Глава 3

30 мая 2077 года; Найт-сити

В комнате на восьмом этаже мегабашни H10, где окно открывало вид на неоновые огни и мерцающие рекламы, Ви все еще лежала в постели, стараясь игнорировать настойчивый стук в дверь. Внешний мир казался ей сейчас слишком громким и навязчивым, и она предпочла бы остаться в своем укрытии еще немного. Внезапно в её голове раздался знакомый голос. — Блять, Ви, вставай уже и скажи проваливать этому уебку — грубо и с нескрываемым раздражением сказал Джонни. Его голос был, как всегда, насыщен сарказмом и неподдельной прямотой. — Джонни, иди нахуй, — Ви вздохнула, зная, что игнорировать его нельзя. Она медленно поднялась, нащупала халат на спинке стула и набросила его на себя. Пройдя к двери, она нажала кнопку открытия и уставилась на фигуру, стоявшую в проеме. Её глаза были полузакрыты от усталости, но взгляд оставался бдительным. — Привет? — сказала она, её голос звучал хрипло и устало. За дверью стоял их общий друг Керри, взволнованный и злой. — Черт возьми, Ви, где ты пропадала целые недели?! — воскликнул он с характерным для него эмоциональным зарядом. — Мне пришлось самому тащиться в эту твою нору, чтобы узнать, жива ты или нет! На фоне, почти незаметно для Керри, Джонни прокомментировал ситуацию с присущей ему язвительностью: — О, великий спаситель прибыл. Что ж, покажи своё восхищение, Ви. Ви, едва сдерживая раздражение от опохмелья, наблюдала, как Керри входит в комнату и садится на диван. Её взгляд скользил между реальным Керри и ироничным Джонни, создавая странное ощущение двух параллельных реальностей, сосуществующих в одном пространстве. — Да, жива, как видишь, — отрывисто ответила она. Керри внимательно окинул взглядом комнату, и его выражение лица стало ещё более недовольным. В комнате царил хаос: валялись пустые бутылки, обёртки от еды, а в углу стояла неопрятная куча грязной одежды. На столе копилась пыль, а компьютер, покрытый слоем грязи, молча свидетельствовал о долгом бездействии. Всё в этой комнате кричало о том, что здесь живёт человек, пытающийся оторваться от реальности, хоть на время забыть о своих бедах и проблемах. — Ви, ну это просто пиздец, что с тобой происходит? — спросил Керри, его голос прозвучал мягче, но в нём чувствовалась обеспокоенность – Это все дерьмо из Песева города — ваших рук дела? Джонни, стоявший неподалёку, ответил с типичной для себя иронией: — Почему каждый раз, когда что-то происходит, он думает, что это мы во всём виноваты? В уме Ви промелькнул ответ Джонни: —Ну, так и есть. Она обернулась к Керри: — Я не хотела тебя беспокоить, но у нас были действительно важные дела. А потом... мне просто нужно было отдохнуть. — Ага, вижу ваш 'отдых', — отозвался Керри, взглянув вокруг на беспорядок в комнате. Он вздохнул и добавил: — Ты знаешь, что я всегда рядом, если что. Джонни, который всё это время наблюдал за ними, не удержался от комментария: — Ну да, 'всегда рядом' — это его стиль. Керри не слышал слов Джонни, но Ви уловила сарказм и лишь молча кивнула. Вскоре Керри поднялся, готовясь уходить. — Ладно, я пойду. Вы живы — это главное, разберитесь уже со всем. Просто помни, что я здесь для тебя, Ви. Береги себя, —произнёс он, прежде чем вышел из квартиры, оставив Ви наедине с её мыслями и внутренним голосом Джонни. После ухода Керри, Ви опустилась на диван, уставившись в пустоту. Рядом с ней, хоть и невидимый для окружающих, продолжал присутствовать Джонни. Они оба на протяжении последней недели пытались утопить воспоминания о недавних событиях — о том, как им удалось спасти Сойку — в бесконечном потоке алкоголя. Это было временем, когда ни Ви, ни Джонни не хотели думать о будущем, о задачах, которые предстояло выполнить. Они просто хотели украсть у реальности немного времени для себя. — Мы что, совсем сдались? — спросил Джонни, его голос звучал одновременно устало и вызывающе. — Не знаю, — медленно ответила Ви, её глаза были прикрыты, а рука машинально нащупывала очередную бутылку на столе. — Просто нужен перерыв. Время, чтобы перевести дух. Комната была наполнена тяжёлым воздухом усталости и разочарования, и в этом пространстве Ви с Джонни нашли временное убежище от мира, который никогда не переставал требовать от них большего. Ви медленно встала с дивана, начав бесцельно бродить по комнате. Она чувствовала себя словно плывущей по течению, не зная, куда это течение её приведёт. Джонни, все ещё видимый только для неё, следил за её каждым движением . — Я устала, Джонни,— начала она, её голос звучал устало и безнадёжно. — Устала от борьбы, от неизвестности. Она меня пугает. Иногда мне кажется, что я хочу просто остаться здесь, в этой комнате, с тобой... навсегда. Джонни смотрел на неё, его лицо выражало смешанные чувства. — Ты знаешь, что так нельзя, — сказал он мягко. — Мы оба знаем, что мир там, за этой дверью, не даст нам покоя. Ви остановилась у окна, вглядываясь в мерцающие огни города. Она почувствовала, как её сердце бьётся чуть быстрее. — Я знаю, — прошептала она. — Но иногда мне хочется забыть обо всём. Хочется, чтобы ты был просто рядом, а не чипом выжигающим меня изнутри…и Её голос затих, и она не закончила фразу, но в её взгляде читалась неуверенность и глубокое чувство, которое она пока не осмеливалась выразить словами. Джонни подошёл к ней ближе, его виртуальная фигура казалась на удивление реальной в полумраке комнаты. — Ви, ты не одна. Я всегда здесь, с тобой. В моменте близости, когда Джонни подошел к Ви, он также ощущал глубину её чувств. В их общем мире, где границы между реальным и виртуальным были размыты, они действительно стали одним целым. Джонни, хотя и был лишь призраком в её нейрочипе, чувствовал каждую эмоцию Ви так же сильно, как если бы он был реальным и даже больше. — Я чувствую это, Ви, — проговорил он, его голос звучал мягко и понимающе. — Это чувство... оно касается и меня. Мы не можем скрыть ничего друг от друга. Мы знаем всё, чувствуем одновременно. Даже в виртуальном облике, Джонни испытывал нечто, что можно было бы назвать эмоциональным откликом. В этом сплетении кодов и сознания, они оба находились в мире, где их взаимное понимание и сопереживание были столь же реальны, как и любые чувства в физическом мире. Ви смотрела на него, и в её глазах отражалось тепло и глубина того, что она чувствовала. В этот момент они оба понимали, что, несмотря на все преграды и различия между их мирами, они были ближе, чем когда-либо. — Это всё безумие, мы сошли с ума... или только я? — произнесла Ви, её голос звучал растерянно. Она чувствовала, как странно и парадоксально звучат её слова в этом полумраке. Джонни, уловив колебания Ви, мягко отозвался: — Если ты сошла с ума, то и я тоже. Его глаза смотрели на неё с пониманием, отражая глубокую связь, которая существовала между ними. — Мы связаны, и эта связь приносит нам не только близость, но и острое осознание пропасти, разделяющей наши миры. Затем, словно преодолевая границы реальности, он, казалось, повернул Ви к себе и взял её за талию. В его глазах читалось нечто, что напоминало человеческую теплоту. — Хоть я и призрак, и моё сознание полностью зависит от тебя, мои чувства так же реальны. Сейчас я чувствую себя живее, чем когда был во плоти. Ты меняешь меня, Ви, и это меня пугает. Но ради этого чувства я готов на всё. Пожалуйста, не сдавайся. — Ви, стоя перед Джонни, ощутила странный сгусток эмоций. Она видела перед собой лишь виртуальное отражение человека, но его слова казались ей более реальными, чем что-либо другое. — Я не знаю, что делать, Джонни, — прошептала она. —Ты стал частью меня, и я не знаю, как с этим жить. Ви медленно отошла от Джонни и вернулась к кровати, пытаясь укрыться от образа, который, как она хорошо знала, скрыться не позволит. Она улеглась на подушки, обернувшись плотнее одеялом, словно это могло бы создать барьер между ней и Джонни. Но Джонни, не теряя своей формы, словно лёг рядом с ней. Его присутствие было настолько реальным, что Ви чувствовала его близость, даже не видя его на самом деле. - Чем бы всё это ни закончилось, мы закроем этот занавес вместе, - прошептала она. Повернувшись к Джонни, она закрыла глаза. В её воображении она видела его лицо, так близко, что могла почти почувствовать его дыхание. В этот момент, на границе между реальностью она, казалось, почувствовала его поцелуй — легкое прикосновение, которое было столь же иллюзорным, сколь и глубоко значимым для неё.