«Скажешь что-нибудь умное?»

Холодные улицы Лондона не обещали ничего хорошего. Зима в этом году действительно очень холодная, что совершенно не свойственно Великобритании. Тишина и пустошь. Для кого-то — гармония, а для кого-то — сплошное угнетение. Наверное, ощутив это на себе, каждый из нас сделал бы свой вывод. На улице никого. Только несколько подозрительных типов разгуливают по переулку, прячась за поворотами. На то они и подозрительные, ведь так? Ветер задувал достаточно сильно, скоро начнётся метель. Это не к добру. Вся эта атмосфера только и навеивала страх на Мирцам, сидящую на подоконнике в своей комнате. Гул ветра был слышен даже через окно и он вовсе не успокаивал. Холод пробирался через маленькие щели, ноги мёрзли и потихоньку немели. Девочка вертела в руках пришедшее ей письмо, снова и снова пробегаясь по нему глазами. Зачем она понадобилась Дамблдору? Руки уже начало немного морозить и бёдра пощипывало то ли от холода, то ли от того, что Хьюз сидит в одном положении минут двадцать. — Мира, ты спать собираешься? — Кэнди вошла в комнату и взглянула на девочку своим строгим взглядом. — Да… Да, я ложусь уже. Мирцам спрыгнула с подоконника и принялась стягивать покрывало с кровати. — И окно открыто… — ворчала женщина. — У нас лето на дворе? Зима в этом году холодная… Слышишь, как ветер задувает? — Слышу, слышу… — Хьюз складывала письмо в четыре раза. — А это ещё что? — Ничего. Просто бумажка. Ничего особенного… — Мне только не рассказывай. Думаешь, столько лет со мной живёшь и я ещё не всю тебя изучила? — по-доброму улыбнулась Кэнди. — Рассказывай, что за письмо? — С чего ты вообще взяла, что это письмо? — Мира вопросительно изогнула бровь. — Когда я зашла, ты читала его. Вид у тебя, к слову, был не самый спокойный. Что стряслось? — Наш директор — Дамблдор зовёт меня к себе в ближайшие два-три дня. Не знаю для чего, но говорит это очень важно, — девочка протянула. — Это связано с моей магией. — Я думаю, это серьёзно. Нужно отправляться, если всё так важно. Ты же собираешься это сделать? — Да… Да, я думаю… Нужно отправить ответное письмо. Меня заберёт Хагрид, тут так написано. Завтра? — Нет, завтра не получится… — Почему? Я нужна тебе? — Да. Завтра будут гости. — Какие ещё гости? Кевин сказал, что они уезжают к родственникам за город. — Нет, я не о Прайсах. На днях ездила в центр и встретила одного мужчину. Он иностранец, зовут Флимонт. Расспрашивал меня о жизни в нашей стране. Интересовался школой, образованием и даже устройством наших домов. Я, правда, так и не поняла откуда он, ведь много чего не знал даже о электричестве. — Ты уверенна, что подобных гостей можно принимать? Не знать о электричестве… Он из племени что ли из какого-то? — Нет, нет. Одет он был очень даже прилично. В бежевый костюм и хорошо чищенные ботинки. Говорил очень понятно, грамотно, что странно, даже без акцента. Отличный английский. Человек он хороший. Общался мило. — Обычно так и начинают действовать маньяки, которых потом сажают за массовые убийства, — усмехнулась Мирцам, укладываясь на кровать. — Брось, Мира. Тем более, он будет с женой и сыном. — Сыном?! — девочка подскочила и резко приняла сидячее положение — Да. Я считаю, отличная возможность завести новых друзей. — Тётя Кэнди… Снова станешь подбирать мне жениха? — Хьюз упала на подушку и скорчила недовольную гримасу. — Так. Не начинай, — женщина, до этого стоявшая возле окна, присела на край кровати. — Не буду я тебе никого искать. Я этого мальчишку самая ещё ни разу не видела. К тому же, тебе не хочется заводить друзей? — У меня уже есть друзья! Пандора, Дебора и Римус… — на последнем имени девочка запнулась. Благо, Кэнди не придала этому особого значения. — Будет больше. Мира, послушай, всего несколько часов ты пообщаешься с тем мальчиков и всё. Я от тебе больше ничего не требую. — Он иностранец! — Тем более! Узнаешь откуда они такие родом, пообщаешься, расспросишь об обычаях их народа, о их жизни. — Ладно… Тогда к Дамблдору послезавтра? — Да, так и напиши ему. И пускай Хагрид пораньше придёт, мы его угостим чем-нибудь… *** — Профессор Дамблдор, разрешите войти? Минерва Макгонагалл показалась в дверном проёме, но не вошла полностью. В кабинете директора царил полумрак. Никому не известно, почему он ещё не спит. Про Дамблдора в принципе мало кому, что известно. Наверное, это его главная фишка. — Да, да… Заходите. Почему же вы не в постели в столь поздний час? — старик поднялся со своего места. — Мирцам вам ответила? — Так вы за девочку переживаете? — Вам ли не знать, что причины переживать есть? Магия между близнецами Блэками достаточно сильная, мне как-то приходилось наблюдать. Не вышло бы им это боком, Альбус… — Во всяком случае, лучше пока ему ничего не знать. То, что мы рассказали Мирцам, может быть опасно для неё. Зря я это сделал… — Думаете, проболтается? — Минерва присела на стул. — Маловероятно. Как бы сам Сириус не начал выискивать… — Дамблдор расхаживал по кабинету. — Бросьте. Уверена, лорд Блэк держит всё в тайне. Слишком уж это шокирует публику, в случае вскрытия тайны. — Игра уже запущена… Остановиться — значит проиграть. — Что? — Ничего, Минерва. Идите, вам нужно выспаться. Время пролетит, ученики скоро вернутся в Хогвартс. Отдохнуть не удастся. Всегда Дамблдор говорил так. Так, что ничего не понятно. Каждый из разговора с ним вытаскивал что-то своё. Не всегда хорошее, к слову. Женщина покинула кабинет, преодолевая длинные коридоры школы. Переживать она меньше не стала. История Мирцам была намного страшнее, чем могла показаться со стороны. Сначала жить в абсолютном незнании, а в один день узнать обо всём и нести на себе этот ужасно тяжёлый груз. А ведь ей всего одиннадцать. Только и всего. Она девочка, ребёнок. Самый обыкновенный, желающий веселиться и жить обычной беззаботной жизнью. Без всяких страхов и боязнью быть раскрытой. — Эта семейка принесёт ей слишком много бед… — пробормотала Минерва, шагая в непроглядную тьму. И откуда в ней столько уверенности, что она не упадёт? — Зря ей всё рассказали… Проблем не оберётся… — Вы правда так считаете? Слегка писклявый мужской голос послышался откуда-то из темноты. Затем раздались медленные шаги. Яркая луна осветила лицо незнакомца. — Профессор Слизнорт… Нельзя же так людей пугать! Что вы вообще здесь делаете? Минерва Макгонагалл отступила к стене, чуть не ударившись. — Собирался к нашему директору. К слову, по той же теме, что и вы. Эта милая девочка… Мирцам? Так? — Прошу прощения, но… — Она из Блэков? Верно? — Я не могу… — Я сразу это понял. В ней что-то есть… что-то отличное… от остальных. И Сириус… прекрасный партнёр для неё. Я сначала вовсе и не понял, как они смогли так красиво сработаться, — Гораций подошёл к женщине и протянул локоть, который та тут же приняла. — А затем понял. Между ними ведь витает что-то… Магия, знаете ли, родственная. Я Блэков знаю. Из тысячи узнаю. — Вы… — Я отправился к Альбусу. Мои догадки подтвердились. Они близнецы. Очень похожи, к слову. Выйдя на один из балконов, профессора остановились. Минерва осматривала мужчину, его потрепанный пиджак и великоватые брюки. Почему он не в ночной одежде в такой час? Слизнорт смотрел в небо, разглядывая звёзды. — Всех Блэков называли в честь звёзд… — Это до хорошего не доведёт. Блэки её погубят, — женщина тоже перевела взгляд на небо, поправляя накидку на длинной сорочке. — Вы уверенны, что всё вскроется? — глаза Горация заблестели. Не ясно почему. Тема этих детей порождала в нём что-то… что-то… жалостливое. Он понимал судьбу этих ребят, этой девочки. — Более чем. Коротко и чётко. Всегда Минерва так говорила. — Пойду я. До Альбуса дойти нужно… — мужчина развернулся, кутаясь в свой пиджак и направляясь к выходу с балкона. Ветер задувал сильный. Зима. Мороз. Нечего раздетыми на столь продуваемом месте стоять. — Вы, профессор, девочку не оставляйте. Тяжело это всё. Магия эта сильна уж слишком, — закончив своё наставление, Гораций вышел прочь. Шарканье его туфель было слышно ещё долго. Этот звук заставлял погружаться в себя всё сильнее и сильнее. *** — Вот представь! — Сириус запрыгнул на письменный стол прямо в ботинках и задрал голову. Рука его находилась в воздухе, в весьма замысловатом положении. Словно он великий поэт. — Мы с тобой известные на весь мир… братья… Какие братья? Помогай! — Сириус, слезь уже с парты, — поучительным тоном упрекал брата Регулус, но улыбки сдержать не мог. — Не будь занудой, Рег, — мальчик спрыгнул со стола с характерном звуком. Брюнет вальяжно расхаживал по комнате младшего брата, оглядывая всё вокруг так, будто видит в первый раз. — Я не зануда. Просто мне тебя жаль. Плечо-то болит ещё? — младший Блэк слегка сполз со стула, закидывая ногу на ногу. — Совсем немного. Нога пострадала больше, — лицо Сириуса оставалось спокойным. Взяв в руки вазу, он покрутил её и дунул внутрь. — Может к лекарю? Вдруг вывих? — Регулус поднялся с места и подошёл к брату, нахмурив брови. Сириус развернулся и с высоты осмотрел брата слегка насмешливым взглядом. Разница в росте небольшая, но была. Его губы тронула лёгкая, расслабленная улыбка. Блэк поправил младшему воротник и оставил руки на плечах. — Это ни к чему, — мальчик развернулся и направился к окну, попутно засовывая руки в карманы, — Реджи… Теперь старший из братьев не мог сдержать широкой улыбки. — Мы же договаривались! *** Снег крупными хлопьями падал за землю. Джеймс шёл, задрав голову и высунув язык. Красивые деревья были белые, белые. Поэтому глаза сильно резало и приходилось щуриться. Ветра почти не было, а на улице почему-то так спокойно, что уходить отсюда совсем не хотелось. Мрачность вчерашнего дня испарилась бесследно. — Джеймс, сейчас упадёшь ведь. Иди нормально, — Юфимия встала рядом с сыном, пытаясь вернуть голову в нормальное положение. — Не, мне нормально. — Нормально ему… Вот сей… — Пришли! — возглас, ушедшего чуть поодаль, Флимонта услышали спорящие мама с сыном. Поттеры подошли к дому, оглядывая его. — Какой милый домик. — улыбнулась миссис Поттер. — Они тут вдвоём живут? — Да, с дочерью. Идём. Поттеры прошли дальше, открыв слегка заледеневшую, ветхую калитку. Они прошли по вытоптанной хозяевами тропинке. — Видно, что мужчины в доме нет. Снега-то сколько… — Юфимия аккуратно перешагивала всё таки скопившиеся на тропинке небольшие сугробы. Раздались три глухих удара. С другой стороны двери послышался шорох, несколько шагов и звук падения какой-то вещи. Через пару секунд дверь отворилась. — Добрый день! Перед четой Поттеров предстала женщина в жёлтом домашнем платье, а спереди был повязан белый фартучек. Рыжие волосы заделаны резинкой для волос. Да, мисс Хьюз была красива. На самом деле, для сорока пяти она действительно выглядела достаточно молодо. Огоньки в золотистых глазах не угасли, а слегка волнистые рыжие волосы до плеч не теряли свой яркий окрас. Джеймсу она сразу показалась приятной. Её веснушки на щеках и аккуратном носу, улыбка с ямочками, которая ему кого-то напоминала, но он не мог понять кого. — Заходите скорее. На улице такой холод… Неловкость была крайне сильно видна. Прийти домой к незнакомому человеку, который даже не знает, как вести себя с гостями, просто потому что видит их, грубо говоря, в первый раз. Кэнди помогла гостям расправиться с верхней одеждой и сразу повела в гостиную, где уже стоял стол с угощениями. — Так… Мне, наверное, стоит представиться. Меня зовут Кэнди Хьюз, я живу в этом доме со своей дочерью, работаю в школе, — нервный смешок. — А вы…? — Я Юфимия Поттер, а это мой сын Джеймс. Мы очень рады с вами познакомиться! Миссис Поттер тоже приятно улыбнулась, убирая за ухо прядь каштановых волос. — Давайте перейдём на «ты». Думаю, мы все ещё не настолько стары, — женщина снова смеётся, пытаясь скрыть волнение. — Да, давай, — Флимонт тоже вклинивается в беседу. — Вы располагайтесь пока, а я дочь позову. Поттеры сели за стол. Джеймс продолжал с улыбкой разглядывать интерьер дома. Тут всё было так по-домашнему. Коричневые, бежевые и бордовые тона преобладали, приглушённый свет, свечи, диван украшенный разноцветными вязаными подушками. На столе с необычной скатертью стояли различного рода вкусности, приготовленные хозяйкой: салаты, бутерброды, корзинки и два графина с напитками. Сразу было видно, что в доме живут только женщины… Точнее, женщина и девочка. Всё это Джеймсу казалось таким… Красивым и, в это же время, простым. — Знакомьтесь, это моя дочь, Мирцам. У Поттера аж в ушах зазвенело. Он ожидал услышать любое имя, но только не своей однокурсницы. Мальчик резко повернул голову и его глаза стали ещё шире. Перед ним стояла девочка, с которой он учится на одном курсе уже полгода. У Миры было не менее шоковое состояние. Её карие глаза были размером с галлеон. И всё, что она смогла сказать это: — Поттер? Минутное молчание повисло в комнате. Девочка нахмурила брови, будто-то бы разглядывая гостя и надеясь, что ей показалось. — Вы знакомы? — голос Кэнди разрушил тишину. — Да… Да, мы однокурсники. Мы вместе в Хогвартсе учимся. — В Хогвартсе? Так вы… Вы волшебники? Снова тишина. Флимонт и Юфимия переглянулись, а Джеймс улыбнулся. Эта ситуация показалась ему ужасно забавной. Мирцам тоже не сдержала улыбки. Издав смешок и поправив руками блузку, девочка шагнула вперёд: — Неужели, вы, Мистер Поттер, не смогли придумать ложь получше? — Мира, — предупреждающим тоном сказала Кэнди. — Нет, нет! Это вовсе не упрёк, даже забавно. В иной раз, представляйтесь русскими. Больше вероятности, что поверят. В России другой менталитет, политика, даже устройство домов, наверное… — Правда? Думаешь, повелись бы? — мужчина встал из-за стола и подошёл к девочке, смотря на неё с самым серьёзным выражением лица. — Да, вероятно. Русские у нас здесь редкость, вам ли не знать? — Да, мне это известно. Флимонт Поттер, — отец однокурсника протягивает Мире руку. — Мирцам Хьюз, — девочка отвечает на рукопожатие и тоже улыбается. — От чего же мы все стоим? Мам, что там с ужином? Не прогонять же гостей… — девочка задержала взгляд на Джеймсе, который продолжал улыбаться. Разумеется, гостей никто не прогнал. Ужин состоялся и очень даже хороший. Все смеялись над забавной ситуацией и не в коем случае Кэнди не злилась на волшебников. Взрослые много говорили. Говорили обо всём. Кэнди рассказывала о домах, улицах, жителях, политике, журналистике, образовании… В общем, болтала без умолку. Мистер и миссис Поттер слушали очень внимательно, хвалили, вставляли свои комментарии, делились опытом. Вся эта болтовня сковывала сидящих по разные стороны стола Джеймса и Мирцам. Мира иногда говорила свою точку зрения во время разговора, ведь сама училась в магловской школе. Поттер-младший смотрел на неё. Смотрел, не отрываясь. Было так непривычно видеть её не в школьной форме. Да, бывало она ходила в обычной одежде, но в свободное время однокурсники почти не общались. Она жестикулировала, когда говорила, иногда прикусывала кончик пальца, задумываясь. Часто хлопала глазами с длинными ресницами. Он ещё нигде не видал таких ресниц. Глаза были всё те же. Если посмотреть в них, начинает кружиться голова. Как в прошлый раз, когда она давала ему совет из-за Лили… Белая блузка с широкими рукавами очень подходила к её волосам, благодаря контрасту. Передние пряди пышной кудрявой копны были завязаны лентой сзади. Смотрелось весьма эффектно на пушистых волосах. Девочка ела очень аккуратно. Джеймс бы даже сказал интеллигентно. Словно аристократка. Каждое её движение казалось ему таким изящным и женственным. Вскоре, ужин закончился, а вот разговоры — нет. Мира скучающе откинулась на спинку стула, лениво оглядывая гостиную. Поттер дивился. Как она могла быть такой культурной и нескромной одновременно, ведь совсем не скрывала то, что вся эта ситуация ей уже наскучила. — Мира, вы прямо совсем заскучали. Проводи Джеймса в свою комнату, поболтайте о чём-нибудь, в шахматы, в конце концов, сыграйте. Чего тут сидеть? Мирцам перевела взгляд на тётю, которая с укором смотрела девочке в глаза, затем на Джеймса. Хьюз кивнула Поттеру и оба встали из-за стола. Джеймс шёл прямо за однокурсницей. Они поднялись по лестнице и повернули направо, в комнату Мирцам. — Вот моя комната, — русоволосая устало выдохнула и упала спиной на небольшую кровать, стоящую у стены. — Ну и разговорчивые эти взрослые… Сил больше нет это слушать. Как будто неделю не говорили, а сейчас… — слова подбирались не очень-то культурные, поэтому девочка предпочла помолчать. Джеймс ходил и осматривал комнату, как в музее. Небольшая деревянная кровать справа от двери, слева — большой светло-коричневый шкаф с одеждой, такого же цвета комод со стоящими на нём фотографиями маленькой Мирцам и Кэнди. Также в комнате находился небольшой столик с зеркалом. На нём по коробочкам разложена всякая мелочь: ленты для волос, заколки, магловские ручки, открытки, самодельные браслеты из бусинок, фенечки, фломастеры. Отдельный контейнер для помад и лаков для ногтей. Корзинка с музыкальными пластинками. — Пластинки? — Поттер обернулся и взглянул на девочку. — Я думал, вы слушаете музыку с помощью магнитофонов. — Он тоже есть. В шкафу. Эти декоративные. Их надо бы развесить… для антуража. Руки не доходят. — И так симпатично, — Джеймс снова взглянул на корзинку. Мирцам усмехнулась. Письменный стол, на котором лежали и перья, и ручки, и краски, и… — Такой толстый блокнот… Ты пишешь? — шатен снова обернулся на Хьюз. — По настроению, — лежащая до этого Хьюз поднялась с места и подошла ближе, убирая рукопись в тумбочку под столом. — Не писатель, конечно, но всё же. Стеллаж. Огромный стеллаж с книгами. — Такой коллекции только позавидовать можно… — Джеймс провёл рукой по перелётам. — Может и можно. Но до этого, нужно всё это прочитать. — Ага… И долго читать? — Достаточно. Чем займёмся? — Не знаю. А чем обычно маглы занимаются? Их беседа была довольно странной. Словно говорили не они, а кто-то другой. Очень необычное чувство. — Обычно дети в этом районе сбегают из домов, а дальше всё по-старинке. — Это как? По-старинке? — Поттер недоверчиво посмотрел на девочку, а затем проследил за её рукой, тянущейся к книжке. — Ну, знаешь… сигареты, алкоголь, плохая компания. У вас такого нет? — Мира открыла книгу. — Я не встречал… —Это хорошо, что не встречал, — пробежав глазами по тексту, девочка закрыла сборник. — Пойдём тогда. Покажу тебе такую жизнь… — Хьюз открыла дверцу шкафа и принялась доставать оттуда утеплённые вещи. — Мы курить будем? — усмехнулся Джеймс. — Ну нет. Курить не будем, я не умею. Но сбежать можно, это организую, — Мира надела на себя тёплый свитер. — Мне идти вниз за одеждой? — Ага. А объяснишь ты это как? — Порывшись в шкафу, девочка вытянула оттуда достаточно больших размеров кофту. — Держи. — Мужская? — Поттер вопросительно изогнул бровь. — Не спрашивай. Хьюз открыла окно над письменным столом и высунулась почти наполовину. Джеймс почему-то испугался, что она вот-вот упадет и ухватился край её свитера. — Ты чего? — Мира нахмурилась. — А если свалишься? — Брось. Я часто так делаю. Мирцам отцепила руку Джеймса и принялась перелезать через окно. — С ума сошла?! — Поттер подошёл ближе к окну и схватил однокурсницу за руку. — Не кричи, — шикнула на него девочка. — Видишь лестницу? Вот по ней вниз полезем. Мальчик выглянул в окно. И правда, прямо к каменной стене дома была прикреплена железная лестница. Хьюз принялась спускаться вниз. Пару секунд и она уже стоит на земле. Джеймс полез следом. — Ну вот и всё, — Мира отряхнула руки. — Пойдём, покажу тебе одно место. Джеймс и Мирцам шагали дальше вниз по улице в тишине. Каждый думал о своём. Хьюз было непривычно видеть Джеймса таким. В Хогвартсе он всегда был весёлым и беззаботным. Он не волновался не о чём, а тут он начал переживать за неё. Ухватился за руку. Сначала она не обратила на эту мелочь никакого внимания, а сейчас почему-то до сих пор чувствует его касание. Рука у Джеймса была больше, чем и Миры. И теплее. В голове у Поттера все мысли смешались. Ему несказанно нравилось сейчас находиться рядом с Мирой, но он искренне не понимал почему. Джеймса переполняло такое странное и незнакомое чувство, в школе оно не возникало. — Пришли. Перед ребятами предстал старый каменный дом из кирпичей, наполовину разваленный. От него оставалась одна небольшая башенка, на которой в теории могли залезть человека три, не больше. Внешний вид старого здания не внушал доверия, но Мира убеждала Поттера, что «эта штука» не развалится, и она уже тысячу раз туда забиралась. — Она прочная, правда. Я была там несколько раз и не одна. Поверь мне, — девочка заглянула Джеймсу в глаза. Её взгляд был горящий, притягивающий. Волосы развивались на ветру и желание прикоснуться к ним росло в геометрической прогрессии. Нос красный. Замёрзла. — Идём, — она взяла мальчика за руку и повела в сторону развалины. Он словно заколдованный шёл за ней. Будто, это гипноз, который она на нём использовала. Каждое её слово раздавалось эхом, а прикосновение вызывало лёгкое приятное жжение. — Осторожнее. Здесь ступенек нет. — А если провалятся? — Джеймс сильнее сжал руку однокурсницы, ведь Мира шла впереди и случись что — она пострадает больше. — Вряд ли, но лучше и правда быть аккуратнее. Ребята преодолели шаткие ступеньки и забрались на самый верх разваленного здания. Мирцам села на край, свесив ноги. Джеймс присел рядом. Поттер вовсе не боялся высоты, не боялся упасть. Более того, он с детства играет в квиддич, обожает высоту, свободу и лёгкость. Любит, когда ветер дует прямо в лицо. В общем, обстановка его не должна пугать, а только завораживать. Но нет. Он переживает. Не за себя, конечно, а за Мирцам, которая почему-то очень сильно уверенно себя чувствует, когда находится в весьма опасном положении. Джеймс задумался о том, что первый раз переживает за кого-то кроме матери, отца и друзей. Они ведь с Мирой не друзья. Почему он вообще за неё переживает? Всё таки больше Поттер волнуется о том, как там сейчас проводит каникулы Лили. Да, за неё он определённо переживает больше. Мира сидела молча и вглядывалась в уже практически полностью зашедшее за горизонт солнце. Она думала о письме, Дамблдоре, магии, брате, семье… Всё это казалось таким странным. Сначала, ты живёшь обычной жизнью, не догадываешься не о чём, мечтаешь, как все нормальные дети, о своём будущем. Мира хотела стать журналистом. Да она и сейчас хочет. Потом, в один прекрасный, а может и не очень день, ты узнаёшь, что оказывается, ты принадлежишь великому роду, тебе нужно скрываться, чтобы никто этого не понял и нести на себе огромную ответственность. А ещё учиться вместе с родным братом, с котором с каждым годом вы будете всё больше похожи. Ужас! Не иначе. И как справляться со всем в одиночку? Может быть, помогут друзья. Но у Миры никогда не было хороших друзей, кроме Кевина. Да, она нашла себя друзей в Хогвартсе, но они знакомы всего ничего. — Красивые звёзды, да? — прервал бесконечный поток мыслей Джеймс. — Да… Ничего так. — Тебя назвали в честь звезды. Должно быть, твоя мама очень разбирается в астрономии. Она преподает в школе? — Да, она директор школы и учитель литературы. — Не удивительно, что ты так любишь читать, — ухмыльнулся Джеймс. — Да, - хихикнула Хьюз. — Она всегда читала мне в детстве и саму меня научила, когда я была ребёнком. — Скажешь что-нибудь умное? — О… Ну… «Во всём есть мораль, нужно только уметь её найти», — Мира откинулась назад и улеглась на спину. Кирпичи холодные, заболеет потом. — Ну и чья эта цитата? — Джеймс повторил её действие. — Льюис Кэрролл. «Алиса в стране чудес». Читал? — Не-а, я не очень-то люблю. — Почему я не удивлена? — закатила глаза Хьюз. — Не знаю, но знаю, что Сириус читал. Он говорит ему понравилась, сказал, что забавно. — Забавно? — девочка повернула голову, смотря на профиль однокурсника. — Ну он ещё что-то сказал, но я только про забавно запомнил. Девочка посмеялась. В этом весь Поттер. — А где твой отец? На работе ещё? Если бы только Мирцам сама знавала, где её отец сейчас. — У меня… У меня нет отца. — Чёрт… — Джеймс резко поднялся и принял сидячее положение. — Я не знал. Извини. Прости, пожалуйста, — Поттер быстро затараторил. — Нет, нет. Ничего страшного, правда, — девочка тоже приподнялась, положив руку шатену на плечо. — У меня и матери, признаться честно, нет… Джеймс с беспокойством взглянул на однокурсницу. — Кэнди - моя тётя. Ей принесли меня под дверь, когда я была ещё совсем крохой, так что не стоит твоих соболезнований. Я счастлива в своей маленькой и необычной семье. Не стоит выделять меня и жалеть. Потому что я сама ни о чём не жалею и беспредельно рада, что всё так сложилось, ведь чувствую себя как нельзя лучше. Хьюз даже не заметила, как перешла на повышенные тона. — Извини, я… Я вообще не знаю, зачем сейчас тебе это всё рассказала. Вообще-то, это должно было остаться в тайне, — девочка отвела взгляд, часто моргая. — Прости. Джеймс уже смотрел на девочку по-другому. Как-то… уважительно? Да, наверное, именно так. Мира никогда не жаловалась на подобные вещи, не считала себя ущербной, и главное, хотела и была счастливой. Её нисколько не беспокоил факт отсутствия родных родителей и это было очень сильно с её стороны. Она сама была сильна. Джеймс вдруг обнял её. Почему-то очень захотелось это сделать. Будто бы сейчас это было именно то, что ей и ему нужно. — Мне не жаль тебя. Я восхищаюсь тобой, — Джеймс говорил, уткнувшись ей в плечо. — Хоть кто-то, — хихикнула Мира. Так они просидели с минуту. Поттеру было приятно обнимать однокурсницу, он заметил, что от неё вкусно пахнет, а ещё он заметил, что никогда так не обнимал Лили… — Итак. У меня к тебе вопрос, — Джеймсу стало неловко и он поспешил отстраниться. — Какой же? — Что случилось у вас с Римусом? Я понимаю, что это дело личное и, скорее всего, совершенно не моё, но… Тема о тебе в наших беседах — табу. Просто хочу, чтобы ты знала, что он переживает и очень сильно, — Джеймс серьёзно посмотрел ей в глаза. Поттер переживал за друга и пытался помочь. Он не знал всю ситуацию, но заведомо был на его стороне. Наверное, у них там действительно всё серьёзно. — Я… Джеймс… Вы, должно быть, очень хорошие друзья? — Мы учимся вместе полгода. Надеюсь, что хорошие, — усмехнулся Поттер. — Я думаю, что обязательно расскажу тебе, но позже… — В любом случае, я уверен, что это большое недоразумение и вы обязательно помиритесь. Мира поднялась с места и посмотрела наверх. Морозный воздух съедал изнутри. Руки были холодны и красные. — Так и до обморожения не далеко… — грустно улыбнулась Блэк. — Тогда пойдём. Думаю, наше отсутствие уже заметили, — Джеймс принялся на уже ватных от холода ногах спускаться вниз за девочкой. Почему-то раньше он не замечал ужасно холодного воздуха и трясущихся рук. — Ну если тётя не заболтала о политике, выборах и ещё чём-нибудь занудном. Ребята посмеялись. — Твои руки… — Поттер аккуратно взял в свои руки Хьюз. — Да… Пойдём скорее… Джеймс взял её правую ладонь и крепко сжал, пытаясь вызвать кровообращение. С левой поступил так же. — А пока идём, я расскажу тебе, как мы решили разыграть Малфоя… — Джеймс… — Протянула девочка, явно недовольная тем, что мальчишки издеваются над слизеринцами. —…так вот, это идея пришла мне, ну не мне… Нам с Сириусом вместе… Так Джеймс рассказывал девочке байки о их «подвигах» всю дорогу. Разумеется, их отсутствие заметили. Криков было… Ребят тут же по очереди отправили в ванную отогреваться.