Глава 12

***

За столом сидела молодая девушка, увлеченно конспектируя материал взятый из толстого пыльного тома, наверняка, завалявшегося на самой дальней полке университетской библиотеки. В окна приглядывалась весенняя Москва. Все оттаивало, от чего тут и там блестели под теплыми лучами ручейки. В столичные окна так и направилось заглянуть дружелюбное солнце. Весна — время любви и перемен, которое люди ждут с нетерпением после затянувшихся холодов. Ия Стрелецкая — отличница и прилежная ученица с хим фака, преуспевающая юная ученая, пишущая очередное эссе по очередной проделанной ими работе, сейчас ничем не отличалась от московского интеллигента. Ничего в ней не кричало о криминальном прошлом, и отпечаток, оставленный на ней Казанью, был спрятан под слоем надетых на девушку масок. За эти три года Ия пережила ад. Ей пришлось в одиночку адаптироваться к жизни в Москве, будучи еще несовершеннолетней и, наверняка, преследуемой. На протяжении нескольких месяцев девушка боялась связываться с семьей, боясь, что за ней придут. О судьбе оставленного возлюбленного Стрелецкая знала со слов их общих друзей, периодически навещающих ее в Москве. — «И ни одной весточки за это время.» — мысль об оставленном в Казани совместном будущем всегда вызывал в ней чувства грусти и обиды. Обиды на себя, на родителей, на Суворова. Ия встряхнула головой, стараясь таким образом отогнать злосчастные мысли. Вдруг к ней подошла милая девушка, наверняка ученица одного из факультетов главного сектора «А».

— Прошу прощения, вы — Ия Стрелецкая?

— Да?

— Слава богу, нашла вас. Внизу вас требуют какие-то молодые люди. Просят вас очень срочно спуститься.

— «Наверное это ребята по ехали!» — Хорошо, спасибо вам огромное! Ия быстро собрала вещи в сумку, после чего сдала взятую ей литературу на стойку. — Отложите, пожалуйста, на имя Стрелецкой.

— Хорошо.

— Благодарю! Быстро сменяя этажи, девушка предвкушала встречу со старыми друзьями. Выйдя в холл и завяжу родные лица, Ия, цокая по полу каблуками, радостно подбежала к любимым ребятам. — Вахит, Валера! О, и Андрей с Маратом в этот раз присоединились. Ба, Ералаш, как ты подрос, тебя вообще не узнать. Девушка начала резко обмениваться со всеми любезностями и, сама принимая многочисленные комплименты в свой адрес. Девушка и правда похорошела за время пребывания в Москве. Правда, бессонные ночи не делали ее свежее, но столичная суета и спокойная размеренная жизнь делали свое дело. Приятные соседи, одногруппники, новые друзья… — все это стало частью ее повседневной жизни, вымещая былое, уже отжившее свое время.

— С нами еще кое-кто. Пошли на улицу…

Девушка, не дожидаясь окончания предложения, рванула к дверям, вылетая из здания университета на лестницу, ведущую к вымощенной площади. Дважды споткнувшись на ступеньках, Ия рисковала поцеловаться с полом, до того, как поцелует любимого человека. — Вова! — возбужденно вырвалось из девушки. Прямо перед лестницей стоял молодой парень. Он сменил теплую зимнюю куртку, на спортивный костюм, приятно радующий глаз. Ноги Ии ослабели, подкашиваясь, от чего, она буквально упала в мужские руки, оседая на брусчатку.

— Маленькая моя!

Суворов поднял девушку на ноги, тут же беря ее лицо в свои руки, и принялся расцеловывать каждый миллиметр ее лица.

— Какая красавица, умница моя…

Вова ласково касался ее кожи своими губами, надеясь передать всю накопившуюся за время разлуки теплую нежность. Он был ее весенним солнцем, дарящим надежду и веру в лучшее будущее. Он растапливал в ней лед, слоями покрывший разбитое сердце. Впервые за долгое время Стрелецкая позволила себе показать уязвимость. По ее щекам одиноко скатилось пару слезинок, тут же смываемых чужими поцелуями. — Я-я так скучала… — прошептала Ия.

— И я по тебе скучал, любимая моя. Это, кстати, тебе. — Вова протянул девушке страшной красоты букет.

— Белые Фиалки и… Гиацинты? — очаровано улыбнулась девушка. — Вова, это… это изумительно!

— Я рад, что тебе понравилось. Эу, пацаны. Пойдем проветримся. Кто хочет есть?

— Я! — в один голос прокричали парни.

— Айда!

Дружной толпой они направились в хороший ресторан.

— Что не сделаешь, ради тебя?

До этого ослепленную пылкостью Стрелецкую начало незаметно накрывать чувство обиды. — «Так, держи себя в руках. Вам есть о чем поговорить.» — успокаивала себя Ия.

***

— Ха-ха-ха! — без остановки хохотала Ия. Компания веселилась, рассказывала друг другу истории прошедших лет и беспечно разговаривала о насущном.

— Ой, ты бы знала, как Айгуль упрашивала меня взять ее с собой. — мимоходом бросил Марат. — Пришлось пообещать, что заберем тебя обратно.

— Ой, я с радостью. Давно не виделась с родными. Вы не заглядывали к ним? Как маленький поживает? Однажды получив повести о пополнении в их семье, Стрелецкая чуть не бросила все и не уехала в Казань. Новости о рождении брата до слез растрогали чувствительную девушку. Волнение от известия еще надолго поддерживало ее боевой дух, и радость за долгожданного первенца тети и дяди, пускай и в таком возрасте, вдохновляла ее жить и бороться дальше.

— Ванька? Хорошо-хорошо. Заглядывал к ним недавно. По тебе соскучились.

— Когда ты успел наладить отношения с моей семьей? — уточнила Ия. На пару мгновений все замолчали, впрочем, снова продолжая легкую беседу. — «И что это было?» — вновь напряглась девушка.

— Давай поговорим после.

— Когда, Вов? Мы нормально не могли поговорить последние три года, куда еще-то позже? — серьезно сказала Ия.

— Ну, маленькая моя, не расстраивайся. Все будет.

Стрелецкая резко встала, демонстративно кинув на стол полотенчико, и пошла на выход.

— Ну, Ий. Стрела! — побежал за девушкой вслед Суворов.

Сидящие за столом просто пожали плечами, прося счет и продолжая говорить на отвлеченные темы. Вова нашел возлюбленную, облокотившуюся на перила, уже на улице перед рестораном. — Я тебя так ждала, Вов. Так ждала, ты бы знал. Меня даже уже замуж успели позвать, а я, как дура, все от тебя весточки ждала. За время жизни в Москве, у Стрелецкой появилась противная привычка курить. Иногда от тяжести ее бремени хотелось сбежать куда-то, и сигареты стали ее другом на этом пути. Суворов аккуратно подошел к дорогой его сердцу, накидывая ей на плечи ее плащ. Он ласково приобнял девушку, подбадривая.

— Хочешь, мы прямо сейчас поговорим?

— Хочу. Но здесь у нас мало времени. — Ия положила голову на плечо мужчине, притираясь.

— Я люблю тебя. Так по тебе соскучился, не могу.

Вова обогнул Стрелецкую, вставая перед ней и выхватывая тлеющую сигарету из рук, после утягивая в такой необходимый поцелуй. Они целовались мягко, тягуче растягивая удовольствие. Чужая сладость сводила с ума и кружила голову, похлеще недавно выпитой рюмки.

— Ох, боюсь, я не дотерплю до дома…

— Да… Погоди. — остановила Суворова Ия. — А где мы этих оставим?

— …блять.

***

— В тесноте, да не в обиде. — радостно проговорила девушка, пропуская ораву парней к себе в квартиру. — Я убиралась недавно, загадите мне дом, вышвырну за дверь и глазом на моргну.

— Так точно, товарищ командир. — притворно отдали честь Марат с Андреем.

Видеть последнего было слегка неловко, но крепкую дружбу… так, это другое. В любом случае, милая тоска по дому делала свое дело, и все казались ей родными и очень уместными. Компания расположилась в просторном зале и сразу перешла к бурному обсуждению. Как говорится — «Веселье продолжается!». Вова достал привезенную гитару, все завыли наизусть заученные песни, и жизнь начала казаться медом. В дверь постучались. Ия, едва различившая редкие удары, немного покосившись встала и пошла к незваным гостям.

— О, Иенька, привет. — на пороге стояла не соседка, которой она изредка помогала с пятилетней дочкой. — Меня опять на ночную смену вызвали, можешь Машеньку уложить? Там, разукрашки, развивашки поделать? Ой, извини, у тебя гости.

Женщина восторженно оглядела подошедшего Суворова.

— Здравствуйте. — очаровательно улыбнулся мужчина.

— Здравствуйте-здравствуйте. — ответила так же приветливо соседка.

— А ко мне, вот, друзья из Казани приехали. — внесла ясность девушка.

— Ясно-ясно, извини тогда, попрошу теть Лиду.

— Да ладно вам. Я пригляжу, все равно ее скоро спать укладывать.

— Спасибо огромное! В долгу не останусь, ты меня знаешь. — протараторила женщина. — Ты, помнишь, как уложишь, дверь закроешь и ключик под коврик.

— Да-да. — помахала удаляющейся Ия. — Извини, Вов. Вы же посидите пару часиков без меня?

— Конечно. Ты только скажи, где будешь.

— Да, вот, в соседней квартире. — девушка указала на нужную дверь.

— Ага, хорошо.

— Вы только сильно не шумите, а то разбудите мне малютку еще.

— Так точно. — Суворов нежно поцеловал Стрелецкую в щеку удаляясь обратно в квартиру.

***

Через какое-то время в апартаментах Ии стало совсем тихо. Шумная компания разбрелась спать. Только Вахит и Суворов остались на кухне и, приоткрыв окно, сели курить.

— Ты уже точно решил? — в очередной раз уточнил Зима.

— Да, точно. Пора мне остепениться, взрослый мужик уже. Дворовые дела не для меня. Да и следовало бы закончить свое обучение. Если бы не армия… — грустно размышлял Суворов. — А она, понимаешь… у меня по ней сердце болело, только сегодня успокоилось, когда наконец увидел. Красивая стала, прям женщина… никого кроме нее матерью своих детей не вижу. Вот, она, и точка. — покачал головой Вова, стряхивая пепел с сигареты.

— Понимаю. Ну, все в твоих руках. Ты ведь планировал, ну, вот, бери и делай. — так же меланхолично отвечал Вахит. — Время меняется. Чую, будет что-то. И асфальт этот уже никому не упрется. Щас, бизнес главное развивать, деньги откладывать. А то боюсь, прогорит все это дело.

— И то верно. — Вова приподнялся, услышав, как входная дверь открылась и закрылась, пропуская в квартиру хозяйку.

— Пойду, я. — похлопал Зима Суворова по плечу.

— Спокойной ночи, Вахит.

— И вам.

Стрелецкая тихо прошла на кухню, падая в чужие объятия. Ее вдруг охватила неистовая нежность, которой она спешила поделиться.

— Прости меня. Прости, что не слышала ничего от меня за последние годы.

— Ты же знаешь, я и не обижалась. — шмыгая носом, отвечала Ия.

— Мы справедливости добились. И тихо теперь, никто к нам не лезет. Твои родаки помогли, мой батя тоже. Все сплотились и отпор дали. Пришлось побегать правда, зато теперь все хорошо. Вот тебе и ответ, как мы сблизились.

— Ха, ловко. Подробности не расскажешь?

— Там не для твоих ушей подробности. Засадить этого урода не получилось, зато от от дел отошел.

— Ты про?..

— Милиционера этого.

— Угу. — промычала куда-то в шею Суворова Ия.

— Я знаю, вы девчонки это романтично все любите. Но… выходи за меня, а? Я к тебе перееду в Москву. Заживем, деток заведем. А летом в Абхазию поедем. Все вместе…

Вова чутко гладил возлюбленную по волосам, плечам и спине, слабо прижимая к себе, чтобы тепло чувствовать. Сердце Стрелецкой забилось в хрупкой пленительности, трепете и привязанности. Она чуть сильнее сжала одежду Вовы в своих пальцах, шепча. — Я согласна. Они еще долго сидели на кухне, молчали и просто смотрели друг другу в глаза, держась за руки. И через это прикосновения по венам электрическими импульсами текла любовь. Никогда еще им не было так хорошо рядом.

***

— Фух, чтобы я еще раз в плацкарте согласилась ехать. Только купе и точка. — жаловалась девушка, потягиваясь после долгой поездки. — И вообще, можно было бы и самолетом.

— Обратно значит самолетом. — беспрекословно соглашался с ней Вова.

— Ия! — к Стрелецкой, сбивая ее с ног подбежала Айгуль. Следом она увидала других ее подруг и некоторых «Универсамовских».

— Привет-привет! — Ия обняла подругу, чуть приподнимая нам полом и сделав оборот вокруг себя. — Я так по вам всем соскучилась! Стрелецкая принялась приветствовать всех, обнимать и радостно смеяться. Договорившись сегодня пересечься на дискотеке, Вова и Ия отделились от основной группы и отправились к ее бывшему дому. Попав в объятия бывшей квартиры и уютной атмосферы, девушка расчувствовалась, от чего из ее глаз брызнули слезы. — Мама! Господи, как я соскучилась! А это кто? Ванечка!

— Погоди, погоди милая, дай хоть налюбуюсь. Расцвела, стрижку сделала. Ба, как тебе идет!

— Спасибо теть Лен. А вы сами, материнство вас преобразило! И честно признаваться, оно вам очень к лицу.

— Ну, что ты. О, Вовочка, проходи милый. А вы с пакетами. — удивилась женщина.

— Гостинцы из столицы. — Миш! Миша, иди сюда, помоги Вове.

— Дядь Миш, привет! — Стрелецкая кинулась в чужие объятья, позволяя крепко сжать себя.

— Иенька, девочка наша, здравствуй. Вань, смотри, это сестренка твоя.

Мальчик в ходунках застеснялся, стараясь убежать от гостей, но по пути собрал все углы. Тем не менее, когда он оказался на руках у Ии, Ваня залепетал что-то на своем и заулыбался полупустым ртом.

— Чай, кофе?

— Чай, пожалуйста. — отозвался Вова, присаживаясь на пол, чтобы поиграть с мальчиком.

— И мне.

— Ой, прям смотрю на вас, не нарадуюсь. Ну, сейчас расскажите.

— Вова-то предложение сделал? Мы ему уже благословение дали, хороший мужик. — басил Михаил.

— Сделал! — Стрелецкая подскочила показывая родственникам обручальное кольцо. Елена расплылась в улыбке, начав очередную притчу про любовь и семью. Теплая атмосфера делала свое дело, семья окружавшая ее, любимый человек, заставляли сердце чаще биться от тоскливой нежности. Как же ей этого не хватало!

***

Вечером пара ворвалась в местный ДК, слету подхватившая знакомый мотив и вставая в родной круг. Все веселились, девушки общались, предаваясь ностальгии по школьным годам.

— А ты где теперь учишься?

— В МГУ поступила! — хвасталась Ия. — А вы?

— Я, вот, в казанский пошла. У меня там жених учится.

— Катя! Как так, почему не рассказала?

— А я лично хотела рассказать. Ничего про нас, простых смертных, забывать.

— Тебя как сюда вообще отпустили?

— Сама не знаю, постаралась поскорее сдать все работы и взять заданий парочку, вот и отпустили. У меня куратор понимающий.

— Завидую! У нас хрыщ старый, злой как смерть. Кое-как академ выпросила. — жаловалась другая девушка.

Вдруг песня сменилась. Заиграла другая, знакомая и любимая всеми. Подруг стали разбирать на медляк.

— Миледи, я украду вас на один танец? — подошел к Ие Вова, галантно подавая руку.

Пара закружилась в незамысловатом танце. Легкие движения под любимую песню, делали свое дело. Стрелецкая наслаждалась каждым мимолетным взглядом, осторожным и ласковым. Суворов поддался вперед, проговаривая слова из песни.

Твое имя давно стало другим Глаза навсегда потеряли свой цвет Пьяный врач мне сказал — тебя больше нет Пожарный выдал мне справку Что дом твой сгорел Но я хочу быть с тобой Я хочу быть с тобой Я так хочу быть с тобой Я хочу быть с тобой И я буду с тобой

Они пели в один голос, предаваясь охватывающей их чувственности. Слова понятные только им, имеющие и кричащие о всем том что они пережили вместе. И несмотря на все они вместе на зло всем.

Я ломал стекло, как шоколад в руке Я резал эти пальцы за то, что они Не могут прикоснуться к тебе Я смотрел в эти лица И не мог им простить Того, что у них нет тебя И они могут жить

— Но я хочу быть с тобой Я хочу быть с тобой Я так хочу быть с тобой Я хочу быть с тобой И я буду с тобой! — он пел только для нее одной, и от этого осознания разрывало сердце и душу.

Стрелецкая поддалась вперед, утягивая Вову в быстрый поцелуй. Да, сегодня их вечер. И с этого дня их ждет только совместное счастливое будущее.

У них еще все впереди.