Глава 3: Кот, книга и настойка

      В канун Рождества Гарри зашивался. Из-за повышения в последние пару дней на него свалилась куча бумажной волокиты. Он уже толком не понимал, какие документы ему давали на подпись, а какие — в разработку после праздников. Кипу за кипой Поттер перекладывал бумаги с одного рабочего стола на другой и жутко нервничал. Вот зачем он согласился? Работал бы спокойно среди других авроров, подчинялся бы приказам, ловил преступников. Так нет же, развития в жизни захотелось. Наедине с собой, Поттер признавал, что повышение все же было заслуженным и даже необходимым. С его намерениями жениться и создать семью новая должность и новая зарплата были весьма кстати. Поэтому, стиснув зубы и иногда вздрагивая из-за не отпускающей его тревожности, Гарри подписал все бумаги и с чистой совестью сбежал из министерства на заслуженные выходные. Подмышкой он зажимал внушительных размеров сверток, который со стороны больше был похож на толстенную коробку из-под пиццы.          Книга весила, по ощущениям, килограмм сто, не меньше. Дамблдор выложил ее на стол перед Гарри и заговорщически подтолкнул.          — Я же говорил, что сработает, — Альбус хлопнул в ладоши и в предвкушении потоптался на месте. — Аберфорд тоже решил поучаствовать в нашем деле. — Он поставил рядом с толстенным и весьма древним фолиантом бутылку.           — Брусничная? — спросил Гарри.           — Конечно. Северус оценит.           — Что-то я сомневаюсь. — Поттер упаковал книгу в заранее подготовленную коробку, сунул туда настойку и заклинанием запаковал посылку, чтобы донести ее в целости и сохранности.           — Гарри, доверься мне. Я Северуса знаю лучше, чем иногда он сам себя. Уверяю, в следующем году мы погуляем не только на твоей свадьбе.           — Хорошо, если так. Потому что когда Снейп и Гермиона узнают, что это все подстроили мы, они нас в покое не оставят.           — Спрячемся у Аберфорда. Его дом — та еще черная дыра.          — Высокого мнения вы о своем брате. К слову, а он, случаем, жениться не собирается?           — Хороший вопрос. Я подталкиваю его, но он сопротивляется. Хотя бутылочку брусничной настойки Аберфорд на Рождество себе припрятал. Кто знает, может, она ему придаст сил признаться Миранде в своих чувствах.           — Если это действительно случится, и если Гермиона сойдется со Снейпом, этот напиток, — он постучал пальцем по коробке и усмехнулся, — придется запатентовать.           — И то правда. Проверим, Гарри, проверим.          Вот так Поттер и тащил тяжеленную коробку по всему Лондону, пока не оказался в Косом переулке перед книжным магазинчиком Гермионы. Вывеска сияла красно-желтыми огоньками, на витрине крутились литературные новинки и подарочные коробки с письменными принадлежностями на покрытой искусственным снегом полке, у входа стояла елка с говорящим гномом, который повторял одну и ту же фразу: «С Рождеством, да пребудут с вами знания!». За дверными стеклами виднелись силуэты людей. Гарри обернулся. Магазин Снейпа был украшен более сдержанно. Никаких ярких цветов и сверкающих гирлянд, однако елка все же была. Она стояла за стеклом, элегантно обернутая белой мишурой. На деревянных стеллажах стояли футляры с дорогими инструментами для зельеварения и котлами разной формы, отдельно подсвечивались живым огнем наборы с шуточными зельями. Народ к аптеке Снейпа тоже шел вереницей, наверняка чтобы запастись антипохмельным.   Гарри передернул плечами и стянул с головы капюшон служебной мантии. Выходящие из книжного гости едва не сбили Поттера с ног. Он увернулся от радостно пищащего ребенка, зажимающего в руках горящий бенгальский огонек, и зашел в магазин. Гермиона сновала туда-сюда за прилавком. Торговля была в самом разгаре. Гарри громко постучал по столешнице с краю от кассы и помахал подруге.           — Прошу меня простить, — извинилась она перед клиентом и подошла к Поттеру. — Привет, Гарри. Ты торопишься?           — Вообще да. Луна просила прийти домой пораньше, а я и так в министерстве задержался. Прости. — Он протянул Гермионе коробку с подарком. — Вот, как и обещал. Книгу я проверил, она в идеальном состоянии, Снейп должен быть доволен.           — Ты совершил самое настоящее чудо, Гарри.          Гермиона обняла друга и расцеловала в обе щеки.           — Ну ладно-ладно, в этой истории не я герой. Тут нужно Дамблдора поблагодарить.          — Я обязательно пошлю ему весточку с подарком. Все же книга не совсем обычная, принять такой дар бесплатно я не могу.           — Не стоит, Дамблдор все равно ее не читал, да и, как ты помнишь, он не спец в зельях. Снейпу будет нужнее. Скажи мне лучше, когда ты к нашему аптекарю в гости пойдешь?           — Боишься, что он меня вместе с подарком съест? — Гермиона рассмеялась. — Да будет тебе, Гарри. Спокойно. Я планировала наведаться к нему завтра с утра. Вдруг у него настроение в честь праздника будет хорошее, может, он даже выслушает мои поздравления и примет заказанную книгу с хотя бы какими-то благодарностями.           — Иди сегодня, — настоятельно посоветовал Поттер. — Незачем откладывать.           — У меня работа, да и у него клиентов тьма.           — Вы закрываетесь через час, — резонно заметил Поттер.           Гермиона закусила губу и помотала головой.           —  Я уже запланировала все на завтра. Сегодня у меня нет сил. Да и вдруг у него гости.           — У Снейпа? — Гарри фыркнул. — Дамблдор сказал, что у нашего бывшего профессора нет ни друзей, ни семьи. Он так же, как ты, сутками работает и ни с кем толком не общается. Снейп даже в Хогвартс отказался приезжать на праздник, будет сидеть в гордом одиночестве у себя в лаборатории. Так что ты можешь составить ему компанию.           — Это ужасная идея.           — А по-моему отличная. Как раз за ужином и выясните отношения. Там в коробке лежит фирменная настойка Аберфорда. Советую ее вскрыть. Так разговор точно пойдет живее.           — Ты пытаешься меня споить?           — Мерлин упаси, Гермиона, — Гарри обезоруживающе улыбнулся и поправил очки на носу. — Я тебе советую. Поверь, за брусничной настойкой Аберфорда охотится половина Британии. А ты счастливый обладатель целой бутылки. — Он важно задрал палец кверху. — В общем, решай сама, но сегодня вообще-то Рождество. Зачем встречать его в одиночестве, когда у тебя напротив есть неплохая компания?           — Неплохая? Гарри, не знай я тебя, то подумала, бы что ты пытаешься свести меня со Снейпом.            — Хорошо, я буду молчать. Если бутылка настойки не пригодится сегодня или завтра, приноси ее с собой к нам в гости.           — Договорились. Передавай Луне привет.          Поттер обнял подругу на прощание и поспешил домой. До Рождества оставалось чуть больше трех часов.    ***         Проводив последнего клиента с заветным подарочным пакетом, Гермиона буквально упала в кресло, тяжело выдыхая. Крукшанкс тут же забрался хозяйке на колени и замурчал.           — Гермиона, я могу идти? — спросила Хелена и защелкнула кассу.           — Конечно. Беги домой.           — Спасибо.          Помощница быстро собрала вещи, надела теплое пальто и остановилась рядом с Гермионой.           — Простите, что лезу не в свое дело… Я… Вы ведь не одна будете праздновать Рождество?         Грейнджер погладила кота и с трудом ответила:           — Я вообще не бываю одна. Мы с Круксом сейчас поставим чай, быстренько запечем индейку и спокойно встретим Рождество вдвоём.          Хелена хмыкнула.           — Пойдемте со мной, Гермиона. У меня брат созвал целую толпу друзей, вам с нами понравится. Ну или может… мистер Поттер прав и вам стоит сходить в гости к Снейпу. Вы ведь с ним еще со школы знакомы и воевали вместе.           — Ты подслушивала мой разговор с Гарри?           — Вы слишком громко обсуждали этот вопрос, — пролепетала помощница и закутала горло шарфом.           — Спасибо за приглашение, Хелена, но я не могу оставить Крукса. Он один будет грустить.          Помощница, как показалось Гермионе, с жалостью на нее посмотрела и, попрощавшись, ушла. До праздника оставалось всего ничего. С трудом Грейнджер поднялась на второй этаж. Ноги гудели. Рабочий день был сумасшедшим, Гермиона не ожидала, что столь огромное количество волшебников покупает подарки в самый последний момент. Хотя она не лучше, всем своим друзьям она даже не собрала подарочные наборы. Имея под рукой целый магазин, такие мелочи оставляешь на потом, ведь товар не убежит.         Гермиона включила на кухне свет и достала из холодильника фаршированную индейку. Тушка была здоровой, такой ужин у нее точно растянется на пару дней, одна она не осилит всю птицу. На мгновение Гермиона даже задумалась, а стоит ли запекать индюшку. Праздничного настроения не было вовсе, есть не хотелось совершенно. У ног мяукнул Крукс.           — Да ставлю я, ставлю. Как бы я жила без тебя, командир?          Отрезав кусочек сырой индейки, Гермиона дала ее коту и разожгла духовку. Постепенно по кухне разнесся аппетитный аромат готовившегося блюда. Грейнджер сидела за столиком и потягивала горячий чай, безотрывно глядя на запотевшее стекло печки. Прошлое Рождество она встречала вместе с Гарри. Тогда они оба не были в отношениях, и порвали всякие связи с семьей Уизли. Больше в покосившемся домике Норы их не ждали. На Гриммо год назад Кикимер приготовил им роскошный ужин и весь вечер бурчал, что хозяин привел в дом грязнокровку. Ни Гарри, ни Гермиона на причитания старого эльфа не обращали внимания и вдвоем встретили Рождество, как подобает молодым людям — пьяными и счастливыми. Потом Гарри случайно столкнулся в министерстве с Луной и влюбился. Нет, о Гермионе он не забывал, но теперь присоединяться к друзьям, которые совсем скоро станут молодоженами, на семейном домашнем празднике Грейнджер было неловко. Она с детства ненавидела чувство «третьего лишнего» и не желала навязываться Гарри и Луне только от того, что у нее самой не было ни мужчины, ни родителей, с которыми можно было бы отметить Рождество.          Гермиона посмотрела на часы. Остался час до полуночи. Где-то на улице радостно кричала толпа подростков. Грейнджер обернулась и подошла к окну. Дети кидались снежками и, видимо, не особо торопились домой. За ними пришла строго одетая дама и сумками указала ребятам дорогу, те послушно побежали куда-то вперед. Совершенно случайно взгляд Гермионы упал на включенный в комнате над аптекой Снейпа свет. За неплотными шторами виднелась расплывчатая фигура зельевара. Он явно был без своего излюбленно сюртука и стоял то ли возле плиты, то ли у раковины. Гарри, а то есть Дамблдор, был прав — Снейп действительно одинок и Рождество планировал встречать без гостей.          Гермиона вздрогнула, когда пропищал таймер духовки. Крукс вился возле готовой индейки, задрав хвост. Едва не обжегшись, Грейнджер с грохотом водрузила стеклянную горячую форму на стол и прижала пальцы к мочке уха.           — М-м-м…         Крукс забрался на стул и лапой постучал по обивке, привлекая внимание хозяйки.           — Сейчас я тебя тоже покормлю. Видишь же, горячо.          Кот перепрыгнул на подоконник и важно прошествовал туда-сюда. Гермионе пришлось стащить безумного фамильяра с окна и поставить на пол, пока это шерстяное чудовище не упало. Однако Крукс не успокоился. Он бегал возле хозяйки и отвлекал ее от готовой еды.           — Ну что ты от меня хочешь?           Крукс понял, что заполучил внимание Гермионы, и помчался к двери. У лестницы он несколько раз грозно зашипел и побежал вниз. Грейнджер ничего не оставалось, как последовать за ним. Настырный котяра резко замер возле рабочего стола и, обнюхав коробку, которую принес Гарри, начал скрести по ней когтями.           — Эй, ты чего творишь! Там очень старая и дорогая книга. Имей уважение, это даже не твой подарок.           — Мяв, — издал Крукс и отошел.          Гермиона решилась распаковать коробку и поднять злополучный фолиант Снейпа на полку, чтобы полукнизл до нее не добрался, однако стоило ей взять книгу в руки и направиться обратно в квартиру наверху, кот преградил ей путь и зашипел.           — Да ты издеваешься? Нет, я не пойду к нему!          Крукс истошно заверещал.           — Ты манипулятор! Шерстяной манипулятор! Ты вообще помнишь, что я твоя хозяйка, а не наоборот?           — Мяв, — издал кот и распушил хвост.           — Ладно, твоя взяла. Дай я хоть индейку с собой захвачу. Даже не думай, я не оставлю всю тушку тебе.          Крукс, довольный собой, побежал наверх. Видимо, как подумала Гермиона, решил проконтролировать хозяйку. Он успокоился только когда Грейнджер с книгой под мышкой, бутылкой в одной руке и тарелкой с запеченной индейки в другой, вышла на улицу.          С неба сыпались хлопья пушистого снега. То тут, то там слышались голоса таких же, как и она, владельцев магазинов, которые жили над лавками. Гермиона глубоко вздохнула морозный воздух и покачала головой. Что же она творит! Сейчас Снейп на нее наорет и выгонит, а о попытке помириться придется забыть. Хотя, справедливости ради, они и не ссорились. Просто с чего-то вдруг развели междоусобицу и подкидывают друг другу подлянки исподтишка, как малые дети, неспособные как-то иначе выразить свои чувства.          Набравшись смелости, Гермиона несколько раз с силой пнула входную дверь. Стекла в витрине затрещали и стали переливаться голубым свечением. Теперь Снейп точно ее услышит, защитные чары оповестят о внезапном нарушителе покоя.          Гермиона уже несколько раз со стыдом подумала, что идея пойти к Снейпу все же была идиотской. Тем более глупо было повестись на истерику кота. Да, Крукс был полукнизлом и в разы умнее обычного домашнего животного, но все же кот. Умный, наглый и приставучий фамильяр, заботящийся о своей хозяйке.         Снейп не спешил открывать незваной гостье. Грейнджер еще пару раз с силой постучала ногой по двери и отступила. Снег продолжал нещадно сыпаться с неба. Гермиона продрогла. На улицу она вышла без теплой мантии, рассчитывая, что Снейп впустит ее хотя бы на порог, но, похоже, она ошиблась. Бывший профессор ее явно ненавидел, и перемирие, описанное в письме, было лишь красным словцом, не имеющим ничего общего с реальностью.          Помявшись на месте и выдохнув облачко пара, Гермиона направилась домой. Возле магазинчика гном поздравил ее с Рождеством, а позади вдруг раздался перезвон колокольчика.           — Грейнджер, — окликнули ее, и Гермиона повернулась. Снейп в тонком белом свитере и черных брюках стоял на ступеньках аптеки. — Это вы пытались вломиться ко мне в магазин?           — Я не ломилась, а стучала, — обижено заметила Гермиона. — А вы что-то не спешили открывать.           — У меня вообще-то были дела. И откуда мне знать, что вы не умеете читать вывески. — Он постучал по табличке на стекле. — Тут написано «Закрыто», Грейнджер.           — Интересно, если вы не будете язвить и хамить, ваш мир остановится?           — А вы желаете проверить? В вас проснулся дух исследователя? — Снейп иронично выгнул бровь, от чего его лицо в свете уличного фонаря приобрело зловеще-насмехательское выражение.           — На вашем месте я бы извинилась.          — Правда? А если я не стану?          — Тогда эту книгу вам не видать и плевать мне на ваше письмо.          Снейп нахмурился.           — О чем вы?           — Об этом, — она кивнула на фолиант у себя подмышкой. — «Три вулканических камня», которые вы так хотели иметь у себя в коллекции, но забыли отправить мне деньги вместе с тем дурацким лживым посланием. Я месяц искала эту книгу, нашла для вас, а вы делаете вид, будто я девочка на побегушках, которой даже спасибо сказать ниже вашего достоинства.          Снейп провел ладонью по лицу и, абсолютно ничего не понимая, прикрыл глаза.           — Идите сюда, Грейнджер. Поговорим в тепле.          Он распахнул дверь и, не дожидаясь Гермионы, ушел куда-то вглубь магазина. Грейнджер настороженно прошла в аптеку. Невысокие ряды полок, дубовый прилавок с витринами под старину, запах шалфея и розмарина — в магазине Снейпа было уютно, несмотря на весьма тесную обстановку и полное отсутствие света. Гермиона заметила лестницу, почти такую же, какая у нее в магазине вела на второй этаж. Осторожно ступая по ступенькам, она поднялась и очутилась в прихожей. У коричневого кожаного пуфика ее ждали домашние тапочки. Неужели это Снейп их сюда специально для нее положил?          Совершенно ошарашенная происходящим, Гермиона стянула с ног ботинки, все еще пытаясь удержать в руках бутылку, книгу и горячую под чарами Стазиса индейку, надела тапочки и прошла в гостиную. В комнате горел камин и вкусно пахло горячим сладким вином.          — Несите сюда все, что у вас с собой, Грейнджер. Только книгу положите на диван, — сказал Снейп из кухни. Она так и поступила.           — Это индейка и брусничная настойка, — сказала Гермиона, ставя рождественские дары на столик.           — Настойка от Аберфорда?           — Да, как вы догадались?          — Все вопросы потом, Грейнджер. У нас полчаса до Рождества. Раз уж вы здесь, помогите мне все подготовить.          Гермиона кивнула, и в четыре руки они накрыли скромный стол. Снейп разлил по бокалам ароматный глинтвейн и на пару минут скрылся в соседней с гостиной комнате. Вернулся он с пледом.           — Накиньте, вы дрожите. Долго стояли у меня под дверью?           — Достаточно, чтобы почувствовать себя дурой.          Северус поджал губы. Дурой Гермиону он не считал, хотя иногда она действительно вела себя глуповато.          — Согревающие чары вы проходили на втором курсе, Грейнджер. Неужели болеть лучше, чем воспользоваться банальной магией?           — У меня были заняты руки. Я не владею невербальными заклинаниями.           — Могли бы освоить. С вашими способностями это дело пары месяцев. Уж согревающие чары и Акцио за это время вы выучить точно сможете.          Гермиона едва не выронила горячий бокал с глинтвейном, совершенно не понимая, как реагировать на слова Снейпа. Он только что признал ее умения? Не высмеял, не съязвил, не унизил, а просто заметил, что такая сложная форма магии, как невербальные чары, ей по силам? Сделав глоток пряного вина, Гермиона отвела взгляд от бывшего преподавателя. Еще не хватало, чтобы он заметил, как она довольна его похвалой.         Северус сел напротив и взял свой бокал.           — За Рождество, Грейнджер. Уж кого я точно не ожидал здесь увидеть, так это вас.           — Это взаимно. У меня были совершенно иные планы.           — И что же их изменило? — он пригубил вина и с оживленным любопытством, слегка ехидно улыбнувшись, поглядел на Гермиону.           — Кот.           — Кот?           — Не поверите, но именно мой фамильяр заставил меня прийти сюда сегодня. Мне повезло, что у вас не было гостей.           — Кроме Дамблдора, в этой квартире вы первый гость. Хотя Альбус всегда приходит без приглашения.          Гермиона не поняла, как реагировать на это откровение. Одно она осознала точно — признание Снейпа, сказанное таким обыденным тоном, ей польстило.           — Получается, я тоже вам навязалась.           — Получается так, но ваша компания мне несравнимо приятнее, чем общество Альбуса. Поверьте, с ним наедине порой невыносимо.          Гермиона прикусила губу. Да что же это такое! Она точно не ошиблась дверью и пришла именно к Снейпу, а не к кому-то под оборотным? Где тот мужчина, который вечно над ней насмехается, подкидывает вонючие хлопушки под дверь магазина, запускает ужей на книжные полки, пугая посетителей, закидывает снегом витрины?           — Перестаньте пялиться, Грейнджер, — сказал Северус и едва не закатил глаза. — Какие гениальные мысли посетили вас на этот раз?          — Просто вы на себя не похожи. Я вот думаю, вас подменили или меня разыгрывают? — она залпом допила вино и качнула бокалом в сторону кастрюли. — Угостите еще?          Снейп усмехнулся и наполнил бокалы глинтвейном.           — Пять минут до Рождества, — сказал он и облокотился на стол. — Будете загадывать желания?           — А они сбываются?           — Нет, но верить в чудеса забавно.           — О да, теперь я понимаю, как вы продержались больше двадцати лет на службе у Дамблдора и Вола…           — Не произносите его имя, — строго сказал Северус и помрачнел. — Грейнджер, хотя бы раз не портьте мне настроение.           — Простите, я не…          Раздались оглушительные крики за окном и где-то вдалеке взорвался салют. Снейп вздрогнул, но быстро взял себя в руки и отсалютовал Гермионе бокалом.           — С Рождеством, Грейнджер.           — С Рождеством, профессор Снейп.          Северус усмехнулся. Он так и знал, что она назовет его профессором. Что ж, неужели за столько месяцев работы друг напротив друга и общения Гермиона не начала воспринимать его как обычного мужчину? Сколько времени надо этой ведьме? Стараясь не думать об этом, Северус махнул рукой и в гостиной зазвучало волшебное радио. Квартира наполнилась нежной новогодней мелодией.          Гермиона чувствовала себя не в своей тарелке. Северус же наоборот делал вид, что ему комфортно, однако неестественно выпрямленная спина, напряженные мускулы на руках и излишне выверенные движения вилкой выдавали, что он тоже далек от спокойствия. Они ужинали, молча поедая индейку и картофельные палочки, и даже не пытались завести какой-либо разговор.           — Профессор, я, наверное, пойду, — сказала Гермиона. Снейп поднял на нее вопросительный взгляд. — Спасибо за глинтвейн. — Она попыталась встать и быстренько сбежать, но Северус ей не позволил. Он весьма деликатно поймал ее за руку и спросил:           — Вы мне так и не рассказали про книгу. Это как минимум невежливо, а как максимум несправедливо, ведь свой подарок вы также не забрали.           — А вы мне подготовили подарок? — Гермиона ощутила, как задрожали колени.           — Представьте себе. Пойдемте в гостиную, нам есть, что обсудить. Домой вернуться вы всегда успеете.          Грейнджер, как напуганная и взволнованная первокурсница, поплелась за Снейпом. Он указал рукой на диван, а сам присел перед камином на корточки и подбросил к прогоревшим дровам еще несколько поленьев. Гермиона поплотнее завернулась в плед. Она уже давно согрелась, даже на щеках появился легкий румянец, однако, почему-то мягкая ткань на плечах помогала чувствовать себя более защищенной перед взглядом темных, притягательных глаз Снейпа. Он же приглушил звук волшебного радио, чтобы ничего не мешало им с Гермионой общаться, и уселся прямо на ковер, сцепив руки перед собой.           — Так что там с книгой? — напомнил он и мысленно усмехнулся. Грейнджер с каждой минутой нервничала все больше и его нестандартное в ее представлении поведение еще больше выбивало ее из душевного равновесия. Что ж, именно этого он и добивался. Грейнджер должна перестать видеть в нем только профессора, он в первую очередь обычный мужчина, а она — его коллега по бизнесу. Косвенная коллега, конечно, но все же.           — Эм, вот она. Как вы и просили. — Гермиона подтолкнула тяжелый фолиант ближе к Снейпу на журнальном столике.          Северус открыл первую страницу и аккуратно провел пальцами по первой странице. Действительно, «Три вулканических камня» Д. Абрамса. Только вот заглавная буква слегка смазана и под печатью издательства стояли инициалы Н.Ф. Снейп прищурился и вальяжно оперся на руки позади себя.           — Скольких трудов вам стоило купить это для меня?           — Больших, честно говоря. Надеюсь, вы хотя бы довольны.           — Мягко сказано, Грейнджер. Я охочусь за экземпляром этой книги уже почти десять лет.           — Странно. Она была к вам ближе, чем вы думаете.           — У Дамблдора, верно?          Гермиона прикусила щеку изнутри и кивнула.           — Что ж, я так и думал. Давайте поговорим начистоту, Гермиона. Вы же не против, если я буду звать вас по имени?           — Не против, — бездумно ответила Грейнджер. Ей уже стало интересно, чем закончится эта ночь. Казалось, она не удивится, даже если Снейп сейчас обернется волком, взвоет и убежит в лес или выпустит клыки и попросит нацедить ему стаканчик-другой крови, чисто для праздничного удовольствия. — Вам действительно есть что мне сказать, помимо человеческого спасибо?           — Поверьте, есть, и довольно много всего. И для начала, я не писал вам никакого письма с просьбой найти и выкупить для меня эту книгу. Уж не знаю, кто над вами подшутил, хотя догадываюсь, но этот человек явно преследовал какую-то свою извращенную цель.           — На что вы намекаете?           — А как, по-вашему, это выглядит со стороны?           — Что именно? Погодите… Хотите сказать, кто-то подделал ваше письмо специально, чтобы я принесла книгу, и мы с вами... что?           — Наладили общение.           Гермиона нахмурилась.           — О наших разногласиях знает только Гарри. Больше я никому не рассказывала. Он бы не стал.           — Поттер тут ни при чем, точнее, напрямую он не виноват. Это Альбус.           — Дамблдор? Какой ему резон мирить нас? Я директора не видела больше двух лет.           — Зато ваш лучший друг с ним общается пару раз в месяц.          Гермиона облокотилась на колени и зарылась пальцами в волосы.           — Я все равно не понимаю.           — А вам и не нужно. Если поведемся на игрища Дамблдора, его самомнение взлетит до небес. Такого счастья я ему не доставлю. Однако за книгу все же спасибо. И ему, и вам. Сколько я вам должен? Сотню галеонов?           — По правде, я за нее не платила. Гарри сам договаривался с Дамблдором. Мне книга досталась даром. Ну, то есть вам.          Северус пожал плечами. Альбус пожертвовал столь ценный фолиант из своей коллекции ради того, чтобы наладить его отношения с Грейнджер. Уму непостижимо. Десять лет Снейп пытался выкупить у директора этот злополучный фолиант. Это противостояние стало уже делом принципа, и последние годы Дамблдор держал стойкую оборону и не соглашался ни на какие условия. Книга ему была дорога как память о Фламеле, и отдавать или продавать ее Снейпу, даже под обещание бережно с ней обращаться, Альбус не желал. А тут такая щедрость, да еще и беспочвенная.          Снейп запрокинул голову. Старик явно преследовал какую-то свою заковыристую цель, иначе никак.           — Слушайте, простите меня, — пролепетала Гермиона. — С книгой неловко вышло.           — Что он вам пообещал от моего имени? — спросил Северус, продолжая глядеть в потолок.           — Примирение. Вы… То есть Дамблдор написал, что если я принесу книгу, о которой вы давно мечтали, то вы перестанете терроризировать меня и мой магазин.           — Понятно, — ответил Северус и выпрямился. Гермиона теребила в руках край и смотрела себе под ноги. — Неужели я так сильно вас раздражаю, что вы пошли на сделку через письмо вместо того, чтобы прийти ко мне лично и все обсудить?          — Вообще-то я думала, что это вы меня не выносите, раз постоянно выкидываете фортели разной степени причудливости. Я не понимаю, чем заслужила вашу ненависть. — Она склонила голову еще ниже. — Мы ведь могли бы неплохо общаться. Да, возможно, друзьями нам не стать, но ведь можно же общаться хотя бы уважительно, как коллеги. Магазины у нас не конкурируют, так зачем же все эти мерзкие фокусы?           — Чтобы вас позлить. Мне нравится наблюдать, как вы пытаетесь со мной спорить и отстаиваете свои интересы. — Он меланхолично фыркнул и посмотрел на огонь.           — Вам настолько скучно?           — Скорее рутинно. Вы, Грейнджер, единственная девушка и, как вы выразились, коллега на всю Косую аллею, которая не боится меня или не пытается заискивать передо мной.           — Так почему же тогда вы просто не сказали, что хотите со мной общаться?          — А разве это бы сработало? Да и, знаете, хорошее впечатление на людей производить я не умею.           — Сейчас вы вполне располагаете к себе. Только прошу, сядьте рядом. Мне ужасно неловко смотреть на вас на полу.          Северус усмехнулся и пересел.           — Ладно, давайте уступим Дамблдору. Он хотел нас примирить, пускай будет как он хочет. Я больше не буду докучать вам своими язвительными шуточками и перестану подкидывать ужей на ваши полки.           — Вот так просто?           — А нужно усложнить? Грейнджер, повторяю, портить вам жизнь мне нет смысла. Раз я приношу вам так много проблем и вас бесят мои выходки, то я прекращу.           — Знаете, я правда сомневаюсь, что вы настоящий Северус Снейп. Вы слишком легко уступаете.           — Я человек, Грейнджер, и лучше многих понимаю, что значит жить в постоянном стрессе. Признаюсь, часто на вас я срывался без повода просто потому, что вы удачно под руку попадались, а у меня случались проблемы в лаборатории.           — А я часами злилась и даже иногда плакала после наших разборок. Хелена предлагала на вас в суд подать и заставить авроров отобрать лицензию на аптеку. Вы даже ее довели.           — Ваша помощница — пустоголовая девица. Не понимаю, зачем вы ее держите у себя.           — Потому что всем нам нужны деньги, профессор. Особенно тем, кто не отличается особыми умениями и знаниями. Хелена хорошо справляется со своими обязанностями и она добрый человек. Мне этого достаточно.          — Как вы, Грейнджер, умудряетесь сохранять эту противную наивность после всего, через что прошли? — Северус повернулся к Гермионе вполоборота.           — Так же, как вы смогли не обратиться полностью к тьме, профессор.          Снейп поджал губы и кивнул. Что ж, доходчиво.           — Выпьем настойку? — неожиданно предложил Северус и поднялся. — Если верить слухам, Аберфорд стал продавать в своем кабаке действительно стоящие и вкусные напитки. Или вы торопитесь к коту?           — Думаю, он не заскучает один. Я оставила ему целую индюшачью ножку, ему не до меня.           — Отлично.    ***         Они перебрали. Причем прилично. Стопка за стопкой брусничная настойка медленно наводила мост между замкнутым Северусом и стеснительной Гермионой. Когда они добрались до середины бутылки, Грейнджер вовсю щебетала о своих неудачах в личной жизни и подробностях того, как сильно Снейп ее бесил своими мерзкими выходками. Она даже не побоялась рассказать, какую месть для него выдумывала и почему не решилась привести ее в исполнение. Когда же дно бутылки было найдено, Северус наконец признался, что Гермиона ему давно нравится и все несмешные шутки, которые он устраивал у нее в магазине, были нужны только для одного — ее внимания. Грейнджер, услышав такое откровение, на пару минут выпала из реальности и тупо пялилась на Снейпа, будто он резко превратился в сфинкса. Выйдя из прострации, она сперва ударила Северуса по лицу, оставив красный след на его щеке, а потом бросилась на шею и извинялась до тех пор, пока Снейп не заткнул ее лепетания поцелуем.          Его горячие, мягкие губы с привкусом брусники стали для Гермионы полной неожиданностью. До ее мозга не сразу дошло, кто именно ее целует и почему от нежных поглаживаний крепких мужских рук на спине ей напрочь снесло тормоза. Не отдавая себе отчета в действиях, Гермиона оседлала бедра Снейпа и отдалась ощущениям.          Северус прикусил губу Гермионы и спустился к ее шее. Он провел языком по ямке у нее под подбородком, забрался ладонями под свитер и прижал к себе.           — Последний шанс убежать, — выдохнул он ей прямо в губы и закрыл глаза, едва не зажмуриваясь, в надежде, что Грейнджер останется и продолжит свое смелое исследование его губ и тела. Северус жутко истосковался по женской ласке, а предательское сердце скакало в груди как бешеное от одной только мысли, что эту ночь Снейп проведет с Грейнджер.          Гермиона не заметила, как Северус привстал и подхватил ее под бедра, помогая прижаться теснее и усилить восхитительное возбуждающее трение. Она была полностью поглощена его губами и грудью. Белоснежный свитер Северуса безбожно валялся рядом с диваном, а тонкая нательная майка оказалась пустяковым препятствием перед напором Гермионы, которая целовала горячую кожу грудной клетки, под которой бешено билось сердце зельевара.          Северус не остался в долгу и решительным движением избавил Грейнджер от ее одежды. Его затуманенному взору предстал черный лиф с полупрозрачным кружевом и кулон в форме пламени, покачивающийся между грудями Гермионы. Снейп бесцеремонно отогнул мягкий лиф и приник губами к соску, вызывая у Грейнджер стон пьяного наслаждения. Она вцепилась ему в волосы и с силой потянула, желая продлить волну удовольствия. Северус прикусил кожу ей на груди и провел пальцами по ребрам. Гермиона взбрыкнула то ли от щекотки, то ли он наслаждения на грани легкой боли и запредельного возбуждения, и откинулась назад. Снейп едва успел поймать ее под спину, чтобы Грейнджер не рухнула на пол, но спасение не удалось. Гермиона не была пушинкой и, потеряв равновесие, утянула на пол за собой и Северуса. Они с грохотом упали на ковер и замерли. Снейп больно ударился локтем о край журнального столика и откатился в сторону. Раздался смех. Он повернулся и увидел, как растрепанная Гермиона лежит на полу и заливисто смеется. Северус фыркнул и закрыл лицо руками. Докатился. Пьяный поддался на соблазн Грейнджер и вместо страстного секса уронил их обоих с дивана. Да уж, их ловкости любой позавидует. Нужно успокоиться и предложить Гермионе уйти. Так будет лучше, пока они оба не разгромили дом или не сломали друг другу что-нибудь.          Едва он набрался сил высказать нетрезвые, сумбурные мысли, Грейнджер уже успокоилась и больше не смеялась.          — Спальня, — скомандовала она и поднялась на четвереньки. Северус изогнулся, чтобы просмотреть, как Гермиона неровной поступью идет в соседнюю комнату и пытается найти выключатель.           — Справа, — подсказал он и тоже кое-как встал.          — Где?           — Забудь, — Северус притянул Гермиону спиной к себе и поцеловал в шею, оставляя засос. Она вскрикнула и повела бедрами, задевая его уже внушительную эрекцию.  — Тш, — прошипел Снейп.          Одной рукой он прикрыл рот Гермионы, а другой расстегнул пуговицу на ее джинсах и без стеснения коснулся ее истекающего смазкой влагалища. Прохладные пальцы массировали центр наслаждения и доводили Гермиону до исступления. Она мычала и тяжело дышала, ее голова оказалась запрокинутой и почти лежала на плече Северуса. Снейп слегка ослабил давление ладони на ее рот и позволил сделать полноценный вдох. Вслед за ним последовал стон и укус. Гермиона прихватила зубами его ладонь, содрогнулась и зажмурилась. Северус почувствовал, как пульсирует ее влагалище. Он нежно провел влажными от ее соков пальцами от лобка до пупка и подтолкнул к кровати.          Постель была заправлена темным бельем. Северус и Гермиона плюхнулись на него, не разбирая сторон. Они настолько быстро снимали друг с друга остатки одежды, что вместе с джинсами друг друга прихватили и одеяло. Оно оказалось на полу, но это никого не волновало. Все, чего хотели оба — наконец ощутить тела друг друга без лишних тряпок.           — Повернись, — на удивление нежно попросил Северус, и Гермиона улеглась на живот, прогнувшись в пояснице. Несмотря на недавний оргазм, она ощущала себя неудовлетворенной.          Снейп облизнул пересохшие губы и провел несколько раз по возбужденному члену. Гермиона повиляла бедрами и раскинула руки в стороны, утопая в мягком матрасе и подушках. Северус хмыкнул и улыбнулся. В голове промелькнула мысль довести Грейнджер до исступления языком и посмотреть, как она будет извиваться на кровати, отчаянно умоляя его не останавливаться, но член уже сочился смазкой и мошонка болезненно потяжелела, так что думать о чем-то другом было почти нереально. Отбросив идею с кунилингусом на потом, Северус на коленях подполз к Гермионе и, любовно огладив ее ягодицы, вошел в горячее лоно. Долго продержаться он не смог — слишком давно у него не было настоящей партнерши, которую бы он вожделел, словно пацан.          Гермиона подтянула ноги ближе к животу и сама насаживалась на член Северуса, стараясь получить максимум глубины ощущений. Через пару минут она ощутила вес Снейпа на себе и его пальцы, впивающиеся в бедра до синяков.           — Да, — выдохнула Грейнджер и выгнулась дугой, касаясь влажной спиной зельевара. Северус без сил прижался грудью к телу Гермионы, ущипнул ее за сосок и потянулся к клитору. Она будто именно этого и ждала. Вытекающее из лона семя вперемешку со смазкой капало на кровать и пальцы. — Еще, — тихо проскулила она, сильнее сжала ноги и кончила.          Они оба рухнули на кровать совершенно измученные, но довольные. Гермиона распласталась по матрасу, широко раскинув руки и ноги. Северус прижался к ней сбоку, магией из последних сил призвал одеяло, накрыл обоих по пояс и поцеловал Грейнджер в искусанные губы.         Гермиона нашарила его ладонь, вложила в нее свою миниатюрную руку и уснула, поддавшись посторгазменой неге.    ***         Утро наступило внезапно. Гермиона открыла глаза и не сразу поняла, где находится. Перед взором плясали мушки, бедра болели, будто она вчера весь день приседала, левая рука и вовсе не поддавалась контролю. С трудом Грейнджер повернула голову и наткнулась на лицо мирно спящего Снейпа.          Прикрыв глаза, Гермиона попыталась восстановить хронологию событий. Они со Снейпом пришли к перемирию, затем вскрыли бутылку настойки, а потом она рассказала ему о своем неудавшемся свидании. Дальше была пустота. Точнее, ей казалось, что память обнулилась вместе с содержимым бутылки Аберфорда. Тот факт, что она лежит голой в спальне Снейпа, пока он рядом посапывает, прикрыв все свои достоинства краешком одеяла, доказывает, что пить ей вчера не стоило.          Они переспали. Это очевидно. Гермиона потерлась щекой о простынь и прислушалась к своим ощущениям. Помимо легкой боли в теле и шума в голове, она чувствовала приятную слабость и удовлетворение. Мысль о побеге растворилась вместе с первоначальным испугом. Ладно, кажется, Снейп над ней не надругался, а действовал с ее согласия. Что же, секс был отменный, судя по изнеможению и спазмам наслаждения, которые возникали, стоило ей представить, как зельевар брал ее сзади. Стоп. Или это не фантазия?          Решив не разбираться, где ее воображение, а где реальность, Гермиона аккуратно подтянулась к Снейпу, свернулась калачиком возле его руки и уткнулась в плечо.          Так они проспали еще пару часов, пока толпа людей не взорвала петарды прямо под окном спальни. Северус вскочил, нашарил на полу палочку, и только когда осознал, что никакой угрозы нет, рухнул обратно на кровать.           — Доброе утро, — пробормотала Гермиона в подушку. Снейп повернулся к ней.           — Доброе утро, — передразнил он и лениво улыбнулся. Вид заспанной голой Грейнджер ему понравился, да настолько, что удержаться от прикосновения к ней он не смог.          Северус накрутил локон ее кудрявых волос себе на палец и наклонился для поцелуя. Гермиона пару секунд раздумывала, поддаться искушению или нет, но в итоге подалась вперед, даря Снейпу первый осознанный поцелуй. Северус подтянул Грейнджер ближе к себе и обнял.           — Надо сказать Альбусу спасибо, — побормотал он ей в макушку.           — За что?           — За идею с письмом и книгой. Не будь этого, вряд ли ты бы сейчас лежала со мной в одной постели.           — Если бы ты набрался смелости пригласить меня хотя бы на чай, то мы могли оказаться здесь гораздо раньше.           — И ты согласилась бы выпить со мной?           — Я вчера напилась с тобой, Северус, а сейчас мы голые, прижимаемся друг к другу, и я не хочу это прекращать.           — Ты сумасшедшая.           — И решительная, — она задрала голову вверх и коснулась лица Северуса. — Долго бы ты еще терроризировал меня и магазин, чтобы добиться внимания?           — Нет, сегодня я собирался заглянуть к тебе с подарком и извиниться.           — Да ладно? Ты умеешь извиняться?           — Представь себе. Я много чего умею. Позволишь показать?          Вместо ответа Гермиона поцеловала Северуса в губы и закинула одну ногу ему на бедро.           — А знаешь, ведь если бы не брусничная настойка, мы бы не переспали этой ночью.          — Значит, поблагодарим обоих Дамблдоров, — со смешком ответил Северус. — Наведаемся завтра к ним в гости.           — А сегодня?           — А сегодня, — повторил он, — мы не выберемся из этой спальни.