Глаз за глаз

Кинув рельсотрон в угол комнаты, словно данное оружие не представляет для бунтарки никакой ценности, Узи медленно прошла в середину комнаты, перед этим захлопнув дверь. Она помнила все свои действия, все мысли. Но в голове будто было пусто. Работяга не могла поверить, что когда-нибудь пойдёт на такое. А если бы и пошла, то никогда бы не представила, что она будет ощущать. Это не просто чувство бездонной и расширяющейся пустоты, это нечто настолько тревожное и одновременно шокирующее, что и представить сложно. Что после этого вообще будет с бедной девочкой? Её ведь поджали со всех сторон. Ни Хан, ни Эн и уж тем более ни остальные в бункере не смогут понять поступок Узи. Это ужасное чувство нарастающего груза ответственности заполняло эту бесконечную пустоту внутри бунтарки, и это лишь причиняло больше боли и тревоги. Это Син. Это она сподвигла Узи на это. – Эй, ты! – в полголоса прокричала фиолетововолосая, – Только не говори что я сошла с ума! Девушка села на кровать и ждала этот голос. Что бы он сейчас не сказал, но это, возможно, хотя бы даст Узи силы на хоть какие-то действия. – А вот и ты. Ты справилась. – прозвучал голос всё с той же монотонностью и безжизненностью. Его холод сейчас ощущался для Узи так, будто он сводил на нет вообще всю жизнь бунтарки. – О-откуда ты вообще? Что тебе от меня нужно? Почему ты мне помогала? – спросила Узи с таким тоном, что этот диалог это последнее её спасение. – Ты выполнила свою задачу. Знаешь, ты могла бы быть моим другом, или, скорее, напарником. Но проще поглотить, чем объяснять. – На последней фразе голос чуть приободрился. – Погоди, что..? – не успела бунтарка закончить, как тут же зажмурилась от боли в голове. Ощущалось так, будто Узи, как говорится, прописали headshot прямо в дисплей. Девушка схватилась за голову и издала истошный крик, как самое эмоциональное что она вообще произносила. Обессилив, Узи упала спиной на кровать, но по ощущениям будто провалилась в ту самую пропасть. С легкими судорогами и постаныванием, бунтарка отключилась.

***

Метель продолжала бушевать на поверхности мёртвой планеты. Видимость упала ещё сильнее, а про шум и говорить нечего, не слышно ничего, кроме воя ветра. Несмотря на такую непогоду, пилот спокойно шёл по улице, порой поправляя съезжавшую на лоб фуражку. Как он вообще умудрился её прошляпить? Всё-таки Джей была права, Эн — та ещё бестолочь. Но демонтажник не унывал, ведь в капсуле его ждёт самая прекрасная девушка на всём свете! Большая часть мыслей дрона были заняты демонтажницей. Процессор постепенно нагревался, создавая симуляции различных сцен разного содержания: от романтики, до... Впрочем, не будем об этом. Наконец, дрон добрёл до Трупной башни, по пути врезавшись в фонарный столб, запнувшись обо всё что только можно и ужалив себя в руку. Эн быстрым шагом идёт к капсуле, чуть-ли не танцуя. Вот он дошёл до капсулы, взбирается по лестнице, запрыгивает внутрь. - Ви я... Немая сцена. Паника вдарила в процессор, а наивное детское счастье улетучилось, как будто его и не было. Паренёк сломя голову подбежал к своей любимой и поднял её на руки. Огромная дыра, нет, просто половина живота будто выжжена! Масло еле капало по одной причине - его почти не осталось. Ви была горячeй, как никогда, причём в плохом смысле. Девушка в этот момент сама не знала, что ей делать. Приход Эна вселил в бедняжку надежду, но Ви быстро поняла, что сейчас пилот может только зависнуть и паниковать. Сил говорить попросту не было, а боль, как и остальные чувства исчезли. Ви знала правило: больно, значит не труп. Так вот сейчас демонтажнице не больно. Значит она — труп. Дисплей уже давно погас, а рот искривился в гримасе чистой агонии, в которой Ви не так давно страдала и дёргалась. Пилот не мог связать ни слова, только лишь реветь, уткнувшись Ви в грудь. Сливать масло из себя — плохая идея, ведь он сам на грани перегрева. Масло было в капсуле, но вот незадача — масло в сейфе под панелью управления, а пароль знает только Ви! Демонтажник вдруг перестал плакать. В процессоре возник вопрос: "Я или Ви?". Выбор был сделан уже давно. Пилот раскрыл рот девушки пошире, вынес вперёд левую руку, правую сменил на клинок, замахнулся... На дисплее девушки появилась красная надпись: "Критический перегрев системы. Фатальная ошибка". Эн взвыл. Пол капсулы стал боксёрской грушей пилота. Его динамик отказывался произносить внятные звуки и слова, только чисто животный рёв ярости и боли и сдавленного хныканья. Дрон и подумать не мог, что Ви ещё можно спасти, но знаний у него много только о собаках. Эн бы ещё долго вымещал гнев на стенах, если бы не перегрев. Дрон свалился на пол и застонал от боли, перемешивая это с рёвом. Пить масло из "трупа" маньячки пилот не станет. Единственная канистра с нормальным маслом заперта в сейфе. Эн просто закрыл глаза. Умирать в данный момент выгодно, ведь он сможет увидится с Ви, ведь так? Послышался скрип петель, несколько шагов, а после и голос. Такой знакомый, но при этом Эн не мог вспомнить, кто является хозяином этого голоса. Такое странное чувство, что даже на секунду демонтажник перестал изливать свою бесконечную печаль и огромное горе. — Эн, пей. Сострадание. Пилот открыл глаза и увидел перед собой работягу с жёлтыми глазами, что протягивала ему полупрозрачную канистру, в которой плескалось что-то жирное и черное. Этим дроном была девушка чуть ниже Узи. Была одета в униформу горничной, хотя состояние этой самой униформы оставляло желать лучшего. Осанка была крайне неестественной, а перекошенные ноги и руки вовсе создавали ощущение, что это зомби. Только голова была более-менее под нормальным углом, пусть и лежала на плече девушки. Пилот, даже не удостоверившись что ему не померещилось, рефлекторно схватил канистру и выпил примерно четверть. Этого хватило, что бы процессор вернулся в нормальное состояние. Дрон тут же бросился к Ви, которая уже начала дымиться, и залил в её глотку всё, до последней капли. – ВИ, ВСТАВАЙ! – Прокричал пилот, сквозь неотошедшие слёзы, параллельно тряся возлюбленную за плечи. Первый знак того, что Эн сделал всё правильно, это то, что Ви перестала дымиться. Второй — пропало сообщение о фатальной ошибке, но появилось другое: " отсутствуют компоненты b-1, c71-f15, g101, THr007." Пилот не имел представления о том, что это такое, но был рад, что продвинулся в починке Ви. Незнакомка подала голос, будто заранее знала, какой вопрос будет самым главным для Эна: – Эти компоненты не восстановятся, так как явлются частью ядра. Их можно достать в бункере на кoнвейере по производству и перестройке дронов-рабочих. Улыбка. – Девушка улыбнулась, перекинув голову на другой бок. – Да кто ты вообще такая?! – Эн наконец-то додумался, что это не Узи и даже не его глюк на фоне эмоционального срыва и шока. – Я? Я твой друг. Дружеский жест. – Работяга помахала вытянутой вверх рукой, при этом чуть не упав от перевеса на одну сторону. – А как тебя зовут? –Демонтажник присел на пол, рядом с Ви. После исчезновения надписи "Фатальная ошибка" Эн как заново зашел в онлайн. – Моё имя Син. И я знаю, кто совершил это... Назовём это покушение на жизнь. Серьёзное лицо. – Последние слова звучали немного грозно, но пилота волновало не это. - КТО?! – Почти сразу после начала своей истерики Эн начал догадываться, что с Ви что-то произошло, и это было сделано кем-то посторонним. – Фиолетоволосая работяга в шапке с помпончиком и фиолетовыми глазами. – Дрон улыбнулась. Эн завис. Голова загудела во всех смыслах, а процессор начал потихоньку перегреваться. Зачем Узи убивать Ви? Почему, ведь они... Они не друзья — Пронеслось в голове пилота. Эти мысли были самыми страшными после мыслей о смерти Ви, и последнее он только что пережил. – Погоди... Я не пойму, почему ты мне помогаешь и... Откуда ты? Желтоглазая опять улыбнулась своей детской, но безжизненной улыбкой. – Смешок. Ты ведь уже убивал такую как я, не помнишь? – Син подошла ближе, при этом стараясь делать шаг максимально плавным. – Нет... Я убил так много дронов, что и перестал различать их. Всех, кроме одной. – Эн не хотел верить словам новой знакомой. Узи была точно не самым лучшим дроном, но самым лучшим другом для демонтажника. – Эффектное представление. – после этого Син подошла вплотную к Эну, положив одну руку на его плечо, а другую выставив прямо перед его лицом. – Однажды люди даровали некоторым дронам силу. Она была способна созидать, делать этот мир идеальным. Но люди разглядели для себя опасность в этой программе, и решили убить всех таких дронов. Незадолго до этого меня сослали сюда, на Медь-9, где потом... Ты сам знаешь. Уверенный кивок. Во время этого монолога на ладони Син появился странный и невиданный символ для Эна. Это был желтый шестиугольник, из которого исходили три стрелы в разные направления. – Я помогаю тебе, потому что... – Син отшагнула назад, – Я знаю, что ты мой брат. А она, – дрон показала пальцем на всё так же лежащую Ви, – ... Моя сестра. Я не могу видеть, как вы страдаете. Эн отвёл взгляд, дабы переварить всё, что он пережил. Его нашла странная незнакомка, что, видимо, считает всех дронов своими братьями и сестрами. А ещё кто-то почти убил Ви, из-за чего теперь самой красивой девушке в мире требуется срочный ремонт... – А что это за компоненты, которые нужны Ви? – Некоторые сложные механизмы, которые люди заранее продумали. Долго объяснять. Скука. Проще говоря, это то, что контролирует работу Вычислителя. – Пока Син говорила, Эн даже не заметил того, что она ни моргает, ни шевелит телом кроме рта. – Кого? – Так называется дар, данный нам людьми. Он есть у всех, но у большинства рабочих он не работает, будто отмерший орган человека. Но у демонтажников, – Син вновь подошла к Эну и, не встретив никакого сопротивления, взяла его сравнительно громоздкую руку, – Вычислитель есть и он работает, но не в полную силу. Именно благодаря ему вы можете восстанавливаться. Син приложила свою крохотную, но смертоносную крепкую ладошку к ладони Эна в знак их почти полной идентичности, а стало быть и условного родства. – А... Ты? И те избранные, у которых есть дар? – Эн всё пытался вникнуть. Могло показаться, что он и вовсе позабыл своей о полумертвой Ви. Но напротив, демонтажник понимал, что эта кривостоящая работяга со странным голосом — ключ к спасению любви всей его жизни. – Я обладаю всей полнотой силы Вычислителя. В отличие от остальных, люди меня пощадили и не хотели убивать. Они приказывали демонтажникам убивать лишь особо опасных дронов, вроде парочки тех, что проживали в бункере неподалёку. Те дроны не контролировали свои силы и отказывались от ответственности. Угроза. – Син сделала три шага назад и раздвинула руки во всю ширь, – И бах! Дроны с помощью Вычислителя смогли негативно повлиять на ядро Меди-9, вызвав его коллапс. Тогда то и не стало всего людского населения планеты. Глаза Эна округлились. Он знал, что одномоментная гибель всего населения Меди-9 это была страшная катастрофа, но он всегда думал, что это был природный катаклизм. Теперь оказывается, что предки его лучшей подруги виновны в смерти миллионов невинных людей, а в перспективе — ещё и дронов рабочих. – Ты сказала, что это была фиолетоволосая работяга в шапке и фиолетовыми глазами. Почему ты так решила? – После урегулирования всех важных вопросов, остался лишь один, самый щепетильный. – Я видела. Я подключилась ко всем камерам в городе. И я скажу тебе больше, – Голос Син стал немного более располагающим и даже... Теплым? – Она потомок одной из работяг, которая не контролировала свой Вычислитель. Он передаётся по наследству, так что возможно, что убийца нашей Ви уже начала терять над ним контроль. Эн приложил руку к дисплею. Голова скоро взорвется от всего этого. Он просто хотел счастливой жизни с его любимой, а теперь ему приходится разбираться во всём этом мессиве из фактов. Но Эн точно знал, что его новой знакомой Син можно верить. Она ему помогла, поделившись маслом. Она ему раскрыла глаза на истину и доказала это своим умением. – И что мне делать? – Демонтажник наконец задал тот вопрос, что коробил его больше всего. На это он получил лишь многозначный взгляд со стороны Син.

***

– Я убью её. – Вслух проговорил Эн, оперевшись руками о первую дверь бункера.

***

Пилот упёрся лбом в первую дверь. Дрона трясло от гнева и горя. Прямо сейчас Ви страдает, а он может только надеяться, что нужные запчасти будут найдены, как и виновник этого торжества. Немного отдышавшись, Эн постучал по двери. Через секунду, железный гигант приоткрылся и из щели выглянул работяга. Увидев знакомого демонтажника, охранник спокойно пропустил его. – Эн, ты же недавно заходил! Опять что-то забыл что-ли? – Дрон присел на стул. Пилот же молча пошёл дальше, не обращая внимания ни на что, кроме указателей. – ...этаж 2... Блок "С"... Подуровень 3... – Дрон говорил сам себе "адрес" бунтарки, чтобы не забыть. Вскоре, нужная дверь была достигнута. Эн остановился. Сейчас надо подумать... С одной стороны, хочется вышибить эту дверь, влететь в квартиру, прибить Узи крылом к стене и устроить допрос... С другой стороны, Узи может быть невиновна... Пилот выбрал вариант: барабанить в дверь и звать эмо, пока силы не кончатся. –У-у-у-у-у-узи-и-и-и! Открыва-ай! – Вопил демонтажник. Через пару секунд, дверь отварилась и Эн увидел пару фиолетовых глаз-ноликов. – Эн, что с-случилось?! – Узи быстро завела пилота в квартиру и усадила на диван. Она была явно чем-то обеспокоена еще до прихода Эна. – В Ви стреляли! Она умирает! – Эн трясся от бури эмоций внутри, хотя дисплей уже покрывался потом и даже чуть-чуть слезами. – ЧТО?! – Узи аж передёрнуло от таких новостей. Она конечно не была в ладах с Ви, особенно после начала её отношений с Эном, но это было за гранью. – А теперь, признавайся... Это была ТЫ?! – Эн резко вскочил и навис над Узи, словно хищник над жертвой. Работяга вжалась в диван и затряслась. Слова её лучшего друга будто пристрелили её, попав в самоё больное и чувствительное место, создав болевой шок. Однако со стороны это выглядело скорее пошло, чем страшно, но в данном случае крест на дисплее демонтажника был не от животных инстинктов "любви и страсти", а скорее от ярости и переизбытка эмоций за одни сутки. – Э-эн, я... – ПРИЗНАВАЙСЯ, А-ТО БОЛЬНЕЕ БУДЕТ! – Эн выпустил когти на обеих руках и, дрожа, схватил бунтарку за шею, подняв на уровень своих глаз. Острые лезвия с лёгкостью пробили тонкую обшивку и из порезов потекло масло. На дисплее бунтарки выступили слёзы то ли боли, то ли досады. Послышался плач и всхлип. – Э-Эн, э-это н-не я! Прошу, остановись! Мне больно! – Узи попыталась разжать хватку демонтажника, но это было бесполезно. Эн смотрел на слёзы подростка. Смотрел на то, как дрон в страхе умоляет его остановиться, отпустить её. Одна часть Эна ликовала. Вот она — тварь, покушавшаяся на Ви. Если бы она была невиновна то... А что? Ответа дрон не знал. Он уже хотел было отпустить Узи, но вдруг в голове прозвучал знакомый голос... Эн его уже где-то слышал. Демонтажник вспомнил о Син. Действительно, тот же голос. – Проверь рельсотрон. – Скомандовал голос. – Хорошая идея. – Вслух проговорил пилот, словно обращаясь к самому себе, после чего быстрым шагом направился в комнату Узи, не выпуская её саму из своей хватки, будто ведя её за шкирку. Плач превращался в рыдание, а всхлипы в легкую агонию. Шея бунтарки уже была изцарапанна до проводов, а масло уже лилось рекой, словно унося жизнь из девушки. Эн быстро нашёл оружие эмо-девочки. Красное свечение указывало на то, что выстрел был сделан меньше 30-и минут назад... 22, если быть точным. Раны Ви походили на те, что были у трупа Джей. Всё сходится... Демонтажник перевёл взгляд на Узи. Он оскалился, показывая множество острых, как бритва зубов. – Скажи мне, зачем? Ради чего? Она же НАША подруга! Она МОЯ ДЕВУШКА! – Эн сильнее сдавил когти, принося бедняжке ещё больше боли. Ещё чуть-чуть и оборвётся важный провод. – ААААААААААААААААА! ЭН, ПО-ЖА-ЛУЙ-СТА, НЕ НАДО! МНЕ БОЛЬНО! Я НЕ ПОНИМАЮ О ЧЁМ ТЫ! – Бунтарка вопила во весь динамик. – Как же так? Всё говорит о том, что это была ты... – Эн заметно ослабил хватку, проникнув головой, – Я доверял тебе, Узи. Я думал что наша дружба станет примером для всех дронов. Мы ведь так похожи, да? Оказывается, это всё была ложь. И конвейер ты мне показала только чтобы меня заманить в ловушку... – Послушай, умоляю, – Своими маленькими пальчиками девушка пыталась ослабить дрожащую от ярости хватку хотя бы немного, – Я не помню, что случилось за последние два часа. Я не знаю, почему рельсотрон разряжен. Мне кажется, что кто-то со мной что-то сделал... Смутно помню какой-то голос... Глаза Эна снова округлились. Он было уже хотел отпустить подругу, но не тут то было: – Не верь ей. Видение насквозь. – Син снова отозвалась в голове демонтажника, словно колокольный звон в деревне, – Вычислитель уже завладел ей, у неё провалы в памяти. Если оставишь её в живых, то она окрепнет и сделает то же, что и её мать. Представив это, Эн кое-что вспомнил. – Я тут вспомнил один день... 16 лет назад. Работяга с фиолетовыми волосами в серой футболке до колен... Крайне похожа на тебя. Я тут осознал... – Эн вновь до максимума сдавил шею Узи, глядя в её измученные и перепуганные глаза, – Я УБИЛ ТВОЮ МАТЬ. – Дрон вонзил жало в живот бывшей подруги. Тот вопль, который сорвался с уст Узи было больно слышать. Агония полностью поглотила девочку, заставляя её дисплей глючить. Кислота медленно и крайне болезненно разъедала тело девочки, обрекая её на мучительную смерть, которая, видимо, станет аналогом родового проклятья. Из почерневшего от собственного масла рта Узи еще пытались вырваться какие-то уже неразборчивые слова, тонувшие в пучи прорезанного горла. Ноги и руки ослабевали, а жизнь, давно угасшая, уже окончательно затухала в молодом теле. И даже сама бунтарка не понимала от какого факта ей больнее. То ли от того, что её убил её же единственный друг. То ли от досады, что она за это время так и не поговорила с отцом. То ли от несправедливости, что беззащитная девочка понесла страшную кару за то, чего не совершала. Правая рука в последний раз ударила по полу, а дисплей, некогда носивший яркие и пытливые фиолетовые глаза, наконец, погас. Эн смотрел на то, что осталось от его подруги. Ему впервые было отвратно смотреть на труп, особенно на дрона-работягу. Почему-то именно это зрелище из тысяч всевозможных убийств вызывало у него отвращение. Главным образом это было из-за странного чувства, будто не только лишь одна Узи виновата во всём этом. Демонтажник оперся о стену комнаты, сняв с себя свою фуражку. По ощущениям здесь стало жарче чем днём на поверхности. От одной мысли о том, что Эн собственноручно убил своего единственного друга, которой он был обязан всем. – Ненавижу. – Взгляд парня упал на фуражку в его руке. Именно из-за этого никчемного и бесполезного головного убора Эн оставил Ви одну. Вся эта боль, причиненная всем, кем Эн дорожил, произошла из-за этой фуражки, которой демонтажник когда-то гордился, причём не по праву. Он и пилотировать-то не умел. Шшшшрррст Две черные половинки некогда главного отличительного фирменного знака Эна упали на бездыханное тело Узи. Парень опустился на колени, приблизившись к работяге. Он аккуратно приподнял уцелевшую часть черной бунтарской куртки, тем не менее залитую маслом, и достал оттуда ключ-карту. Ключ к спасению Ви. С долгим и самым тяжелым на свете вздохом, на место ключа-карты Эн вложил блестящий значок пилота от своей фуражки. Через секунду комната опустела.

***

Местный "род-дом" был полупустым. За стойкой администрации сидела полусонная работяга в квадратный очках и лениво читала какой-то журнал. Появление демонтажника её никак не смутило. – Прошу прощения, где тут можно достать компоненты b-1, c71-f15, g10 и, THr007? Они мне очень нужны! Срочно! – Дрон начал стучать по стеклу. Дамочка же посмотрела на хвостатого из под очков и промямлила: "Кончились.", после чего порылась в какой-то папке и достала 3 фотографии с подписями. – Спросите на складе. Может когда-нибудь вам дадут, учитывая вашу... репутацию. Пилот взял фото, но идти на склад не собирался. В голове уже возник план. Если уж эти мерзкие низкорослые твари покусились на его сокровище, то он отомстит. Всем. И каждому.

***

Дети, получившие новые тела осваивались с управлением. Кто-то уже приспособился и выдавал чудеса гимнастики, а кто-то до сих пор ползал на четвереньках. Приход в комнату демонтажника никого не смутил, ведь Эна почти все знали и очень даже любили, как друга. Не без стараний Узи. – Привет, Эн! Как дела? – Спросил рядом стоящий мальчик, улыбаясь. – Ты пришел поиграть? Губы Эна задрожали. Была бы его воля, он бы уничтожил себя за то, что он намеревался сделать. Но он делает это для Ви Всё ради Ви. Сумев заставить хмурую гримасу на его лице не дрогнуть, Эн молча выпустил из своих рук лезвия.