Часть 14

Друкхарские позвонки скрипели и разрывались на куски, а вместе с тем и гордые голоса самодовольных эльфов превращались в предсмертные крики. Быть может тёмные эльфы и имели шанс предоставить опасность обычным людоящерам, но точно не этим. Айз рвал и метал одного остроухого за другим, где «везунчиками» можно было назвать сразу попавших под молот и погибших от сдавивших органы доспехов или рёбер. Невезунчиками были те, кого он разорвал голыми руками или выбивал весь дух мощным ударом хвоста. Любые же попытки пробить оголённые участки брони выливались в звонкое разбитие оружия и смерть нарвавшегося на контрудар по наглецу. Его кожа буквально была непробиваемой для оружия друкхари. Мощный взмах молота и ещё один незадавшийся всадник друкхари падает со своего разорванного на куски от удара коня, где самому эльфу выбило ногу и он вряд ли сможет сбежать отсюда. Особенно сделать это он вряд ли сможет когда ударивший его ящер подошёл. Его молот был практически полностью покрашен эльфийской кровью и кусками плоти, да и броня была практически полностью запачкана остатками эльфов. И учитывая что несчастный эльф перестал кричать от влетевшего ему в голову куска металла, то теперь и его остатки будут покоиться на молоте. Айз посмотрел назад и мог наблюдать что от отряда тёмных эльфов не осталось больше и следа. Порох уничтожил практически половину сил противника, а завры растерзали и добили оставшихся. Может выйдя они в открытую, то дали бы им хоть какие-то шансы на побег, однако Айз не бретонский рыцарь и честь для него не столь важна в битвах против вот таких тварей. К тому же пока он не хочет чтобы весь мир, ну или Король-чародей, знал об самом факте его существования. Чем дольше Айзклоакль остаётся тайной для главных заноз в его хвосте — тем лучше. Особенно это будет хорошо, если позднее всех об этом узнают скавены. Маленькие паразиты могут вытащить что угодно из своих нор и опасны не только своими немытыми массами пушечного мяса, но также и коварством с технической развитостью. Для начала будет неплохо их всех перерезать в Люстрии, а потом нанести удары по Скверноскавену — их столице и центру гнилой империи, чтобы дезориентировать силы. Всё же скавены едины только когда это прикажет им совет Тринадцати, да и то только на бумаге — ни один крысолюд не упустит возможности вонзить кинжал в спину своего соклановца ради повышения по карьерной лестнице. *** Металлы как всегда гремели в кузницах, жар согревал хладнокровные тела детей Древних, а сам их лидер сейчас стоял у ново построенных прудов рождения и наблюдал за совершающими его указания сцинками-жрецами. Они в точности повторяли все указанные Айзом действия и его предположения оказались верны — при помощи ветров Гиран и Гур можно искусственно вывести необходимый выводок без надобности в астральных расчётах, на кои так сильно опираются прочие города ящеролюдов. И практически всё необходимое было для начала массового вывода новых воинов — ресурсы, опытные жрецы и лишние места под новые рабочие руки. Не хватало только одного крайне важного элемента: Энергии. Ветра магии хоть и поддавались опытным сцинкам, но им просто не хватало мощностей под свершение подобных манипуляций. Будь тут слааны с необходимыми ветрами, то всё пошло бы сразу, однако древние жаболюди любят большую часть времени спать, изредка выходя из своего бесконечного сна только для важных случаев. Поэтому Айз решил немного рискнуть и дать самим сцинкам-жрецам своего ки. Он влил совсем немного своей энергии для начала, чтобы узнать смогут ли они вообще вытерпеть эту мощь. И это была лишь жалкая капля от его запасов, коей не хватало сцинкам-жрецам для этих манипуляций с прудами рождения. Этой самой каплей они и воспользовались…после чего процесс и погнал. Вода закрутилась как ненормальная, засветилась от бурлящих в ней ветров магии и закипела от начавшихся внутри неё процессов. Светить начало так сильно, что резало глаза. Носом я ощущал начавшие бурлить запахи природы, а на языке очутился горьковатый привкус ядовитых листов. Наконец свет ослабел и я смог видеть, но только чтобы потом узреть как весь свет собрался в единый пучок и устремился высоко в небо к звездам. Когда же и это световое шоу прекратилось, то пруд превратился в кипящий котёл из красной воды внутри. Сначала ничего не происходило, но потом вода начала постепенно остывать и успокаиваться. Вместо красной крови появилась лазурное спокойствие с небольшими участками зелёного ила, где от прошлого сумасшествия ничего не оставалось кроме паров. И наконец оттуда начало постепенно выходить несколько тел, что явно принадлежали заврам. Они выглядели точно также как и прочие подобные им — крупные, чешуйчатые и не выражающие лишние для машин по убийству эмоций кроме дикой ярости зверя. В прочем, они пока что были тихими и ничего не предприняли кроме выхода из водной глади на сухой камень. Пруд Рождения готов и полностью в состоянии обеспечивать армию Сотека новыми воинами. *** Локхир много ожидал от своих подчинённых: предательства, попытки отравить или сбросить напрямую. Ох Кхейн, он даже был готов к заговору «знати» Наггаротта против него с целью занять более выгодное положение подле Малекита. Он определённо не ждал неудачи и полностью разбитых войск из-за стычки с какими-то зверолюдами. Перед ним стоял на коленях побитый до жалости друкхари — он был полностью изранен, лишён брони и тех малых долей его достоинства подобающих его низкому рангу. Этот жалкий червяк смел говорить что целый отряд, способный даже осаждать средние по размерам эльфийские города, был разгромлен кучкой мелких ящериц с громыхающими гномьими пушками. Ха! -Я наслышался достаточно твоего бреда раб. Уведите его на освежевывание.- приказал Локхир и друкхари потащили того прочь с корабля под истошные крики и мольбы о помиловании. Жестокосердный уперся локтем об свой трон и недовольно почесал свою маску. Охота его не задалась и пускай прошла только половина от предположительного срока его тут пребывания, но хотелось бы всё же пораньше отловить зверьё прежде чем льда над Нагарротом вновь начнут сходиться и при дворе Короля-Чародея вновь начнутся интриги.- Что ж, как говорил мой ублюдок отец: если хочешь заставить рабов делать своё дело хорошо, возьми сам в руки хлыст и отбей им с позвонком любые мысли филонить. Ящерицы вооружённые огнестрелом — больше глупости ещё надо услышать! Да эти самодовольные окаменелости даже свои города не особо торопятся отстраивать вновь и заселять, что уж тут говорить про развитие. Нет, это точно была ложь чтобы вызвать жалость, дети Древних никогда не воспользовались оружием других народов. *** Техенхауин застал своего господина за работой над ещё одним изобретением мелконогих тварей, именуемых гномами. Это была огромных размеров пушка, изрыгающая огонь из себя и способная за раз уничтожить плотные ряды врагов. То есть, это крайне необходимое оружие по уничтожению скавенов, однако обладающая крайне малым радиусом действия и слишком медлительная. Такое оружие хорошо при обороне, но никак не нападении. -Что вы делаете с оружием гномо-тварей госсподин Айз? — прошипел жрец Сотека и смотрел как тот перебирает механизмы этого оружия. Его руки были полностью уже измазаны маслом и сжигаемой жидкостью, отчего в даже с приличного расстояния можно было учуять этот неприятный запах. -Я пытаюсь его переделать.- ответил Айз не отвлекаясь от своей работы.- Поскольку этой «Огненной пушке» не хватает мобильности и радиуса, то решил компенсировать хотя бы один из недостатков, перенеся данное орудие на спину массивного зверя. Пока мои предположения остановились на стегадонах в виду их грузоподъёмности, но что можешь ты предложить? -Джунгли Люстрии всегда полны самых опасных и сильных тварей на всем белом свете. Та часть созданий, коих мы используем в обычной жизни, является лишь малой частью от общей фауны джунглей.- задумчиво процокал Техенхауин потирая подбородок когтистой лапой.- Возможно карнозавр справиться с одной такой пушкой господин, но также есть возможность воспользоваться и первобытной яростью Ужасных зверей — их мощь и масса достаточны чтобы удержать множество башен с когортами сцинков на них, так что думаю и эти гномьи орудия также смогут уместиться на мощной спине священного зверя. -Хм. Я подумаю над этим. *** Шипастые плавники на спине Ужасных ящеров задевают верхнюю часть полога джунглей, когда они движутся, массивные звери постоянно ищут добычу, чтобы утолить свой нескончаемый голод. Однажды обнаружив, что их гигантские щелкающие крокодильи челюсти могут разорвать взрослого Стегадона в кровавом месиве, Ужасные ящеры молотят и кромсают свою добычу, пока джунгли вокруг них не покрываются красным. Огромные существа, крупнее, чем высокий карнозавр, когда Ужасный ящер издает торжествующий крик, его ревущее эхо можно услышать на названных площадях городов Людей-ящеров, а также в глубоких джунглях Люстрии; рев, которого боятся и уважают все хищные рептилии. Ужасных ящеров немного, и они священны для Людей-ящеров. Защищенные большими бронированными пластинами из золота и драгоценных камней, на которых начертаны древние пророчества, эти могучие рептилии часто живут в горных храмах, посвященных Древним. Отсюда они хранятся в богато украшенных покоях, достойных короля, где жрецы-сцинки приносят жертвы этим могущественным полубогам. Эти церемониальные титаны хранят самые ценные реликвии древних времен, предметы силы, оставленные Древними. Имея в своем распоряжении эти артефакты, Ужасные ящеры практически неуничтожимы, когда обрушиваются на врага. Когда поднимутся Ветры Магии и надвинется великая буря, жрецы-маги-сланны разовьют и пропоют древние ритуалы подчинения плененных Ужасных ящеров своей воле, их легендарной мощи будут жаждать колдуны и волшебницы более молодых рас. Ярость каждого, кто рыщет по зловонным джунглям, сдерживается только тайной силой церемониальных доспехов, которые их украшают. Без этой меры предосторожности даже сила сланнов не смогла бы удержать их в узде, когда они высвободились. Однако в рамках Слаана эти чудовища-рептилии сеют ужасный хаос, как только выходят на поле боя, уничтожая врага своими усаженными клыками челюстями и божественным благословением Древних. И именно за одним таким и велась как раз охота. Это был молодой Ужасный ящер, живущий всего-то на свете пять или шесть лет, но уже достигший исполинских размеров своих взрослых собратьев. Эта монструозная тварь бродила по землям, охваченными скверной крысолюдей и пагубным влиянием Хаоса распространяемой зверолюдьми. Это существо будто чуяло всей своей сущностью что оно должно уничтожить и защитить родные джунгли от неположенных в этом мире тварей. Любой случайный наблюдатель мог лицезреть как соразмерная городу туша монстра растаптывает очередной табун зверолюдов, давя практически безрогих унгоров своими телесами, челюстью разрывая пополам шестируких великанов и хвостом сметая Владыку зверей этого хаотичного стада. Даже брай-шаман, связавший свою душу с тёмными ритуалами порченных Хаосом лесов, не мог продержатся и секунды с призванными из глубин джунглей мантикорами против этого мастодонта силы. И пусть стада зверолюдов Люстрии не сравнятся по размерам со своими собратьями из Старого Мира, они всё равно могли предоставить огромную опасность для закрепившихся городов-крепостей колоний людских царств. Однако Ужасному ящеру было мало до этого дела — он поедал мясо только что убитых зверолюдов и распластал свои телеса как царь этих джунглей, коим и являлся. Вот только внимание умный зверь не потерял и внимательно следил за выходящим к нему воином. На Айзе не было никакой одежды помимо простой набедренной повязки и стальных перчаток с золотыми узорами, в коих он держал свой верный молот. Он шёл уверенно и даже не опасался зверя, что насторожило Ящера. На кого бы он не нападал, ну или кто на него не нападал, все поголовно боялись или опасались его — это ощущалось во всём их естестве и что зверь мог учуять за мили вокруг. Однако этот не боялся, даже наоборот — он вызывал ощущение страха у древней рептилии. И это вводило в бешенство Ужасного ящера. Только Айзоклоакль сделал лишний шаг вперёд, так огромная монструозная тварь практически сомкнулась на нём. Зверь был уверен что сожрал своего врага целиком, но после своим глазам и смог только заметить искры яркого изумруда. Далее же последовал только удар в звериную морду такой силы, что его хватило чтобы резко сдвинуть морду твари в сторону и даже обломать один из зубов, чья крепость сравнима с зачарованными металлами эльфов. И пусть от такого удара многие погибли бы, то Ужасного зверя только ненадолго дезорганизовало и вывело в холодную ярость. Он начал вертеть своих хвостом из стороны в сторону, сметая всю попадающуюся ему на пути лесополосу, а своими лапами стирать в порошок немногие камни и валуны вокруг. Пелена ярости затмила глаза ящера, но тот всё также продолжал быть разумной для своего царства тварью и заметил среди высоких деревьев пикирующего вниз врага. На этот раз ему удалось увернуться от упавшего людоящера, что с громким хлопком от взрыва сотряс землю своим молотом, после чего зверь нанёс ему размашистый удар своих хвостом. И одного только этого взмаха хватило бы для уничтожения крепостной стены так славящихся их строительством бретонцев, вот только… Зверь не мог пошевелить хвостом. Что-то намертво схватило его и не отпускало как бы тот не старался извиваться. -Куда-то бежишь зверь? — прошипел державший хвост Айз, что казался на фоне Ужасного ящера жалким муравьём. Однако именно он удерживал так непоколебимо многотонную тушу зверя и словно намертво был приклеен к земле. Зверь ещё сильнее разозлился то ли от живучести, то ли от инстинктивного страха перед своим противником.- Я никуда не уйду пока ты не подчинишься! Зверь вновь набросился согнувшись на ровном месте и снова атакуя готовой кусать пастью. И пусть что он себе может откусить хвост — тот сможет заново отрасти из-за невероятной регенерации чудовищ, пусть и уйдёт на это годы. Однако тварь снова резко дёрнуло в сторону и её пасть болезненно сомкнулась, а после морда встретилась с землёй и растоптанной ранее растительностью в резком ударе. И пусть особо вреда созданию Древних это не нанесло, но то не успело прийти в себя как уже вновь повисла в воздухе и быстро соприкоснулась с землёй со скоростью выстреленного из пушки ядра. От такой интенсивности ударов даже прочное тело Ужасного ящера не спасало сознание существа от мощной тряски. Так продолжалось на протяжении доброго часа — тварь летала из стороны в сторону и билась словно молот об наковальню, разнося грохот ударов по всем джунглям за горизонт. И пусть внешне та не была повреждена, но его некогда прочные кости стали скрипеть под тяжестью ударов и вот-вот лопнут. Когда был свершён последний удар и зверь окончательно оказался на разровненной его телом земле, то он только и мог как болезненно шипеть и смотреть на приближающегося к нему Айза. Ужасный ящер мог только беспомощно наблюдать за последующими действиями своего противника и желать уже смерти. Он проиграл как хищник другому хищнику Люстрии, а значит был слишком слаб и недостоин продолжения своего рода. Выживет только сильнейший, а остальным суждено пасть. Однако вместо добивающего удара людоящер только положил свою руку на кончик морды Ужасного ящера. -Ты сильный зверь — это будет отрицать только глупец.- говорил он поглаживая морду твари и сжал ту немного.- Однако я оказался сильнее и победил тебя в честном бою. А поэтому я отныне твой хозяин и ты обязан мне подчиниться, хочешь этого или нет.