«Пролог»

После падения Марии страх въелся в кости каждого жителя Парадиза. Люди ждали, когда титаны дойдут до их стен. Ждали — но час не приходил. И эта неопределённость глодала душу хуже, чем уверенная гибель. Никто не знал точно, что было бы лучше: умереть, оставив все страдания этому миру, или жить вопреки им, лелея крохотную надежду. Год тянулся столетиями. Суровая зима выжала из них все последние соки. Из-за титанов они потеряли большую часть плодородных земель. Жители не могли бездумно растрачивать оставшиеся ресурсы, но голодных ртов было нескончаемо много. Экономия стала для них основой жизни. Отныне даже куски чёрствого хлеба были на вес золота. И, несмотря на это отвратительное положение, люди ещё вынуждены выкармливать беженцев. Они — самое настоящее бельмо на глазу. Непригодная падаль, что за просто так пожирала ценные запасы, пока они отдавали все силы для их добычи. Народ отчаянно требовал от властей прогнать чужаков на свои земли. «Пусть отвоёвывают свои дома! Сделают хоть что-то! Мы им ничем не обязаны!» — твердили их голоса. Но вопреки всем жалобам, как низшего, так и высшего слоя населения, королю было невыгодно так просто отречься от своих же граждан. Ведь такой поступок мог разрушить доверие к нему, которое и так держалось на иголках. И вскоре, когда просто так поставлять им еду стало убыточно, правительство приняло решение отослать всех на заброшенные поля, чтобы беженцы обрабатывали земли и собирали с них урожай. Этот указ касался всех без исключения. Даже тех, кто не был в состоянии держать лопату. Решением довольны остались все. Вскоре горожане вовсе забылись в собственных проблемах. Многие томились в ожидании весны, словно в ней было спасение. Тела больше не будут дрожать от мороза, а цены на продукты снизятся, как только наступит сезон. Этого более чем достаточно, чтобы облегчить их жизнь. Больше всего за это цеплялись бедняки. Надежда спасала их дух от распада, а матерям помогала утешать своих годовалых детей. И вот одним воскресным утром до жителей стен дошли известия. Все были в смятении, не веря собственным глазам. На первых же колонках газет заглавными буквами было пропечатано: «НАЛОГИ УВЕЛИЧИЛИСЬ!» Дальше лишь едкие комментарии газетчиков, до которых никому не было дела. Естественно, следом за ними вверх поползли как цены на еду, так и на всякие ремёсла. Какой же дурак станет вести убыточную торговлю? А тот, кому куска хлеба не хватает, пускай зарабатывает! Вновь вымирание стало не призрачной угрозой, а лишь вопросом времени. Больше не было сил молчать. Они жаловались на своего короля, бунтовали и требовали хоть какой-то справедливости для народа. Грабежи участились, нападения стали нередкими. С каждым днём становилось всё хуже. И только проклятия стали их молитвой. Знать, струсив перед измождёнными гражданами, потребовала от королевской стражи их усмирения, опасаясь возможного восстания. Долго ждать не пришлось. Ровно через пару дней после отданного приказа члены Военной полиции хорошо постарались, чтобы усмирить нарушителей закона. Кого-то они брали под трибунал, кого-то запугивали отправкой в Разведкорпус. А от изменников избавлялись на месте или же на эшафоте — как пример для других. Именно так полиции удалось усмирить вздорный народ в самый кратчайший срок. На территории стен вернулись былой порядок и закон. Однако люди впредь продолжали голодать и страдать от разных видов болезней, но уже в тишине, дабы не портить жизнь бедным властям. 23 мая 846 года мир в понимании высших чинов продлился недолго. Ровно через две недели после проведённых операций стали происходить необычные убийства. Жертвами оказывались не кто иные, как члены самой знати. Нападения совершались в их собственных владениях под покровом ночи. Но никаких признаков взлома не было, только следы борьбы. Также не было ни улик, ни свидетелей. Лишь въевшаяся в пол кровь да безмолвие трупов. Совсем недавно список жертв пополнился. Официально их пока что было четыре: два барона и один граф со своей дочерью. От этих новостей лица высших слоёв перекосились до неузнаваемости. Даже звук собственных шагов в доме стал невыносим. И тогда, замученные бессонными ночами, власти впервые в истории решили задействовать все три корпуса для немедленного устранения этого беспредела.