Слизерин против Гриффиндора

      Предстоявший матч с гриффиндорцами занимал всё время и мысли Гарри, и он особо не пытался придумать счастливое воспоминание, да и особо некогда было: Флинт собирал команду по вечерам, и даже в те дни, когда стадион был занят, он проводил тактические занятия прямо в слизеринской гостиной. Гарри еле находил время, чтобы делать домашние задания по обычным предметам, и даже не пытался вызывать Патронуса.       Погода совсем испортилась. Весь день перед матчем лил проливной дождь. Флинт накануне матча не стал грузить всех очередным занятием, но наказал немедленно ложиться спать и как следует отдохнуть.       «Лили, хватай Гарри и беги! Я задержу его...»       «Пожалуйста, только не Гарри! Лучше убей меня!»       Гарри проснулся в холодном поту.       — Да чтоб тебя, Гарри, — сонно пробормотал Малфой, переворачиваясь на другой бок. — Опять поспать не даёшь...       Гарри приподнялся на кровати. Очевидно, ему опять приснились кошмарные воспоминания, вызываемые дементорами. Да уж, не лучший фон для игры... Но было что-то ещё, что смутило Гарри в этом сне. Что-то важное.       Гарри задумался. Он уже был готов сдаться и лечь спать, но тут его словно током ударило. Он понял, что необычного было в этом сне.       Он видел убийство своих родителей. Весьма размыто, но в целом более чётко, чем при встречах с дементорами.       И он видел не глазами самого себя — младенца. Во-первых, хохот и зелёные вспышки доносились оттуда же, откуда и смотрел Гарри.       А во-вторых, перед тем, как с криком проснуться, он успел увидеть самого себя. Плачущего годовалого ребёнка.       Казалось, сердце отсчитало только пару ударов, когда Гарри понял, что всё это значит.       Он видел смерть своих родителей ГЛАЗАМИ ВОЛАН-ДЕ-МОРТА.       Спать не хотелось. Гарри со стоном поднялся и вышел в гостиную. Конечно, ночью всё-таки полагалось быть в спальне, но, пока он не вышел в школьный коридор, наказание ему не грозило. Гарри уселся в кресло.       — Ты чего не спишь?       Мальчик вздрогнул. Джемма зашла в гостиную — стена-дверь задвинулась за старостой. Очевидно, девушка только что закончила патрулирование.       — Сон приснился плохой, — буркнул Гарри.       — Тебе же играть завтра, — Джемма села рядом. — Это был всего лишь сон.       Гарри чувствовал себя очень паршиво и из-за сна, и из-за того, что он смотрел в нём на мир глазами убийцы своих родителей. В прошлом учебном году Дамблдор ему рассказал, что Волан-де-Морт оставил в нём кусочек самого себя. Как далеко могла развиться эта связь? Гарри хотел было огрызнуться или отрезать, что с ним всё в порядке, но, глядя в голубые глаза Фарли, он неожиданно вздохнул и принялся рассказывать.       Джемма не стала говорить сочувственных слов, и Гарри был за это ей благодарен. Вместо этого она просто сжала его плечо.       — Не забивай себе голову, слышишь? И не придумывай глупостей. Никаким Сам-Знаешь-Кем ты не станешь! Видеть сон глазами другого волшебника — явление не такое уж и редкое. Твоё воображение легко дорисовало то, что ты вспомнил из-за дементоров. Это неудивительно. Ты боишься Сам-Знаешь-Кого, и правильно делаешь. Вот тебе и приснилось это от его лица. Так хотя бы ты его не видел.       Гарри чуть успокоился. В чём Фарли не откажешь, это в умении объяснить что угодно простыми логическими доводами, после чего жизнь становилась проще и понятнее.       — Ну вот, успокоился? А теперь пошли спать. Давай, ты в свою спальню, а я в свою. Пусть тебе приснится что-то хорошее. Вон, русалки, например, — она махнула рукой в сторону окон гостиной: они выходили из подземелья прямо в Чёрное озеро, и из них иногда можно было видеть его обитателей.       На следующий день погода лучше не стала. Гарри внял совету Джеммы и поспал ещё немного, но всё равно чувствовал себя довольно разбитым. Он достал палочку и наложил согревающие чары; это немного помогло. По пути в Большой Зал он увидел в окна разыгравшуюся на улице бурю; впрочем, сомневаться не приходилось, из-за такой мелочи, как плохая погода, игры не отменяются.       — ...опять твой чёртов кошак лез к Коросте!       Ругань гриффиндорцев была слышна даже за слизеринским столом. Гарри посмотрел туда — Рон Уизли и Гермиона Грейнджер были готовы сцепиться.       — Глотик не нарочно! Ему тоже надо гулять!       — Зато Коросте не надо! Сидит у меня в кармане, трясётся. Я изувечу твоего кота, Гермиона, если он ещё раз полезет ко мне в спальню!       — Рон! — пискнула Джинни, у неё был очень взволнованный вид — младшей Уизли предстоял дебют за сборную. — Не смей так говорить!       — Да он ведь ещё и сделает, не подумав! — крикнула Гермиона.       — Не сделает, Рон же не станет калечить кота? Ты вечно пытаешься казаться хуже, чем ты есть...       — Чего уставился, — хмыкнул Флинт, проходя мимо Гарри. — Хотя собачатся они знатно...       — Ты прав, нам лучше не питать надежд на то, что они переругаются и будут в плохой форме, — хихикнул Гарри.       Тем временем Малфой с гадкой улыбкой пошёл к гриффиндорскому столу.       — Драко опять захотел приключений, — хмыкнул Забини.       Гарри понимал, что это довольно мерзко, но если речь шла о том, чтобы немного подразнить противников прямо перед матчем, то в этом был резон. Поэтому он присоединился к Малфою.       — Тебе чего? — рыкнул Рон, едва Драко приблизился к их столу.       — Хотел присоединиться, а то вы тут, я смотрю, дерётесь за право сожрать крысу, вот и я подумал, что могу поучаствовать. Ой, я совсем забыл, я же не Уизли, чтобы так питаться, — захихикал Малфой.       — Заткнись! — рявкнул Рон.       — Да ладно, Уизли, я не кот Грейнджер, от меня так легко не избавиться...       — Между прочим, у нашей соседки миссис Фигг живёт несколько котов, — ухмыльнулся Гарри. — Она мне часто рассказывала, как они ловят крыс по ночам. Однажды мистер Лапка принёс ей прямо посреди ночи на подушку задушенную крысу размером с половину кошки.       Рон свирепо посмотрел на Гарри.       — Крыса была старая и безобразная, а почему я это знаю, это было за день до моего визита, и миссис Фигг мне её показала, — невинно продолжал Гарри.       — Гарри, это жестоко, — вспыхнула Джинни.       — Но такова природа кошек, — развёл руками Гарри. — Может, у волшебников и принято выяснять отношения на дуэли, но у зверей всё немножко по-другому. Они просто друг друга жрут.       — Ты что-то весёлый сегодня, смотри бладжером не получи, — рыкнул Рон.       — Он если и получит, в метле удержится, а вот ты... — хихикнул Малфой, повернувшись к Джинни.       Рон взревел и дёрнулся в сторону Гарри и Драко. Гермиона повисла на нём, кивая в сторону зашедших в зал Макгонагалл и Дамлбдора. Гарри между тем тронул Малфоя за плечо и повёл к слизеринскому столу.       — Зря, можно было ещё поугорать, — сказал ему Драко.       — Достаточно. Мы их позлили, а драка нам тоже ни к чему, — спокойно сказал Гарри. — По мне так было неплохо.       Сразу после завтрака Флинт собрал команду и стал давать последние инструкции.       — Помните, что мы тренировали, — сказал капитан. — «Голову ястреба», как только мяч у нас. Поттер, снитч-то увидишь при таком ливне?       — Постараюсь, — неуверенно сказал Гарри, только сейчас сообразив, что дождь зальёт все очки и ничего не будет видно.       — Надо тебе их сделать водоотталкивающими... Фарли! — крикнул он. — Подойди, помоги, пожалуйста. Очки Поттера. Он в такой ливень ничего не увидит.       Джемма всё поняла без лишних объяснений.       — Импервиус, — сказала девушка. — Держи. Денёк-другой эффект продержится.       Игроки команды начали наперебой благодарить старосту, но она только махнула рукой и ушла с Теренсом в сторону трибун.       — Леди и джентльмены, добро пожаловать на квиддич! — голос Ли Джордана с трудом перекрикивал шум ливня и ветра и рёв трибун, заполненных до отказа, несмотря на погоду. — Гриффиндор против Слизерина! И начнём со слизеринцев как действующих чемпионов: они сохранили прошлогодний состав, и это Блетчли, Дерек, Боул, Флинт, Монтегю, Уоррингтон и Поттер. А вот и Гриффиндор, они снова попытаются бросить вызов змеям! Вуд! Уизли! Уизли! Джонсон! Спиннет! Белл! Иииии - ДЖИННИ УИЗЛИ!       Даже на фоне не самых габаритных игроков Гриффиндора второкурсница Джинни выглядела крошечной. Девочка выглядела очень напуганной и неуверенной, но Гарри сейчас не собирался её жалеть — ему предстояло победить её.       Флинт и Вуд обменялись рукопожатием, стиснув друг другу руки так, словно хотели сломать.       — ВВЕРХ!       Гарри взмыл в воздух. Спасибо Фарли — очки стали водоотталкивающими, и сквозь их стёкла было более или менее сносно видно происходящее на поле, примерно как через лобовое стекло машины, очищаемое «дворниками». Тем не менее выискивать снитч было непростой задачей, особенно теперь, когда Флинт требовал от всей команды, включая загонщиков и ловца, участвовать в атакующих действиях.       — ПОСТРОИЛИСЬ! — прогремел Флинт.       Гарри толком не видел, что происходит, но заученным движением встал в строй команды. Квоффл был у Монтегю, и слизеринские охотники ломанулись вперёд, перебрасываясь мячом. Гарри летел вместе со всеми; часть гриффиндорцев испуганно отскочила, но Анджелина Джонсон не спасовала и полетела наперерез построению слизеринцев. Флинт в последний комент бросил квоффл Уоррингтону и вильнул в сторону; Анджелина тоже повернула, и Гарри слишком поздно увидел, что она летит прямо на него...       ХРЯСЬ!       Гарри каким-то чудом удержался на метле, обхватив её коленями. Анджелина и вовсе повисла на одной руке, нещадно бранясь. Тем временем Уоррингтон бросил квоффл обратно Флинту, и тот мощным броском обвёл Вуда.       — Нечестно! — завопили гриффиндорцы.       — Мадам Трюк, их ловец чуть не убил Анджелину!       — Это Джонсон чуть не убила нашего Поттера! — загремел Флинт.       — Замолчите все! — рявкнула мадам Трюк. — Столкновение было неумышленным с обеих сторон. Я всё видела. Погода сложная, играйте аккуратнее! Гол забит по правилам. Десять-ноль, продолжаем!       Тактика слизеринцев в сочетании с новыми мётлами дала плоды. Гриффиндорским девушкам было тяжело противостоять целой шеренге слизеринцев, и даже братья Уизли были бессильны: бладжеров было всего два, а противников в атакующей цепи — шесть, кроме того, Дерек и Боул тоже прикрывали партнёров. Гарри с ужасом ожидал новых столкновений с гриффиндорцами, но, к его удивлению, в следующий раз Джонсон с криком страха попятилась от него, а Спиннет и Белл и вовсе не пытались ввязываться в столкновения. Гарри почувствовал эйфорию, поняв, что гриффиндорцы не готовы быть самоотверженными до конца и рисковать своим здоровьем ради квоффла.       На волне этой эйфории и на радостях от счёта (Слизерин вёл к тому моменту уже пятьдесят — десять) Гарри проглядел снитч. Более того, он сначала увидел, как Джинни алой молнией метнулась к газону под слизеринскими кольцами, и только потом увидел золотой мячик. Яростно ругаясь, Гарри помчался вперёд. Вода заливала лицо, мантия намокла и давила на него как холодная гиря, но он не обращал на это внимания, яростно выжимая максимум из своего «Нимбуса». Вот он уже почти догнал Джинни... но мячик совсем близко, и девочка уже вытянула вперёд руку.       — Аааа! — Гарри не нашёл ничего лучшего, чем зычно крикнуть. Джинни вздрогнула и потеряла концентрацию. Гарри немедленно поравнялся с ней и оттёр её корпусом, после чего протянул руку к мячику... но в этот момент его ударили по руке.       — Ах ты!.. — в бешенстве крикнул он.       Снитч исчез. Джинни погрозила ему кулачком и помчалась прочь. Мадам Трюк либо не заметила фола, либо сочла его слишком незначительным.       — Соберись, не зевай так больше! — донёсся до Гарри крик Флинта.       Атмосфера на поле стала накаляться. Мокрые, замёрзшлие и злые, игроки становились всё более и более нервными, а агрессивная тактика Флинта и частые столкновения окончательно распалили как гриффиндорцев, так и самих слизеринцев. Столкновения быстро стали умышленными, пару раз то кто-то из близнецов Уизли, то Дерек якобы нечаянно били битами игроков противника вместо бладжеров. Мадам Трюк надрывала свой голос, требуя играть честно, и назначала пенальти в кольца обеих команд, но, кажется, это заводило играющих ещё больше.       — Лови снитч, Поттер! Скоро стемнеет, в этом дерьме играть ещё и в темноте... — проворчал Флинт, забив очередной пенальти, после чего счёт стал сто семьдесят — девяносто.       Гарри только буркнул себе под нос что-то невнятное. Как будто он сам этого не хотел! Снитч появлялся ещё два раза, один раз ему помешал посланный Уизли бладжер, а в другой раз Джинни врезалась в него во время погони, и забитый Флинтом после этого фола пенальти был слабым утешением.       Пролетавшая рядом Джинни издала боевой клич. Гарри совсем позабыл, что вообще-то ему нравились и Уизли в целом, и конкретно Джинни; сейчас он больше всего хотел растерзать эту мерзкую малявку, всеми правдами и неправдами мешавшую ему поймать снитч и закончить игру.       На стремительно темнеющем небе полыхнула молния. В её свете Гарри увидел золотую вспышку и тут же ринулся наверх. Джинни ничего не заметила и только спустя пару секунд села на хвост Гарри, сообразив, что происходит.       — Не догонишь! — свирепо рявкнул Гарри, стремительно сокращая расстояние до золотого мячика.       — А вот и догоню! — пискнула Уизли.       Гарри не сразу понял, что конца фразу Джинни он не услышал. Он продолжал нестись вверх, но как будто кто-то выключил звук. По коже поползло такое знакомое ощущение леденящего холода, ничего общего не имевшее с мокрой мантией.       «Пожалуйста, только не Гарри… Убей лучше меня, меня…»       Гарри кинул короткий взгляд вниз. Так и есть — на поле столпилось несколько десятков дементоров, задрав свои головы. Он почувствовал, что цепенеет. Пару раз моргнул, посмотрел сквозь очки. Вспомнил, что благодаря Фарли эти очки стали водоотталкивающими, вспомнил, как его подруга всегда ему помогала, как вообще они познакомились на вокзале. Сосредоточился, достал палочки и крикнул:       — Экспекто патронум!       Белый туман вырвался из палочки. Дышать стало чуть полегче. Гарри поднял голову — снитч порхал в пару футов над ним, но Джинни, воспользовавшись его заминкой, почти поравнялась с ним. Гарри сделал рывок, но юркая Джинни не отставала.       — Авада кедавра!       Стук падающего тела, ослепительная вспышка, дикий хохот... и боль, кошмарная боль в шраме.       Хилый Патронус Гарри не справился. Слизеринский ловец почувствовал, что падает, и, увидев рядом Джинни Уизли, инстинктивно схватился за неё. Девочка завизжала и тоже свалилась с метлы. Гарри летел вниз, пока боль не затопила всё его сознание...              — Очнулся.       — Мда, впервые в жизни такое вижу.       Гарри разлепил глаза. Всё тело жутко гудело и ныло — кажется, там был не один перелом. Он попробовал пошевелиться и взвыл от боли.       — Гарри! — Фарли и Трейси склонились над ним, плача.       — Что...       — Ты упал с метлы, — сказал Флинт.       — Лежи тихо, — добавил Монтегю.       — А матч? — простонал Гарри.       — Только о матче и думает, ну урод!       Гарри скосил глаза. Близнецы Уизли стояли рядом, на их лицах не было и тени обычного веселья. Тут же была и вся остальная гриффиндорская команда. На соседней койке лежала Джинни Уизли.       — Джинни... что... — пробормотал Гарри.       — Пустите меня! — раздался рёв Рона. — Пустите, я убью этого гада!       — Замолчи! — рявкнул, к удивлению Гарри, капитан гриффиндорцев Оливер Вуд.       — Вы сдурели? Все вон из больничного крыла! Добить обоих решили? — мадам Помфри ворвалась вихрем в толпу слизеринцев и гриффиндорцев.       — Мадам Помфри, пожалуйста. Я просто хотел спросить Поттера. Обещаю, я не буду на него кричать или давить, — спокойно сказал Вуд.       — Точно без глупостей? — буркнул Флинт.       — Флинт, ты меня семь лет знаешь.       — Поэтому и спрашиваю, — Флинт криво усмехнулся.       — Я вообще-то сам согласился на фиксацию результата, забыл? Я не думаю, что был злой умысел. Поттер, расскажи, пожалуйста, если ты можешь... почему ты стащил Джинни с метлы?       Гарри поморгал глазами — это было единственным движением, не вызывавшим боль.       — Я плохо помню... кажется, я потерял сознание. Из-за дементоров.       — Тебе так плохо из-за них? — коротко спросил Флинт.       — Не сейчас, — вмешалась Фарли.       — Я машинально схватился в последний момент за что было... это была Джинни, видимо... я этого уже толком и не помню, — произнёс Гарри. — Джинни, ты как? — он повысил голос.       — Почти цела, — раздался голос девочки с соседней койки.       — Ты упала со мной? Прости, я виноват, — смущённо сказал Гарри: эйфория и спортивная злость прошли, и его грызла совесть от осознания того, что бедняжка могла пострадать из-за него.       — Ничего, я зато на тебя шмякнулась, — хихикнула Джинни. — Да ладно, я на тебе тоже фолила, и не один раз.       Вуд оценивающе посмотрел на Гарри.       — Ладно, Поттер, у меня к тебе нет претензий. Дементоры на поле... безобразие.       — Я напишу отцу, — сказала Джемма. — Этих тварей сюда пригнали якобы для безопасности Гарри, а в итоге они его чуть не убили.       — И я напишу маме, — кивнула Дафна. — Гарри, Дамблдор был просто в бешенстве. Он замедлил ваше падение. К счастью, вы упали в огромную лужу, относительно мягко... Один вред от этих дементоров, и всё равно они не помешали Блэку попасть в замок.       — Уизли, простите меня, пожалуйста, — сказал Гарри, глядя в первую очередь на близнецов. — Вы же знаете, я знаю Джинни, я бы никогда ей не причинил вред. Я уже не соображал, что происходит...       — Ладно, живи, — хмыкнул один из братьев.       — До следующего раза, — кивнул второй. — Рон, пошли. Джинни мы уже проведали, Поттер извинился. И так проиграли...       — Как проиграли? — удивилась Джинни.       — По правилам игра длится до поимки снитча. Ловить может только ловец, а у нас оба ловца были травмированы. По согласованию между капитанами и судьёй игра была завершена с текущим счётом, правда, перед этим Анджелине за этот эпизод дали пробить пенальти. Так что формально они всё-таки выиграли, но с небольшим количеством очков.       — Если честно, Гарри должен был поймать снитч, — вздохнула Джинни. — Если бы не дементоры, он бы...       — Так, хватит! — воскликнула мадам Помфри. — Слава Мерлину, вы тут не передрались. А теперь оставьте больных! Мистер Поттер, мисс Уизли, вам предстоит провести здесь все выходные. Советую лечь поудобнее и спать. Я уже срастила вам все переломы, но вы очень сильно ослаблены.              Мадам Помфри сдержала своё слово и не разрешила Гарри и Джинни покинуть больничное крыло до воскресного вечера.       Гарри и Джинни принесли их мётлы. «Нимбус» Гарри был довольно сильно потрёпан, но на удивление остался всё-таки цел, хотя Уоррингтон, поцокав языком, сказал, что такой быстрой и маневренной, как раньше, метла уже никогда не будет. Джинни повезло меньше — её «Чистомёт» был разломан на несколько частей и восстановлению, судя по всему, не подлежал.       — Мне так жаль, — сказал Гарри, увидев, как Джинни мрачно сидит над метлой.       Общество младшей Уизли оказалось довольно приятным. Девочка на него не злилась, и они довольно неплохо провели время, болтая в основном о квиддиче.       — Ты тоже за «Гарпий» болеешь? — улыбнулся Гарри. — Прямо как Трейси... Я видел Гвеног Джонс. Она хороша, конечно.       — Вот бы вырасти и стать игроком в квиддич, — мечтательно сказала Джинни. — Эх... Теперь придётся покупать новую метлу. Надеюсь, папа с мамой смогут себе это позволить... в конце концов, они были очень рады, когда я им написала, что меня взяли в команду.       — У вас тоже отбор был?       — Да толком не было, — махнула рукой Джинни. — Риона, по-моему, только счастлива была, что смогла уйти из команды.       — Я играл против неё, она ни о чём, — кивнул Гарри. — С тобой совсем по-другому. Хорошо поиграли.       — Мне тоже понравилось, — улыбнулась Джинни.       — Разница у нас в очках небольшая, значит, всё решат игры с Когтевраном и Пуффендуем, — задумчиво сказал Гарри. — И в итоге и мы, и вы набрали очков немного... Кажется, в этом году будет интересная борьба за кубок.       — И мы в ней выиграем, — глаза Джинни вспыхнули азартным огнём, она показала ему язык, но в следующий момент как будто сама испугалась своей смелости, покраснела и отвела взгляд.       — Эй, я не кусаюсь, — хихикнул Гарри.       — Я поняла. Да вообще вы в порядке, — сказала Джинни. — Рон вас на дух не переносит, а вот Фред с Джорджем говорят, что слизеринцы бывают разные и всё от человека зависит. Мне так ваша староста Фарли нравится, — Джинни мечтательно вздохнула. — Она такая уверенная в себе, такая крутая и сильная...       — Да, Джемма — умница, — кивнул Гарри, ловя себя на мысли, что когда разговор свернул в это русло, он смутился примерно так же, как Джинни парой фраз ранее. — Но ты тоже подрастёшь и станешь сильной ведьмой. Я уверен. Ваша семья славится хорошими волшебниками.       — Слушай, а что такое ты делал перед тем, как упал? — спросила Джинни. — Это какая-то магия против дементоров?       Гарри помрачнел. Да, было наивно надеяться, что его Патронус, который он еле вызывал всего лишь один раз в жизни, сможет справиться с сотней дементоров. Но ведь дементоры были довольно далеко, к тому же он улетал от них...       — Заклинание Патронуса... у меня, как ты уже поняла, некоторые трудности с дементорами. Но я им плохо владею. Это не школьная магия, мне пришлось его учить, иначе бы мне совсем круто пришлось.       Он ощутил укол стыда. Возможно, если бы он нашёл время на задание Люпина и придумал лучшее воспоминание, заклинание бы удалось лучше.       — Тебя Люпин учит ему? — догадалась Джинни. — Он такой добрый, правда?       — Да, он замечательный. Лучший из всех преподавателей Защиты от Тёмных искусств, у которых я учился.       — Не то что Локонс, — хихикнула Джинни. — Говорят, он в тюрьме во Франции.       — Поделом, — буркнул Гарри, поморщившись от неприятного воспоминания. Профессор Локонс, который вёл у них этот предмет в прошлом году, оказался самовлюблённым шарлатаном, на своих уроках разыгрывавшим сценки из своих книг и требовавшим ответа на вопросы наподобие любимого цвета Златопуста Локонса. А после окончания учебного года и вовсе выяснилось, что он приписывал себе заслуги других волшебников, стирая их память, на чём в конце концов и попался.       Только после ужина мадам Помфри, ещё раз тщательно осмотрев Гарри и Джинни, разрешила им идти ночевать в спальни своих факультетов.       — Ну что, мне в подземелья, — улыбнулся Гарри, прощаясь с девочкой. — Бывай.       Джинни кивнула и залилась краской. Гарри, видя её смущение, протянул руку, и Джинни осторожно пожала её своей ладошкой.       Когда Гарри вошёл в гостиную, сидевшие там слизеринцы сразу же встретили его радостными криками.       — Наконец-то!       — Здоров?       — Пострадал за команду!       Дафна, Блейз и Трейси кинулись его обнимать; к удовлетворению Гарри, мадам Помфри постаралась с лечением на славу, и болезненных ощущений их объятия не вызвали. Джемма тоже обняла Гарри и привычно потрепала по голове. Пьюси, Уоррингтон и Монтегю подошли и вручили ему коробку сладостей. Драко Малфой улыбнулся и крепко пожал ему руку. Хиггс тоже подошёл и хотел было о чём-то его спросить, но в этот момент перед Гарри вырос Маркус Флинт.       — Поттер, Малфой, на пару слов, — сказал капитан.       Гарри и Драко заинтересованно последовали за Флинтом, который отвёл их в укромный угол и усадил на диван.       — Поттер, прежде всего ты молодец, — сказал Маркус. — Ты играл самоотверженно. Я горжусь тобой.       — Спасибо, — сказал Гарри.       — Я уже слышал, что у тебя имеются проблемы с дементорами, — продолжил Флинт. — Я тоже от них не в восторге, но весь этот учебный год эти уроды будут торчать рядом с замком. Как ты понимаешь, мы ничего с этим не можем поделать. Ты всегда теряешь сознание при их появлении?       Гарри догадался, к чему ведёт Флинт. Что ж, этого стоило ожидать. Хотелось разозлиться, но вместо этого Гарри только грустно кивнул.       — Ты от них пытался защититься заклинанием, да? — продолжил Маркус.       Гарри снова кивнул.       — Это Патронус, — сказал Малфой. — Очень сильная магия. Я не умею его вызывать вообще. И мои родители тоже.       — Мой отец умеет, но из меня паршивый ученик, — пожал плечами Флинт. — Я так понимаю, Поттер, ты учишься этому заклинанию именно из-за проблемы с потерей сознания при дементорах?       — Да, мне помогли, — Гарри не хотелось вдаваться в подробности.       — В общем, Поттер, — сказал Флинт. — Ты мне можешь гарантировать, что к следующей игре — а она у нас в начале весны, с Когтевраном, у тебя будет впереди пара месяцев — ты сможешь овладеть этой магией в такой степени, что прогонишь дементоров, если они заявятся на поле? Или по крайней мере сделаешь Патронуса такой силы, что останешься в сознании до конца игры?       Маркус испытующе посмотрел в глаза Гарри. Тот постарался не отвести взгляд. Был огромный соблазн ответить утвердительно. Но имел ли Гарри на это право? Слизерин не проиграл только чудом, благодаря тому, что Гарри стащил с метлы Джинни. Вряд ли ему так повезёт ещё раз, да и не был он рад такому везению. А в том, что он в совершенстве овладеет этим заклинанием, он был совсем не уверен.       — Я не уверен, Флинт, — честно сказал Гарри. — Я постараюсь.       Флинт кивнул. В его глазах не было осуждения.       — А ты, Малфой? Что ты скажешь? Как бы ты поступил на моём месте?       — Отец говорил мне, что Патронуса в школьные годы очень мало кто умеет вызывать. Если Гарри уже сейчас овладел этой магией хотя бы на начальном уровне, это впечатляюще... Я бы дал шанс.       Гарри удивлённо и благодарно посмотрел на Малфоя.       — Хорошо, Малфой, — сказал Флинт. — Я рад, что ты так ответил. Я видел, что вы в последнее время подружились с Поттером, и я бы не хотел, чтобы место в команде стало причиной вашего конфликта.       Оба третьекурсника сидели и ждали решения капитана.       — Итак, — хмуро сказал Флинт. — Поттер... Извини, но я не могу так рисковать. Малфой тоже неплохо летает. Это мой последний год в школе. Я хочу закончить его с кубком. Я понимаю, что это несправедливо, но жизнь вообще несправедлива. У нас есть запасной ловец. Твоя очередь, Малфой. Ты хотел играть. С Когтевраном ты выйдешь на поле. Приступай к тренировкам с командой. Я рассчитываю, что ты проявишь не меньше усердия, чем Поттер. Что же до тебя, Поттер, не раскисай. Ты пока остаёшься в запасе. Тренируйся. Что делать — ты знаешь. Не теряй форму. И учись прогонять дементоров. После игры с Когтевраном я приму дальнейшее решение. Ладно... это всё. Оба свободны. Отдыхайте.       Флинт ушёл, а Гарри остался сидеть на диване. Казалось, мир ушёл из-под его ног. Обида душила горло; он уже было позабыл это столь знакомое ему по жизни у Дурслей чувство несправедливости, всё было в последнее время слишком хорошо... Но в словах капитана был резон.       — Эй, — Малфой смотрел на Гарри. Тот взглянул на него и не увидел столь привычного для Драко торжества. Скорее это была чистая, искренняя радость человека, получившего то, чего он давно хотел.       Гарри вспомнил Теренса Хиггса, умевшего проигрывать и искренне его поздравлявшего после победы в отборе. Он протянул руку Драко.       — Удачи тебе.       Малфой потряс ему руку.       — Я не просил Флинта об этом. Я уж думал всё. Ты реально хорош как ловец. Я планировал после ухода Флинта попробоваться на охотника...       — Флинт прав, раз со мной проблемы, лучше будет, если пока будешь играть ты, — вздохнул Гарри. — Буду учиться вызывать Патронуса...       Малфой посмотрел на него с искренним уважением. Гарри вспомнил, что Хиггс хотел с ним поговорить о чём-то, и направился к диванчику, на котором Теренс и Джемма сидели в обнимку, мило воркуя.       — Ну что там у вас? — спросил Хиггс.       — Теренс... — предостерегающе сказала Фарли, бросив взгляд на Гарри и, очевидно, увидев его грустное лицо.       — Флинт перевёл меня в запас, — выдохнул Гарри.       Джемма нахмурилась.       — Из-за дементоров?       — Да, наверное, он прав... не стоит повторять этот опыт.       — Как раз по поводу дементоров, — сказал Теренс. — Ты учишь заклинание Патронуса, как я понял?       — Да... я только начал.       — Тебе нужно хорошее воспоминание, — назидательно сказал Хиггс. — Это очень важно. Я полгода не мог найти подходящее...       — И на чём же ты остановился? — хихикнула Джемма.       Хиггс покраснел, как рак.       — Давай, выкладывай, — Гарри повеселел, увидев его смущение. — Все поделимся сейчас.       — Я вот сама не определилась до конца... я обычно вспоминаю письмо, в котором я получила значок старосты, — смущённо сказала Фарли. — Но подозреваю, что это не совсем то... возможно, поэтому у меня толком не выходит.       — Ладно, — пробормотал Хиггс. — То, когда ты мне сказала...       Теперь настал черёд Фарли краснеть. Она прижалась к Хиггсу.       — Теренс... это... так мило...       Гарри улыбнулся: он понял, что для Теренса самым счастливым воспоминанием было начало их с Джеммой отношений.       — А ты, Гарри?       — Я... ну, наше знакомство на Кингс-Кросс, — сказал он, повернувшись к Джемме. — Нет, правда! Я не знаю, что бы со мной было, если бы не ты. Ты мне и с барьером помогла, и на факультет позвала, и в гости всегда приглашаешь, и всё про волшебный мир объяснила...       — Гарри... — улыбнулась Фарли. — Мне очень приятно это слышать... но...       — ...должно быть что-то ещё более счастливое, — закончил Теренс. — Должно быть.       — Гарри, ты говорил, что твоя жизнь у маглов была довольно унылой, — сказала Фарли. — Да и я сама видела их...       — А в Хогвартсе первым воспоминанием была ты, — сказал Гарри.       — Да ладно, а когда ты узнал, что тебе не надо больше с ними жить и ты будешь здесь учиться? — выпалил Хиггс. — Даже я был рад этому письму, хотя я-то прекрасно знал, что получу его.       Гарри изо всех сил стукнул себя по лбу. Как он мог забыть! Письмо из Хогвартса, визит Хагрида, Косой переулок... На него нахлынули воспоминания, и он понял, что именно это и было настоящим, чистым счастьем.       — Спасибо, Теренс, — с чувством сказал он.