1. Тьма

Тьма. Такая обыденно привычная. В этой тьме всегда снятся самые долгие и яркие сны.

***

Ночь. Тусклые лучи лунного света едва пробиваются из-за темных густых туч, пугающе плывущих по небу, неся с собой страшный дождь и грозу. Высокий мужчина, быстро передвигается во тьме ночи, судорожно дыша, изредка бросал взгляд назад, проверить, не приковал ли кто-то свой грязный взгляд, не следит ли что-то за густыми деревьями и высокими кустами. Рядом с ним, маленький мальчик, с трудом поспевавший за широкими шагами мужчины, закутанный в легкую накидку, никак не спасающую от липких, моросящих капель дождя. Невесть сколько они мчатся сквозь эту бесконечно долгую тьму. Ноги уже не держали ребенка. То спотыкаясь, то поскальзываясь на сырой и холодной траве, он продолжал следовать за отцом. Иногда на их пути встречались небольшие жилые дома. Люди плотно закрывали окна чтобы дождь не нарушил их спокойный и размеренный вечер. На одной из небольших полян, мужчина остановился. Недолгая передышка перед новым забегом в неизвестность. Мальчик даже не успел почувствовать полной грудью холодный воздух, как за спиной послышался хруст. Отец сжал руку ребенка еще сильнее чем до этого, резко оборачивается ища источник звука, но обнаружив его, впал в оцепенение, словно хищник собираясь напасть или же как добыча, поджать «хвост» убежать. Небольшой проблеск луны лишь единожды коснулся своим светом лица мужчины. Незнакомец так и застыл на месте. Ребенок мельком замечает небольшой силуэт. На вид невысокий стройный юноша, с тёмными, почти чёрными волосами и привлекающие внимание две косички, концы которых во тьме ночи светятся приятным бирюзовым светом, одет в светло-зелёные шорты и такого же цвета плащ. Но… глаза. Глаза, до этого сверкающие небольшими искрами озорство, за секунду сужаются наполняясь неподдельным ужасом и страхом. Паренек словно осознавая кто стоит перед ним. Именно это заставляет мальчика отшатнутся. Отец выпадая из транса, быстро дергает сына за собой, во тьму, стараясь как можно скорее скрыться от неизвестного юноши. Ветер усилился, но мальчик не мог понять, то ли помогая им скрыться, то ли наоборот, мешал и тянул назад. Внезапно дождь вместе с порывами холодного ветра прекратился. Ребенок огляделся вокруг. Земля, что все время их странствия походила на вязкую кашу, сейчас была похожа на пуховое, белоснежное одеяло, в которое хотелось укутаться с головой. Не было той зеленой листвы, то и дело норовившей попасть в лицо мальчику, тем самым ослепляя его. Даже деревья которые склонялись от нахлынувшей непогоды, сейчас застыли во льду. Вся природа вокруг находилась в долгой спячке, как бы медленно умирая, накрытая белёсым, пушистым снегом. Вдруг отец остановился. Осмотрелся вокруг. Перевел дыхание и повернулся к мальчику, присел на корточки и всмотрелся в лицо сына. Но взгляд не мог сфокусироваться и ускользал, будто сквозь него. ’’Это твой шанс. Ты наша единственная надежда’’ Эти слова прозвучали густым и хриплым басов. Эти слова, единственное что сказал мальчику отец за все время их изнурительного странствия. Он сжал его худые плечи в своих руках, но продолжал смотреть вдаль. Где-то за горизонтом была их родина. Каэнри’ах. Мальчик теперь никогда не забудет этот взгляд, в котором смешались надежда и ненависть. Внезапная болезненная вспышка, и ребенок впадает в беспамятство.

***

С трудом продирая глаза, мальчик огляделся. Кругом все было темно и только редкие блики луны, красиво переливались на снегу. Он не знал что ему делать. Вдали едва виднелся свет от города, но он боялся туда идти. ’’- Кругом враги’’ всплывал в памяти грузный голос отца. Перед глазами всплывали страшные картинки, словно пленка каждый раз отматывала назад и начинала снова. Яркие и жгучие языки пламени струились в небо, поглощая все на своем пути. Едкий черный дым, несший только приближение смерти, застревающий отвратительной смесью в носу. Громогласные крики людей раздавались отовсюду. Кто-то плакал, кто-то бранился, но учесть их была немилосердна. Чьи-то глаза смотревшие с теплом и добротой, растворялись. Их место занимали пустые бездушные стекляшки. Но кто эти люди, что это было за место, он вспомнить никак не мог. Мальчик сел на холодную, промерзлую до самых глубин землю, сжался в комок. Плакать не было сил, но редкие слезинки пробирались сквозь веки. Соленые дорожки, струящиеся по детскому личику, обжигали хлеще огня. Невесть сколько он просидел на холодном снегу. Вдруг перед ним возникла высокая фигура человека, мальчик поднял голову и посмотрел на него. Мужчина не был похож на того незнакомца из леса. Неизвестный окинул небрежным взглядом всего мальчика и остановился на лице. Один глаз скрывала синяя, густая чёлка и тонкий слой ткани. Но это не помешало мужчине понять, кем же является этот мальчик, но на лице читался не страх, а непонимание. Мужчина был весьма озадачен тем, что же малец делает на улице, один. Незнакомец протянул ему руку. Мальчишка в свою очередь оглядел его снизу вверх. Во тьме ночи блеснули глаза мужчины. Он помнил их, но откуда? Секунда, и ребенок доверчиво протянул свою маленькую ладошку в ответ.

***

Пьеро шёл с мальчишкой на руках. Ребенок как только почувствовал себя в безопасности отключился, провалившись в царство Морфея. Видимо такой долгий путь оттуда, оказался слишком изнурительным и израсходовал все силы. Шут понимал только одно, этот мальчик Каэнриец. Он узнал его по глазам, которые видел каждый день на протяжении многих столетий в собственном зеркале. Его отражение насмехаясь, напоминало: -Смотри же, твоя родина — проклятая Каэнриа’х, почившая 500 лет назад. Зрачки похожие на звезды, отличительная черта жителей некогда великой, но разрушенной самой Селестией, нации. Как же этому ребенку удалось не подвергнутся проклятью? Ведь, Селестия, злобная сука, не пощадила никого. Ни девушек, ни детей. Все жители были поражены этой дрянью. Остались только чистокровные жители, что обрели бессмертие, но и у них было не все так… гладко Значит ли это что этот ребенок… Все мысли перемешались в один большой ком. Как только удавалось зацепится за одну, она сразу же ускользала, а на ее месте появлялась новая. Этот нескончаемый поток мог продолжатся очень и очень долго, если бы не… Если бы не мальчик, который во сне, поглощенный спокойствием и умиротворением, прижимался к своему спасителю. Это действие вывело Педролино из транса. Этот, казалось бы небольшой бессознательный жест, позволил организму снова нормально функционировать. Как раз вовремя. Они наконец подошли к аля всея Снежно’й. Резиденция самой Царицы, и по совместительству, центральному штабу Предвестников Фатуи. Заполярный дворец. Так величали это архитектурное произведение искусства. Белоснежные колонны на всём протяжении постройки в одних местах расставлены тесно, небольшими группами, а в других — широко, обнажая серые участки стен. Карниз дворца украшен статуями и вазами. Но несмотря на обилие декора, дворец выглядит сдержанно и аккуратно. Он будто пожирал своими внушительными размерами. Стоило только массивной, деревянной двери с грохотом захлопнуться, как Пьеро почувствовал легкое шевеление ребенка. Мальчик разглядывал роскошные интерьеры здания. Строгость и одновременно торжественность помещению придавали огромные колонны взлетающие под самый потолок, мраморная отделка стен и роскошная хрустальная люстра. В ней то и дело поблескивают в лунном свете кусочки льда. Стоило посмотреть чуть дальше, как мальчик увидел бы всех предвестников в сборе. Но он был так поражен красотой и величием постройки, что даже не заметил людей находящихся совсем недалеко. Никто не обратил внимание на тяжело закрывшуюся дверь и продолжали заниматься своими делами, даже не обернувшись на громкий, режущий уши звук. Они явно спорили между собой, но голоса звучали чуть приглушено, всех слов было не разобрать. ⁃ Надо прекратить работы на… ⁃ Но позвольте градоначальник.Ведь даже для меня это чересчур. Чем ближе Пьеро подходил, тем отчетливее и резче становились голоса. Подойдя ближе, на него оглянулась Арлекино, явно желая высказать ему свое ярое недовольство, как вдруг опустила взгляд своих черных глаз на мальчишку. ⁃Пьеро, что это такое? — голос эхом промчался по залу, заставляя прекратить спор и привлечь внимание всех собравшихся. Теперь Шута прожигали 9 пар заинтересованных глаз. Перепалка перестала казаться такой важно, нежели ребенок находящийся у него на руках, теперь увлеченно разглядывавший не великий и могучий дворец, а людей что уставились на него в ответ. ⁃ Ребенок. ⁃ И где ты его взял? ⁃ На обочине около леса. Все смотрели с недоумением, но Капитано, отчего-то отшатнулся и уставился на Шута. Предвестники до этого отвлекшиеся, возвращаются к спору. Дальше Пьеро не слушал. Ему не было дела до озадаченных перешептываний за спиной. Ребенок осматривался по сторонам, все больше зарывался носом в мягкий, пушистый мех воротника Шута. Как только мужчина добрался до заветной комнаты, первым делом он усадил мальчика на кровать, где он сразу же выбрал, по его мнению, самый безопасный угол и забился туда, пряча голову у себя в коленях. Наблюдая за этой картиной мужчина лишь тяжело вздохнул. А захочет ли этот ребенок вообще говорить со мной? ⁃ Скажи мне мальчик, как ты оказался один? Мальчик от неожиданности услышать знакомую речь, резко, с лёгким щелчком поднял голову и посмотрел на мужчину. До этого из домов конечно слышались какие-то разговоры, но на совершенно незнакомом ему языке. Ребенок напрягся и начал разглядывать взрослого перед ним, снизу вверх. Взгляд острых глаз остановился на ярких, как свет луны за окном, глазах. ⁃ Как ты оказался один? Так и не дождавшись какого либо ответа повторил свой вопрос Шут. Мальчик пожал плечами. Пьеро аккуратно выдохнул. Где-то в подсознании давно забытые воспоминания, ярким пламенем, криками и болью, снова врезаются в память. В голове промелькнуло смутное воспоминание Место, куда божество не опускает свой взор. Но даже здесь найдутся люди, которые будут мечтать. ⁃ Хорошо, тогда может назовешь свое имя? — после недолгого молчания, Пьеро все же решился выдавить другой вопрос ⁃ Я…. Я — с заиканием начал он, явно опасаясь говорить мужчине свое имя. И все таки, еле различимо в тишине ночи, под звук собственного сердцебиения отдающего в уши, он выдавил из себя ⁃ Я Кэйа, Кэйа Альберих.