Глава 3. Давно забытое старое

10 год нашей эры. — Девочка, — раздосадовано проговорил низкий старый мужчина. — Выдадим ее замуж за сына крупного кугэ, ибо другого выхода нет. — мужчина подошел к только что родившей жене. — Не принесешь ты нам счастья, поэтому имя тебе Шиаку. — Но это имя означает смерть, Дзюн, — встрепенулась женщина. — Меня не волнует ее судьба, Айка, вот родила бы ты мальчика, — Ки махнул рукой в сторону дочери и жены и вышел из родильной комнаты. У Айки, последней жены Ки Дзюна, была одна единственная дочь Ки Шиаку. Она не отличалась особой красотой или выразительными чертами лица, но одна особенность у нее была: кроваво-красные глаза. Местные шаманы объясняли это как дар свыше, что значило, что Шиаку будет чем-то великим. Конечно, ее отец не ставил никаких надежд на бесполезную дочь, да еще и с такими пугающими глазами. Всю свою жизнь Шиаку росла без внимания отца. Он занимался воспитанием ее сводного брата. Всего у Дзюна было 4 жены, 3 из которых скончались при родах. В общей сумме в семье Ки было 4 ребенка: сын Такаши и дочери: старшая — Иори, средняя — Рэйко и младшая — Шиаку. Старшую и среднюю дочерей Дзюн выдал замуж за богатых кугэ, так как сами они были достаточно незначащими фигурами в государстве. Однако, когда Шиаку исполнилось пятнадцать, пришлось выбирать достойного жениха своей «любимой» дочери. Из-за необычных глаз и рыжих волос, все считали девочку проклятой и не хотели брать замуж. Спустя пару месяцев поисков, нашелся тридцатилетний кугэ, который согласился взять в жены проклятую дочку Ки. Его звали Каэд Такэда. Он был хоть и взрослым, но сильным и рослым воином, а главным его отличием были достаточно яркие зелено-желтые глаза. Сначала Каэд служил императору, участвовал во многих воинах и убил много людей. «Лучший воин императора» — так и прозвали его. После отставки император щедро вознаградил Каэда. Так он и стал одним из самых богатых «холостяков» в Японии. Почему же в жену он выбрал странную, «бесполезную» девчушку из не богатого сословия? Все просто, он хотел сохранить свой образ жесткого и равнодушного воина, поэтому взяв в жены самую известную «проклятую» девчушку, Такэда показывал, что даже она ему не страшна. Все шло идеально: свадьба приближалась, однако пошли слухи, что в лесу завелся монстр, что хочет напасть на ближайшую деревню, в которой жила сама Шиаку и ее семья. На самом деле, когда нелюбимая дочь узнала об этом, она мечтала, чтобы всю ее деревню, будущего мужа и ее саму растерзал этот зверь. На поиски зверя отправляли всех самых сильных воинов и Такэда не стал исключением. Это продолжалось очень долго, но никто так и не смог его найти. Все начали забывать про этого зверя, ссылаясь на то, что он ушел из леса. Тем временем свадьба Каэда и Шиаку прошла успешно, однако мужчина оказался отвратительным мужем. Его желание закон, а Шиаку словно прислуга. Одним солнечным днем Шиаку отправилась в лес, чтобы собрать немного цветов. Хоть она и казалась всем странной, но природа точно так не думала, потому что каждый раз, входя в лес, девушка чувствовала себя на своем месте, а все животные тянулись к ней. И вот в один из таких походов, собирая невероятно яркие красные цветы, Шиаку услышала хруст веток сзади. Обернувшись на шум, девушка за деревом увидела рыжую голову достаточно большой лисы. Присев на корточки, Ки взглянула в глаза лисице. — Не бойся, — тихо проговорила Шиаку и вытянула руку. Лисица еще немного посмотрела на девушку и, поборов свой страх вышла из-за достаточно широкого дерева. И тут Шиаку замерла. Она увидела не один маленький рыжий хвостик лисички, а целых девять огромных хвостов. Глаза у зверя были желтыми и, словно на добычу, смотрели на Ки. Лиса подошла к Шиаку, обдав холодным дыханием ее руку. Немного придя в себя, девушка потянулась, чтобы погладить новую знакомую, но та резко открыла пасть: — Ты не похожа на других людей, — звонким женским голосом проговорила лисица. От шока Шиаку не могла и слова вымолвить, но страха почему-то не было. — Меня Кимико зовут, а тебя? — лисица села напротив удивленной девушки. — Ш… — красноглазая замялась, — Ки Шиаку. Манами очнулась у себя дома. Посмотрев по сторонам, она увидела Годжо, что стоял в проходе. — О, проснулась! — радостно проговорил напарник. На нем был белый фартук Манами. — Что случилось? — девушка схватилась за голову. — Ты паренька до полусмерти избила и в обморок грохнулась, — не сдержав смеха, сказал Сатору. — Ну ты сильно не расслабляйся, через час уже гости придут. — Блять, — тихо ругнулась Иноэ. — Не ругайся, а вставай, надо хоть на стол что-нибудь поставить, — парень скрылся из виду, уходя в сторону кухни. Еще немного полежав, Манами встала и пошла на кухню. На ее удивление Годжо умел готовить, и пока она была без сознания, он приготовил целый стол вкусно пахнущей еды такой как: сябу-сябу, унаги, окономияки, якитори и геза. Также на полочке возле холодильника лежали моти и различные пирожные. Годжо стоял около своих блюд и красиво украшал их. Пить они сегодня собирались сакэ. — Я так смотрю, мне и помогать уже не надо, — Манами громко посмеялась. — Так ты у нас хозяюшка значит? — продолжила девушка. — Вообще-то, Мами, — парень приблизился к напарнице так, что дыхание сперло. — У тебя сегодня день рождение, в добавок к тому ты провалялась пять часов, — Иноэ прижалась к стене, а Годжо поставил руки с обоих сторон, дабы та не убежала. — Сатору, — щеки Манами снова горели. — М? — промычал беловолосый. — Ты что делаешь? — заикаясь спросила смущенная Манами. — И где ты повязку потерял? — Годжо громко засмеялся. — Проучил тебя, чтобы ты не выебывалась, — парень отстранился и вернулся к еде. Еще немного постаяв около стены, девушка решила сесть на стул. — А что с Хитоши случилось? — резко переключила тему Иноэ, ведь думать о произошедшем ей сейчас не хотелось. — Нанами его забрал в школу на допрос, — Годжо аккуратно нарезал зелень, чтобы добавить в суп. — Он придет немного раньше, можешь спросить, что этот человечишка сказал. — Он человек? — Манами удивленно уставилась на друга. — Да, проклятой энергии в нем не оказалось, а тебя видимо так ранили его слова, что ты даже разбираться не стала, — Годжо говорил серьезно. Закрыв глаза, Манами вспомнила сон, от чего мурашки прошлись по ее коже. Отец, мать, брат, сестры, Такэда и Кимико. Зачем она это вспомнила? От всех издевательств Каэды до сих пор мурашки по телу и внутри все сжимается. Мысли Манами перебил звонок в дверь. — Я открою, — тихо произнесла Иноэ. Открыв светлую дверь, Манами увидела перед собой Нанами. Он был одет в свой любиый костюм с галстуком, зачесанными волосами и без очков. — С днем рождения, Манами, — директор улыбнулся и зашел в квартиру. — Прости, что тогда не поздравил, я совсем забыл. — Ничего страшного, Нанами, — девушка приветливо улыбнулась. — Держи, это от меня, — мужчина передал ей небольшой пакет с довольно увесистой коробочкой. Открыв ее, девушка увидела серебряную цепочку с кулоном в виде мордашки лисы. Достав украшение, девушка попросила Нанами помочь застегнуть его. Теперь на ее шее виднелась небольшая лиса, а на пальце кольцо с ее именем. Она была действительно рада, что даже такой человек как директор, подумал о подарке. Поблагодарив его, Манами и Нанами прошли на кухню, где Годжо шаманил над едой. — Нанами, можешь рассказать Мами, что Хитоши рассказал, — Сатору посмотрел в сторону напарницы. — Да, конечно, — мужчина поправил свой галстук. — В общем он все так же утверждает, что это он убил Ягу, в чем я очень сильно сомневаюсь, ведь у него нет ни капли проклятой энергии, — Нанами огорченно выдохнул. — Только вот кое-что произошло пока я отлучался по делам. — директор был явно недоволен. — Перед тем, как уехать, я оставил Шоко наблюдать за ним, а когда вернулся, — мужчина замялся. — Шоко лежала на полу, а Хитоши убили. У Манами затряслись руки, а глаза стали ярче. — Что произошло? — злобно спросила девушка. — И что с Шоко? — С Шоко все хорошо, ее просто вырубили, — вклинился в разговор Годжо, — а вот у Хитоши было вырвано сердце.