Часть 10. Том.

      Она оказалась на поверку куда более… занятной, чем он ожидал. Все наблюдения давали неоднозначные результаты.       Но в одном он был уверен почти на все сто: Фрея Арчер уже не была Фреей Арчер. И кроме него, очевидно, никто этого не замечал.       Девушка почти кардинально отличалась от той, другой. Лишь внешне была похожа, но и тут со временем проявлялись отличия: жесты, мимика, выражения лица и взгляды. Все было другим. Словно смотришь в отражение в зеркале и вроде бы видишь знакомого человека, но пару отличий все же находишь. Вот и здесь было также.       Что уж говорить о характере? Том знал, что большинство людей не могут менять уже въевшиеся привычки и проносят их буквально через всю жизнь. Также и с характером. И хотя Фрея была еще молода, все же некоторые вещи, неизменные, можно было заметить если присмотреться.       Например, Тому вспоминалось, что она прежде не экспериментировала с волосами. На протяжении шести лет ее темные, почти черные волосы были убраны либо в хвост, либо в косу. Сейчас прически менялись довольно часто. Но это такая мелочь, которую можно списать на желание девушки выглядеть привлекательно, ввиду возраста. Сюда же можно отнести макияж и смену гардероба.       Далее - взгляды. То, что с наскока не вычислишь и не заметишь какие-то изменения. Но Том знал куда смотреть и что именно отмечать. Прежде, Фрея почти всегда прятала глаза, чуть что опуская их в пол. Что было привычкой. Той самой от которой не избавиться. Девочка с детства привыкла к тому, что рядом был тот, кто являлся авторитетнее и выше нее статусом. Отец, по всей видимости. Ее буквально воспитывали в покорности, чего сейчас в голубых глазах уже не найдешь.       Сейчас, Фрея ходила с поднятой головой и быть покорной явно не желала. Она держала спину прямо, смотрела уверенно, а отвечала четко и даже колко, в зависимости от ситуации. За словом в карман не лезла, чего прежде не наблюдалось. Потому что раньше Фрея предпочитала уходить от конфликтов, чем отвечать своим обидчикам.       И здесь тоже нашлись отличия. Потому что по речи тоже можно было понять насколько девушка изменилась. Фрея стала говорить четче и громче, а еще увереннее. Особенно на его уроках. Том это отметил почти сразу, но должное значение придал лишь спустя время. Прежде, на его занятиях Фрея была неуверенной, стеснительной, а когда он спрашивал что-то, она терялась и начинала путаться в словах, порой даже заикаясь.       Но не теперь. Сейчас она отвечала только когда он сам спрашивал и всегда верно. Сама больше не рвалась, что он также отметил для себя отдельно. Также, как ее спокойный тон во время ответов, словно зачитывает ту самую сухую теорию с учебника или конспекта. И на него почти не смотрит.       Собрав в кучу все эти детали, Том постепенно складывал у себя в голове мозаику. Стараясь найти главный ответ: в чем причина подобных изменений?       Темная Магия отпала сразу. От Фреи не веяло никакими эманациями одержимости и следами контроля разума. А значит - дело в другом. Переходный возраст? Но уж слишком резкими стали перемены. Том не верил, что человек может измениться столь внезапно и кардинально. Разве что постепенно. Однако, никаких предпосылок прежде не наблюдалось.       А потом вдруг случился тот инцидент с Розье в коридоре, которому Том стал свидетелем чисто случайно.       Понять подтекст было несложно, стоило только взглянуть на девушку. Она была буквально парализована от страха и кажется, даже не заметила его прихода. Но улучила момент и высвободилась из рук парня, словно сработал инстинкт заложенный поколениями - "бей и беги". Фрея отбилась и со скоростью снитча убежала из коридора. И Том последовал за ней чтобы подтвердить очередную теорию и добавить новой информации к уже имеющейся.       Но то что он увидел в том коридоре... к этому он не был готов.       Там была не Фрея. Внешне - да. Но вот внутренне… Он не знал, как это объяснить? Он просто видел. Видел больше других. Всегда. С самого детства. И сейчас это буквально вышло на какой-то новый уровень.       Девушка перед ним была не той, кто просто испугалась чрезмерно настойчивого однокурсника. Нет. Это была девушка подвергавшаяся насилию. Том знал это, потому что видел однажды почти идентичную картину. Еще когда учился в школе и возвращался в приют на каникулы. Он хорошо помнил один день, когда Мэри Кларк привел полицейский. Утром, после того как девочка не вернулась в назначенное время. Мэри было пятнадцать, а Тому тринадцать на тот момент, но он уже многое понимал и подмечал. И стоя в тени коридора, слышал все о чем говорила миссис Коул с полицейским. Мэри молчала. Только обхватила себя руками, смотрела пустым взглядом в пространство и тихо плакала. В глазах застыл ужас. Она явно прокручивала в голове случившееся снова и снова. И Тому даже стало жутко от ее взгляда как у тех немногих кукол с которыми играют девочки в приюте: пустые и безжизненные. Именно такой стала Мэри после. Она больше не улыбалась, молчала и смотрела с безразличием на все.       Также, на него посмотрела в том коридоре Фрея Арчер.       Вот только он заметил отличия от Мэри: Фрея не была сломлена. Она посмотрела на него взглядом куклы, полным усталости и апатии, а потом буквально за минуту собрала себя в кучу и стала почти прежней. В ней был стержень, который не позволил переломиться под гнетом страшных обстоятельств. Прежняя Фрея Арчер так бы не смогла, Том был более чем уверен в этом. Потому что прежняя Фрея была тепличным цветком, а нынешняя стала дикой розой. И эта Фрея, вызвала у Тома внезапное чувство… восхищения?       Том ненавидел слабых людей. Особенно тех, кто стенает о своей тяжелой судьбе чтобы вызвать жалость, имея при этом гораздо больше того, чего не имели по-настоящему несчастные люди. Обычно такими были изнеженные аристократы, для которых любой пустяк - трагедия века. Воспитанные с серебряной ложкой во рту буквально с рождения, они стенали о своей тяжелой судьбе, чем буквально доводили Тома до праведного гнева. Они ни черта не знали о настоящей жизни за пределами своих поместий! Не знали о лишениях, голоде, страхе что можешь однажды уснуть и не проснуться в собственной постели. Или же быть похороненным заживо в глухом подвале церкви. На них никогда не падали бомбы. Для них трагедией могла стать разбитая ваза за сотню галеонов или же порванная юбка на дорогом платье. И Том презирал их за это.       Фрея Арчер тоже была аристократкой, не знающей забот. Она родилась и выросла в большом поместье, где явно поощряли ее капризы. Она не знала ужасов войны и голода. И хотя ее отец не был образцом идеального родителя, демонстрируя явное безразличие к дочери, он все же у нее был и обеспечивал всем, чего бы она не захотела, кроме родительской любви, разве что.       Но нынешняя Фрея… Том давал руку на отсечение, что она прекрасно знала о жестокости мира. Он видел это по ее глазам и поведению, даже если не мог читать ее мысли.       Поэтому, ему стало вдвойне интереснее разгадать ее тайну. Он продолжал наблюдать, отмечая едва ли не каждое слово и движение. Наблюдал как она продолжает отшивать Дэвиса и Розье, с полным безразличием. Хотя на дне ее голубых глаз плескалось нарастающее раздражение. И если честно, Тома этот спектакль даже забавлял. Однако Фрее он мог посочувствовать. Кому как не ему знать насколько настырными могут быть поклонницы?       А потом случилась вечеринка у Слизнорта, которую Том не мог пропустить, даже если бы захотел и не только потому, что не хотел обижать профессора, а потому, что знал, что Фрея тоже была приглашена. А ему хотелось взглянуть на ее поведение в нестандартной ситуации. Но прошел час, а ее не было. Розье недовольно выслушивал болтовню какой то слизеринки, а Дэвиса и вовсе не было. И Том уже решил, что Арчер все таки сделала выбор. Не самый лучший, на его взгляд. А потом краем уха услышал разговор парочки девчонок, одна из которых со смехом поведала подругам о неприятности с платьем Фреи. Сплетницы продолжали насмехаться, до тех пор пока в праздничный зал не вошла Арчер собственной персоной.       И Тома словно ошпарило Адским огнем в тот самый момент. Как и большинство парней и мужчин в зале. Фрея вошла как самая настоящая королева в тронный зал полный своих подданных. Платье, прическа, макияж и туфли - все в ней было идеально. Девушка явно постаралась чтобы произвести впечатление. И судя по ее взгляду в сторону той самой девчонки которая насмехалась над ней всего пару минут назад, сделано все это было из чисто женской мстительности. И хотя говорят, что это блюдо нужно подавать холодным, Фрея пошла против системы и буквально ошпарила однокурсницу чтобы неповадно было. И Тому это понравилось.       После, он буквально не мог оторвать от нее глаз. Впрочем, как и многие другие. Фрея снова отшила Розье, а потом еще парочку парней. Не подпускала никого. И тогда он решил рискнуть. Одновременно проводя исследование и в то же время… получая удовольствие?       Если прежде рядом с ней аура таинственности клубилась словно туман, то сейчас - она полыхала под стать ее внешнему виду. Что снова подтверждало уже подтвержденные теории о Фрее Арчер. Она и не она.       И тогда Том сделал свой ход. Рискованный. Безрассудный. Не похожий на него. Но такой манящий, что сопротивляться порыву было просто физически невозможно.       Том знал, что никогда бы так не поступил. Ни с одной другой девушкой. Особенно студенткой. Но Фрея… Она одним своим видом будто подталкивала его к тому, что обычно Тому не свойственно. Хотя он продолжал убеждать себя, что все это только ради эксперимента и раскрытия ее тайн. Чего он непременно добьется, когда сыграет с ней в шахматы. И выиграет.       Вот только оказалось, что она тоже умеет играть. Возможно не так хорошо как он, но умеет. Что она подтвердила, когда сбежала с вечеринки.       Но сдаваться и отступать Том был не намерен. Он уже слишком далеко зашел для этого.       Следующим ходом стала отработка.       В принципе, тогда он мог просто снять баллы и все, но не удержался от соблазна испытать ее в иных условиях: когда они окажутся наедине. Он даже думал, что она не придет, струсив. Но она пришла. Снова с высоко поднятой головой и напускным спокойствием. Но Том чувствовал, что она нервничала. Однако, не боялась его. Даже после того вечера на Хэллоуин. Том ожидал что она начнет шарахаться от него или станет опускать взгляд, как прежде, но девушка будто делала вид, что ничего не было. Хотя он тогда совершенно очевидно переступил черту. И не только как преподаватель, но и свою собственную. Подвинув почти все свои принципы ради разгадки тайны Фреи Арчер.       Которая внезапно решила взять его на "слабо" с заклинанием Патронуса. Она смотрела на него своими голубыми глазами в которых плескались чертята. Но Том не поддался. Сперва.       Когда он понял, что она не может призвать Патронус из-за отсутствия нужного воспоминания, внутри что-то треснуло. Тихо, но ощутимо. И хотя Фрея ничего не говорила, догадаться было не трудно. Она же отнеслась к этой проблеме нарочито небрежно, словно для нее это не имело значения.       И Том не знал, что его тогда дернуло, но он взмахнул палочкой и воспроизвел в памяти единственное "воспоминание" которое помогало ему вызвать Патронус: ужин на теплой кухне, где отец сидит во главе и читая газету краем глаза наблюдает с улыбкой за тем, как мать крутится рядом, накрывая на стол, а он сам сидит на стуле и болтая ногами рассказывает им о школе.       Том одновременно любил и ненавидел это "воспоминание". По многим причинам о которых даже думать не хотелось. Да, он создал его самостоятельно, тренируясь и совершенствуя каждую деталь, чтобы мечта превратилась в реальность. Хоть и воображаемую. Но этого оказалось достаточно чтобы суметь призвать Патронус.       Искусственное воспоминание могло стать настоящим открытием в мире магии, но Том оставил это достижение при себе. Просто чтобы не пришлось объяснять перед научным сообществом все аспекты. Еще чего не хватало так это вызвать жалость к себе!       Однако, взгляд полный восхищения и странного, непонятного ему удивления со стороны Фреи в тот момент, были ему приятны. Но пытаться сама она не стала и Том не стал настаивать.       А потом она вывела его. Настолько, что он захотел отплатить чем-то равноценным. Ощутив при этом удовольствие от того, что она буквально замирает словно лань, стоит ему нарушить границы ее личного пространства. Он ждал момента когда сможет ее испытать и наконец получил возможность. Сам получая удовольствие от ведения этой партии.       "Или просто разлюбила."       Пока она не сказала это и на Тома словно ведро ледяной воды опрокинули.       Мозг бесконтрольно вывел ассоциации: мать опоившая отца приворотным зельем, а после настолько поверившая в искренность искусственных чувств, что сняла чары. А отец предсказуемо ее бросил, даже не смотря на ребенка.       Он думал, что это уже ничего не значит, но прошлое внезапно ошпарило не хуже случайно опрокинутого кипятка.       "Просто разлюбила."       Он долго думал об этих словах, сам не зная: почему? Почему его это вообще задело? Что ему до слов какой-то девчонки? Она всего лишь эксперимент! Не неизвестная тайна, а лишь временно скрытая. Не больше.       Тогда почему вдруг стало интересно ее мнение? При чем конкретно о нем.       Том прочел в мыслях первокурсницы с Пуффендуя все что предшествовало их встрече и слышал каждое слово сказанное Фреей этой маленькой магглорожденной.       Фрея Арчер была чистокровной волшебницей и она говорила той девочке о том, что она достойна того мира, в котором теперь живет. Что она волшебница и не должна слушать тех кто захочет убедить ее в обратном.       Говорила вещи, которые он бы никогда не сказал. И почему то в тот момент, он вдруг почувствовал странное… Отвращение? Чувство вины? Они укололи его словно булавки, случайно забытые швеей в ткани нового костюма. Неожиданно и от того болезненно.       А потом она как будто зная правду, ткнула его словно нашкодившего кота в его принципы. Со снисхождением., словно ничего иного от него не ожидала. И тогда ему сделалось неприятно. Впервые с тех пор, как он принял для себя идеологию превосходства волшебников над магглами, а чистокровных над полукровками и грязнокровками. А тут она! Говорила так, словно это он не прав! Причем не прямо в лицо, а завуалировано. Однако Том почувствовал будто она бросила свое мнение ему прямо в лицо, словно грязную тряпку. И тогда, его мир вдруг опасно накренился, чего он никак не ожидал. Но ничего не мог поделать с собственными эмоциями, которые словно начали жить своей жизнью.       А она смотрела на него по-прежнему спокойно, с налетом снисхождения, словно понимала и просто смирилась, ничего не требуя.       А вот ему внезапно захотелось знать, что она о нем думает! На тот момент это показалось едва ли не жизненно необходимым. Вот только она молчала и это молчание что-то разъедало у него внутри.       Салазар! Скольких усилий ему тогда потребовалось чтобы взять себя в руки и не наговорить лишнего в мимолетном порыве. Однако, очередную глупость он все же не сдержал. Переступив еще одну черту.       А потом она не вернулась в школу.       И он не хотел вспоминать о том, как в тот момент, заледеневшее сердце в груди внезапно пропустило удар, потому что тогда придется признать, что…