Откровения

Две девочки в красном и синем галстуках стояли на Астрономической башне, устремив взгляд вверх. На шатенке было лёгкое пальто, продуваемое ветром, а блондинка закуталась в тёплый пуховик. Подруги любовались прекрасным видом: замёрзшее чёрное озеро, манящее своей таинственностью, запретный лес, который с высоты выглядел ещё опаснее. Снежинки одна за другой медленно падали вниз, заставляя засмотреться, белый снег, лежащий повсюду, слепил глаза. Захватывающая высота придавала ещё большей гармонии в эту умиротворяющую тишину. — И как ты не боишься стоять на краю? — Пандора стояла подальше от подруги, страх высоты всегда преследовал её. — Не знаю, мне не страшно. Эта высота меня привлекает, — Мира повернулась к когтевранке и улыбнулась. — Высота, говоришь, привлекает…— Олливандер оглядела окрестности и случайно наткнулась взглядом на одно из колец на квиддичном поле, — А ты в курсе, что в команду набирают со второго курса? — Что? Ты о чём? — Хьюз медленными шагами подходила к подруге. — О квиддиче. — Квиддич? — Да, именно. Ты сказала, что любишь высоту. Может, стоит попробовать? — Боюсь, что любить высоту для игры в квиддич недостаточно, — усмехнулась Хьюз, — Нужно любить, когда адреналин охватывает тело, когда сердце бьётся с бешеной скоростью, когда захватывает дух. Проще говоря, нужно любить риск и уметь отдаваться этим ощущениям. Квиддич — это не просто игра, это нечто большее… — Риск — это не про тебя? — Пандора с интересом взглянула на подругу, направляющуюся в сторону выхода. — Риск? — Мирцам задумалась, подняв взгляд к потолку. — Жизнь скучна без риска, Пани. — Блэк стала спускаться по лестнице вниз. — Блэк сказал так же, когда их с Поттером отчитывали за блевательные батончики на столе Слизерина, а точнее, когда они чуть не попались, — хмыкнула Пандора, ей не очень нравились эти безбашенные мальчишки. — Повторяешь за ним? — Меня тогда с тобой не было, — Мира пожала плечами, продолжая спускаться. — Да…?

***

В спальне четырёх гриффиндорцев царили шум и гам. Джеймс и Сириус устроили бой подушками, перья разлетались повсюду. — Мерлин! Вы успокоитесь? — воскликнул читающий Римус, в лицо которого прилетела одна из подушек. — Да ладно тебе, Римус! Нужно наиграться напоследок, пока не разъехались, — весело прокричал Джеймс в перерывах между ударами. — Ага! Ай! Поезд уже завтра. Маман не даст мне так оторваться, — поддержал друга Сириус. — И поэтому вы решили за последний день разгромить всё, да? — усмехнулся сидящий рядом с Люпином Питер. — Разумеется! — Поттер свалился с кровати. Наконец, мальчишки успокоились, присев на кровать. Джеймс схватил бутылку воды с тумбочки и сделал большой глоток. Стоило шатену оторваться от «напитка богов», как сосуд тут же выхватил, не менее желающий утолить жажду, Сириус. — Слушайте, а та девчонка, Мирцам… Она не плохая, — вдруг проговорил Питер. Трое мальчишек обернулись на Петтигрю. — Не знаю, почему ты, Римус, с ней не общаешься, но она крутая, — продолжил мальчик. — Согласен. Она хорошая. Тоже готова на безбашенные вещи. Мы как то раз, с ней одной пуффендуйке помогли. Вроде Холли её звали, — поддержал друга Блэк, — Эта Хьюз почти в одиночку справилась со старшекурсником каким-то, я лишь немного помог. — Ага, а мне она помогла с домашкой. Питер сидел склонившись над учебником за одним из столов в библиотеке. Зелья ему совсем никак не поддавались. Вспомнить все нужные ингредиенты и этапы приготовления было для Петтигрю крайне сложно. — Ты чего тут сидишь? Время уже одиннадцатый час, — спросила только что подошедшая Хьюз. — Да у меня тут с зельями… — Усыпляющее зелье? — Ага… — Так, дай-ка взглянуть, — Мира забрала пергамент у однокурсника, пробегаясь глазами по написанному, — Тебе здесь совсем немного дописать осталось. Ингредиенты все написаны. Только вот в этапах приготовления ещё два пункта… Мирцам взяла в руки перо и сама дописала ещё пару строк. — Готово! — девочка с улыбкой протянула работу владельцу, — Почерк, конечно, немного отличается, но я старалась, чтобы было похоже. Да и Слизнорт не особо разбирается, так что… — Спасибо! — Питер обнял Хьюз в порыве эмоций, — Без тебя бы я тут до утра просидел, правда! Ты очень выручила… — О, ну до утра бы не вышло, тебя бы выгнали, но всё же рада, что смогла тебе помочь. Теперь идём скорее. Филч скоро начнёт обход. — Ого… Весьма благородно с её стороны, учитывая, что мы особо не общаемся. Но, я думаю, это в её стиле, — проговорил Поттер, направляясь в ванную. — Почему? — вдруг спросил Люпин. — Ну… По ней видно, что она добрая. Даже тот случай, когда она на распределении спасла Сириуса от позора. Могла ведь проигнорировать, но нет. Думаю, с ней и вправду лучше дружить, — Джеймс скрылся за дверью и, вскоре, послышался звук включённой воды. — Ладно, я пойду схожу до комнаты Томаса, он мне перо не вернул, — Питер покинул комнату. — В чём дело, Римус? Что случилось у вас с Мирой? — стоило Петтигрю скрыться за дверью, как Сириусу не удалось удержаться от интересующего его вопроса. — Всё сложно, Сириус. Я… я плохой друг. — Послушай, ты не плохой друг. Наверняка, есть причины и объяснения твоим действиям. Просто расскажи мне, — Блэк поднялся с кровати и присел рядом с Люпином. — В день, когда мы перестали общаться, я соврал ей… — Что? Зачем? — Я сказал ей, что отправился в библиотеку, а сам пошёл с вами готовить шутку над слизеринцами. - резко проговорил Римус и твёрдо взглянул на Сириуса, слегка обескуражив его. — Ого… -Я же сказал, я ужасный друг. Я отвратительно поступил с ней. — Нет, я не в этом смысле! Просто, я не думал, что ради нас откажешься от… — Блэк прикусил язык. Римус поджал губы, а глаза покраснели и покрылись пеленой. Он проницательно взглянул на Сириуса, сердце которого сжалось от такой картины. Римус почти заплакал. Это была их первая откровенная беседа. Беседа о важном, о беспокоящем душу.

***

Тем временем Мирцам сидела в гостиной Гриффиндора, читая очередную интересную книгу. Девочка ни на что не обращала внимание, будучи полностью погружённая в увлекательный сюжет. И, казалось бы, никто не собирался рушить её идиллию, как вдруг… — Ой! На Хьюз вылился стакан воды. Очевидно, сегодня не её день. — Прости! Прости, пожалуйста! Мирцам подняла взгляд и увидела перед собой виновницу происшествия. Брюнетка выразительными золотистыми глазами смотрела прямо на Хьюз. — У тебя очень красивые глаза, — ни с того ни с сего проговорила Мира. — Оу… Ну… Спасибо, — девчонка нервно хихикнула, — Я, кажется, разлила на тебя воду. Извини. — О, не страшно, правда! Не извиняйся, хорошо? Я сейчас… Мирцам направила палочку на кофточку и пятно тут же исчезло. Незнакомка облегчённо выдохнула. — Меня зовут Дебора. Дебора Говард, — брюнетка улыбнулась и присела рядом с однокурсницей, — Ты, очевидно, тоже с Гриффиндора, раз тут сидишь. — Да. Я Мирцам Хьюз. Ага, как же… Хьюз. — У тебя очень красивое имя. Раз уже мы делаем комплименты друг другу, — сново посмеялась Говард.

***

Пандора тоже проводила время в своей гостиной, дожидаясь ужина, где планировала увидеться в Мирой. — Привет. Олливандер обернулась. Перед ней стояла когтевранка со смуглой кожей, карими глазами, как у Мирцам, и чёрными, как ночь, волосами. — Привет… — У тебя нет запасного пера? Моё в комнате, а мне очень срочно нужного, — проговорила брюнетка, бросая взгляд на сумку Пандоры. — А… Да, да конечно. Блондинка открыла сумку и, немного порывшись, достала оттуда белое перо. — Держи. — Большое спасибо. Незнакомка отошла и села за парту, снова погружаюсь в работу. А Пандора всё не могла перестать думать о ней. Чем-то эта девочка её зацепила… Хотя, этот холодный тон и серьёзный взгляд заставляли напрячься. — А как тебя зовут? — Пандора поднялась с дивана и подошла к парте, где сидела когтевранка. — Доркас Медоуз, — также серьёзно проговорила девочка. — А я Пандора! — громко воскликнула блондинка. —Будем знакомы, — наконец растаяла Доркас, улыбнувшись.

***

— Лили! Лили, подожди! — Поттер бежал сломя голову по коридору. — Отстань, Поттер, — Эванс ускорила шаг, пытаясь оторваться от назойливого кавалера. — Ну пожалуйста, Цветочек, — Джеймс всё же догнал однокурсницу и теперь шёл по правую руку от неё. — Чего тебе? — девочка всё же остановилась и сурово взглянула на мальчишку. — Может, ты всё же согласишься прогуляться? — Нет. Я тебе уже пятый раз сегодня отвечаю. Поттер, отвали от меня. Я не хочу с тобой никуда идти. Ты мне не нравишься, а своей приставучестью только раздражаешь, ясно? Иди отсюда и не порти мне предрождественское настроение! — грубо ответила Лили, буквально выплёвывая последнюю фразу. Джеймс застыл на месте. Конечно, Лили не раз отшивала его, но так грубо… Видимо, он действительно разозлил её. Эванс развернулась и ушла, громко стуча каблучками по каменным плитам. Поттеру вдруг стало очень обидно. Неужели он настолько ужасен? Неужели Лили никогда ничего не сможет чувствовать к нему? Джеймс медленно побрёл по коридору, смотря в пол и погружённый в свои мысли. Он зашёл в туалет Плаксы Миртл, которая опять ворчала о чём-то, но он не слушал, не замечал… — Эй, Поттер! — Джеймс обернулся на зов, — Ты чего делаешь в женском туалете? Мирцам стояла прямо напротив мальчика и смотрела на него как на умалишённого. Ну серьёзно, что он забыла в туалете для девочек? — У меня тот же вопрос! — взвизгнула девочка-призрак. Хьюз присмотрелись и увидела, что глаза Поттера были на мокром месте, а сам он выглядел потерянным. Девочка тут же изменилась в лице и присела рядом. — Заткнись, Миртл! Джеймс, у тебя случилось что-то? — обеспокоено спросила Блэк, смотря гриффиндорцу в глаза. — Я… Поттер не подобрал слов. Он и не знал, что сказать. И можно ли говорить вообще? Но ей почему-то хотелось рассказать. Взгляд у неё был какой-то особенный, глубокий, пропитанный сочувствием, хотя она ещё не знала, что произошло. «— Красивые глаза… Словно тёмный шоколад… Как будто дна в них нет, как будто тонешь. Голова кружится.» — мальчишка явно размышлял не в ту сторону. — Джеймс? Всё хорошо? — Да! То есть, нет! — Поттер поймал себя на мысли, что слишком долго смотрит на собеседницу, стало неловко, — Мира, ты считаешь я не могу никому понравиться? — Что? Нет, конечно. С чего ты взял, что я так считаю? — Лили снова отказала мне… Я не понимаю, в чём дело? Я зову её гулять, проявляю знаки внимания, стараюсь её порадовать, защищаю, но всё напрасно! Она совершенно никак не реагирует, ей всё равное. Я так плох? — Чёрт… Джеймс, послушай, ты совсем не плох. Твои поступки и ухаживания очень милы, ты делаешь всё правильно, просто… — Просто? — Ей это пока не нужно, понимаешь? Вы сами ещё дети и делать выводы о том, что у вас ничего не выйдет — глупо. Не торопи время. Уверена, она твоя будет. Пока нужно просто подождать. Всему своё время. — А если она никогда не влюбится в меня? — Тогда отыщешь того, кто влюбится. — А как отыскать того, кто влюбился в тебя? Как мне понять, когда влюбится она или кто-то другой, а? — Джеймс с интересом подался вперёд и взглянул на Мирцам, как на последнее и единственное спасение. — Ты ещё слишком мал для таких размышлений, Джеймс… Пока просто живи и взрослей. Всему своё… — Но всё же! Как? — «Часто немые глаза красноречивее уст». Публий Овидий Назон. — Чего? — Это древнеримский писать. Дельную вещь говорит, кстати. Ты всё увидишь в глазах, Джеймс. Они зачастую говорят намного больше, чем сам человек. Хьюз поднялась с пола и уже направилась к выходу, как вдруг… — Мира! Девочка обернулась. — Спасибо и… ты хорошая. Мирцам улыбнулась, а после покинула туалет, оставляя Поттера одного в своих раздумьях.