Спешл №3. Крепость

Наоми резко распахнула глаза и подалась всем корпусом вперёд, чуть не упав с сидения. Вагон электрички был почти пустой. В дальнем углу сидела группа из трех подростков. Они что-то оживлённо обсуждали. Голос из динамиков объявил станцию и подростки заторопились к выходу. «Осторожно! Двери закрываются! Следующая станция Малаховка» Наоми осталась в вагоне одна. Никого. Только закат, музыка в наушниках и она. Повернувшись лицом к окну, девушка устремила взгляд на уходящее за горизонт румяное солнце. Казалось, вот солнце уйдёт, и, глупости, конечно, внутри неё самой погаснет огонёк. Солнечный свет будто раздувает тлеющие угольки. «Эй, подожди, куда ты, подожди, куда ты, подожди, куда ты, молодость моя?» Солнце неизбежно скрылось за горизонтом. Последний луч греющего душу света растаял в леденящей тьме. «Снова от станции в темноте плестись» На перроне было пусто. Ручки дверей обмотаны выцветшей от времени мишурой. Трудно сказать для чего, разного рода нецензурных надписей она не скрывала. Станция пустовала. Дежурных нет. Пассажиров нет. Лестница с перрона вела к переходу, а у выхода из перехода и дальше шла вытоптанная за много лет тропка. Вдалеке, примерно два километра отсюда, горели фонари. Тусклые. Неживые. Ночной мороз набирал силу, ветер задувал под куртку. Наоми затянула шарф на шее потуже и достала из рюкзака шапку. А морозу-то что? Тепло слишком быстро растворялись и было только холоднее. Да пошли они нафиг, нормы приличия! Трясущимися руками Наоми извлекла из чьего-то почтового ящика несколько газет. Сухие. Пощелкав пару тройку раз зажигалкой, девушка подожгла газету. Пока бумага разгорается, с неба посыпались белые хлопья снега. Метель. «Надеюсь, газет хватит» Повытаскивав ещё газет из других почтовых ящиков, Наоми добавила их к уже горящей трубке. «Бабушка с дедушкой уже наверное заждались. И Тесла» Мысль о коте заставила прибавить шаг. Наоми сошла с дороги. Прямого пути до дома не было и девушка годами ходила через поле. «Теперь мой факел видно хорошо» Дома было тепло. В предбаннике горел свет. В кухне стоял вкусный запах драников, а на столе стояла ханукия с зажженными свечками. Значит, бабушка с дедушкой совсем недавно ушли спать, а вот сестра ещё не спит. — Тем, кто ложится спать — спокойного сна, — язвительным шёпотом «крикнула» Наоми, заглядывая к сестре в комнату. Та резко дернулась и ударилась головой о спинку кровати, — Хая, ты Теслу не видела? — Нет! — также шёпотом ответила сестра, — Стучаться надо! — Извини. Наоми присела на край кровати, затягивая младшую в объятья, хоть та и отпиралась. — Спокойной ночи, Хая. — Нао чмокнула сестрёнку в макушку и вышла из комнаты, стараясь максимально тихо закрыть скрипучую дверь. Поискав немного по всему дому любимого рыжего оферюгу и не найдя девушка отправилась спать. Завтра её ждет неполный день учёбы и подготовка к празднику.

***

Снег проминался под рыжими лапами и прилипал к шерсти. Кот при каждом шаге отряхивался. Даже глубокие сугробы не остановят Теслу от ночной прогулки. Не каждый день удаётся выбраться из дома. — Благодать! — Тесла растянулся на снегу, мурча от удовольствия. Со стороны порта послышались крики и ругань. Громко, однако, кто-то кричит — аж в лесу слышно. От берега до леса около пяти километров, так что даже как-то не по себе, что крики из порта слышно так далеко. Из чистой воды научного интереса Тесла рванул в сторону порта. Работники его частенько видели и ещё чаще — прямо Наоми в руки отдавали. Внимание кота привлекла одна девушка. На ней был бирюзового цвета плащ или пальто, с расстояния трудно разобрать, на голову накинут капюшон. Резко-континентальный климат Венемы даст фору любому острову в Норд Блю, неудивительно, что эту девушку её плащик не греет. «Почему же я заметил именно её? Не потому ли это, что плащ яркий? Нет. В ней явно что-то есть. Что-то особенное. Жаль, Наоми сейчас не со мной. Она мудрая, нашла бы причину, почему из всей толпы — прибывших в такой поздний час людей, рабочих, жителей близлежащих посёлков — я заметил только эту девушку» Выгнувшись дугой, кот отбросил мудрости и трусцой поскакал домой. Окно в комнату Наоми было приоткрыто, как всегда. Тесла забрался под одеяло, прижался к груди хозяйки и блаженно заурчал. Сердце её билось, значит — всё в порядке. Постойте, а с чего вдруг сердце Наоми не должно биться?