День третий

      

~~~

«…Широко открывались ворота. Тяжкий скрип пронзал пространство, заставляя поморщиться. Снег на дорожках бережно убран, дверь приглашающе приоткрыта. Он страшится идти. Ушанка оглядывается на хозяина имений и ищет поддержки. Хозяин, к слову, таковым и не выглядел. По виду относительно обычен, только лишь выделялся он высоким ростом и цилиндром не по размеру с синей лентой, на плечах ранее находился огромный и очень теплый плащ, который сейчас был одолжен Ушанке. Этот самый плащ чуть ли не перевешивал худенького и измотанного уличной жизнью мальчишку. Однако тот согревал, в один из редких зимних вечеров, окутанных холодным снегом и льдом - самое то. По манере же речи хозяин, обозвавший себя Шляпой, был как-то гиперактивен и крайне болтлив, порой чувствавалось что-то безумное время от времени. По своей сути заботлив и дружелюбен. — ... — Голодно и больно, несмотря на это, мальчонка все не спешит. Хотя, после всего ему больше всего хотелось, и следовало бы оказаться в тепле. Он все-таки решает рискнуть и прикоснуться к ручке. Дверь открывается, хоть и спустя минуты странного молчания. Тепла от туда совсем и не чувствуется. Внутри почти также холодно, как и на улице. Тихо и пусто, слышны лишь ритмичные звуки стука и тиканье часов. Поместье изнутри выглядит богато, но очень одиноко. К слову о стуках. Их источником стал стоящий на стремянке мужчина со странной прической, прямо сейчас он то ли пытался что-то починить, то ли вбить, Ушанка особо и не видел то, чем он был занят. — … — Неизвестный на пару секунд останавливается, не оборачиваясь, молвит: — Уважаемый Месье Шляпа, вы меня конкретно заебали таскать бездомных зверушек в дом. Я уже слышу эту улично-подворотную вонь. Повернувшись, и, увидев заместо ожидаемой собаки-котика потрепанного мальчика, тот недоумивающе опускает руки. Молоток летит куда-то в пол. — Ну… На этот раз у нас новый житель, это Ушанка, смотри! Я сам ему такое имя придумал, — Шляпа невинно улыбается, попутно переобуваясь и снимая цилиндр. — Злой-Синий-Дядя-С-Молотком, спасибо за теплый прием, — Ушанка смотрит теперь уже куда-то мимо, надеясь, что такого не повторится. — Обзывай меня Сантехником, малыш. — самоуверенно. Где-то слышны Шляпины смешки. Сантехник криво улыбается, делая вид, что полминуты назад ничего не произошло. Стрелка часов перекинула за семь вечера. Сейчас все будет не так, как всегда: обычно в такое время Сантехник начал бы готовить ужин, а Шляпа, ну, кто его знает этого Шляпу… Однако сейчас нужно отправить новобранца в ванную, потому что запах захалустных улиц рынка от Ушанки нес за метры, тут Сантехник был абсолютно прав. Он и на вид весь совсем истощавший, так что сегодня получит две порции, даже бесплатно. Одежда никуда не годится, придется искать новую. Зато достойное занятие найдется для Шляпы, в кои век.

~

Вода горячая. Ушанка любопытно дотрагивается до нее пальчиком. Все также роскошно, ванна идеально белая, как и такие же идеально гладкие стены. По сравнению с его прошлой жизнью, которая, пускай и длилась едва ли два дня, дала многое понять. Хотя, едва ли там что-то Ушанка мог бы понять, ведь жизни до тех двух уличных дней так-то и не было… — Ну, помоешься ведь сам, помощи не потребуется? — Шляпа оттряхивает руки. Ушанка в ответ кивает, хотя помощь ему явно пригодилась бы, никогда он ранее не был в подобных местах, а если и был, то не помнил. Со временем дверь захлопывается и мальчонка остается наедине с слишком горячей водой в слишком большом «тазике». Уже спустя минут пять, еле как залезши туда, Ушанке лишь остается думать о только что произошедшем. Все было как будто вмгновении. Такая масса событий и все будто смешалось, не имея ни начала, ни конца. Еще сегодня днём Ушанка валялся где-то на пересечении жизни и смерти, а теперь вот, сидит в слишкои изысканном для себя мире. Ушанка вообще и не помнит, почему оказался на улице. Почему лежал именно там, где-то меж зданий, он не знал и своего имени настоящего, что уж там об остальном. Лишь помнит, что было ужасно плохо и больно. Этого хватало, чтобы даже и не думать о том, что было раньше. Сегодня же, прямо с той вот холодной улицы, его подняли, приютили. Да не просто кто-то там оказался, а какой-то там то ли художник, то ли музыкант, а может и все вместе… Ушанка, нужно признаться, уже и забыл, что ему там болтал Шляпа во время похода до нового жилища. Ушанка однозначно благодарен, но крайне недоверчив: первое, что он заметил, зайдя в это поместье, так это его пустоту. Никого и ничего тут не было, помимо них троих. Возможно, ему показалось, или этот дом просто крайне скуп на прислугу и прочее, или все ушли куда-то. В любом случае подозрительной казалась такая свобода; вторым замечанием стали эти странные клички. Да кто вообще будет называть себя профессиями или предметами гардероба? Особенно Ушанка не понимал, почему Шляпа решил, что ему надобно имя и уж тем более, такое глупое. Шляпа позже сам признался, что назвал первое пришедшее в голову слово, так что и смысла особо в этом не было. Вот и как такому человеку можно хоть что-то доверить? Впрочем, выбора у Ушанки и не было, так что он останется тут до последнего. Так шел час, прошел бы и второй. Ушанка просто сидел в ванной, наполненной уже остывшей и даже холодной водой, и надеялся, что этого будет вполне достаточно, чтобы внезапно стать чистым. На полу лежало аккуратно сложенное новое белье: Ушанке такое пришлось не по вкусу, какая-то слишком показистая рубаха, которая изо всех сил пыталась казаться дороже, в сочетании с слишком свободными для ребенка штанами. Зато обувь удобная, ведь ее и вовсе не оказалось. Только открыв дверь из ванной комнаты, Ушанка сразу встречает Шляпу. Тот будто все время стоял и ждал его там, жуть. — Ты ведь наверняка голоден. Я отведу тебя к Сантехнику, он у нас местный поваренок и самая лучшая хозяюшка, передай ему, чтобы выбрал для тебя занятие, — хитро улыбнувшись, Шляпа спешит в нужную сторону. Прямо слево от главной двери, если быть точнее, именно там и находилась кухня, чуть прямее — обеденный зал. Ну как зал, места там не так уж и много было. Ушанка старается успеть за ним, но долго идти не приходится. Шляпа стучит в дверь, у которой по итогу они оказались, и скоро удаляется куда-то, оставив Ушанку одного. Дверь неспешно открывается, а Шляпы как и не было. Ну вот и вто говорить, что делать? Ушанка мысленно проклянает Шляпу десятки раз. — Ты чего-то хотел?.. — Сантехник недовольно смотрит на ребенка, попутно поглядывая на настенные часы: полдевятого. —… — Ушанка и не знает, что отвечать, — Эм, чем я могу вам помочь? — Ушанка сказал то, что первое в голову пришло, лишь бы не показаться совсем глупым. — Ааа, я понял кажись. Заходи сюда, поговорим. — Сантехник распахивает дверь пошире и впускает напуганного от таких слов Ушанку. Обстановка на этой кухне крайне грустная. Стены все бело-желтые, прямо напротив двери огромное окно без хотя бы какой-то занавески, из него видна лишь непроглядная темень, которая иногда смотрит и на тебя в ответ. По центру помещения небольшой стол как раз на двоих, у стен обычная кухонная мебель: недавнее изобретение самых лучших изобретателей и гениальных инженеров — холодильник, который был нагло украден вполцены; шкафы со всяким, полки и прочее. Крайне уныло. — Присаживайся, я пока что приберусь. Ушанка послушно делает сказанное. Удобно усевшись, он решает рассмотреть Сантехника. Выглядел он крайне нетипично. Волосы цвета бирюзы, одежда еще странне — красная рубашка, но ее рукава были закатаны вплоть до плечей, штаны точно также, насильственно укорочены поколено. На поясе интрументы. Рассмотреть и остальное Ушанка не упевает, ведь мужчина внезапно поворачивается и присаживается напротив. — Тебе нужно было занятие? Ну, в этом доме всем занимаюсь я. Сомневаюсь, что ты хоть что-то умеешь, но попытаюсь доверить тебе уборку в некоторых комнатах, в которых мне убираться лень. — Сантехник тяжко вздыхает и смотрит куда-то в то самое окно. Он говорит это так, как будто говорит подобное каждый день. — Завтра утром разбужу тебя и покажу все, сейчас я не хочу. Если Ален спросит, скажи, что на сегодня дел нет. — Ален? — Ушанка вопращающе сменяет взгляд на заинтересованный. Сантехник от чего-то мрачнеет и незатейливо ухмыляется. — Так вот оно что. Так зовут Шляпу. Ты, если что, ничего не слышал. Все это вызывает лишь множество вопросов. Что за глупости? Ушанка решается задать еще один давний свой вопрос: — …Что это за странные клички? — Бвв, почему Шляпа так себя обзывает я и представить не могу, — Сантехник о чем-то задумывается, — однако свое имечко я получил когда меня сюда приютили. В этом поместье было много людей, мы еще маленькими были, едва ли тринадцать исполнялось обоим. Меня нашли холодного и потрёпанной прямо у ворот. Едва ли привели, как сразу стали спрашивать с меня пользу. Случайно, скорее на импровизации, тогда я починил поломанные трубы в какой-то из комнат. Так и вышло, что меня обозвали Сантехником, даже не спросив настоящего имени, а затем ещё и поместили на кухню, хотя готовить я совсем не умею. Ушанка почти все прослушал, к концу интерес пропал окончательно, однако он удивился тому, что Сантехник оказался из болтливых о себе людей. На первый взгляд он казался совсем наоборот, крайне закрытным. — Тогда почему тут так пусто? — А это уже не твоего ума дела, ребенок, — более зло проговаривает мужчина и встает из-за стола, — Тебя ж еще покормить надо. Ушанка не находит что ответить, просто смиренно ждет, продолжая пялиться в окно. Взгляд притягивало почему-то только оно.

~

От души наевшись чем-то средним по вкусу и качеству, наскорую руку сготовленным уставшим Сантехником, Ушанка впервые чувствует себя по крайней мере довольным. Он тогда просто надеялся, что во время сна его хотя бы не убьют, или что его положат спать не у входной двери. Он конечно понимал, что любые условия — это уже явно лучше уличных, но сейчас ему хватило бы наглости спросить и большего. Где-то со спины кто-то подходит. Ушанка пугается и едва ли не бьет подошедшего Шляпу, вовремя одумавшись. — Чего это ты? — Шляпа разочаровано бормочет, а затем, резко меняясь влице, хватает напуганного Ушанку за запястье. Совсем не больно, будто тот и не хватал, а просто мирно взял. — Впрочем, пойдем я покажу твою временную комнату. Ушанка радуется, что спрашивать о таком придеться не ему самому. Спустя пару минут подъема по огромной винтовой лестнице, они оказываются у крайней двери второго этажа. Стены рядом скучные и однотонные, сама по себе дверь обычная, по виду относительно новая и приятного тёмно-вишневого цвета. Понутри комната выглядит также невзрачно, все бело-бежевое, лишь пол выделяется красным цветом. Выглядит так, будто в эту комнату сместили все ненужное или лишние. Невпопад стояло пару тумб, как и одновременно три разных стула. — Ну, почти самая лучшая комната! — Шляпа еще что-то невнятно говорит, будто пытаясь что-то объяснить, но разобрать этот бред больного едва ли кто-то сможет. — Эм, спасибо что ли тогда… — Ушанка, делая крайне благодарный вид подобранной собачки, пытается еще что-то сморозить. — Спокойной тогда вам ночи… Шляпа широко улыбается и спешно ретируется. Ушанка снова наедине со своими мыслями. Хотя, думать особо и не хочется. Прямо сейчас больше хотелось бы просто лечь и уснуть. Вцелом, никто ему и не запрещал, так что уже спустя минуту возни с подушками, Ушанка мирно засыпал на скрипучей и не очень удобной двухместной кровати.

~~~