День четвертый

~~~

…

…

~~~

Ушанка внезапно просыпается от звуков явно неумелой игры на клавишном инструменте. Звучало так, как будто «Музыкант» играет с закрытыми глазами, или впервые в жизни вообще музыкальный инструмент видит. А может и то, и другое, и вместе. Терпел он отсилы минуты две. Спустя целых две попытки уснуть, теперь уже крайне недовольный и злой, Ушанка встает и направляется к источнику шума. Еле как Ушанка плетется на первый этаж. Прямо под центральной лестницей виднелись двухстворчатые двери, кажется, что именно оттуда исходит гвалт. Все из себя красивенькие, как будто и не должны находиться в тени лестницы. Или как будто лестницы тут и не должно было быть. Сердце стучит в бешеном трансе, много сомнений. Однако, чуть осмеливши себя, Ушанка решается открыть двери. Резкий скрип выдает положение. Воцарило неуютное молчание, слышалось лишь собственное тревожное биение сердца. В зале, к которому открылся проход, было настолько темно, что разглядеть что либо давалось с трудом. Оданко за прошеднее время Ушанка понемногу стал привыкать к темноте и, пусть слегка, но, спустя минуту или около того, он смог разглядеть чужую фигуру и что-то огромное, по всей видимости инструмент, на котором и игралась «Музыка». — ДОБРОЕ УТРО, УШАНКА!!!!!!!! — Разносится радостный и громкий голос Шляпы. Чего? -… — Страх. -… Доброе утро????? — Ушанка думает, что сходит с ума. -… Но сейчас же ночь? -… — В ответ слышится лишь молчание. Ушанка успевает получше все разглядеть. Над фортепиано сидел, сгорбившись, Шляпа, зачем-то на нем был цилиндр. -… Почему вы играли здесь в полной темноте? — рискует спросить Ушанка. Он пугливо прижимается к стене и на что-то надеется. — Темноте? — непонимающе. — …-… — Шляпа резко выпрямляется и как-то неестественно снимает головной убор, затем кладет его куда-то на пол. — кхахахахахахахахаахахах, а что-то не так? — Его смех звучит крайне наигранно. — Сутра я предпочитаю потренироваться. Я тебя разбудил? Ушанка резко разворчивается и убегает куда подальше, на что слышит лишь неприятное посмеивание. Мерзко.

~

Проснулся второй раз Ушанка уже где-то на полу своей комнаты. Только открывши глаза, он сразу стал прокручивать в голове все, что было, и просто надеялся, что то — просто сон, потому что жить в полупустом поместье с двумя мутными мужиками — страшно, даже ничего противопоставить не сможешь. Убежишь — сдохнешь, а если подберет кто-то другой, то не факт, что более уровновешенный. Хочется уйти. Ушанка решает остаться ненадолго в комнате. Севши на край кровати, он глядит то на пол, то на стены с каким-то интересным узором. Окна в его комнате не было, неизвестно, сколько сейчас времени. Часов, понятное дело, тоже нет. Спать совсем не хотелось. Стук. Раз, два, три. Ушанка слегка пугается, но затем слышит голос Сантехника: — Звиняй, молодой, но пора работать, уже семь утра. — Сантехник, похоже, сам не очень доволен таким режимом и уж тем более тем, что теперь еще и нужно следить за каким-то новеньким-найдешкой. Ушанка выходит из комнаты, попутно «причесывая» руками запутанные волосы. -… Короче, щас я тебе покажу пару комнат, в которых тебе нужно ПРОСТО прибираться на протяжении следующих нескольких дней. Не спрашивай, так надо. — Говорил он так безралично, что развороши Ушанка хоть абсолютно все, ему бы было плевать. — Че молчишь, ублюдыш, кивни хоть для приличия… А то я подумаю, что ты мне смерти про себя желаешь. — Сантехник говорит сквозь зубы, — Понабирают тут всяких… Ушанка мешкается, но через секунд пять рожает: — …ДА, ЕСТЬ, простите, СЭР, больше не повторится, СЭР. — Ушанка резко встает по стойке «смирно». — Вольно, уматыш. Сантехник никаких эмоций не выражает, лишь разворачивается и идет вперед. Спустя пару минут они доходят до первой комнаты: скорее не комната, а подсобка. — Смотри, тут у нас… Ээ, ну, штуки всякие, чтобы убирать типа. — Сантехник открывает деревянную дверь, помещение метр на метр, заполненное ведрами, швабрами, тряпками и прочим.

~

Комнаты были показаны, ведро наполовину заполненно водой, ведь целое Ушанка бы не донес. Это все, конечно, невероятно интересно, однако сейчас Ушанку интересовало другое. Больше всего ему бы сейчас хотелось заглянуть в тот самый ночной зал, удостовериться, что то был всего лишь сон. Оставив данные вещи на втором этаже, Ушанка спешно спускается по главной лестнице вниз, а затем заглядывает под нее. На его разочарование, все те же двери, но на этот раз распахнутые. Ушанка тайком туда пробирается и решается осмотреть фортепиано. Да, это и вправду было оно. Ушанка был крайне горд собой за то, что смог определить инструмент в темноте и по одному лишь звучанию. Когда-нибудь, когда у него появятся друзья, он обязательно им похвастается. На крышке рояля лежат перчатки, белые и явно пользованые. Попытавшись взять их, Ушанка спотыкается о что-то лежащее на полу. Оказывается, что это был цилиндр. Но не с синей лентой, на этот раз она была красной. Ушанка решается оглядеть зал. Здесь темно, еле как пробирается свет сверху через небольшое окно, да и через дверь немного пробивает. Слегка и в дали видны огромные каменные колонны, пол тут очень холодный и совсем гладкий, похоже, что грязный, а Ушанка, как назло, босой. Обойдя фортепиано, Ушанка натыкается на еще один объект. Похоже было на стол, что ли, на нем лежала неприятная по ощупи скатерть и жесткая веревка, хотя, скорее, ее ошметки. Похоже, что больше ничего тут и нет. Ушанка как можно быстрее уходит, скорее, даже бежит обратно, место, мало сказать, крайне гнетущее. Странно. Что ж, тогда теперь уже действительно первая комната. Находилась она в правом крыле второго этажа, совсем с краю. Ушанка слушал Сантехника очень внимательно, вот что он запомнил: «…Ну, короче, главное не смотри там ничего, просто пыль стряхни и заебись…». Дверь на вид обычная, как и десятки других тут. Такая же скрипучая, каждый раз хочется их вырвать с петель, Ушанка бы так и сделал, но сил не хватит. Зайдя в комнату, Ушанка видит множество завешенных полотен. По центру всего этого безобразия стоит мольберт. Комната вся серая, слева огромное незанавешенное окно, освещающее все помещение. Сейчас совсем светло, редко мельтешат крошки снега. Вокруг много пыли, так много, что Ушанке внезапно становится просто до ужасного лень хоть что-то делать. Поэтому все дела отменяются, Ушанка по-тихому пытается закрыть дверь, но, разумеется, ничего не выходит. Все равно скрип слишком громкий. Впрочем, неважно, Ушанка решается посмотреть хоть на пару полотен. Все равно Сантехник не узнает… Первое: кажется, самое большое полотно, с пол-Ушанки размером где-то; Оно первым делом и привлекло любопытного Ушанку; Ткань поверх него казалась самой старой, на цвет она стала серо-желтоватой. На ощупь ужасно жесткая. Сняв ткань, Ушанка увидел идеально чистое полотно. На нем ничего не было, пусто. Как жаль, что он не заметил. Второе: на этот раз самое маленькое, около двадцати на десять сантиметров; самое невзрачное. Ткань поверх него наоборот — шелковистая и очень гладкая, кремово-бежевая. Аккуратно убрав ее, Ушанка видит полностью черный холст. Как-то крайне неприютно становится внезапно, откуда-то что-то смотрит. Ушанке и вправду становится явно не по себе. Хочется уйти. Крайне некомфортно тут находиться еще хоть мгновение. Так и чувствуется, будто кто-то из-за спины на тебя пялится. Бесстыдно так, еще и с насмешкой, надменно. Страшно. Пугающе. Без замедления Ушанка уходит. Волнение. Успокоившись, Ушанка решает продолжить уборку.

~

— Ушка! Ушанка! Ушаночка! — Будит чей-то голос. — А скоро новый год, ты знал? — Опять Шляпа. — А у меня для тебя подарок! Но я тебе пока что не покажу, я еще не готов! Сейчас уже вечер, Ушанка, видимо от усталости, уснул за столом в обеденном зале. Но сейчас его больше волнует Шляпа, который, ни в чем себе не отказывая, сидит на соседнем столе. Быстро глянув на настенные часы, оказалось, что Ушанка не умеет определять время по настенным часам. — Эм, — Ушанка не очень понимает, что происходит и хочет, чтобы ему хоть что-то объяснили. — М-да, ну ты конечно. Ушанка, скоро праздник! Ты представь, на год больше этому мерзкому месту! — Шляпа, похоже, чрезвычайно счастлив. Ушанка только сейчас вспомнил, что весь день не видел Шляпу. — Простите, но где вы пропадали весь день? — Никуда я не пропадал, я все время был рядом, — Шляпа, еще больше раскрепостившись, укладывается на стол полностью. — Ушанка, а что ты мне на новый год подаришь, а? -… -… . — Подари мне себя, сладкий. — — Кстати, Ушанка, как тебе мои картины? Ушанка, не задумываясь, решает уйти. Сбежать. Съебаться поскорее. Спать. Ушанка даже почти и не ел сегодня ничего, кроме пары кусочков хлеба, украденных у Сантехника где-то в обед, но как-то и не хочется особо. Где-то на закромах сознания появились идеи о побеге.

~~~