, почему они так рано вернулись в гостиницу? Или только он один? -Можно, Бекки? Кивнув, пропустила парня в номер. Билл осмотрелся и улыбнулся. -А уютно у тебя – отозвался он. -Можно подумать, у тебя как-то иначе – по-доброму усмехнулась я – Жаль, что утром уже уезжаем… Вы так быстро вернулись. Как ужин? -Вернулись с Густавом – Билл подошел ко мне и, улыбнувшись, коснулся указательным пальцем моего лица, растирая остатки крема, который я не успела размазать. Заглянув в его глаза, я едва ощутимо выдохнула. Парень слегка наклонился ко мне, коснувшись моих губ. Еще один мой выдох в его губы и ответ на поцелуй. Билл ближе привлек меня к себе, оплетая своими руками мою талию. Уже знакомые мне губы уверенно целовали мои, одаривая меня гаммой разнообразных чувств. Отстранившись на пару секунд, Билл стянул с себя футболку, давая моим рукам возможность скользнуть по его обнаженным плечам. Мне хотелось бы задать ему вопрос, что мы делаем и чем это закончится, но я просто не могла выдавить из себя ни звука, лишь тихо вдыхая и выдыхая воздух. Его губы перешли на мою шею и, казалось, кожа покрылась мурашками. Пальцами я нырнула в его волосы, ощущая их запредельную мягкость и немного резкий аромат. Каулитц аккуратно избавил меня от футболки, вновь возвращаясь к моим губам. Мои руки скользнули ниже, будучи перехваченными его ладонями. Этого жеста со стороны парня хватило для того, чтобы в моей голове возник образ Тома и его музыкальных пальцев, касающихся моих рук и скользящих по черно-белым клавишам фортепиано. Выдохнув, я отстранилась, пряча виноватый взгляд, нутром чувствуя десятки немых вопросов Билла, обращенных ко мне. -Я…не… Не могу – шептала я, вновь натягивая футболку – Я не…могу, Билл. Господи, я… – меня хватило лишь на отрицательное мотание головой. -В чем дело, Бекки? Я не нравлюсь тебе? Мне казалось… -Дело не в тебе, Билл… -В Томе? – я вздрогнула, надеясь, что Билл этого не заметил. -Почему сразу в нем? – недоуменно спросила я – Твой брат меня ненавидит, я появилась в ваших жизнях и проехалась по его самолюбию. Вряд ли он такое простит. -Уже простил – мой удивленный взгляд зацепился за брюнета, стоявшего совсем близко – Я его чувствую. Он бы никогда не стал тебе помогать, не переломав самого себя. В первую очередь Том договорился с самим собой, затем уже с тобой. -Билл, я… У меня ничего нет с Томом. Я хочу закончить тур и просто, поблагодарив вас за такой шанс, уйти. Каулитц вздохнул, поднимая с пола свою футболку. Еще раз заглянув в мои глаза, произнес: -До завтра, Ребекка – и ушел. Вздохнув, я прислонилась спиной к двери, закрывая глаза. Чертовы близнецы. Как же я устала. *** Zurich, Switzerland После фотосессии и двухчасовой репетиции у нас выкроилось немного времени на прогулку по Цюриху. Швейцария оказалась еще более привлекательной страной, чем Испания. -Держи – неожиданно подошедший Том вручил мне небольшой бумажный пакет – Они сделают тебя счастливее, Нойманн! Нахмурившись, я раскрыла пакет и увидела три пончика, присыпанных сахарной пудрой. -Крапфены – улыбнулась я, смотря на Каулитца – Спасибо, но разве я грущу? -Думаю, да – брюнет уселся рядом, откусывая от своего пончика – Тебя обидел Билл? Уставившись на Тома, я едва не подавилась кусочком угощения. Том не смотрел на меня, его взгляд был устремлен на неописуемой красоты озеро, рядом с которым мы все находились. -Нет, у нас все хорошо. Том рассмеялся, кольнув меня ироничным взглядом. -Мы близнецы, Бекс, мы видим друг друга насквозь. Иногда эта связь доставляет дискомфорт… – парень вновь усмехнулся – Билл непростой человек. -Ты в сотни тысяч раз сложнее – Отозвалась я. Том промолчал, всматриваясь в мое лицо. Я позволяла ему себя разглядывать. Как и в случае с Биллом, я не понимала, что чувствую по отношению к старшему Каулитцу. Внутри меня скатался клубок из гнева, ненависти, мести, принятия, благодарности и, что странно, симпатии и дружелюбия. Я перестала себя понимать и это капитально выбивало из строя. Я перестала себя понимать, когда отказала Биллу из-за его брата. Младший близнец был чертовски прав. *** Очередное умопомрачительное шоу. Мне казалось, все люди, приходившие на наши концерты вне Германии, отличались более приятными эмоциями. Я понимала, что для немцев Tokio Hotel были богами музыкальной индустрии и, наверное, перед их плакатами читались молитвы перед сном, но именно это меня и пугало. Я выпила почти целую бутылку воды, ощущая, как под облегающим топом бегут соленые ручейки. Вот она, моя максимальная отдача. Казалось, сегодня вечером я вновь подарила залу всю себя без остатка. Стянув с себя гитару, вручила ее владельцу. У Тома также было влажное лицо, но он был доволен. Как и я. Мне с трудом верилось, что сейчас мы не желали вцепиться друг другу в горло. Вернее, я изначально не хотела с ним ссориться, лишь изредка «кусая» парня за его колкие издевательства, протаптывающие мне дорогу к психоаналитикам. -Нойманн, сегодня ты превзошла саму себя – улыбка-издевка, но теплый карий взгляд – Спасибо. Прикусив губу, я удивилась благодарности в свой адрес. Меня точно поблагодарил тот, чье место я заняла? -Всегда пожалуйста…Том – именно сегодня мне не хотелось фамильярничать. ***** POV Tom. Завершился предпоследний концерт. Остался Милан. Мы всем составом собрались в моем номере с едой и выпивкой, обсуждая тур и играя в дженгу. После моей очередной, вроде бы третьей подряд победы, я вышел на балкон покурить. Вечерний Цюрих был прекрасен. Европа даже пахла иначе. Жить в Штатах было здорово, но возвращение в Европу всегда пробуждало во мне детский восторг. Выпустив дым из легких, я выдохнул, слушая хохот Нойманн после отпущенной Джорджем шуточки. И подумать не мог, что она придет сюда, не забьет на нашу компанию. Ненависть не спеша выпускала меня из своих объятий. Я даже умудрился поймать удовольствие, наблюдая за Ребеккой на сцене. Играя на гитаре, она выглядела чертовски сексуально. Ее приоткрытые губы, хватающие воздух, движения рук, нога, отбивающая ритм - все это так напоминало меня самого. Я все еще держался за мысль, что ей нет места среди нас, но Нойманн смогла внести поправки в мой план, и хрен знает, как ей это удалось. Билл вскоре ушел вслед за Густавом. Он был молчалив, что наводило меня на определенные размышления. Что произошло между моим братом и нашей гитаристкой? И произошло ли? Возможно, плавая в своих мыслях, я что-то упустил. Стараясь не погружаться в эту тему, тряхнул головой. -Надеюсь, все выпитое сейчас позволит завтра каждому из нас проснуться в семь утра! – хохотнул Листинг, хлопая меня по плечу – Спокойной ночи – Он ушел, Ребекка следом вышла в отельный коридор, но я остановил ее. -Знаешь, Бекс… Ты талантлива – я и сам не понял, как с моих губ слетели эти слова – И…извини. Она развернулась в мою сторону, внимательно всматриваясь в мое лицо совершенно равнодушным взглядом. Именно этого я ожидал меньше всего после своих извинений. -Я ненавижу тебя, Каулитц – проговорила она – Ты ведь не думал, что гребаные пончики загладили твою вину? Мы не отводили взгляда несколько долгих секунд, пока оба стремительно не сократили расстояние между нами, впиваясь в губы друг друга. Это прикосновение было похоже на поражение молнией, хотя откуда мне было знать? -Ты такая сука, Нойманн... – отозвался я, цепляясь зубами за ее нижнюю губу, блондинка зашипела от боли – Холодная и расчетливая… Затаскиваю ее в номер, ногой закрывая дверь. -Самоуверенный засранец – задыхаясь, отозвалась девчонка – Ебаный центр своей персональной ебаной вселенной – на ее выражение я лишь довольно ухмыльнулся – Ненавижу. -Но, однако, хочешь сравнить с Биллом? – шепчу на ухо я – Не правда ли? Блондинка вновь и вновь впивалась в мои губы поцелуем, со стоном оттягивая мою нижнюю губу. Нойманн, вероятно, хотела этого даже больше меня. Как можно было столь артистично прикидываться? Умело изображать ярость и равнодушие. Ребекка обвила руками мои плечи, но я выпутался из ее объятий. -Не прикасайся ко мне – отозвался я, ловя в ее взгляде бешеное разочарование – Не смей – Мои губы переместились на ее шею, отчего Нойманн слегка дернулась, шумно выпуская из себя воздух. Я не знал, говорил ли в нас алкоголь, которого было немало, или что-то другое, но зато знал, что сегодня она будет моей. Мне впервые было плевать на Билла, на группу, на весь мир. Ее топ был отброшен в сторону к моей футболке. Смелый поступок, Нойманн - заявиться ко мне без белья. Ладони накрыли возбужденную грудь, вымаливая из девичьего нутра очередной стон. Ребекка вновь попыталась коснуться меня, но я снова остановил ее. -Ты разве не поняла? -Том… – умоляюще вырвалось из нее. Подхватив блондинку на руки, я прикусил мочку уха, касаясь ее языком. Уложил Нойманн на кровать, нависая сверху, преисполненный своим доминированием. -Ну и как тебе мой братец? – ухмыльнулся я – Это было нежно и приторно? – ухватившись за пояс ее белых спортивных брюк, стянул мешающую лично мне вещь. -Понятия не имею – дрожа от возбуждения, а, может, и от проснувшейся злости, ответила она. -Не лги мне, крошка – коснувшись ее живота, моя рука заскользила ниже, теряясь у внутренней стороны ее соблазнительных бедер – Едва ли не пожирая друг друга в Париже, я не поверю, что вы не дошли до секса. -Ни…чего не было – ее громкий стон и зажмуренные глаза, вероятно, от ощущения моих пальцев внутри ее тела. -Ничего? – я не прекращал измываться над девчонкой, стон за стоном срывая с ее пересохших губ – Ничего не было, Бекс? – она вскрикнула, и я понял, что малость перегнул палку – Посмотри мне в глаза…и повтори. Нойманн приоткрыла замыленные то ли страстью, то ли ощущением дискомфорта глаза, поймав мой нагловато-хищный взгляд. Мои пальцы скользнули по низу живота блондинки, в любой момент готовые возобновить сладкие издевательства. -Ничего не было, черт бы тебя побрал, Каулитц – Выдохнула она, наблюдая, как я избавляю свое тело от джинс. Мне не терпелось войти в нее, всем своим существом я хотел отыметь ее так, чтобы она никогда не забыла этот гребаный тур и свой главный приз, из-за которого ей пришлось познакомиться со мной и моим хамством. Верил ли я в то, что младший спал с ней? Скорее да, нежели нет. По крайней мере, Билл явно хотел этого и наверняка попытался. Отогнав от себя эти мысли, всмотрелся в лицо Нойманн, неподвижно наблюдающей за мной и совершенно готовой. Да, она красива, и я хотел послать сам себя за то, что не сделал это неделями раньше, абсолютно ничего не чувствуя к ней, кроме ядовитой ненависти. Говорят, такой секс был в разы приятнее. Что же, я тоже умел «включать» в себе оскароносного актера. Ближе притянув к себе девчонку, удерживая ее руки, которые она так и норовила пустить в ход, одним мощным движением проник в ее тело, довольно ухмыляясь. Завладев ею, внутри меня вспыхнула искра, готовая разрастись в настоящее пламя. Нойманн вскрикнула от наслаждения, подаваясь бедрами вперед. Ее действия побудили меня двигаться еще резче и интенсивнее, срывая с ее улыбающихся губ протяжные стоны. Чертова стерва, чему ты улыбаешься? Думаешь, после этого мы будем влюбленно держаться за руки и пить по утрам мятный чай? Она хотела меня так же бешено, но ей было страшно в этом признаться. Мои движения в ее теле рисовали на ее губах пошлую ухмылку, а томный взгляд умолял не останавливаться. Я знал женскую психологию не хуже любого мозгоправа, они были в десятки раз непристойнее нас, парней, морально и физически. Какая только грязная хрень не крутилась в их сумасшедших мыслях. -Хочешь, сыграю соло на твоем теле, детка? – наигранно промурчал я, шире раздвигая ее ноги для более глубокого проникновения, ее громкий стон обернулся положительным ответом – Нравится? Нравится, Нойманн? Я профессиональнее тебя? Она смотрит в мои глаза и чертовски озлобленно выдыхает: -Ты можешь заткнуться и просто делать свое дело? – усмехнувшись, награждаю блондинку глубокими ритмичными движениями, отчего она закусывает губы и все же высвобождает свои руки из плена моих рук, тут же хватая меня за брейды и притягивая для бешеного поцелуя, во влажности которого путаются наши языки. Мне показалось, я разом лишился всех чувств, когда ощутил дрожь ее бедер, которые тут же сжал в своих руках. -Шайсе… – шипит Нойманн, касаясь своей ладонью низа моего живота – Шшш… Том… – Она словила невероятное удовольствие, не желая его отпускать. Не дав ей полностью в нем раствориться, вновь вторгаюсь в ее тело, и она буквально кричит, цепляясь пальцами за мои плечи. В этом безумии, охватившем нас, переворачиваюсь, усаживая блондинку сверху и ближе привлекая к себе, чувствуя ее грудь своим горячим телом. Невероятно. Мне хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось. Дав ей немного свободы, я наслаждался ее то плавными, то ускоренными движениями. Пускай наиграется. Когда еще ей удастся переспать с Томом Каулитцем? Пусть запомнит меня на всю свою чертову жизнь. Обнимая меня за шею, Нойманн тяжело дышала в мой лоб, а я чувствовал, что еще немного этой ее вязкой пытки и перед моими глазами поплывет радуга. Мне казалось, будто я год прожил без секса, а вот сейчас дорвался и капитально сходил с ума. Ребекка почувствовала, что я близок к падению в сладкую бездну, еще несколько ее резких движений и комнату пронзил наш совместный стон. Она максимально близко прижалась к моему телу, желая замереть, но ее бедра подрагивали от очередной порции наслаждения. Выдохнув, она коснулась губами моего лба, всмотревшись в мое лицо. Она выглядела точно так же, как на последнем отыгранном нами шоу, разве что тогда она была одета. -Не надо влюбляться в меня… – тихо отозвался я, очерчивая большим пальцем контур ее притягательной нижней губы – Не позволяй себе в меня влюбиться. ***** POV Rebecca. Milan, Italy Прошло три дня. Сегодня наш тур по Европе завершится концертом в Милане. После произошедшего с Томом я чувствовала себя еще растеряннее, чем когда отказала Биллу. Чего я добилась, переспав с ним? Пустоты в душе, не считая пары оргазмов. Было ли мне хорошо? Несомненно. Жалела ли я? Отчасти. Все эти дни мы улыбались друг другу и просто жили обыденную жизнь, в которой по-прежнему присутствовали съемки, интервью, репетиции. Билл, наверное, догадался обо всем, если сам Том не поведал ему в красках о нашем совместном осквернении одного из номеров пятизвездочного швейцарского отеля. Ощущая внутри полнейший раздрай, я настолько глубоко ушла в себя, что прикосновение к моей руке напугало меня и заставило дернуться. Дэвид Йост. -Ребекка, ты в порядке? Как себя чувствуешь? Пару раз моргнув, я выдохнула и произнесла: -Дэвид, я не хочу выходить на сцену сегодня – парни уставились на меня – Заключительное шоу, зачем там я? Хочу, чтобы ребята купались в лучах славы – я помолчала – Спасибо за этот месяц, он в любом случае подарил мне многое, даже несмотря на негатив между нами – окинув взглядом парней, заметила улыбки Тома и Густава – Я благодарна за каждый день. -Что за вздор, Ребекка? – удивился Йост – Ты в этом туре полноправный участник группы и ты будешь выступать сегодня вечером – Нет, Дэвид, я не полноправный участник. Никогда им не была. Поднявшись с места, выхожу из помещения с желанием очутиться на свежем воздухе. Глубоко вдыхаю. -Бекс… – слышу в спину голос Тома и оборачиваюсь – Ты чего? С тобой все нормально? Киваю, опасаясь дрожи в голосе. -Это из-за меня? – произносит брюнет, подходя совсем близко – Из-за того, что… -Нет, Том, все в порядке – как можно обыденнее отзываюсь я – Прости. -За что?? – искренне изумляется Каулитц – Это мне надо извиняться, Бекс. Улыбнувшись, склоняю голову к его уху и шепчу: -Ты уже извинился – Целую в щеку и ласково касаюсь пальцами его угольно-черных косиц-змеек. Не позволяю себе влюбиться. Нельзя. -Ты уходишь, потому что не хочешь заводить романов? – слышу со стороны и отстраняюсь от Тома, замечая вышедшего на улицу Билла – Ребекка, разделяй работу и чувства. Совет на будущее. -Билл, я… Между нами ничего нет – нелепая попытка оправдаться и, наверное, постараться вернуть то доверие, зародившееся между нами в самом начале. -Не имеет значения – произнес Билл – Тебя не отпускали. Переведя взгляд с младшего близнеца на старшего, я улыбнулась. Твою мать, почему я снова сомневаюсь и не могу настоять на своем? -Хорошо – соглашаюсь я – Ваша взяла. Я останусь. Давайте сделаем это, парни. *** пару недель спустя… Пройдя в свою комнату с большим бокалом орехового латте, без которого теперь не начинался ни единый мой день - спасибо тебе, Том Каулитц - я присела на кровать, посмотрев в окно. Берлин с каждым днем зеленел все больше и больше, радуя своей теплотой. Через месяц наступит лето, и жизнь засияет еще ярче. Сделав глоток кофе, я прикрыла глаза и улыбнулась, наслаждаясь его вкусом. Мое приключение в виде турне с Tokio Hotel завершилось больше двух недель назад, оставив после себя массу разнообразных эмоций. Вспоминая последнее шоу, я улыбалась, потому что была бесконечно счастлива на тот момент. Я прожила маленькую жизнь с людьми, с которыми никогда не мечтала познакомиться и уж тем более пройти через то, что теперь никоим образом не вытравить из моего сознания. Я улыбнулась шире, переведя взгляд с окна на стену, где теперь красовалась огромная картина, сделанная из нашей общей фотографии. Пятая участница именитой немецкой рок-группы? Хм, я все еще не верила, что сделала это и выжила. Я стояла в центре, немного позади меня возвышались близнецы, а спереди присели Георг и Густав. Это была невероятная фотография, в которую я была безоговорочно влюблена. Я была влюблена в свой опыт, полученный в их компании. Я осознала, что ни о чем не жалею. Конечно, я совершила много ошибок, одна из которых по сей день упорно не желает меня отпускать, вроде и не мучая, но напоминая, что я не сдержала данное обещание. Айфон разразился трелью входящего сообщения. Открыв прилетевшее издалека послание, я вновь улыбнулась, буквально ощущая, как внутри меня шевельнулась душа. «Крошка тоскует по тебе… А ты?» Я проскользила взглядом по фотографии, на которой был запечатлен музыкальный инструмент, бережно хранивший наши совместные прикосновения. Возможно, когда-нибудь я вновь прикоснусь к этим струнам. *****