Любовь и воспоминания.

Вова Суворов (Старший Адидас) После недавней вашей вместе с ним ссорой, вы пришли к обоюдному желанию. Выветрить хорошенько голову, да так, чтобы все ваши разногласия мигом ушли, вы молчаливо собираетесь и также молчаливо открываете гараж, где стоит мотоцикл Вовы. Ну, как Вовы? Копили на него вы вместе, так что мотоцикл ваш. — Садись, королева. - Говорит он, а ты слегка улыбаешься, несмотря на все ваши ссоры, он не перестанет звать тебя ласково. Заводя мотор, тот тронулся с места, приказывая тебе держаться крепче за его талию, а ты лишь прижалась к нему и вдыхала его стойкий аромат мужественности. Как же он был шикарен, даже если зол, даже если отчитывал тебя, ты просто не могла на него наглядеться. С первого курса ты на него заглядывала, а он с каждым днём всё чаще приходил к тебе, да и ваши отношения заходили куда дальше.. Некой изюминкой являлось в ваших отношениях то, что если вы в ссоре, никто не должен кричать и повышать тон на другого. Это вы обговорили ещё в самом начале ваших отношениях, никому не нравится, когда на него орут, верно? Мимо пролетающие картины, завораживающий и тёплый утренний ветер, который раскидывает твои волосы на плечи и обратно. Адидас гонял быстрее обычного, от чего ты даже слегка разнервничалась, давя ему пальцем в пресс, намекая, чтобы тот ехал аккуратнее. Мужчина едва слышно усмехнулся и снизил скорость, а потом заехал в незнакомое тебе место, маленький и уютный дом, который когда-то принадлежал его дедушке. Умер тот от инфаркта. Маратка долго грустил, помнит Адидас ночи бессоные, как тот его по спине утешал и есть заставлял, да скоро в Афган уехал. Открывая дверь мадаме своего сердца, тот входит внутрь. Ничего не поменялось, хотя, изменилось одно.. Раньше тут жизнь кипела, в печке почти всегда огонь горел, та брёвна трескали, а на кухне такой приятный аромат чая. Сейчас? Сейчас ничего. Лето на дворе, жизни всё равно здесь не будет. Вова на стул сел, прокручивая воспоминания в голове словно шестерёнки. А ты на кухню зашла, знаешь ты эту кухню не из своих воспоминаний, а с рассказов мужа твоего. — Дом твоего дедушки? - Спросила ты, подходя к расслабленному Вове. — Да. Жил тут.. Видишь тот деревянный ящик? Там мои детские фотографии и игрушки, если интересно, посмотри. - Говорит он с полуоткрытыми глазами, спать видно хочет, да не может. Как же он тебе компанию будет составлять? Девушка села на холодный пол, совсем не волнуясь испачкать колени, открывая пыльный сундук, единственное освещение которое тут было - маленькое окошко, сквозь которого пробиваются самые настырные лучики, да их хватало, чтобы комнату стало чуть виднее. Она взяла в руки рамочку, где был новорождённый ребёнок, в чёрно-белой фотографии. — Ты? - Спрашивает та, беря в руки следующее фото, но не отпуская первое. — Да, родился. Ну прям уже с первых часов вылитый твой муж, правда ж? - Она выдаёт смешок, закатывая глаза. Следующая фотография с чуть более взрослым мальцом, тут он веник оседлал, а на голове ведро, даже сквозь это железное ведро, возлюбленная видит горящие детской искрой глаза мужчины. Сзади ручкой написано "23.03." лишь день и месяц, года нет. Она поворачивается к нему вновь, окидывая взглядом и уже хотя спросить, но видит, как тот на стуле уже тихо посапывает, та будит его и они переносятся на диван, ложась вместе, их тела будут согревать лишь друг-друга. Пять утра на давно забытых всеми часах.