Тень своего пути

— О чём это ты?       Его двойник, похоже, был вполне доволен таким вопросом, как кот, дорвавшийся до сметаны. Источник его голоса сместился чуть в сторону, выдавая его движение с каждым словом. Сэм почти кожей чувствовал, как воздух густеет от пафосных откровений и подтекстов, что лил тот тип. Напряжение витало вокруг, словно заряд перед тем, как плазменный шар рванёт всё к чертям. — Ставлю сто против одного, ты уже просёк, что к чему, — продолжил двойник с лёгким сарказмом, будто устал объяснять прописные истины. — Просто тянешь время, вычисляя, откуда я вещаю, и прикидываешь, как бы половчее мне башку снести. Ну, давай, не буду портить тебе этот маленький квест.       Сэм скрипнул зубами, будто грыз несговорчивый орех. Тотчас после этой «ободряющей» тирады стало ясно, что времени на отдышаться ему уже не дадут, и этот самозванец явно не настроен на дружеские посиделки у костра. Надо было шевелиться. Глаза метнулись к ящику с боеприпасами, что прижимался к локтю, как верный пёс. Крышка сидела крепко, но боевой нож в кармане уже подмигивал, обещая решить проблему. Он выхватил клинок и принялся лихорадочно ковырять замок с энтузиазмом шахтёра, чующий жилу, — секунды таяли, как снежинки над раскалённой плазменной турелью. — Пойми, я тоже когда-то топал твоей тропой, — голос двойника гудел всё глуше, будто он решил прогуляться в сторонке, но каждое слово звенело, как заточенная сталь. — Одержимый идеей разнести Тах-Ума в мелкую пыль, я не думал бросать тех, кто верил в меня, кто проливал кровь и пот за мою спину. Да будь у меня выбор, я бы этому гаду горло перехватил голыми руками, не жалея ни его амбиций, ни своей шкуры…       Сэм не слушал. Ну, почти. Слова били по нервам, как шальные пули, но сейчас важнее было вскрыть этот чёртов ящик. Нож скрежетал по металлу, искры сыпались на снег. Он чувствовал: замешкаешься — и привет, пуля в лоб, а умирать в планы не входило, по крайней мере, не сегодня. «Сэм, советую держать нож под углом 45 градусов — вскроешь замок на 23% быстрее», — вклинилась Нетрикса, как всегда, с её математической заботой. — Спасибо, Нетти, но я сейчас больше парюсь, как бы не словить свинец в череп, — буркнул Сэм, не отрываясь от дела.       А его визави в чёрной футболке явно решил вывалить всё, что наболело, как проповедник на последнем издыхании. И Сэму ничего не оставалось, кроме как ловить эти словесные гранаты: — Но вот ты… ты уже залез слишком далеко, Сэм. Ты подобрался к Менталу так близко, что это уже не просто твой таймлайн под ударом — вся паутина миров трещит по швам. Слышал про Великий Фильтр? Это тебе не байки для новобранцев у костра. Это барьер, что отсекает тех, кто не врубается: есть порядок, который держит вселенную в равновесии. А ты, Сэм, стал в этом порядке здоровенной занозой.       Герой сжал челюсти, нож наконец поддал — крышка ящика отлетела с треском, как пробка из бутылки дешёвого пойла. Сэм заглянул внутрь и не сдержал ухмылки, несмотря на ноющую боль в плече и гул в ушах. Там лежала она — плазменная пушка, здоровенная, как туша гнаара, с чёрным корпусом, усеянным красными датчиками, и синими трубками, что пульсировали, будто вены, набитые чистой энергией. Такими малышками тяжеловесы орочей орды могли пробивать бетонные стены, выкуривая повстанцев из укрытий во Фростпорте. Это было то, что доктор прописал для встречи с самим собой. — Великий Фильтр? — хмыкнул Сэм, выигрывая пару секунд, пока тянул пушку наружу. — Звучит как сюжет для третьесортного боевика. Ты взаправду веришь в эту космическую муть?       Двойник хмыкнул, и в его голосе мелькнула горечь: — Не верил я. Как и ты. Но когда я увидел, как наша одержимость Менталом рвёт нити одну за другой, до меня дошло: есть штуки покруче нашей войны. Моя цель — вычищать миры от бунтарей-одиночек вроде тебя. Это не личное, Сэм. Это долг.       Сэм закатил глаза, вскидывая пушку на плечо. Её тяжесть приятно давила, а низкий гул генератора шептал о грядущем хаосе. На корпусе виднелась выгравированная надпись: «Плазма-пушка «Сирианский Разрушитель v2.0». Бьёт тяжёлую броню и толпы врагов. Заряд полный», — доложила Нетрикса, как всегда вовремя.       Звучало как музыка для ушей — лучше и не придумаешь для испытания отражением. — Галактический дворник Ментала, значит? — сухо бросил он, будучи не в восторге от такой перспективы. — Пришёл подмести за мной? Извини, приятель, я сам себе мусорщик.       Не дожидаясь, пока тот откроет рот, он рванул из укрытия, вдавив спуск. Пушка взревела, как разъярённый зверь, изрыгая синие шары плазмы, каждый размером с кулак. Они понеслись вперёд, раздирая снег и металл, оставляя дымящиеся воронки. Двойник среагировал мгновенно — сиганул в сторону, уходя от залпа, и ответил огнём из своих пистолетов. Пули засвистели вокруг, одна чиркнула по броне Сэма, выбив искры.       Двойник носился между контейнерами, петляя, как заяц, его чёрная футболка мелькала в снежной пелене. Он палил на ходу, и каждый выстрел был точен. Сэм пригнулся, уходя от очередной пули, и выпустил ещё один заряд. Плазменный шар врезался в кучу хлама рядом с двойником — взрывная волна подхватила его, швырнув к краю площадки. Он врезался в кучу металлолома с глухим стуком и затих.       Сэм шагнул вперёд, держа пушку наготове. Триумф грел душу, но он знал: с такими, кто хоть немного походит на него, расслабляться нельзя. Он остановился в паре метров от обломков, прицелился, готовый поставить точку…       Двойник медленно поднял взгляд, его голос звучал устало, почти разочарованно: — Никто из нас не хотел этого. Но я вижу дальше, — сказал он, шевеля бионической рукой. Пальцы щёлкнули по красному датчику на запястье, и раздался тихий писк, как будильник перед кошмаром.       И тут соседняя груда сдетонировала. Взрыв ударил Сэма в грудь, как кувалда, отшвырнув назад. Обломки и куски металла посыпались сверху, придавив его к земле. Огромная пластина, вырванная из корпуса вертолёта, рухнула сверху, прижав его ноги. Пушка вылетела из рук, скользнув по снегу, а боль пронзила тело раскалённым штырём.       Самозванец медленно поднялся, пошатываясь, как пьяный после трёхдневного загула. Его бионическая рука искрила, из-под чёрной футболки сочилась кровь, но он держался. И, не теряя времени, он открыл огонь. Пули засвистели, врезаясь в обломки вокруг. Но Сэм, несмотря на боль, сообразил по подсказкам Нетриксы: пластина, что придавила его, стала щитом. Он с усилием подтянул её, закрываясь от свинцового града. Металл гудел от ударов, искры сыпались, но держался.       Двойник, видя, что пули не берут, скривился, как от кислого пива. Он шагнул ближе, его шаги хрустели по снегу. Остановившись в паре метров, он выбросил вперёд бионическую руку. Металлические пальцы вцепились в край пластины и рванули её вверх, отшвырнув в сторону, будто это был лист фанеры.       Сэм вытаращил глаза, чуть не поперхнувшись морозным воздухом. — Серьёзно? Где такие чит-коды раздают? — вырвалось у него, пока он думал подниматься или вообще не рыпаться.       Двойник молча вскинул пистолет и нажал на спуск. Щёлк. Пусто. Он замер, осознавая, что обойма пуста, и на миг растерялся. Сэм не упустил шанса — он рванулся вперёд, но двойник опомнился быстрее: бионическая рука схватила его за воротник куртки и с силой швырнула в сторону. Сэм врезался в остов контейнера, снег хрустнул под ним, а боль в рёбрах вспыхнула с новой силой.       Враг шагнул ближе, потирая искрящую руку, как механик после неудачного ремонта. — Хороший рывок, — бросил он, вставляя новую обойму с ловкостью фокусника. — Но ты всё равно не понимаешь. Ты не герой. Ты — угроза. И я сделаю всё, чтобы остановить тебя.       Сэм сплюнул кровью в снег, поднимаясь с упрямством побитого, но не сломленного пса. — Угроза, говоришь? Ну, тогда держи меня крепче, потому что я только начинаю.       Самозванец рванулся вперёд, пистолеты наперевес, его лицо исказила холодная решимость. Он открыл огонь, пули засвистели в морозном воздухе, устремляясь к Сэму. Но тот был готов: он быстро выхватил из-за пояса трофейный щит, снятый с октанийского командира ещё в Сибири. Щит загудел, разворачиваясь в полупрозрачное энергетическое поле, сияющее голубым светом. Пули врезались в него, отскакивая с искрами, но щит держал удар — как и положено технологии элитных солдат Ордена Octus Dei.       Враг, не сбавляя темпа, подскочил ближе и с размаху вмазал бионическим кулаком. Удар пришёлся в край щита, и Сэм почувствовал, как его отбрасывает назад. Он снова влетел в контейнер, металл заскрежетал, а рёбра повторно застонали, но он стиснул зубы. — Всё ещё цепляешься за свои цацки? — бросил двойник, снова бросаясь вперёд.       Сэм отключил щит и в последний момент кувыркнулся под двойника. Тот промахнулся, его кулак врезался в контейнер, оставив вмятину, а Сэм, оказавшись за его спиной, заметил валяющийся неподалёку Uzi — мечту любителя скорострельного беспредела. Он схватил автомат, проверил обойму и ухмыльнулся: полный боезапас. — Цацки? — переспросил он, вставая. — Ща узнаем, кто тут играет, а кто выигрывает.       Сэм в чёрном развернулся, его глаза сузились, как у ястреба. Он сунул руку в отсек протеза, вытащив рукоять. С гудением ожил лазерный меч— голубой клинок засиял, испуская волны энергии, способные резать металл и сбивать пули. В другой руке он сжимал пистолет. — Узнаю эту несерьёзность, — начал он, медленно наступая. — Я видел, куда ведёт этот путь. Где мы добираемся до крепости. Пойми, Фильтр не зря выкашивает таких, как мы. Ты думаешь, спасаешь мир, а готовишь его конец.       Сэм вскинул Uzi, активируя щит в левой руке. — Единственный конец тут — твой монолог, — огрызнулся он, открывая огонь.       Пули полетели вперёд, но двойник взмахнул лазерным мечом, выпустив широкую волну энергии. Синее сияние разрезало воздух, сбивая пули в полёте. Сэм сиганул в сторону, щит поймал остатки волны, мигнув красным от перегрузки. Двойник пальнул из пистолета, и одна пуля всё же задела плечо, вырвав шипение боли.       Сэм ответил очередью, метя в ноги, чтобы обойти меч. Двойник подпрыгнул, уходя от атаки, и снова взмахнул клинком. Волна энергии пронеслась над землёй, срезав кусок контейнера, как нож масло. Сэм вскинул щит, блокируя удар, но сила волны оттолкнула его назад, и он едва удержался на ногах.       Двойник шагнул ближе, его клинок гудел, испуская искры. — Я таких как ты высекал пачками, — выдохнул он. Напряжение в голосе нарастало. — Сотни миров. И все вы лезете напролом. Вы повторяетесь, тебе не кажется?       Герой Земли стиснул зубы, чувствуя, как щит нагревается в руке. — А знаешь, что мне кажется? Ты слишком треплешься для того, кто хочет меня угробить, — бросил он, бросаясь вперёд. Он дал очередь из Uzi, заставляя двойника уклониться, блокируя протезом. И в последний миг вскинул щит, встретив удар меча. Энергия столкнулась с энергией, поле щита заискрило, руки задрожали.       Враг рубанул снова, серией быстрых взмахов. Волны энергии летели одна за другой, разнося снег и метал вокруг. Сэм уклонялся, блокируя, но одна волна всё же зацепила бедро, оставив ожог. Он выругался, пальнув ещё раз. Пуля попала в бионическую руку, выбив искры. — Ты начинаешь меня раздражать, — проворчал двойник, бросаясь вперёд. Он взмахнул мечом, целясь в голову, но герой успел подставить щит. Удар был такой, что щит снова замигал красным.       Воспользовавшись моментом, двойник схватил запястье Сэма протезом, сжав с дикой силой. Сэм вскрикнул, оружие выпало из руки, и он рухнул на колени, придавленный к земле.       Двойник навис над ним, его клинок замер в сантиметре от горла. — Вот что я вижу каждый раз в такие моменты — вы не отходите от курса. Даже с пушкой у виска. Но я изменю этот мир, — двойник навис над Сэмом, его голос звучал холодно и решительно. — И история пойдёт так, как того он желал бы. Для всех нас. И не только нас.       Но Сэм не собирался сдаваться, смотря в глаза своему отражению. В его голове мелькнула безумная идея на случай экстренной ситуации. Он ухмыльнулся, несмотря на боль, сковывающую тело. — Изменить мир? — прохрипел он. — Попробуй сначала настрой сменить — мрачнее гнаара на голодовке.       Он щёлкнул детонатором щита. Тот полыхнул направленной волной энергии, ударив прямо в грудь двойника. Взрывная волна подхватила его, швырнув назад, и он с силой врезался в торчащий из груды обломков ржавый штырь. Остриё вошло ему в бок, пробив печень, и кровь хлынула на снег, окрашивая его алым. Двойник издал сдавленный стон, оседая вниз, его бионическая рука бессильно дёрнулась.       Сэм тяжело дышал, но не поднимался. Взрыв щита, хоть и спас его, но эти танцы с тенью выжали его досуха: стимуляторы Нетриксы выдохлись, рёбра пылали. Он остался лежать на снегу, чувствуя, как холод лезет под куртку, а перед глазами всё плыло. — Ну вот, — выдохнул он, криво усмехнувшись. — Посмотрим, как тебе понравится этот Фильтр, приятель. «Я должна признать, это… весьма необычно», — голос Нетриксы прозвучал мягче, чем обычно, с ноткой искреннего удивления. — «Я обработала последние 15 минут, и, честно, бой с тобой — это что-то новенькое. Как две стороны медали, рвущие друг друга в клочья». — Да уж, Нетти, это точно не стандартный день на работе, — Сэм слабо усмехнулся, пытаясь отдышаться. — Но ты видела, как я его уделал? Этот «дворник» явно не ожидал моего маленького сюрприза с щитом. «Видела, впечатляет», — в голосе Нетриксы проскочила теплота. — «Но я кое-что выцепила, пока вы… обменивались любезностями. Его бионическая рука — не просто железка. Технология вне нашей базы. Сигналы, как в Зоне 5100, но сложнее. Я на девяносто девять и шесть процентов готова заявить — он действительно мог видеть Ментала… или что-то связанное с ним». — Серьёзно? — Сэм приподнял бровь, морщась от боли. — Не просто псих с моим лицом? Отлично, теперь я чувствую себя ещё хуже. «Не драматизируй, Сэм», — Нетрикса хихикнула. — «Ты всё ещё в игре, а это главное. Но твои показатели… они не внушают оптимизма. Я могу ввести ещё одну дозу стимуляторов, если ты готов рискнуть». — Дай мне пару секунд, — выдохнул Сэм, закрывая глаза. — Хочу просто полежать и притвориться, что я на пляже, а не в этом ледяном аду. «Понимаю,» — ответила она с теплотой. — «Но, Сэм, будь осторожен. Временные аномалии ещё активны. Я не уверена, закончилась ли эта история».       И тут раздался хриплый стон. От того, кто по вероятностным расчётам супер-чипа, вживлённого в башку безбашенного авантюриста, должен был уже валяться с дыркой в пузе, а не корчиться, как недобитый гнаар. Двойник, пронзённый штырём, дёрнулся. Кровь всё ещё сочилась из раны в боку, где остриё вошло в печень, но он, стиснув зубы, потянулся к металлу. «Сэм, внимание!» — голос женщины зазвенел тревогой. — «Он всё ещё жив! Его жизненные показатели… они нестабильны, но не сдаётся». — Шутишь? — Сэм моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд, но рёбра не дали шевельнуться. — Его же насквозь проткнуло! Он что, забыл — «штырь в печень, и он не вечен»? «Не совсем», — ответила она серьёзнее. — «Что-то явно поддерживает его функции. Я фиксирую выбросы адреналина и искусственных стимуляторов. Похоже, его собственный Инертан поднимает на ноги. Тьфу, даже думать об этом тошно. Сэм, тебе нужно что-то предпринять, и быстро!» — Легко сказать, Нетти, — прохрипел Сэм. — Я тут немного занят… валяюсь в снегу и притворяюсь мёртвым. Есть идеи? «Я просканировала», — оживилась она. — «Три метра слева — Кольт Анаконда, заряжен. Дотянешься — добьёшь. Но осторожно, пожалуйста». — Ты всегда знаешь, как поднять мне настроение, Нетти, — Сэм слабо улыбнулся, хотя боль пронзала его при каждом вдохе. — Ладно, попробую…       Двойник вытаскивал себя, рыча от боли. Его бионическая рука, искря и дрожа, сомкнулась на металле. С болезненным рычанием он тянул штырь, дюйм за дюймом, каждый рывок сопровождался сдавленным стоном, а кровь хлестала на снег, смешиваясь с грязью. Наконец, с последним рывком он освободился, рухнув на колени, тяжело дыша. Его лицо было искажено болью, но глаза горели безумной решимостью.       Затем он, пошатываясь, поднялся и захромал к валяющемуся неподалёку лазерному мечу. Он наклонился, с трудом подобрал рукоять, и клинок снова ожил, испуская голубое сияние. Затем он медленно, с тяжёлым дыханием, направился к Сэму, оставляя за собой кровавый след на снегу. Взрывная волна оставила на его груди багровые ожоги — от чёрной футболки спереди остались обугленные лохмотья, обнажив обожжённую кожу.       Остановившись над ним, он прохрипел, будто в бреду: — Я был там, Сэм… Я видел его, — он сделал паузу, его глаза расширились, будто он вновь переживал тот момент. — Я… был дальше вас всех. Но он… ещё дальше. Он понял всё. С самого начала. Его не взять. Это стихия. Против неё ведь… гх, не попрёшь…       Он занёс меч, лезвие загудело, готовое нанести последний удар. Сэм, всё ещё лежа на спине, глянул снизу вверх и выдавил кривую ухмылку. — Раз видел, передай Менталу, что он выглядит как перезревший арбуз с щупальцами, — прохрипел он, добавив с сарказмом: — Или это больше на кальмара похоже?       Раненый враг замер с поднятым мечом, его лицо исказилось от замешательства до решительности, но вдруг его взгляд метнулся вперёд, за спину Сэма. Его глаза расширились от удивления, словно он увидел нечто невероятное. Сам Сэм, не в силах повернуться, лишь нахмурился, пытаясь понять, что происходит.       Грянул выстрел. Пуля с глухим звуком вошла в лоб двойника. Кровь брызнула в сторону, его тело дёрнулось, лазерный меч выпал из руки, погаснув, а сам он пошатнулся, сделал шаг назад и рухнул на снег замертво, его глаза остекленели.       Сэм моргнул, всё ещё не врубаясь, что произошло. Но затем он услышал шаги и знакомый голос. Из голубого портала, вспыхнувшего неподалёку, вышел ещё один Сэм — бородатый, в авиаторах, в белой рубашке и красных кроссах, с дымящейся Анакондой в руке, который Сэм собирался подобрать по совету Нетриксы.       Бородатый глянул на тело, затем на лежащего, и он ухмыльнулся. — Бум, я потерял голову, — хмыкнул он, крутанув револьвер. — Ну что, старик, снова влип?       Сэм, всё ещё лёжа на снегу, прищурился, разглядывая своего теперь бородатого двойника. — А ты, получается, мой стилист из будущего? — прохрипел он, пытаясь усмехнуться, но его состояние тут же напомнило о себе. — Хотя, знаешь, брошу я гадать. После сегодняшнего, твоё эффектное появление ещё не самое странное.       Его визави вздохнул, поправляя авиаторы. — Да, оттудова, — кивнул он. — Но не из такого далёкого, как ты сюда забрёл, я вижу. Я скорее, как сказать, из того, где я потерял бритву… и пару лет на вечеринках с сирианскими коктейлями.       Сэм слабо хмыкнул, чувствуя, как холод снега пробирается под куртку. — Потерял бритву? Ну, это многое объясняет, — он кивнул на бороду. — А я уж подумал, ты решил стать звездой космо-оперы. Где твой световой меч?       Тот усмехнулся, убирая револьвер. — Я по-твоему где-то в пустыне скрываюсь? А хотя… — осёкся тот, вспоминая жару по ту сторону портала. — Я предпочитаю старый добрый свинец, — он похлопал по кобуре. — А ты, ну, не знаю. Но ты точно влезаешь в неприятности и ждёшь, пока кто-то тебя вытащит.       Сэм закатил глаза, но его губы дрогнули в улыбке. — Эй, я почти справился! Этот псих с моим лицом просто… трепался без умолку       Сэм из будущего приподнял бровь, глянув на обожжённое тело. — Серьёзно? Этот разболтался? — хмыкнул он с лёгким удивлением. — Обычно тот больше по части «стреляй, потом думай». Неужели, ты его так докучал?       Стоун слабо хмыкнул, всё ещё лёжа на снегу. — Да уж, он даже был готов читать лекции про Ментала и какую-то стихию. Я чуть не уснул.       Другой шагнул ближе с новым снежным хрустом. — Ну, тогда тебе точно нужно подзарядиться, — сказал он, доставая из кармана шприц с голубой жидкостью — К.А.Й.Ф. Он пафосно подкинул его в воздух, и предмет, крутанувшись, приземлился рядом с рукой Сэма. — Лови, герой.       Сэм вонзил шприц в руку и почувствовал, как боль отступает. — Шоумен, — буркнул он, но с благодарностью. — Какой я есть, — хмыкнул тот в ответ.       Он присел рядом, после паузы кивнув на труп: — Слушай, я знаю, вопросов куча. Этот парень… он думал, что подобрался к Менталу. Но с ним всё хитрее.       Сэм прищурился, всё ещё сжимая шприц в руке. — Знаю, за каким космическим занавесом он прячется, тут к ведьме не ходи. Его аутентификация — это просто цирк, — он фыркнул, закатив глаза. — Я едва успел у его дочурки по телефону спросить, какие реалити-шоу смотрит по вечерам. Оказывается, по понедельникам он не пропускает «Кто хочет стать гнааром?».       Уголки губ его визави ненадолго приподнялись, его голос стал тише, с ноткой интриги. — Не совсем, остряк. Такие, как он, — он указал на тело в чёрной футболке, — доходят до определённой точки. И там… они видят что-то. Что-то, что их меняет, — он сделал паузу, глядя Сэму в глаза. — И это даже не значит, что они нашли его. Если Ментала нашли, значит он сам этого захотел.       Сэм нахмурился, обдумывая слова. — То есть он теперь так играет с нами? — его голос дрогнул от раздражения. — Отлично, я чувствую себя крысой в лабиринте какого-то межгалактического кота с щупальцами.       Бородатый кивнул, взгляд серьёзный. — Да, и коту это в кайф, — он ткнул пальцем в Сэма. — Он — стихия. Я видал таймлайны, где мы доходили до его крепости, но каждый раз это была ловушка с разными приколами. Представь: ты думаешь, что победил, а он уже играет тобой, как марионеткой. Он не хочет нас убивать, Сэм. Он хочет подчинить. Поломать нас так, чтобы мы сами стали его пешками Орды. И ты, особенно ты… подходишь слишком близко. Ты его первая мишень.       Сэм стиснул зубы, силы возвращались. — И что, мне теперь сидеть сложа руки? Я не из тех, кто сдаётся, бородач.       Тот покачал головой, взгляд стал жёстким. — Хрен там. Никто не говорит гнуться. Но здесь, сейчас, всё идёт в задницу скрэпджека. Такие, как этот, — он снова кивнул на двойника, — охотятся на нас. И, поверь, этот был хорош, пока я не вмешался. Ментал скоро заметит, и веселья прибавится. Мы, Сэмы, не просто крутые бойцы. Мы — те крутые бойцы, кто держит баланс. И некоторые для этого готовы себя с дерьмом смешать, чтобы другие могли жить.       Сэм усмехнулся горько. — Баланс, говоришь? А я думал, моя цель — разнести Ментала в клочья и пойти напиться в баре до зелёных рептилоидов.       Бородатый поднялся, протягивая руку, мысленно борясь с подкинутым искушением. — Как красиво подал идею, аж самому горло промочить захотелось, — он мечтательно улыбнулся. — Но пикник подождёт. А вот этот гондон — нет. Давай, время тикает.       Сэм ухватился, вставая. Боль пульсировала, но К.А.Й.Ф. гасил её. Он оглядел пустошь: десантный корабль догорал, дым валил в метель, обломки шипели, остывая на морозе, тело двойника лежало в снегу — кровь вокруг него уже застыла багровыми кристаллами.       Другой Сэм перехватил его взгляд на корабль и хмыкнул. — Ну да, этот жестянщик не взлетит. Топать ножками придётся. Но не ссы — я притащил снарягу.       Он щёлкнул пальцами, и из голубого портала, всё ещё висящего в воздухе, вывалился рюкзак, глухо шлёпнувшись в снег. Бородатый присел, расстегнул его и начал выкладывать добро: патроны, аптечки, тёплую куртку с мехом. — Мда, тут околеть можно, — хмыкнул он. — После египетских песков снег — кайф, но яйца в тепле держать надо, а то зазвенят, как колокола.       Сэм усмехнулся, принимая подношения своего коллеги: — А этот, — кивнул Стоун на тело, — на холод не жаловался. Сказал, что его «показатели» всегда идеальны, даже в такую срань.       Другой посерьёзнел, его взгляд стал колючим. — Ментал своих пешек «тюнингует», так скажем. Они суперсолдаты, что ли. Метаболизм как у зверя, регенерация, мороз им нипочём. Но мозги выжигает. Они лишь его мясо с прошивкой.       Сэм сплюнул в снег, чувствуя, как злость закипает. — Значит, он обращает нас, как тех же клонов или октанийцев? Отлично. Ещё повод его размазать по стенке.       Его визави кивнул, закидывая взвалив рюкзак. — Ага, тысячный пункт в нашем списке. Но для этого нам нужна та пушка, так? Я тоже помню — пара километров отсюда. Могу взломать замок той двери… или, — он ухмыльнулся, похлопав по поясу со взрывчаткой, — кабум, по-нашему.       Сэм оскалился, ощущая прилив адреналина. — Кабум — мой язык. Веди, борода.       Бородатый ухмыльнулся, поправляя рюкзак на плече, и кивнул в сторону лифта. Они всё ещё стояли на металлическом настиле вышки, окружённые дымом от догорающего шаттла и кровавыми кристаллами вокруг тела двойника. Ветер выл, гоняя снег по площадке.       Сэм Стоун бросил взгляд на труп в чёрной футболке. Тот же голос, та же ухмылка — его собственные. Но глаза пустые, как у потерянного. Липкий холод сжал грудь.

— А что, если он тоже дойдёт до этого? Стану ли я таким же — холодным, пустым, как он?