Мальчик мой...

Водитель отвез Пугачеву к дому на Земляном Валу. Не нервничать не получалось. Ей предстоял серьезный тяжелый разговор. Надо было поставить точку в этом кошмаре. Хотя она и не знала, как Филипп отреагирует. Алла открыла дверь квартиры своим ключом. Руки от волнения слегка тряслись, и в замок она попала не с первого раза. Пройдя в гостиную, увидела Люсю. - Привет, Люсенька, - улыбнулась ей Алла, - а муженек-то мой где? - Пришел недавно. Весь заплаканный. Ободранный, как бродячий кот. Заперся в спальне и пока не выходил. - Ясно… - тихо ответила прима. Услышанное ее расстроило, и необходимость в нормальном диалоге окончательна созрела. - Мне уйти? - уточнила Людмила. - Нет-нет, я поговорить с ним пришла. Не волнуйся, я ненадолго. - Хорошо. Достав дубликат ключа от спальни, Пугачева зашла на порог, дернув ручку двери. Филипп лежал, скрючившись, на левом боку, руками обхватив живот в полумраке - еле-еле горела церковная свечка, стоявшая на блюдечке возле прикроватной тумбочки. - Мальчик мой… - ласково окликнула его Алла, подойдя к кровати и сев на нее рядом с ним, - ты меня прости, пожалуйста, - она сильно нервничала, сердце, казалось, сейчас выпрыгнет из груди, руки вспотели и заледенели, ранее приготовленные слова будто вычеркнули из памяти, - я не знала всей правды, я не знала, что ты занял такие деньжищи, чтобы меня спасти, - она говорила сумбурно, первое, что приходило ей в голову от сумасшедшего волнения, но слова ее были искренни, - я думала, ты меня забыл. Филипп никак не реагировал. Алла подумала, что он обижается и взяла его за руку. В его холодной руке была пустая пастилка от таблеток. - Филя… - почувствовав неладное, она немного потормошила его и только сейчас заметила кучу пустых таблетных пастилок, которые лежали рядом на постели. Страшная догадка посетила ее разум. Страх, приливший к горлу вместе с шоком, не давал спокойно дышать, - Филя! - задыхаясь от нахлынувшей паники, она потормошила его сильнее и, включив настольную лампу, увидела, что глаза его слегка приоткрыты, а на подушку из левого уголка губ стекает тонкая струйка крови, пачкая белоснежную ткань наволочки, - Что ты наделал?! - Алла заорала как резаная, слезы мгновенно брызнули из ее глаз, - Филипп! - она повернула его лицом к себе, уложив на спину. - Аллуся… - еле слышно произнес он, увидев ее перед собой. На секунду у нее отлегло от сердца - жив. - Мальчик мой, - плакала она, - что же ты наделал? - Без любви твоей жить не хочу… - Филипп говорил очень тихо, слабо шевеля языком, едва разборчиво. - Я очень люблю тебя! Очень! - Алла целовала его руку, как сумасшедшая, - Люся! - Пугачева заорала так, что Людмила, слушавшая музыку в наушниках, услышала ее крик, - Люся! Врача! Вызови врача! - а затем, наклонилась над Филом, целуя его щеки, уже холодные руки, - Филипп, я тебе не изменяла, я клянусь! - голос ее дрожал от сумасшедшего стресса, - Я тебя проучить хотела! Больше - никогда!.. Умоляю, прости! - задыхаясь, плакала она, - Прости меня! - Я тебя очень люблю, - произнес Филипп. Пугачева заметила, как веки его тяжелеют, и сильно испугалась. Она взяла его лицо в руки и дала несколько больнючих пощечин, чтобы он пришел в себя. - Не закрывай глаза! - кричала она, рыдая, - Не закрывай! Смотри на меня! Смотри мне в глаза! Ты не можешь, ты не имеешь права меня оставить! Филипп! Фил пытался разлепить веки, но это плохо получалось. Лицо побледнело, дыхание стало тяжелым. - Ради всего святого, - Алла плакала на его груди взахлеб, сжимая его ладонь, - Филь… Я ведь беременна от тебя… Услышанное заставило Филиппа собрать последние силы. Он открыл глаза, и Алла увидела, как он плачет, как текут сильным потоком слезы, а на лице отражается нечто, напоминающее улыбку… Люся позвонила в скорую, но они обещали приехать только через полчаса. Времени не было. Тогда в порыве отчаяния Дороднова выбежала в подъезд и стала искать врача среди соседей. И один врач, реаниматолог с большим стажем, нашелся в их подъезде. Это был Борис Иванович. Он успел провести реанимационные процедуры, оказав пациенту первую помощь. Затем приехала и скорая. Филиппа удалось спасти… Спустя полгода Алла родила здорового мальчика, которого, как и обещала, назвала Филиппом. Они жили дружной семьей и все у них было хорошо.