Часть 17. «Любовь»

Narration on behalf of Pomni:

Мое обитание в цифровом цирке с невероятным прогрессом меня убивало. Медленно и безжалостно, сжигая меня в огне боли и разочарования. Одиночество съедало меня на завтрак, а ночью моему телу удавалось перерождаться. Во мне угасла надежда на спасение, которое ранее вот-вот было у моего носа. Больше и слушка не было о счастливой Помни, да и некому было слухи трепетать, ведь мне удосужилось стать единственным игроком. Предвкушала, я бесконечно предвкушала свою смерть, а если иначе, рассеивания от собственного отчаяния. После тщетного для меня побега надзиратель и словечка про сей инцидент не вымолвил, таким образом мои многие вопросы заморозились, так и не найдя ответа. Каждый божий день Кейн с Пузырьком устраивали различного рода мероприятия, приключения. Меня это вовсе не волновало, не пугало, не вызывало никаких эмоций и паники, скорее все это томило. Даже в тот раз, когда конферансье сотворил игру на меткость. Связал меня, и он, совместно с подручником, пускали попытки попадания топорами в мою бесчувственную тушу. Физически ничего не было ощутимо, как и следовало ожидать. Порой мне удавалось прогуляться по этому завуалированному измерению. Шелест листьев деревьев, жужжание насекомых, журчание воды в озере: все в меня лишь еще больше внедряло безысходность. На таких похождениях мне часто вспомнился Джекс, ранее сотворивший краски в моем бытии. Была ли на него обижена после нашей последней встречи? Нет. Мне в глубине души было за него радостно, ведь парниша, вероятнее всего, смог вновь обрести свою свободу. Частенько в голове мелькали ситуации, в которых тот докучал мне, или же теплые моменты и на силу приятные. Лишь эти картинки держали меня в неизменявшейся стойке и не давали иронично рассеяться.

***

Прошло около нескольких суток, а может и целый десяток, увы, потеряла счет. Тем вечером я мирно лежала на постели, сжавшись в кулечек, перебирая воспоминание за воспоминанием. Дневник и вовсе стал забытой вещицей. Мне не хотелось его видеть, не то что бы вести его или перечитывать, дабы еще больше не скрести по ране острым лезвием ножа. По моим щекам катились слезы, наполненные горестью. Как же мне хотелось вернуться в ту, почти беззаботную пору, когда возлюбленный мог в любую секунду меня обнять… А еще лучше, поцеловать. Мои моральные мучения прервали они же, только в этот раз физические. В ушах что-то громко звенело, голова будто сжималась под прессом, а тело тряслось. Изначально мне показалось, что рассеиваюсь — это было ошибочно. Передо мной миновала минутная пустота, и та была свергнута моей биографией в виде огромного фильма. Имя мое было такое же, возраст составлял двадцать пять лет, работала в сфере программирования, и как раз-таки я содействовала существованию этой игры… Ко мне возвращалось все. Все. Все… Абсолютно все. Казалось, словно проснулась рано утром, отоспавшись до происшествия минут двадцать. Всегда ненавидела это изнурительное голодание сна. К моим губам были прислонены чьи-то губы, будто такие родные и близкие. Распахнув глаза, узрела молодого человека с бледной кожей, с черными, слегка волнистыми волосами, доросшими до мочек ушей, и тот был с ярко-голубыми очами. Его черты лица были очень красивые, ровные и заостренные, как вот-вот выточенный нож. Мне пришлось оттолкнуть от себя незнакомца, и я громко возразила: —Кто ты? И какого хуя ты себе позволяешь? — от непривычности коснулась своего подбородка. Наконец можно было использовать нецензурную брань без ее замыкания. Кинув взор на парня, узнала улыбку и глаза… Мое ошеломление перебил его голос. —Непривычно в старом теле, так ведь, малая? Ах да, «твою тупость» на запястьях стоит обработать… — фраза из его уст была произнесена с ехидной тональностью, при этом на физиономии сияла нежность. Из очей полились хрустальные капельки счастья. Я просто не верила в это… Привстав, обняла его, крепко вцепившись пальчиками в водолазку, на что он ответил взаимностью, слегка помяв мою рубашку. В сей позе мы находились долго, наслаждаясь запахами друг друга. Он с осторожностью перебирал пряди моих волос. Немного отстранившись, тот рассмотрел меня, после чего потянулся за очередным поцелуем. Я же, вспомнив нашу сделку, размахнулась и дала пощечину. —Мы договаривались, Джекс. – с насмешкой возгласила, вытерев слезы. Юноша фыркнул и сложил руки на груди, а я, раскрепостившись, приподнялась на носочки и чмокнула его в губы. Мы засмущались и возлюбленный предложил поскорее слинять отсюда. Он сообщил, что ребята уже ушли, и целыми, и невредимыми. Мне стало спокойнее… Подойдя к выходу, потянулась к карману своих брюк, чтобы достать карту, но он меня опередил, перед этим заметив моё телодвижение. Пока мы спускались по лестнице, тот подал интересующийся возглас: —Откуда у тебя эта штука? – парень имел ввиду пропуск. Я замешкалась, но факт моей причастности ко всему был неоспорим. —Все объясню… Я работаю на эту компанию. Долгий промежуток времени программировала данную игру, надеясь, что она будет приносить удовольствие людям. Но какое же разочарование меня постигло, когда мне удосужилось узнать правду. Осознав, что игроки застряли в какой-то цифровой хуйне частично из-за меня, буквально убивалась. Боже, как мне было ужасно. Мало того, мучалась полнейшей апатией, да нежеланием быть, и, сходила на прием к психотерапевту, поскольку психолог не мог помочь, врач выписал таблеточки. Страдала одиночеством. Почти. Ко мне лип мой коллега: сначала цветочки, приглашения, а потом раскрыл секрет «C&A». В какой-то переломный период сорвалась, позвонила ему, и он с энтузиазмом показал этот офис, перед этим выдав мне карту, если передумаю… – мне было тяжело с кем-либо делиться подобными историями, но я смогла. Мой возлюбленный слушал мою речь очень внимательно, а когда завершила, остановил меня и крепко обнял. Это была правда отличная поддержка… Мы уже находились на улице. Начался ливень. Капли дождя барабанили, сталкиваясь с асфальтом. Город настилал туман. Джекс предложил двинуться сторону его съемной квартиры. По пути мы, сильно намокнув, чуть ли не насквозь, настигли автобусную остановку, ведущую к его дому. По дороге успели мило поболтать о жизни. Как оказалось, юноша еще учился в университете в сфере айтишников, как и я года два назад. Как подрабатывал на жилье и еду, так и не поняла, поскольку слегка пропустила это мимо ушей. Вдруг, речь зашла про родителей… —Я стала сиротой прямо на свое совершеннолетние, это был самый худший день рождения… – говор мой был очень спокойным, ведь уже давно это пережила, приняв обстоятельства. Возлюбленный меня подбодрил, посочувствовав, и перевел тему. —Мы почти приехали. Кстати, ты бы не думала накатать заяву на ваш «СИ ЭНД ЭЙ», а? – опрометчиво промолвил тот, а я покрутила пальцем у виска. —Они связаны с Даркнетом, дурень. Узнают, что это я - убьют. Лучше просто как-нибудь уволиться, под предлогом «депрессию лечить надо».

***

Ступив порога квартиры-студии, учуяла приятные домашние ароматы. Как же удивлена была порядку, наведенному тут. Разувшись, дойдя до кухни, заприметила блеск от техники, сев за обеденный стол. Джекс отошел куда-то, пока я оглядывалась, и вернулся с небольшой аптечкой и мужской футболкой. Он протянул мне тканевую вещь, со словами «—переоденься, ванная комната слева». Какой же блаженный запах у нее был… Метнувшись туда-обратно, оборотила внимание на парня, бережно перебирающего средства дезинфекции. Я заняла место и тот, ласково улыбнувшись, схватил меня за ладошку, перевернул ее лицевой стороной, так, чтобы был открыт доступ к запястьям. Обмокнув ватку в спирт, притронулся ею к порезам, слегка поддувая кожу, дабы не щипало. После проведения «операции», юноша забавно нахмурился и провел в спальню. Атмосфера комнаты меня воодушевила. Она была безудержно уютной, особенно огромная постель, с приятным на ощупь бельем… Я плюхнулась на нее, а Джекс присел бок о бок со мной. —Помни… – протянул он. —Знаешь, очень долго боролся с самим собой и наконец решил это выяснить. Что между нами? С одной стороны, это очевидно, но с иной... Впрочем, не имеет никакой значимости. Я хочу быть с тобой. Ты пробудила во мне самое сильное чувство, которое только и может испытывать человек — любовь. – собеседник сделал паузу, взяв меня за руки, приподнял и приступил к созерцанию моих глаз. —Да, черт возьми, я люблю тебя, Помни. С бешенством колотилось сердце, казалось, что прямо сейчас оно просто выскочит. Для успокоения, слегка выдохнула, и… —Джекс, знаешь... Мы прошли с тобой смелый путь вместе. Будучи очень тревожным существом, заявлю: со мной сложно строить отношения. Но отныне, зная, что некий кровеносный сосуд все еще бьется в моей груди благодаря тебе, осознаю… Ты спас мою жизнь, не только одарив меня счастьем, но и способность жить. На тебя и впрямь можно положиться. Почему-то боялась сознаться в этом ранее… Я тебя тоже люблю. И теперь я тут с тобой, и душа подсказывает одно - навсегда. – Наши губы соприкоснулись в самом искреннем поцелуе.

Нас свела сама судьба…

***

Настоящая любовь - это одно из самых могущественных и удивительных явлений, когда-либо существовавших в истории человечества. Она переполняет наши сердца радостью, вдохновляет на подвиги и способна изменить нашу жизнь навсегда. Она не знает границ и ограничений. Она способна преодолеть расстояния и обстоятельства. Это глубокое понимание и принятие друг друга такими, какие мы есть, без попыток изменить или контролировать. Она позволяет каждому партнеру быть самим собой и развиваться в гармонии с собой и окружающим миром. Настоящая любовь - это не просто чувство, а осознанное решение быть рядом с другим человеком и делить с ним радость и горе, понимая, что в этом взаимодействии заключена сила, способная изменить мир к лучшему.