7-2: Ambitions

7-2: Амбиции ----- «...и на этом я заканчиваю свой доклад». Лицо ветерана было нейтральным, когда он закончил свое выступление, и он стоял в полной готовности, глядя на голодисплей своего свитка. На другом конце экрана было знакомое лицо, которое вызывало у офицера безопасности «»Рейнстоуна«» немалое недовольство. Но как бы ни было трудно сохранять спокойствие, никто не говорил, что его работа легка, и ветерану оставалось только принять ситуацию, когда женщина на другом конце полностью игнорировала его присутствие. «О? Это так и есть? Превосходно.» Не то чтобы он обижался на нее лично, ведь он знал, с каким количеством дерьма приходится ежедневно сталкиваться его боссу. С другой стороны, она часто была и источником этих неприятностей, так что он не был склонен сочувствовать ей. Чаще всего он просто терпел ее, и он почти не сомневался, что она разделяет его мнение. «Ну, если у вас ничего другого нет, я оставляю вас выполнять свои обязанности, командор». « Командор?» Однако он не был идеальным человеком, и ему нередко было трудно сохранять профессиональный вид. Ветеран подавил дрожь при словах своего начальника, глубоко вздохнул и прочистил горло, после чего посмотрел на нее с нарочито пассивным выражением лица. «Прошу прощения, мэм, но я думал, что это задание временное». Впервые с начала брифинга женщина сосредоточила на нем взгляд, на ее лице появилось любопытство. Ей потребовалась минута, чтобы осознать, что он сказал, а затем она пренебрежительно усмехнулась и отвернулась к своему столу. «О! О, конечно. Ха-ха, не стоит беспокоиться. Просто небольшая шутка. Вы же знаете, какими бывают наши атласские товарищи, верно?» К сожалению, этого заявления оказалось вполне достаточно, чтобы сорвать с офицера маску. Его выражение лица сменилось вспышкой растерянности, а брови слегка нахмурились, прежде чем он смог обуздать свою внезапную реакцию. Конечно, его начальница не зря занимала должность регионального менеджера и быстро раскусила его маленькую оплошность. «Цок-цок. Ты становишься неряшливым». Его начальница почти насмехалась над ним за эту оплошность, ее обычное выражение безразличия медленно превращалось в легкую усмешку. Что-то определенно было не так. Ветеран не мог не готовиться к худшему, но случаи, когда его начальница-надсмотрщица вела себя иначе, чем пренебрежительно или отрывисто, были крайне редки. Он уже собирался спросить, что она имеет в виду под «атласскими друзьями», но женщина, видимо, заметила его выражение лица, поскольку тут же указала пальцем, чтобы он замолчал. Джаред молчал. Не потому, что понятия не имел, о чем она говорит, а потому, что точно знал, о чем она говорит. «Конечно, некоторые компании могут возразить и сказать, что это была совместная работа и что все результаты должны быть публично обнародованы или что-то в этом роде». Женщина отложила в сторону несколько документов, небрежно закатив глаза и откинувшись в кресле. «Но... Но. Я повторно проверила наши финансовые, юридические и связи с общественностью, и все они говорят, что у нас достаточно оснований, чтобы претендовать на эту технологию. Или, по крайней мере, иметь в ней значительный контрольный пакет. В любом случае, это обеспечит отношения не только с Атласом, но и с Вейлом и Мистралем!» Как бы в подтверждение своих слов, начальница ветерана протянула ему еще одну пачку документов, испещренных различными печатями, которые заслоняли ее от его взгляда, оставаясь при этом совершенно неразборчивыми с его места. Не то чтобы его внимание было сосредоточено на этих вещах; мысли офицера были заняты другим. Все, что он знал об этом объекте, говорило ему, что это плохая идея. Все, что он видел и слышал от людей, взаимодействовавших с объектом, говорило ему, что это дурная затея. «Вообще-то, раз уж мы заговорили об этом, я хотел спросить тебя кое о чем. Точнее, то, о чем меня попросил спросить R&D». Улыбка женщины снова исчезла, сменившись обычным серьезным тоном, и она уставилась на него, молча оценивая его выражение лица. «Вы случайно не находили выживших из Белого Клыка во время вашей операции? Судя по вашему отчету, гримм добрались до них первыми... но я хотела убедиться. И снова его чутье. И снова это было чувство, отточенное и усовершенствованное опытом. «Да». Не пропустив ни единого мгновения, ветеран кивнул на вопрос женщины, совершенно профессионально отвечая на ее оценивающий взгляд. «Как подробно изложено в моем отчете, мы действительно наткнулись на выживших бойцов Белого Клыка. Однако сотрудники службы безопасности « Рейнстоуна» не смогли обеспечить их безопасность до того, как их настигла основная угроза. Только после укрепления нашего положения мы смогли подтвердить их статус». «Что именно?» «Никто из членов «Белого клыка» не выжил». В воздухе воцарилась тишина: голодисплей мерцал, оценивая его карие глаза. Ветеран, в свою очередь, просто смотрел в ответ. «Никто из членов Белого клыка не выжил». «Понятно... Жаль. Я сообщу в Отдел исследований, что они предоставлены сами себе. Спасибо за ваше... О! Есть еще кое-что». Джаред никак не отреагировал на ее театральное выступление. В этом не было никакой необходимости, и он позволил себе искреннее замешательство, глядя на своего босса. «Я слышал несколько противоречивых сообщений о том, что в этом районе были... охотники? Не припомню, чтобы я видела что-то подобное в вашем отчете». Ах, конечно. К счастью, от этого было проще всего отделаться, поскольку это действительно не входило в его сферу деятельности. «Прошу прощения, мэм, но, насколько я понимаю, всеми кадровыми вопросами занимался сам генеральный директор». И в отличие от его предыдущего заявления, которое было верным лишь формально, эта оценка была абсолютно верной. Даже его должность временного командира экспедиции была назначена этим человеком. «... Очень хорошо». На несколько мгновений в воздухе повисла тишина, офицер не отрываясь смотрел, как его начальница перетасовывает какие-то документы на дисплее. Через несколько мгновений она отложила бумаги в сторону, бросив на него последний взгляд. «Спасибо за ваш отчет. На этом все». И с этим связь прервалась. Обычно после таких встреч он испытывал облегчение, поскольку это означало конец его беспокойству. В этот раз все было иначе, и мужчина знал об этом: с его губ сорвался усталый вздох, и он поднес руку к виску. Ему нужно было сделать последний звонок. ----- Нокс не мог не вздохнуть, глядя на далекий город, под маской которого скрывалось раздражение. Конечно, первоначальное обнаружение города, обнесенного стеной, чудесным образом улучшило настроение кселора. Мало того что поселение было в гораздо лучшем состоянии по сравнению с предыдущим, так еще и сам город был прибрежным, а значит, мог предоставить ему массу информации. Из-за его опасного положения наиболее актуальными для него были сведения о местных ресурсах и политических группировках, но по опыту он знал, что портовые города дают гораздо больше информации, чем только это. В Мире Двенадцати богатый человек или влиятельный искатель приключений мог убедить купцов и моряков выдать любую информацию, либо через Камас, либо через их кровь. И хотя в этом чужом мире, возможно, нет таких гибких в моральном плане людей, как Роуги, или таких нацеленных на прибыль, как Энутрофы, Нокс был совершенно уверен, что общий рынок здесь все равно есть. Разумеется, Ноксу не нужно было принимать в нем непосредственное участие. Он уже давно овладел искусством инфильтрации, а его ноксины позволяли кселору иметь глаза и уши в любом городе, который он пожелает. Будь то отдаленное островное королевство Садиды, или неприметная деревушка на окраине Бонта, или даже священные земли самого Софт-Ока - благодаря своим ухищрениям кселор мог увидеть почти все тайны, скрытые в Мире Двенадцати. И хотя у него еще не было возможности повторить подобный подвиг в этом конкретном мире, он определенно был способен подслушать одно ничего не подозревающее поселение. По крайней мере, если бы он мог понять, к чему прислушивается. Понятно, что внезапный урок языка, который Нокс получил от местного воина, был крайне неполноценным, и, хотя он мог выделить некоторые ключевые слова, расшифровать язык не представлялось возможным. Таким образом, пока кселор не научится понимать местный язык, не имело значения, сколько городов или поселений Нокс посетил. Именно поэтому нынешняя ситуация вызывала у него легкое раздражение. Правда, совсем немного. Владение языком было таким навыком, который, если уделить ему достаточно времени, может освоить каждый. А у Нокса не было ничего, если бы не время. Время, которое он собирался использовать с выгодой для себя. И смог бы противостоять вмешательству богов. При этой мысли линзы кселора вспыхнули, и внезапная огненно-красная искра пронзила голубую пелену под его маской. Мог ли он это сделать? Чем больше он думал об этом, тем очевиднее становилось, что боги намеренно ждали именно этого момента. Ведь именно это произошло с Кубом, не так ли? Они позволили ему нанести удар по Миру Двенадцати, прекрасно зная, что его план не сработает. Позволили ему столетиями беспрепятственно собирать Вакфу со всех и вся, чтобы увидеть момент, когда он потерпит поражение. Поэтому Нокс и на этот раз был готов. Первый шаг его плана уже начался, и такая мелочь, как инопланетный языковой барьер, ничем ему не помешает. Пока его ноксины продолжали обыскивать склон утеса, кселор сосредоточился на самом городе, внимательно разглядывая отдаленный центр, пока его маска мерцала от одной линзы к другой. Однако с этим примитивным образом контрастировали дозорные башни, расположенные по периметру стены, - укрепления, на которых стояли безликие люди с одинаковым огнестрельным оружием. Эта любопытная эстетика сохранялась и до конца города: единственным входом в поселение были массивные деревянные ворота. И все же по бокам ворот стояли две пушки, по конструкции и форме не отличавшиеся от тех, что атаковали его базу прежде. Это был еще один форпост? Оборонительные сооружения, конечно, говорили об этом, но остальная часть города была настроена иначе. Он должен был подтвердить это, а это означало бы послать... Без предупреждения из ближайшего леса донесся звериный крик, вырвавший кселора из раздумий. Если бы он не знал лучше, Нокс мог бы принять леденящий душу вой за крик волков, но он провел более чем достаточно времени, чтобы распознать характерный вой теней. И, судя по мгновенной ответной реакции горожан, они тоже. Нокс перевел взгляд с защитных сооружений поселения на источник шума и лишь одним глазком оценил набегающих тварей. Десятки теневых зверей начали выходить из леса, и с позиции Нокса их скопление выглядело не как стадо животных, а скорее как плотный туман из теней цвета слоновой кости, медленно вытекающий из-под деревьев. Гарнизон поселения, напротив, приобрел более структурированный вид: вдоль стен выстроились закованные в броню воины, огнестрельное оружие нацелено на крепостные валы в виде безупречной металлической решетки. Даже орудийные установки соответствовали строгому строю и были направлены в ту же сторону, что и солдаты наверху, а над машинами витал гул голубого света. Поселение было готово к штурму. Нокс не обратил внимания на эту атаку. Каким бы полезным ни было это событие - в конце концов, это был шанс увидеть, как местные жители используют порошковое топливо, - Кселор просто не считал его приоритетным. Нокс давно понял, что вражда между людьми и теневыми зверями в этом мире постоянна, и, пока он сохраняет свое присутствие в этом регионе, у него будет много возможностей наблюдать за будущими конфликтами. Вместо этого он решил использовать внезапное нападение как возможность, поскольку оно отвлекало местный гарнизон. Ноксу нужно было посмотреть не на вооруженную силу, а на реакцию жителей самого города: солдаты они или гражданские? Был ли это город или просто военная база? Задумавшись над этими вопросами, кселор переключил внимание, направив свою волю в один из ноксинов и осторожно пролетев в нем над прибрежными скалами. Механическому разведчику не потребовалось много времени, чтобы проникнуть в поселение, и он беспрепятственно проскользнул за стены. Когда искусственное насекомое вошло в портовый город, Нокс не мог не удивиться тому, что увидел. Любопытно, но разгадать его придется позже. Пока же его внимание было сосредоточено на том, что в городе есть дети. Молодежь - это значит педагоги. А если учесть, что этот мир в той или иной степени развит технологически, то не будет лишним предположить, что язык будет одной из многих тем, которую будут преподавать эти учителя. Пока его аппарат медленно осматривал портовый город, оценивая размеры и размах этого единственного поселения, Ноксу пришла в голову одна мысль. Ему нужно было больше ноксинов. ----- Директор Бикона снова расположился за своим столом, в полной тишине наполняя свою кружку уже в пятый раз за сегодня. Хотя, пожалуй, было бы неправильно говорить, что он «успокоился». Ситуация была далека от нормальной, а последние сообщения только усилили его тревогу. Даже сейчас директор размышлял над отчетом, полученным от старого ветерана. Он был написан кратко, просто и почти без обязательств. И в то же время это был единственный серьезный признак того, что положение дел ухудшится раньше, чем улучшится. Меньше всего он ожидал, что в старом форте Белого Клыка окажется какой-нибудь материальный артефакт. Все обстоятельства указывали на то, что экспедиция была не более чем глупой, пусть и дорогостоящей тратой денег. Однако, обнаружив этот предмет, он знал, что многие компании почувствовали себя оправданными в своем решении. И даже в самом лучшем случае, когда право владения артефактом перейдет к одной доброкачественной корпорации, это чувство уверенности будет означать мрачные вести для Королевств. Что уж говорить о худшем варианте. Вокруг артефакта было слишком много неизвестных переменных, и единственное, что они знали наверняка, - это то, что он могущественен. Даже Озпин не мог представить себе всевозможных последствий вмешательства в работу такого устройства, что только усугубляло опасность, с которой они столкнулись бы, попади он в руки особо амбициозным и злобным умам. А ведь ситуация в Королевствах так опасна... С резким изменением отношения Белого Клыка, тревожными совпадениями, связанными с девами, и внезапным появлением таинственной мумии, меньше всего им нужны были безрассудные корпорации, проводящие недальновидные операции, чтобы испытать их на прочность. Погрузившись в размышления о мумии, директор школы снова нахмурился и уставился в свою кружку, размышляя над своими мыслями. Если бы только этот человек сотрудничал, Озпин был уверен, что половина их претензий была бы снята. Возможно, им удалось бы прийти к какому-то соглашению, к какому-то взаимопониманию, которое в конечном итоге принесло бы пользу им обоим. К сожалению, этого не произошло, и не было смысла продолжать эту линию размышлений. Конечно, он не винил Кроу в таком исходе, поскольку было совершенно очевидно, что обстоятельства вышли из-под контроля. Хотя его сообщение о мумии было неутешительным, Озпин вряд ли мог винить своего друга в том, что тот потерял человека. Мало того, что незнакомец использовал хитрость, можно было не сомневаться, что мутировавший гримм спровоцировал резкое обострение ситуации. Если бы охотник не вмешался, они, скорее всего, потеряли бы свою лучшую наводку на мумию. В любом случае огненная Урса представляла собой куда более серьезную угрозу. Больше всего Озпина беспокоило то, что эту угрозу создала сама мумия. Каковы же были ее мотивы? Она была явно разумна, о чем свидетельствовало все, что он видел и слышал, но это лишь делало неизвестный элемент еще более опасным. Мумия не стеснялась экспериментировать с пылью и, похоже, не питала враждебности к гриммам. И, насколько он мог судить, это перемирие было взаимным, что только усугубляло ситуацию. Не было никаких сомнений: они должны были выяснить мотивы этого человека. Директор позволил себе редкую минутку эмоций и тяжело вздохнул, снова включив консоль на столе. Надев наушники, он открыл аудиофайл, который Кроу приложил к отчету, - единственную подсказку о происхождении этого человека. Сделав один глубокий вдох, человек из Бикона закрыл глаза, активируя файл уже в пятый раз за сегодня. И в пятый раз за сегодня он был в растерянности. Тон собеседника, конечно же, был очевиден. Чувство утраты и сожаления трудно было перепутать даже с языковым барьером. Разглагольствования и бредни, которые были слишком знакомы этому человеку. И сквозь все это Озпин почти чувствовал, как в воздухе вокруг него нарастает напряжение, отдаленное ощущение, что... Однако, несмотря на общность тона, Озпин просто не мог определить сам язык. Несмотря на тон, которым звучал голос, сами слова были не похожи ни на что, слышанное им раньше, и не имели ничего общего ни с одним из известных ему языков. Это настораживало, поскольку Озпин знал гораздо больше, чем многие другие. Нахмурив брови, он уставился на свою консоль, отложив файл в сторону, чтобы переключить внимание. В конце концов, у него не было времени зацикливаться на этой теме. То, что этот момент не принес никаких результатов, не означало, что он мог позволить себе бездействовать. Более того, последние события лишь подчеркивали, насколько стремительно будут развиваться события в ближайшие месяцы. Он все еще не знал, как поступить с ошибочным проектом Джеймса; все было слишком рано, и системы просто не были готовы к тому, чего надеялся достичь его друг. И хотя Озпин не был уверен в том, как будет развиваться этот проект в условиях, когда Стразу же замышляет нечто подобное, он знал со стопроцентной уверенностью, что в конце концов они пересекутся. Не говоря уже о том, что подобные проекты будут находиться под пристальным вниманием как политических глав различных королевств, так и внешних элементов, таких как Белый Клык. Озпин не сомневался, что обе группы в конце концов заметят эти события и активизируют свои собственные планы, пытаясь вывести из строя или, что еще хуже, захватить эти проекты. А что будет потом? Когда мумия снова даст о себе знать, чтобы вернуть свой артефакт? Директор не сомневался, что так и будет, особенно если артефакт окажется хотя бы вполовину таким мощным, как им внушали. Задержав палец над иконкой, Озпин на несколько секунд задержал взгляд на контактной информации Джеймса. Ему нужно было что-то сделать... но что? Этих секунд ему хватило, чтобы принять решение. Очевидно, что нужно было сделать две вещи. Прежде всего, Озпину нужно было получить больше информации о мумии; вся эта ситуация была результатом реакции королевств на этого человека. Чтобы правильно спланировать дальнейшие действия, директору требовалось получить хоть какие-то сведения о таинственном незнакомце. Во-вторых, что не менее важно, директору требовалось создать совершенно новую основу для своих операций. Хотя он продолжал поддерживать свою нынешнюю сеть, было ясно, что ему нужна более гибкая информационная сеть, чтобы он мог реагировать на изменения ландшафта. Это означало, что ему предстояло сделать два звонка. И если второй звонок будет сложным, как это всегда бывает, когда имеешь дело с подпольем, то первый звонок, который ему нужно было сделать, был совсем другим испытанием. Директор Бикона сделал один глоток из своей кружки, закрыл глаза, готовясь к звонку, и нажал на значок на своей консоли. Раздался короткий звонок, затем еще два, когда вызов дошел до его... протеже. Да. Это был один из способов описать это. «Профессор Озпин?» Легкий женский голос ответил на его зов. Старик успокоил свои мысли и перешел на привычный тон профессиональной беспечности, даже когда услышал шум бушующего ветра на другом конце. Это требовало определенных усилий, но он был вполне способен сохранять иллюзию контроля; в конце концов, такой талант требовался директору школы. Одним движением директор Бикона аккуратно опустил кружку на стол и повернулся лицом к молодой женщине. «Вам что-то нужно?» Уставившись в ее карие глаза, мужчина ответил мягким тоном, почти забавляясь тем, что уголки его губ изогнулись вверх. «Конечно, да, Эмбер. Но прежде чем я начну, могу ли я попросить вас... сначала завершить ваши текущие дела?» «О. Конечно». Ее глаза слегка расширились, а рот на долю секунды приоткрылся, когда она поняла, что что-то не так. Тем не менее ее тон оставался уравновешенным, и женщине потребовался всего один жест, чтобы исправить свою ошибку. Через несколько секунд буйство ветра полностью прекратилось, больше не заглушая их разговор, и она снова повернулась к директору. «Прошу прощения за это. Пожалуйста, продолжайте». «Спасибо. А теперь...» Громкое землетрясение прервало слова директора. К сожалению, он ожидал этого. В конце концов, какого еще результата можно ожидать от удара голиафа о землю? Тем не менее он бросил на Эмбер один любопытный взгляд, приподняв одну бровь, и уставился на девицу. Эмбер нервно кашлянула, прочистив горло, и бросила быстрый взгляд на упавшего голиафа. «Erm.... Прошу прощения и за это».