Часть 50

Яркий луч света пронзил погруженный в лёгкий полумрак подземный зал, высвечивая силуэты десятков мужчин и женщин, сосредоточенно ожидающих начала конференции. Приглушенный гул разговоров затихает, когда на возвышении, за длинным столом, занимают свои места несколько важных на вид персон. Свет в зале наконец-то полностью освещает помещение. В несколько рядков, усевшись на стульях, сидели самые образованные, и эрудированные представители грибного общества. Высокие, статные, с пепельными волосами, и необычными глазами, это были бывшие представители нижегородской технической интеллигенции. Один из них, седовласый мужчина, носивший маску глубокой сосредоточенности на лице, бодро поднимается, на сцену, и обводит собравшихся строгим взглядом. - Дамы и господа, объявляю вторую конференцию всеподземного кружка адептов грибного сверхсущества открытой, - его голос эхом разносится по залу, одновременно дублируясь по грибной сети. - Согласно повестке дня, мы должны обсудить вопрос об усилении влияния религиозной секты, считающей это сверхсущество своим божеством. Он жестом приглашает к трибуне молодого человека в строгом костюме. - Слово для доклада предоставляется Андрею Петровичу Соколову. Поправив очки, которые он больше носил по привычке, так как после биологического возвышения у него было идеальное зрение, Андрей Петрович подходит к микрофону и окидывает собравшихся внимательным взглядом. - Уважаемые коллеги, как вам известно, в последние годы наблюдается стремительный рост влияния религиозной секты, поклоняющейся грибному сверхсуществу. Корни этого культа уходят глубоко в историю нашего грибного общества, поскольку его первым вдохновителем был Виктор, больше вас известный, как первосвященник. Соколов делает паузу, давая возможность собравшимся осмыслить его слова. - Виктор всегда трепетно относился к грибному сверхсуществу, которое он считал, и считает неким божеством, а не трансцендентной сущностью, превосходящей наше понимание. Его взгляды оказали огромное влияние на становление нашего общества, и многие из нас разделяют его иррациональное, и мистическое отношение к нашему покровителю. До недавнего времени, такой формат восприятия, особо не мешал никому. Однако в последнее время его последователи развернули масштабную пропагандистскую кампанию, стремясь представить грибное сверхсущество как объект поклонения, и обожествления. Причем, в некоторых аспектах, это пропаганда становится все агрессивнее. Он делает глоток воды и продолжает: - Эта тенденция вызывает серьезную озабоченность. Мы, как рационально мыслящие адепты, должны противостоять этому религиозному мракобесию и сосредоточиться на просвещении новых последователей. Нам необходимо донести до них истинную природу грибного сверхсущества, уберечь от агрессивной пропаганды, и разъяснить, что это не божество, а трансцендентная сущность, которую следует постигать с позиций научного познания, а не слепой веры. Голос докладчика становится более уверенным и страстным: - Только так мы сможем противостоять росту религиозных культов и сохранить целостность нашего пока небольшого общества. Именно поэтому я предлагаю сосредоточиться на просветительской деятельности, чтобы уберечь наших новых адептов от ложных идолов, и направить их к истинному познанию грибного сверхсущества. Только так мы сможем обуздать эту волну религиозного радикализма, и сохранить наше государство, в качестве светоча рационального познания. Я верю что сейчас нам это крайне необходимо. В конце концов, наш мир, нуждается в этом. Пауза, повисшая в зале после окончания речи Андрея Петровича, кажется почти осязаемой. Собравшиеся переглядываются, перешептываются, обдумывая услышанное. Наконец, один из членов президиума встает и обращается к аудитории: - Коллеги, вы слышали предложения докладчика. Прошу высказываться по этому вопросу. Кто желает выступить? В зале поднимается рука весьма высокого мужчины с окладистой, и как у всех, пепельной бородой. Его глаза горят энтузиазмом, когда он начинает говорить: - Андрей Петрович поднял крайне важную проблему. Нельзя отрицать, что влияние религиозной секты стремительно растет, и мы должны срочно предпринять меры, чтобы остановить этот процесс. Я полностью согласен с тем, что нам необходимо сосредоточиться на просвещении новых адептов, разъясняя им истинную природу грибного сверхсущества. Он делает паузу, окидывая собравшихся проницательным взглядом. - Но мы также должны признать, что Виктор своими учениями невольно заложил фундамент для возникновения этого культа. Его трепетное отношение к сверхсуществу, его склонность к мистицизму, и его огромный авторитет в грибном обществе – все это создало почву, на которой взрастает эта религиозная секта. Голос оратора звучит с нарастающей тревогой: - Мы не можем больше закрывать на это глаза. Пришло время критически пересмотреть учение Виктора, очистить его от налета мистицизма и религиозности. Только так мы сможем окончательно пресечь распространение этого культа и вернуть наше общество на путь истинного, рационального познания. Сидящие в зале замирают, словно пораженные громом. Напряженная тишина висит в воздухе, пока кто-то наконец не решается подать голос: - Это очень серьезное предложение. Сомневаюсь, что большинство из нас готовы пойти на столь радикальный шаг. В конце концов, Виктор – стоял у истоков нашего общества, он сплачивало его на протяжении достаточно долгого времени. Разве мы можем вот так просто пойти против него? Ведь власть первосвященника, очень велика. Реакция собравшихся неоднозначна – на лицах отражаются разные эмоции: замешательство, тревога, несогласие. Ясно, что идея пересмотреть наследие Виктора вызывает серьезные опасения и внутренний протест. Напряжение в зале нарастает, предвещая бурную дискуссию. Собравшиеся явно разделились на сторонников и противников предложения пересмотреть учение Виктора. Еще один участник встает и решительно вступает в дискуссию: - Мы понимаем все опасности, который кроется за этим путём, однако мы не можем игнорировать угрозу, которую представляет собой эта религиозная секта. Ее влияние растет с каждым днем, а мы бездействуем! Разве мы забыли, к каким трагическим последствиям привели подобные культы в прошлом? Нам ли это не знать, нижегородским учёным, и инженерам. Его голос звучит с нарастающей настойчивостью: - Мы - рационалисты, ученые, мыслители. Неужели мы будем прятаться за авторитетом Виктора, вместо того, чтобы смело взглянуть правде в глаза? Пришло время признать, что некоторые аспекты его учения несут в себе потенциальную опасность. Только путем критического переосмысления мы сможем окончательно исцелить наше общества, без угрозы быть разделёнными в будущем. В зале вновь воцаряется гробовая тишина. Похоже, аргументы оратора заставили многих задуматься. Наконец, слово берет один из старейших членов президиума, его голос звучит взволнованно: - Я не могу спокойно слушать, как вы предлагаете пересмотреть грибное учение. Апеллируя наличием, на самом деле, какой-то горстки чокнутых фанатиков, которых в стане Виктора, на самом деле меньшинство! Виктор – нам не враг, напротив основатель, человек, чей вклад в наше выживание трудно переоценить. Как вы можете предлагать отказаться от его трудов?! Он обводит собравшихся нетерпеливым взглядом: - Да, мы столкнулись с серьезной проблемой, но решение точно не в том, чтобы отвернуться от наследия, не только Виктора, но и похоже грибного государя. Это только ослабить нас, и самое главное оттолкнет многих адептов, создав при этом раскол обществе. Нет, мы должны найти другие способы противостоять этому культу, не посягая на наши святыни! Аргументы старейшины звучат весомо и убедительно. В зале поднимается ропот одобрения, очевидно, его позиция находит широкую поддержку среди присутствующих. Андрей Петрович, заметно смущенный, делает попытку ответить, но его голос тонет в громких возгласах, часть аудитории: Ясно, что предложение об ревизии основ ордена вызвало крайне негативную реакцию части собравшихся. Атмосфера в зале накаляется, предвещая ожесточенную борьбу мнений. Какое решение в итоге примет собрание? Председательствующий поднимает руку, призывая к тишине. Наконец, воцаряется относительная тишина, и он берет слово: - Уважаемые коллеги, я понимаю накал дискуссии и противоречивость мнений. Очевидно, что мы стоим перед серьезным вызовом, требующим взвешенного и продуманного решения. Он делает паузу, окидывая собравшихся задумчивым взглядом: - С одной стороны, мы не можем игнорировать растущее влияние религиозной секты и ту угрозу, которую она несет нашему государству. Нам необходимо принять действенные меры по противодействию этому деструктивному учению. Председатель переводит взгляд на сторонников Виктора: - Однако, я также понимаю ваши опасения в отношении пересмотра наследия нашего основателя. Мы не можем легкомысленно отбросить те вещи, которые в общем-то, не сильно противоречат нашим взглядам. Он делает паузу, словно собираясь с мыслями: - Тем не менее, я считаю, что нам необходимо провести тщательный анализ доктрины, и выявить те аспекты, которые могут быть использованы сектой в своих деструктивных целях. Нам следует очистить наше учение от потенциально опасных элементов, не меняя при этом его сути и основополагающих принципов. Председатель обводит собравшихся твердым взглядом: - Таким образом, мы сможем сохранить наследие Виктора и, в то же время, нейтрализовать угрозу, исходящую от секты. Это будет непростой, но необходимый путь. Только так мы сможем обеспечить дальнейшее развитие нашего ордена на более умеренных и контролируемых началах. В зале на мгновение повисает напряженная тишина, а затем раздаются одобрительные возгласы. Похоже, предложенный компромиссный вариант находит поддержку большинства собравшихся. Председатель удовлетворенно кивает и объявляет: - Таким образом, кружок постановляет провести тщательный пересмотр учения Виктора с целью выявления и нейтрализации потенциально опасных элементов. При этом мы сохраним основополагающие принципы и ценности, заложенные нашим основателем. Это решение вступает в силу немедленно. Благодарю всех за конструктивную дискуссию. Похоже, найденный компромисс удовлетворил большинство присутствующих. Теперь государство ждет непростая, но крайне важная работа по реформированию своего учения. Сможет ли она успешно противостоять угрозе, исходящей от религиозной секты, и обеспечить дальнейшее развитие грибного общества - покажет время. Впрочем, уже сейчас можно с точностью сказать, что внутри грибного государства, оформились уже два полюса силы, которые будут противостоять друг другу, с целью утянуть грибное общество, на свой вектор развития. *** Аналитическое письмо Патриарху Московскому Иллариону Сколковскому Ваше Святейшество, С глубоким почтением докладываю результаты последнего разведывательного рейда в районе восточных рубежей нашего государства. Отправленный отряд вернулся с обнадёживающими вестями, которые несколько развеивают тревожные слухи о якобы падении города Нижнего Новгорода под натиском армий нечестивых гулей. Согласно данным наших разведчиков, переодетых в паломников, город Нижний Новгород, хоть и понёс значительные потери и разрушения, но устоял перед натиском тёмных сил. Более того, шейх Ярослейв направил официальные письма с предложением о торговом сотрудничестве и открытии нашего представительства в Нижнем Новгороде. Это свидетельствует о стремлении Нижегородского халифата к установлению более тесных связей с Московской Теократией. Чтобы верифицировать полученные сведения, было принято решение направить в данный регион беспилотный летательный аппарат. Прилагаю к данному отчёту серию фотоснимков, сделанных с борта нашего БПЛА. На них отчётливо видно, что вокруг стен Нижегородского кремля лежат тысячи тел убитых гулей, что красноречиво свидетельствует о том, что город устоял перед натиском нечисти. Следует отметить, что, несмотря на тяжелейшие потери, Нижний Новгород не пал, а сумел отстоять свою независимость. Более того, налаживание торговых связей с Халифатом открывает новые возможности для укрепления влияния Московской Теократии в данном стратегически важном регионе. Получив данные от северных корпоратов, мы можем с уверенностью заявить, что большая часть косвенных данных, которыми мы располагаем, подтверждает, что восток нашего Святого государства находится в относительной безопасности. Разрешите заверить Ваше Святейшество в моей безграничной преданности и готовности продолжать бдительно охранять рубежи нашего Священного Отечества. С глубочайшим почтением, Директор Службы Внешней Разведки Московской Теократии *** Иоанн опустил взгляд на истрепанную карту, его мозолистые пальцы прослеживали контуры бесплодной местности, перечеркнутой темными линиями терриконов. Он еще раз окинул беглым взглядом выцветшие очертания, прежде чем свернуть ее и спрятать в нагрудный карман. - Нам нужно двигаться дальше, - произнес он, обращаясь к сидящей на земле жене и детям. - Они могут нагнать нас в любую минуту. Мария взглянула на него с тревогой, ее взгляд метнулся к притихшим от усталости и страха детям. Младший сын Петр, едва достигший десяти лет, жался к матери, цепляясь за ее выцветшую юбку. - Ты уверен, что это правильный путь? - с сомнением спросила Мария. - Мы уже столько дней идем сквозь эту безжизненную пустошь. Может, стоит передохнуть хотя бы немного? Иоанн покачал головой и протянул ей руку, помогая подняться. - Нам нельзя задерживаться. Они не оставят нас в покое. Нужно как можно скорее добраться до укрытия. Мария вздохнула и крепче сжала ладонь мужа. Она знала, что он прав. Им нельзя останавливаться - их преследователи неумолимо приближались. Семья поспешно двинулась вперед, петляя между тянущимися к небу черными силуэтами терриконов. Острые камни больно впивались в истерзанные ноги, а яркое солнце беспощадно палило с выцветшего неба. Иоанн прищурился, вглядываясь вдаль. Где-то там, за этим бесконечным лабиринтом из каменных гор, должно было находиться убежище - единственное место, где они могли обрести безопасность. Но путь к нему казался невыносимо длинным. Неожиданно Петр, еле передвигавший ноги, споткнулся и упал, жалобно вскрикнув. Мария бросилась к нему, подхватывая на руки. - Тихо, тихо, мой мальчик, все будет хорошо, - зашептала она, укачивая сына. Старшие дети - Анна и Григорий - встревоженно замерли, не зная, что делать. Иоанн нахмурился, оглядывая окрестности. Вдали слышался приглушенный гул - их преследователи неумолимо приближались. Времени оставалось все меньше. - Мария, мы должны идти дальше. Петр, соберись, нам нельзя задерживаться. Женщина с тревогой посмотрела на мужа, но подчинилась. Семья двинулась вперед, спеша укрыться среди черных великанов-терриконов. Иоанн бросал обеспокоенные взгляды назад, прислушиваясь к нарастающему шуму погони. Они должны были сбежать, любой ценой. Вдруг впереди показалось нечто, напоминающее крошечные точки на горизонте. Иоанн прищурился, всматриваясь вдаль. По мере приближения очертания становились все более четкими, и вскоре он различил небольшие строения, сгрудившиеся у подножия терриконов. - Посмотрите, там, впереди! Кажется, это поселок! - воскликнул Иоанн, ускоряя шаг. Мария подняла голову, вглядываясь в далекую картину. Надежда затеплилась в ее усталых глазах. - Неужели, мы, наконец, нашли убежище? - прошептала она. Дети зашептались между собой, оживившись при виде долгожданного пристанища. Иоанн решительно кивнул и, крепче сжав ладонь жены, побежал вперед. Им оставалось всего несколько сотен метров до спасительного поселка, но с каждым шагом нарастающий гул преследователей все больше наполнял их сердца тревогой. Петр с трудом переставлял ноги, еле поспевая за семьей. Иоанн оглянулся, чтобы убедиться, что они все еще вместе, и увидел, как мальчик, спотыкаясь, плетется позади. Мужчина на мгновение замедлил шаг, протягивая руку, но в этот момент вдалеке показались силуэты машин. Гул моторов нарастал, и Иоанн, перекрестившись, побежал вперед, увлекая за собой семью. Они почти добрались до окраины поселка, когда вдруг из-за терриконов показался потрепанный джип, а за ним - два мотоцикла. На одном из них развевалось знамя с красным крестом на белом фоне. Иоанн узнал этот символ - это были те самые преследователи, от которых они бежали. Мужчины на джипе и мотоциклах окружили семью, отрезая путь к спасению. Иоанн инстинктивно встал перед близкими, пытаясь защитить их своим телом. Но в следующий миг он ощутил резкую боль в затылке и потерял сознание, рухнув на землю. *** Иоанн открыл глаза, щурясь от яркого света. Он лежал на холодном металлическом полу, стиснутый со всех сторон прутьями клетки. Рядом тесно прижимались Мария и дети, их взгляды полны страха и отчаяния. Перед ними стоял высокий мужчина в богатых одеждах, окруженный своей свитой. Один из его соратников, низко кланяясь, обращался к нему: - Барон Альбрехт, к сожалению, это были последние северяне, которых нам удалось настичь. Эти, видимо, обезвоженные, приняли мираж поселка за реальность и бросились туда, и наши ребята как раз их там и перехватили. Барон Альбрехт хмыкнул и равнодушно произнес: - С севера идет так много будущих рабов. Кто бы мог подумать, что работа, подкинутая королём, окажется настолько легкой и прибыльной? - Он задумчиво посмотрел на семью Иоанна и спросил: - Вы проверяли заслоны Халифата на юге? Все еще стоят? Воин отрицательно покачал головой: - Нет, господин, не стоят. Все разъезды разбежались. Барон Альбрехт довольно улыбнулся: - Грех этим не воспользоваться. Надо подтянуть еще сил с юга и прогуляться по окрестностям. Иоанн с ужасом осознал, что они попали в руки работорговцев. Сердце его сжималось от страха за близких, но он постарался сохранять хладнокровие, надеясь найти способ спасти их. Пока оставалось лишь молиться и ждать...