Лисята

      Детская сказка, что я придумывала каждый раз перед сном. Когда мне было… Да хоть сколько. Я из раза в раз придумывала это. Пока не переехала в Корею…       Глупо, мечтать о выдумке с каким-то иностранцем? Может быть. Я не жалею. Ни о выдумках, ни о переезде, ни о знакомстве с ним, ни даже о своей работе с этими айдолами…       Сегодня мне двадцать. Сегодня двадцать девятое февраля две тысячи двадцать четвëртого года.       На мои восемнадцатилетие и девятнадцатилетие Хëнджин создал праздник, которого у меня никогда не было.       Он сказал, что это самая малость из того, что он может. И даже извинился. За что..? За всю свою жизнь я ни разу не праздновала свой день рождения. Хëнджин показал мне какого это. Праздновать.       В конце февраля на мои восемнадцать ему поставили концерт. Группе поставили. Он устроил скандал. Просил перенести или вовсе отменить.       Нет.       Он объявил о своей безумной любви к менеджеру группы. Я стояла в гримëрке тогда… Расплакалась на месте когда он назвал моë имя. Корейское, а затем и русское.       Он звал меня, говоря, что фанаты должны увидеть самую красивую девушку во вселенной.       На мои девятнадцать он буквально заставил меня сходить в то кафе, в которое я хотела сходить кучу лет назад. Работа выжимала почти всë время, а оставшееся я проводила с Джинни… Не хотела терять ни то, ни другое, поэтому в кафе так и не сходила.       Он выпросил у JYP выходной для всей группы и менеджера. Мы всей шумной компанией пошли туда. Ну, вернее все пошли, а меня донесли. Он же обещал донести меня туда на руках…       Сейчас я не знаю, что мне и думать, потому что я давным давно живу в общежитии с мальчиками, а квартиру сдаю.       Ни души. Где все?       — Всем выйти из Сумрака. Ребят, не смешно. Зачем мы Сумерки посмотрели..?       Вот реально не смешно. Вчера смотрели Сумерки. Говорила не надо на ночь…       — Да вы где? — плаксивым голосом спросила я, замечая мою кружку на столе. Я еë убирала…       Горячий чай, будто налитый только что.       — Ребят! — снова крикнула я, но ответа не последовало.       Смска…       Джинни       — Так, ребят. Все через полчаса чтобы на месте были. Куда смылись? Я же адрес скинул?       Белочка Джи       — Скинь ещë раз. Я то фото удалил…       Джинни       *фото*       Главный танцор       — Придурки… Это не тот чат!       Белочка Джи       — Что?       Главный танцор       — Это чат с Женей.       — Чан, удали эту хрень!       — Крис, у нас только один админ!       — Удали!       Интересно… Так. Фотку сохранить. Переписку заскринить.       О, уже чисто. Еле успела.       Хорошо… Адрес. Кафе. Не так уж и далеко. Может мне объяснят что-то?

***

      Я захожу в кафе. Вроде адрес сходится…       Музыка… Как на свадьбе в России. Смешно. Кто-то тут очень любит русскую культуру?       Эта женщина у барной стойки очень похожа на… Нет. Не похожа. Это она и есть.       Я наплевала на скизов с их секретами и пошла к ней.       — Мам?       — Привет, милая. — улыбнулась она.       — Что ты тут делаешь?       — Приехала на праздник к дочери.       — А ты помнишь о моëм дне рождении?       — При чëм тут день рождения?       Хах. Ещë смешнее. И ладно. Пойду искать этих…       Я повернулась. Передо мной стоит Джини. Что, мать твою, происходит?       — Прости, не знаю как это делается в России, да и ты вроде больше Корею любишь.       Протянул руку. Он часто так делал, когда замечал, что мне холодно. Мне не было холодно сейчас. Я положила ладонь. Левую.       Я левша, и потому всегда чаще использую еë. Думаю об этом? Нет.       Хëнджин единственный, кому я протягиваю левую руку. И он знает, что я считаю это неким показателем доверия. Мне дорога больше левая рука, просто потому что. Потому что я левша.       Сколько раз нужно было взяться за руки с кем-то из скизов — левую руку держал только Хëнджин.       Моего безымянного пальца коснулся холодный металл. Я опустила взгляд с Хвана, на руку.       Золотое колечко с белым камушком…       — Я обещал, помнишь? — улыбнулся он. — У вас фамилию принято брать… Но я думаю что ты Евгения Горбачëва и Чхве Ёнджэ.       — Хочу быть Евгенией Хван. Раз по корейским обычаям фамилию не меняют…       Он улыбнулся.       — Отличная идея, Хан и Минхо. Переписка сработала как надо. — сказал он, обнимая меня.       — Теперь всех буду лисятами называть! Хитрые… Не могу…