Глава 21: Стать человеком

             Скрип шин, рычание двигателя, закатное солнце, приятно греющее металл и ни единой души вокруг. Пейзажи Индианы этим так прекрасны. Едешь по пустой дороге, видишь лишь зеленые поля и редкие дома, думаешь о своем. А у Оптимуса мыслей накопилось очень много. Информации так еще и больше.        Он знает, что поступает неправильно, бросая все на произвол судьбы. Особенно, отключив связь и ком уже почти на сутки. Но он бы не смог сдерживать себя после слов Рэтчета.  - «Помяни моё слово, Прайм. Ты еще узнаешь её истинную натуру», - в его мысли буквально въелась фраза, когда-то сказанная в адрес Агаты. И, кажется, Мегатрон был прав.       Конечно, он был прав, ведь он с ней заодно! Точнее, она с ним заодно. Хотя, если честно, разбираться уже не хочется. Факт был – она ему соврала и очень неприятно.        Оптимус думал над тем, как он теперь выглядит в её глазах. Обиженкой? Нытиком? Хотя, это же она должна беспокоиться об этом? Тогда почему он так боится остаться в её памяти, как что-то никчемное.        Прайм много раз хотел развернуться и приехать домой, высказав девушке все. Но ему…страшно. Праймус, он жалок. Ему страшно слышать правду.        Мыслей было много, ответов на них мало. Поэтому он решает сделать так, как ему советовала Агата.   - «Люди еще часто слушают музыку, потому что не хотят думать. Как тебе объяснить. Они прокручивают строчки песен и начинают думать о ней, а не о своих проблемах. А многие вообще ищет в песнях ответы на свои вопросы».        Автобот ответа пока не нашел. Лишь едет, наслаждаясь приятной музыкой. У Агаты был замечательный вкус. Хотя, как он может судить, если только её музыку он и слушает?        И вот включается одна из его любимых композиций. Он даже сбавляет скорость. Пытается следовать совету жены и вслушиваться в текст. Слова поются рэпом, боту это не мешает.  - Но вспомни как душу рвало. Когда она уходила.       Кажется, эти слова режут искру и заставляют вспомнить всё то, что они уже пережили. Возможно, кажется, что Оптимус слишком сентиментален. Нет, он просто влюблен.        Ему сложно понимать человеческие метафоры. Просто знания языка вновь недостаточно. Вот быть начать мыслить, как люди, чтобы лучше понимать…Агату.  - Ты можешь с ней расцвести и засохнуть, Она сожрет тебя, как цветок тля. Но все равно лучше уж так сдохнуть, Чем никого никогда не любя.       Оптимус дает по тормозам. Радуется, что никого не было сзади, да и вообще на дороге.   - С ней хорошо, без нее как-то странно. Мне не хватает ее слез радости.        Он выключает песню. Считает, что это знак. Он должен вернуться и нормально поговорить с Агатой. Он не должен оставлять её одну.        Педаль в пол и полицейский разворот. Включается связь. Прайм решает послушать новостное радио, всё равно мысли то лезут. Включает первую попавшуюся волну.  - «Стали известны новые подробности нападения неизвестных на дом Праймов».  - Нет… - с ужасом протягивает тот и скорость превышает 150 км/ч. 

***

       Оптимус долго не решается зайти. Боится. И серьезного разговора. И за состояние жены. И разбудить её, она наверняка плохо спит. Если она вообще там, а не у Чарли или у… Неважно. Но долго стоять он не может. Уже утро, не дай Праймус его заметят мнущимся около собственной двери.       Старается тихо открыть дверь. Мда, с этой махиной бесшумно сделать не получается. Прайм прислушивается прежде, чем сделать шаг. Шорохи. Разбудил! Значит, деваться некуда. Заходит, смотрит за тем, как закрывает дверь и слышит, что что-то падает. А после тихое:  - Оптимус…       Голос Агаты заставляет протрезветь. Странно, ведь он не был пьян. Но по спине бегают какие-то мурашки, а по процессору что-то бьет. Он даже замирает на полминуты. Она…она по своему красива, даже в таком беспомощном виде. Он был прав, жена не спала.        Они смотрят друг друга и молчат. Никто не решается заговорить. Кажется, они оба боятся. Минута. Кажется, до девушки только сейчас дошло, что бот перед ней реален.   - Оптимус! - она кричит, как завороженная.        Не отрывает взгляда, словно боится, что он исчезнет. Быстро идет к перилам, задевается стул. Видно, что ей больно, но она не сбавляет шаг, лишь кривится от боли и хромает.   - Оптимус, прошу, не уходите! Я все могу объяснить, прошу, не оставляйте меня! - Агата повторяет это несколько раз.        Не отводит глаз от резко растерявшегося Прайма. Эта девушка удивительна. Только одним своим видом она засовывает всю обиду и злость куда-то вглубь.   - Только не молчите, пожалуйста, и не уходите, я все объясню!        Она вновь тараторит одно и то же. Видимо, это на ней играет недосып и стресс. Кажется, мы движемся к нервному срыву, который Оптимус решает оборвать:  - Как вы себя чувствуете, мисс Марпл?       Названная впадает в ступор. Она ожидает криков, обвинений или чего-то похуже, но не этого вопроса. А она…она и не знает ответа.        Оптимус сам удивился. Он не это хотел спросить… Видимо его напугало взвинченное состояние жены.   - Я…я нормально. Я прошу вас…  - Агата.        Ее будто бы смачно прилетает по голове. Он называет её «Агатой»… Не «мисс Марпл». Она невольно улыбается и чувствует, как по щекам текут слезы. Боже, она такая плакса! Хочет начать говорить, но бот ей не дает:  - Я должен извиниться. Мне не стоило оставлять тебя одну.   - Пожалуйста, замолчи, - Агата чувствует прилив стыда и жмурится. - Ты не должен извиняться за свои чувства! Я тебя обманула, я должна просить у тебя прощения!  - Я тебя давно простил, - он пытается выдавить улыбку.        И подходит почти вплотную к перилам.  - Я вижу: ты врешь. Такое сложно простить. Ты злишься   - Злюсь я уж точно не на тебя, Агата.       Ее снова что-то ударяет в голову. Он говорит честно… Кажется, он первый, кто обвиняет во всем не ее. Как отец. Как Бакстер.   - Но я должен знать все. Расскажи мне всё, пожалуйста.   - Только не уходи больше, прошу, - кажется, она все еще волнуется, оттого и несет бред.        Оптимус кивает. Агата тяжело вздыхает и задирает голову, чтобы видеть собеседника. Вытирает слезы. В горле сухо, голос тих:  - Когда это всё случилось, мне было десять. Мы с папой спешили на деревенский фестиваль и решили срезать путь. Там мы и наткнулись на Мегатрона. Нас взяли в плен, - она сглатывает стресс и усмехается. - Ты, наверное, бывал на Немезиде? Там то трансформер не всегда путь найдет, а мы, люди, были, считай, в клетке. Мегатрон долго пытал отца. И тот решил подчиниться.   - И тогда начались два года скорби… - договаривает за нее Прайм.  «Два года скорби» – трагедия, предшественница «Арканзас-2007». Они стали самыми тяжелыми для Америки двадцать первого века. Раз в месяц в течении этого времени где-то происходили взрывы. Неважен штат, город, здание. Цель десептиконов была в том, чтобы запугать население. Чтобы они понимали, что автоботы их не защитят. Что они беспомощны. Никто тогда не понимал, как десептиконам удавалось закладывать бомбы в зданиях. После ФБР, конечно, догадалось. И семейство Марпл не были единственными преступниками. Но мистера Марпла посчитали предводителем. Посадили на пожизненное.    - Нашим последним делом стал именно Арканзас. Основная цель была у меня – заложить бомбу неподалеку от вашей базы. Меня поймал Рэтчет. Сразу все понял, хотел сдать полиции, но пожалел. Мне было всего двенадцать. Но сказал, что если еще раз увидит, то… - она вздыхает.        Понятно, что было бы. Продолжать не хочет.   - А твой отец?       Агата грустно опускает глаза. Начинает мять левое плечо, цепляясь ногтями за кофту.  - Мы вернулись к Мегатрону. Отца он избил, меня тоже. По своему. Потом все стало, как было. Мы все также были гребанными консультантами для десептиконов и изредка выходили в город. Там я нашла объявление. Не помню точной формулировки, но основной посыл был: «Если вы знаете что-то о терактах, связанных с десептиконами, позвоните по номеру полиции». И тогда меня будто бы током ударило. Полиция, точно! И как это папа не догадался?        Она делает паузу. Грустно хихикает и снова смотрит на задумчивого собеседника. Ждет его ответа.  - Если бы он позвонил в полицию, его бы признали частью террористической группировки.   - Правильный ответ, - улыбается девушка и щелкает пальцем. - Так и случилось. Помогла полиции и поднасрала себе. Отца забрали, а меня в детский дом, пока меня бабушка не забрала. Отцу дали пожизненное. И всё супер-мега-засекретили, чтобы родственники погибших не мстили ни ему, ни мне.   - Но твой отец же на свободе?  - Это уже другая история, - Агата тяжело дышит и шмыгает носом. Заболела голова. - Спустя плюс минус десять лет компания D&T выпустили интересную программу. Вы тогда уже поймали Мегатрона и Верховный суд решил, что люди, так то работавшие на десептиконов, не корень зла и их можно выпускать под залог. Под очень огромный залог. И эта компания предложила программу для таких, как я – вы «продаете» себя компании, а она решает все финансовые дела и отпускает человека. Я люблю отца. Поэтому и поступила так.        Миссис Прайм кусает щеку. Кажется, она снова начнет рыдать. Смотрит в оптику собеседника, ждет от него ответа.       Теперь все ложится по полкам! И то, что Мегатрон знает Томаса! И их тесная связь с Агатой! И Фоулер, собирающий информацию!        Оптимус возмущен. Нет, он в гневе. Эта девушка, будучи ребенком пережила столько. Пошла на большие жертвы ради этого… Глоса не поворачивается назвать Томаса человеком. Мразь. Самая настоящая мразь, застрявшая в инфантилизме.        Мегатрон не лучше. Прайм чувствует странный укол ревности. После всех зверств, она его простила? Почему? Потому что неровно дышит или имеет большое доброе сердце?        Как никогда ему хочется обнять жену, прижать к себе и сказать: отдай мне всю свою боль. Почему он не родился обычным человеком, чтобы просто быть с ней?  - Я не держу на тебя зла, - ему кажется, что напомнить Агате «это» лучший выход. - Прости, что оставил тебя, поддавшись обиде. Это было неправильно.   - Не извиняйся, прошу! Ты имел полное право на это! - она машет руками.        Они встречаются взглядами. И от чего-то начинают вместе улыбаться. Наконец-то у Агаты выходит это не рвано и криво, а искренне и мило. Девушка тает, видя, как бот улыбается.   - Мы такие дураки, - произносит девушка и начинает смеяться.   - Если только немного, - отвечает ей Прайм и кивает.        Они снова смотрят друг на друга, не отрывая глаз. Что-то внутри каждого приятно щекочет и заставляет не убирать взгляда. Кажется, Агата забывает, как дышать.        Тишину нарушает «дзинь» в кармане штанов. Девушка нехотя отрывается и трясет головой. Оптимус тоже быстро отводит оптику. Что-то они засмотрелись друг на друга.   - Это Фоулер, - говорит та, смотря на экран мобильного. - Напоминает, что я должна к нему сегодня зайти. Перед интервью в три. Боже, как успеть и собраться, и убраться, и…  - Не переживай, собирайся спокойно. У меня есть пара знакомых, которые смогут помочь привести всё в порядок. Ты имеешь право перевести дух.         Агата неловко улыбается и поджимает губы. В коридоре все еще мяукает в непонимании Фи-Фи. Под ногами хрустит стекло. От нее самой ужасно пахнет.   - Спасибо, - отвечает она. - Пожалуйста, больше не оставляй меня одну.        Оптимус кивает. Она права. Он взял за нее ответственность, сказав тогда у алтаря «да». И он больше не имеет право бросать ее на произвол судьбы. Никогда.   - А ты уже был на базе? Тебя все ищут, беспокоятся.   - Я поеду туда с тобой. Рэтчет в курсе.        Агата снова улыбается и хихикает в ладонь. Было приятно осознавать, что из всех он выбрал приехать к ней. Не смотря на обязательства. Не смотря на последствия. Это было…по-мужски. Он человечнее любого среднестатистического мужчины, это точно. 

***

      Агата решает не залезать в теплую ванну, а лишь принять душ и помыть запутанные волосы.        Она смотрит на себя в зеркало перед тем, как укутаться в черный халат. Она знатно похудела. К телу прилипают выпавшие волосы. Кажется, их тоже стало меньше. Под глазами странные красно-фиолетовые синяки.        Бабушка всегда говорила: «Если хочешь показать, что что-то случилось – поменяй что-нибудь в себе». Агата смотрит на свои поредевшие мокрые волосы. Вспоминает про завалявшуюся плойку еще даже в коробках. Накидывает на себя халат, кое-как натягивает кожаные ботинки, ведь стекло никуда не делось и выходит. В этот раз Фоулер хочет, чтобы она показала себя. Она покажет себя. 

***

      Поменять прическу казалось хорошим решением до первых затекших рук и обожженного лба. Но оставлять несколько кудрявых прядей тоже не дело, поэтому Агата решает доделать все до конца. Господи, хорошо что у нее волосы до плеч! Еще спасибо, что Фи-Фи наелась своего корма и легла спать в переноске, грустно отвернувшись.        Звуки пыхтения, пар и запах сожженых волос. Оптимуса это заставляет тихо сидеть на своей койке и подглядывать. Человеческая культура кажется ему настолько непонятной и интересной, что он волей-неволей бросает на девушку взгляды, с любопытством изучая, что она делает. Как жаль, что он отражается в её зеркале и Агата в любой момент может его засечь!         А еще его терзает желание задать провокационный вопрос. Во всяком случае, в его процессоре он звучит так. Но они ведь муж и жена? Он имеет право на нее смотреть.  - Агата, - говорит тот.       Названная докручивает прядь и поворачивается на компьютерном кресле, чтобы смотреть на собеседника.   - Возможно, мой вопрос покажется неуместным, но… Твой шрам на спине, это сделал Мегатрон?        Девушку сначала глючит. Она вертится, пытаясь посмотреть, не спал ли халат со спины. Потом хмурит брови, обнаружив, что страшный шрам прикрыт.   - Прости за наглость, но я заметил его уже давно.    - А, - хмыкает та. - Да, это Мегатрон. Это как раз была его месть за попадание в плен, - голос той становится тише, словно она боится, что это кто-то услышит.        Разворачивается и продолжает орудовать 200 градусным оружием для пыток.   - Ты очень сильная, раз смогла простить его после всего того, что он сделал, - продолжает Оптимус, встречаясь взглядами с женой в зеркале.       Она грустно улыбается.   - Это будет звучать глупо, но мне кажется, что это два разных Мегатрона. Я очень надеюсь, что это правда так и я не ошиблась.   - Буду честен с тобой. Мегатрон стал куда мягче после твоего появления.        Агата смущенно улыбается. Это приятно греет душу. И самолюбие.   - Я рада, что вношу хоть что-то в вашу команду, - она чем-то пшыкается и содержимое попадает ей в рот.        Девушка кашляет и смеется, пока Оптимус испуганно дергается.   - Меня нельзя перехваливать, а то я зазнаюсь, - жена поворачивается к нему и кокетливо подмигивает.        И снова эта удивительная улыбка Прайма что-то в ней ломает. Заставляет посмотреть на него по-другому. Их зрительные соприкосновения кажутся чем-то интимным, чем-то больше, чем просто поцелуй или секс. Чем-то тем самым платоничным, о чем так страстно говорят поэты.        Агата резко вспоминает о горячей штуке у себя в руке и продолжает разборки со своими волосами. Где-то внутри Оптимус рычит. Вот бы это повторилось еще раз. Девушка сжимает губы и пытается сосредоточиться на почти спаленной пряди волос.        Кажется, её руки и волосы страдают уже больше часа. Мда, растеряла сноровку. Но, хвала Господу, волосы на голове имеют свойство заканчиваться. Шнур плойки вырывается из розетки, звуки разбрызгивающегося лака для волос и кашель девушки, на который муж невольно обращает внимание.        Миссис Прайм поправляет волнообразные маленькие кудряшки, таких бабушка в детстве называла макаронами. Она распределяет непослушные волосы и улыбается зеркалу, прикидывая: красивая ли?   - Я плохо разбираюсь, зачем люди это делают, но тебе очень идет, - отвечает на немой вопрос Оптимус.        Агата смущено улыбается и прячет глаза от зеркала. В него смотрит Прайм. Боже, когда между ними стало столько неловкости?   - Хочу заявить миру на интервью, что Агату Прайм не так просто сломать!        Боту приятно слышать это сочетание: «Агата Прайм». И приятно видеть ее такой воодушевленной. Хотя это пугает. Как бы не перегорела такая яркая звездочка.   - Думаю, мне нужно будет сделать тоже самое. Учитывая, что из-за этого мы в шатком положении…  - Фоулер разрулит, - в радостно-издевательском тоне говорит девушка, закуривая сигарету.       Теперь Прайм расстроен. Опять этот острый запах.   - Можно попросить тебя о помощи? - она закидывает ноги на стул и прижимает к животу. Видно, нервозность еще течет по её телу.   - Конечно.   - Забери меня после интервью…пожалуйста. Вчера это было просто ужасом. Одна я домой не доберусь, - Агата делает затяжку и с надеждой смотрит на собеседника.        Тот кивает. Да это даже не обсуждается!   - Я думаю, тебе не стоит выходить в город одной сейчас. Даже с Чарли. М.Е.Х. опасны своей жестокостью и непредсказуемостью.   - По правде говоря, - она делает паузу, дотягиваясь до кружки с пеплом. Пора купить пепельницу. - Сейчас мне будет спокойно только с тобой.        Оптимус внутри победно улыбается. Про Мегатрона она не сказала! Значит, он ему не конкурент.   - Ну, возможно еще с Мегатроном.       Вот кто тебя заставлял отправлять запрос во Вселенную!        Девушка тушит сигарету, собирается с мыслями перед макияжем. Входная дверь трещит и открывается. Черт…она на нервах забыла ее закрыть. Испуганные глаза на секунду смотрят на мужа, а потом в коридор.   - Чарли, блять! - на выходе кричит Агата и облегченно смеется. - Ты бы хоть сигнальную ракету пустила, что придешь. Я итак седая!   - Я тебе писала. А ты не отвечала, - названная спокойной обходит переноску в коридоре, идя прямо в ботинках. Видит бардак. А потом… - Теперь понятно, почему. Здравствуй, Оптимус, - искренне удивляется та.   - Здравствуй, Чарли. Я рад, что ты переживаешь за мою Агату, - по-доброму отвечает он и видит, как Уотсон скептически хмурится.   - Оптимус, прости, но она знает всё. Можешь не играть роль заботливого мужа, - хмыкает девушка и обнимает подругу за спины, кладя ей подбородок на плечо. Забавно, она переняла эту привычку у Чарли.   - Я уважаю любые твои решения, - кивает Оптимус и всем видом дает понять, что он чем-то занят в датпаде.   - Вид у тебя отличный, конечно, - хихикает миссис Би, осматривая халат с ботинками Агаты. - Но кудряшки супер.   - Спасибо, - она широко улыбается и вздыхает.  - Как чувствуешь себя? Ты так быстро с утра убежала.  - Честно, - миссис Прайм шепчет той, наклонив голову. - Хреново. Мне ужасно страшно. Хотя с приходом Оптимуса стало легче.        Бот слегка улыбается. Хватит подслушивать! Но потом анализирует, что жене вообще-то страшно. Может переквалифицировать интервью с миссис Прайм на интервью с семейством Прайм? Наверное, это уже не получится.     - Хочешь пойдем вместе? Я рядом сяду, они ничего не скажут, - подруга берет Агату за руки и мило улыбается.       Девушка расплывается. Как ей повезло с новой подругой. Аж плакать хочется. Опять.   - Спасибо, - бывшая Марпл резко обнимает подругу. - Но я должна сама.   - Моя смелая Агата, - хихикает Чарли и та отлипает.   - Но я буду признательна, если ты мне поможешь придумать красивый образ.  - Заметано! 

***

      В кабинете Фоулера напротив него сидит Агата. Сжимает обеими руками ткань брюк и кусает губы. Кажется, на них уже нет живого места. Она молодец, выглядит презентабельно, прямо для интервью. Еще бы вела себя соответственно. Уильям хмурит густые черные брови, откладывает коричневую папку и удобнее садится на кресле. Оно неприятно скрипит, напоминая о своей старости.   - Ты же не глупая, - эта фраза звучит настолько в лоб, что девушка задумывается над ответом.        Мужчина довольно хмыкает, снова берет в руки эту папку, открывает первую страницу и поворачивает её к Агате. На листе написано: «Дело и длинный номер». Миссис Прайм видит свою детскую фотографию, много записей и характеристику, а рядом фото отца. Хочет докоснуться, но кожаная обложка хлопает.   - Понимаешь, что я знаю про всю твою жизнь? И даже то, что под грифом секретности?        Агата смотрит на собеседника. В глазах нет удивления, скорее немой вопрос: что ты от меня хочешь?  - Догадывалась, - сама пугается своего уверенного тона.  - Мне абсолютно насрать на твое прошлое. Мое дело сделать так, чтобы никто больше об этом не узнал. Я уничтожил все документы. Это подсудное дело. Ты же не дура, чтобы кому-то про это говорить?       Сначала девушка радостно выдыхает. Она ждала чего-то хуже. Потом анализирует вопрос и внутри хихикает   - «Конечно, нет», - иронизирует та. - «Всего лишь Бакстер, Мегатрон, Рэтчет, Чарли и Оптимус».   - Нет. Мы с Мегатроном держим это в тайне. А Рэтчет итак это знал. Думаю, про Бакстера ты и сам знаешь.       Про Чарли решает не говорить. Она не желает подруге зла, а уж тем более разборок с Фоулером.  - А Оптимус? Вы же не муж и жена, чтобы по-настоящему ругаться и почему-то мое чутье…  - И Оптимус. Поэтому он уехал, - перебивает Агата и видит улыбающегося Уильяма. Улыбка выглядит истерично и нервно.   - Господи, хотя бы все встало на свои места, - он смотрит в потолок и победно поднимает руки вверх. - У Оптимуса плохие отношения с ложью. Хотя, из-за всей этой ситуации, он сам постоянно врет. Слегка лицемерно, - хмыкает мужчина.   - Мы все невольно стали врать о каждом своем шаге.        Она не хочет обсуждать с ним Оптимуса. С недавних пор он стал для нее чуть ли не святым.   - Да, кстати об этом, - мужчина становится грустнее и серьезнее. - Вы, то есть мы, в заднице.        Агата хмыкает. А с каких пор после их помолвки было не так? Она уже начинает чувствовать себя тревожно, когда ничего не происходит.   - Люди в сети просто вахуе, уж прости за прямолинейность. Им не хватает ваших с Праймом взаимоотношений. Информации с тобой и Мегатроном и то больше! А ты знаешь стадный инстинкт. Вон один уже написал, что ты с Мегатроном как-то близко общаются и всё! Половина интернета вас сватают! Так еще и говорят, что ты с ним лучше смотришься. Идиоты.        Девушка открыто смеется, прикрывая рот рукой. Монолог Фоулера выглядит смешно, а информация звучит комично-глупо. Она с Мегатроном? Господи, это ж насколько людям не хватает эмоциональных качелей? Или этого тропа, где он весь такой брутальный, а она бедная и невинная? Да этот десептикон с отвращением смотрит на женщин своей расы, не то, чтобы на обычного человека! Агата даже иногда ловит себя на мысли: «Может его вообще не привлекает противоположный?».        Ее гогот останавливает смутное лицо Фоулера. Ему уж точно не смешно, ведь потом ему по бошке настучат.   - Что ты хочешь? Чтобы я кричала, как сильно люблю Оптимуса? - спрашивает девушка, разводя руками.   - Почти. Вам нужно чаще выезжать в город, делать вид, что вы счастливые супруги. Также я приказываю тебе завести страницу во всех социальных сетях. Ты будешь только снимать материал, остальным продвижением займётся моя команда. Я видел, сколько просмотров набрало то видео на странице Чарли.  - Не думаю, что здесь уместно слово «приказываю», - хмурит лицо девушка и снова удивляется своей наглости. Где её инстинкт самосохранения?   - А уместно ли нарушать договор? - тот взглядом показывает на сумку, лежавшую на диване за спиной девушки. Оттуда, словно специально, выглядывают сигареты.        Пункт 76 – жена Прайма не имеет право иметь (смешно) вредных привычек, таких как никотиновая зависимость, злоупотребление алкогольными напитками и так далее.   - Я хочу сама вести страницы, - меняет тему Агата. - Я не доверяю твоим людям, и тому, что они могут написать про меня. Люди увидят моё имя и захотят подписаться, несмотря на качество контента.       Фоулер минуту думает, смешно дуя губы. А потом кивает, говоря:   - В твоих словах есть логика. Я тоже никому не доверяю, даже себе.        Агата грустно вздыхает. Ей порой даже жалко этого мужчину. Думает, что не этого он хотел от жизни.   - Но я всё равно дам тебе контакты консультанта, чтобы она тебя направляла. И скинь потом чек, чтобы я оплатил тебе камеры.        Девушка воспринимает слова Фоулера, как конец разговора, кивает и встает.   - Но, - резко останавливает её мужской голос и заставляет сморщится, как недовольный подросток. - Если я увижу, что ты делаешь что-то не так, я сразу подключу своих людей. Поняла?  - Более чем.       Та хватает сумку и, оп, он уже один. Тяжело выдыхает и смотрит на экран телефона. День только начался, а уже столько проблем. Гребанные М.Е.Х! 

***

      Конечно, по приезде Оптимуса на базу все сразу всполошились. Начинают галдеть, рассказывать, что произошло, суетиться. Прайм даже теряется и неуверенно смотрит на набежавших солдат. Кое-как успокоив команду, выслушивает всех и выносит вердикт: Рэтчет и Мегатрон отчитаны и будут заниматься санитарными работами несколько недель. Бывший владыка тьмы сначала припирается, а потом, видя злые голубые окуляры, к сожалению, поддается.        Также, Оптимус о чем-то серьезно разговаривает с Рэтчетом, от чего второй выглядит виноватым. Мегатрон предполагает, что дело в Агате, довольно улыбается. Пока не встречается взглядом с Праймом. Ох, видимо ему тоже не избежать серьезного диалога, где десептикон должен виновато опускать оптику и вздыхать, что мол: больше так не будет.   - Нам нужно поговорит тет-а-тет, - Оптимус угрожающе шепчет и сверкает своей оптикой.  - Можно у меня в отсеке. Если хочешь полного уединения, - ехидничает, ведь вид автобота его не страшит. Но смурной бот лишь проходит мимо, идет по коридору, ведь сам знает, где живет бывший лорд тьмы. Мегатрон вздыхает. Они доходят молча, но тот понимает к чему эта суровость.       Оказавшись внутри, экс-десептикон закрывает дверь, а после поворачивается к собеседнику со словами:   - Ну, что ты хотел…? - его обрывает кулак, прилетевший прямо в челюсть.       Мегатрон хватается за лицевую и хихикает. В Оптимусе наконец-то проснулась ярость? Видимо, он действительно влюбился в Агату.   - Ты бы хоть предупредил, чтобы я не выглядел так жалко, - как всегда отшучивается кон, сжимая одну ладонь в кулак.   - Одного удара достаточно, чтобы дать тебе понять, что Агата под моей защитой и если ты…  - Да, понятно-понятно, не собираюсь я её трогать! Ты же громче всех всегда говоришь, что нужно найти искупление. Вот… Я нашел свой путь искупления в этой девочке, - он разводит манипуляторы.   - Если это действительно так, то я горжусь тобой, - Прайм улыбается уголком губы.   - Слушай, вы же фиктивные супруги, что ты за нее так вступаешься? - вопрос задан ни ради ответа. А ради реакции.        Оптимус отвечает не сразу. Да Мегатрону уже и не нужно это, всё итак понятно.   - Не думал, что ты фанат органиков, - хмыкает Мегатрон.   - Я, как ты сказал, фанат только Агаты. И только посмей это кому-то рассказать. Ты уже понял, что я серьезно? - Оптимус показывает свой кулак и экс-десептикон отмахивается.   - Делать мне нечего, как ходить и кричать, что муж любит свою жену, это же так нелогично, - смеется тот, всем видом показывая, как Прайм тупит.   - Не делай из себя идиота. Я говорю об Агате.   - Праймус, - выдыхает кон и садится на свою платформу. - А ты вообще в курсе, что когда боты влюбляются, они вообще-то признаются в этом своему объекту обожания, а не засовывают глосу в бампер?        Мегатрон хмыкает внутри себя. А чего он сам так не сделает? Тренеры не играют?  - Не хочу обременять её.  - Ох, да, с тобой один раз сблизишься, никогда не отцепишься, - серебристый манипулятор берет со стола два куба и протягивает один стоящему собеседнику. - Прицепился ко мне еще в Каоне, до сих пор ходишь по пятам.   - Ты находишь это смешным? - в непонимании спрашивает Оптимус с недоверием рассматривая энергон.  - Скорее акцентирую внимание на твою въедливость в чужие активы.

***

      Когда Оптимус говорил про добровольцев-уборщиков, он не шутил. Надо лишь грамотно попросить о помощи и вот в «квартире» Агаты стоят трое уборщиков: Джек, Мико и Рафаэль. Причем вторая явно недовольна такому исходу, от чего с неким недоверием оглядывает пространство.   - Напомни, почему мы согласились на это?  - Потому что Оптимус тысячу раз нас выручал, пора нам отплатить, - отвечает Джек, ставя метлу с совком на пол.        Накадаи недовольно выдыхает и закатывает глаза.   - Тем более его жена сейчас занята, не думаю, что ей до уборки, - добавляет Рафаэль.   - Я вон вообще не убираюсь, мне нормально, - кричит японка, проникая в гостиную. Разбитый столик.   - И поэтому часто ночуешь в гостях? Не ной, Мико, нас всего лишь попросили убрать полы! - отвечает Дарби.   - Гляди, у нее тут столько одежды! - кажется, любопытный подростковый нос проник в шкаф миссис Прайм.   - Ох, Боже, я сейчас, - говорит старший парень Рафаэлю и быстрым шагом направляется в женские покои. - Мико! - видит, как та бесцеремонно прикладывает к себе черное вечернее платье, красуясь в зеркале. - Положи на место быстро!        Парень вырывает вещь из рук подруги и пытается повесить обратно, кое-как упихивая его в шкаф.   - Тебе не стыдно вообще трогать чужие вещи?   - А что? Я же просто посмотреть, - проскользнув около Джека, тонкая ручка тянется к другому платью.   - Я сказал: не трогай, - он перехватывает ладонь Мико и завязывается небольшой рукопашный бой.        Прибегает Рафаэль, машет руками, пытается вразумить друзей. Но все доходит до того, что Джек падает прямо в шкаф. В ягодицу что-то впивается, а на голову падает одно из платьев.   - Раунд! - хлопает в ладоши Накадаи и смеется.   - Очень смешно, - отвечает тот, смахивая с себя упавшую одежду.        Встает с помощью Эскивеля и смотрит, на что же приземлилась его задняя поверхность бедра.  - Ой-ё… - протягивает Джек, берет в руки разбитую рамку и хмурится.   - Кто-то попал, - довольно хмыкает Мико, перемещаясь к туалетному столику.   - Да ладно тебе, Джек, можно купить новую рамку, - отвечает Раф, заглядывая на масштаб бедствия.        Парень, словно завороженный, смахивает с фотографии стекло и всматривается в нее. На ней Агата и какой-то парень в университетских мантиях выпускников.   - Эй, Джек, ты, что там, влюбился с миссис Прайм? - хихикает Мико, поглядывая на своего друга.   - Тебе не кажется это лицо знакомым? - спрашивает тот у Рафаэля. Получает отказ. - А тебе? - он поворачивается к Накадаи, показывает и слышит: нет. - Где-то я его видел.   - Может актер какой-нибудь? - хмыкает Эскивель.  - Не думаю, - Джек оглядывается, как будто тут есть лишние уши. - Вы же не скажете, что я украл эту фотографию? Я обязательно её верну.   - Фу, воришка, - дразнится японка.  

***

      Агата радостно сбрасывает с себя туфли с гребанным узким мысом и наступает на чистый пол, разминая ноги. Удивляется тому, как чисто в коридоре, в предвкушении заходит дальше, улыбаясь. Фи-Фи довольно сопит на заправленной кровати и тянется при виде хозяйки.        Заходит Оптимус и сразу садится на платформу, что-то делая. Девушка улыбается шире и смотрит на серьезного мужа.   - Оптимус… - тихо говорит та, чтобы не напугать сосредоточенного на разглядывании датпада бота.         Он поднимает взгляд.  - Большое спасибо, все очень чисто. Передайте ребятам спасибо!   - Хорошо, я рад, что вам все понравилось.         С довольным стоном девушка ложится на волосатый плед, застилавший кровать. Тянется до хруста некоторых суставов и наслаждается спокойным моментом.   - Как прошло интервью?  - Мне кажется, я была слишком нервной. Но, в целом, часто отсылалась на нашу любовь, улыбалась, рассказывала про себя. Думаю, все будет нормально. Но тебя не хватало, даже интервьюер это сказала, - она приподнимается и смотрит в оптику бота. - Она сказала что-то из разряда: «У вас идеальное совпадение характеров. Ты более импульсивная и эмоциональная, а Оптимус тебя дополняет своим спокойствием и уравновешенностью». Думаю, это прямой намек, что лучше нам ходить на такие мероприятия вместе.        Оптимус внимательно слушает, а потом кивает.   - А еще… Фоулер сказал, точнее приказал, - она хихикает. - Что мы должны завести страницы в социальных сетях, чтобы показывать нашу счастливую жизнь. Не переживай, я все сделаю сама. Я решила первыми выложить наши фото со свадьбы, ты не против?   - Конечно, нет. Делай всё, что считаешь нужным.    - Ты сам мне дал право, - она улыбается. - Я теперь буду снимать видео для канала, так что будь готов мелькать на фоне.        Прайм отвечает улыбкой. Девушка победно выдыхает и переодевается в домашнее. Она ужасно хочет спать. Ей казалось, что заснет на самом интервью. Везде выключает свет, оставляя только торшер.       Девушка в одной майке падает в теплую кровать, задевая недовольную этим Фи-Фи. Укрывается одеялом и тушит торшер, желая мужу добрых снов. Только закрывает глаза и вместо темноты видит мужчин в зеленой форме.        Открывает глаза. Потолок. Люстра с висюльками. Закрывает. Зеленая форма. Люстра. Форма. Висюльки. Зеленый. Люстра…  - Оптимус, - жалобно протягивает та и приподнимается в руках.        Лицевую мужа она видит благодаря светящемуся датпаду. Услышав буквально пищание супруги, он обеспокоено поднимает оптику и спрашивает: что?  - Если я наглею, скажи сразу. Но можно, пожалуйста, я посплю с тобой?        Оптимусу поначалу кажется, что ему послышалась. Что-что она предложила? Лечь спать вместе?        Из-за того, что Прайм долго анализирует сказанное, бывшая Марпл быстро делает выводы и отмахивается:  - Прости-прости, бредовая идея, я знаю, - она бухается обратно на кровать и накрывается с головой, чувствуя, как краснеют от стыда её уши.       Предложить «такое» Оптимусу? На что она рассчитывала? Идиотка!        Звук шагов. Девушка удивленно расширяет глаза и аккуратно вылезает из-под одеяла. Около перил муж, протягивающий ладонь. Ей это сниться??  - Я буду не против, Агата, лишь бы ты хорошо спала, - он слегка улыбается, чтобы не отпугнуть супругу.       Она вылезает из кровати, укутывается в плед и встает на холодный металлический пол босой. Идет на цыпочках, материал пола обжигает нежную кожу и заставляет ускорить шаг. Агата чувствует себя той самой кошкой, которую пытаются приманить «кыс-кыс», чтобы забрать домой.        Девушка останавливается у перил и смотрит в добрые окуляры бота.   - Не переживай, я тебя не уроню.        Ладонь оказывается в ее «доме», чтобы она не перелезала через перила. Миссис Прайм смущенно морщит нос и аккуратно наступает всей стопой на ладонь мужа. Кажется, это их первый тесный и искренний контакт. И снова холод пробегает по ноге.        Манипулятор поднимается и Агата в страхе взвизгивает, хватаясь за воздух. Высоковато.   - Я тебя не уроню, - повторяет Оптимус, словно гипнотизирует.        Она улыбается, но все равно боится. Девушка первый раз на такой высоте. Агата настолько переживает за себя, что даже не замечает, как Прайм уже лежит и ждет, пока та слезет с ладони.        Миссис Прайм аккуратно спускается на грудной отсек. Чувствует тепло и улыбается. Здесь поприятнее, чем на ладони. Недолго думает. Ложится, растягиваясь на металле и накрывается пледом. Ложится на живот и складывает руки заместо подушки, чтобы видеть лицевую Оптимус. Конечно, в таком ракурсе он выглядит смешно. Она снова расплывается в улыбке и прикрывает глаза.   - Ты очень теплый, - довольно протягивает девушка.   - Я слышал, что людям легче уснуть в тепле, поэтому увеличил свою температуру.        Агата смущено хихикает.   - Спасибо.        В груди что-то приятно расплывается, заставляя не убирать улыбку. В голову приходит идея. Где-то она слышала, что трансформеры не такие чувствительные, как люди. Лбом упирается в «подушку» и прижимается губами к теплому металлу, оставляя легкий поцелуй.        Жаль, она знала неправильную информацию. Оптимус всё чувствует даже лучше человека. И сейчас он рад, что не человек.        Где-то на тумбочке звенит телефон, но наша парочка этого не слышит. На разбитом экране высвечивается: 

«Агата, это папа. Нужно поговорить»