Глава 4. Травмирующий Слуга

      — Хорошо, — Сказал Широ, материализовавшись снаружи новой воронки Фуюки. — Давай проверим: я жив, Сакура… Давай назовем это «возможно», Зокен в основном мертв, а Рин расстроена из-за меня.       Он кивнул сам себе.       — Всего хорошего за день работы для Героя Справедливости.       — Эй, Фальшивка! — Раздался голос из глубины особняка.       — Что? — Крикнул в ответ Широ.       — Я тебя не слышу! Я говорю через оригинальный мегафон! — Закричал Гильгамеш.       — Тогда как ты узнал, как мне ответить? — Прокомментировал Широ сам себе.       — Ясновидение и Ша Нагба Имуру! — Сказал Гильгамеш. — А теперь перестань перебивать меня, это невежливо!       Если ты понимаешь, о чем я говорю, то разве ты не должен уметь разговаривать со мной? Широ Кид задумался.       — Сейчас осталось всего несколько гребневых червей. Они все выстроились в линию и умирают, так что давай, поднимай барьер, — Приказал Гильгамеш. — После этого останутся только те, что в Мастере Мато, и несколько карманов червей. Позаботься о тех, что в ней, а я закончу с остальными.       Широ кивнул и повернулся, чтобы уйти.       — О, и плата твоему Мастеру за то, что он практически ничего не делает, — это еще одна Командное Заклинание взамен той, которую она уже использовала. Она же не хочет начинать в невыгодном положении, верно? В любом случае, сейчас мы, по сути, участвуем в новой Войне.       Широ кивнул. Рин попросила бы заплатить. Скорее из принципа, чем из чувства, что от нее нужно откупиться, но, тем не менее, она попросила бы заплатить.       — И, если она попросит больше, скажи ей, что я уже предоставил ей бесплатную информацию. Это должно быть то, чего она хочет больше всего.       Широ кивнул и переместил свой вес, чтобы сделать шаг—       — И когда после этого она станет слишком жадной, я всегда могу заплатить Благородным Фантазмом. Опыт создания новых огороженных полей вокруг ее дома пошел бы на пользу ее образованию.       Широ признал угрозу снести огороженные поля семьи Тосака, которые защищали их дом, если Рин попытает счастья.       Широ поднял одну ногу вверх-       — О, и я бы хотел баночку мороженого, когда это будет сделано, спасибо за предложение.       — Что-нибудь еще вы хотите, Ваше Величество? — Спросил Широ, ожидая следующего перерыва.       — Я уже сказал тебе, чего я хочу, разве ты не слушал? Хотя, может быть, сахарный рожок был бы не лишним… — Гильгамеш размышлял в свой мегафон. — И лучше бы это было хорошее мороженое, второе слева в магазине. Да, то, что у Джени.       — Ты серьезно используешь для этого свое Ясновидение? — Пробормотал Широ себе под нос.       — Конечно, — Ответил ребенок Гильгамеш на риторический вопрос. — Мороженое — это важно.       Широ вздохнул, но кивнул, отступая в сторону, пропуская поток пожарных и полицейских, прибывающих на место происшествия через теперь открытые ворота.

***

      Рин ждала рядом со своей окаменевшей сестрой, стараясь выглядеть так, словно для нее было естественно находиться здесь. Что означало застегнуть куртку, натянуть ее так, чтобы прикрыть большую часть пижамы, подобрать тапочку и ненавязчиво приглядывать за Слугой, который убил ее сестру.       Что ж, Рин не слишком расстроилась из-за этого.       С чего бы ей расстраиваться Слуга ее сестры убивает ее?       — Привет, Рин, — Поприветствовал ее Арчер, выходя из особняка с мокрыми от пота волосами. Однако он не был покрыт пылью или камнями. Ублюдок вышел из этого, выглядя намного лучше, чем следовало.       Рин поспешно отбросила свои чувства в сторону. Она была расстроена, и никакое количество симпатичных парней не отвлекло бы ее от этого!       — Привет, Рин, — Рин уперла руки в бока, вся ее поза кричала о раздражении, не считая приятной улыбки на лице. — Это все, что ты можешь сказать после того, как ушел в одиночку, нарушив договор между Мато и Тосака о том, что ни один из них никогда не нападет на дом другого во время Войны Святого Грааля, и разбудил своего Мастера?       И о чем ты думал, когда втягивал Сакуру?       — Эм, — Широ Кид потер затылок. — Гильгамеш заходил повидаться с тобой сегодня утром и хотел сказать тебе, но мы подумали, что тебе может не понравиться, когда тебя будят.       — О, спасибо за твое внимание, — С улыбкой поблагодарила Рин своего Слугу. — Что ж, мне действительно не нравится, когда меня грубо будят только для того, чтобы обнаружить, что мой Слуга объявил сезон открытых дверей в моем доме.       Широ поморщился от ее едких слов.       — Гильгамеш несет ответственность, — Широ подставил своего коллегу-Слугу под удар гнева Рин. — Он также сказал, что заплатит тебе за это — я имею в виду, за то, что одолжил твоего Слугу.       — Равноценный обмен, да? — Рин скрестила руки на груди. — Что может стоить всего этого бардака?       — Новое Командное Заклинание. — Сказал Широ.       Рин сделала паузу.       — Он не может этого дать, — Указала она. — Он должен был бы быть Наблюдателем, чтобы предложить Командное Заклинание в качестве компенсации за вмешательство в Войну Святого Грааля, и он мог бы отдать ее только за то, что угрожало бы целостности Войны или тайне магического искусства.       — Зокен угрожал Войне, — Сообщил Широ своему Мастеру, — и Гильгамеш занял должность надзирателя, прежде чем передать Котомине. У него просто не было возможности рассказать тебе прошлой ночью.       — Я понимаю, — Рассеянно сказала Рин, когда ее разум начал устанавливать связи. И все же Арчер был несколько встревожен, поскольку по какой-то причине он просто мог видеть денежные знаки, появляющиеся в ее глазах. Возможно, он только что понял, почему Гильгамеш был так раздражен, когда они расстались. — Но это только за то, что я одолжил своего Слугу. Цена нарушения нашего давнего соглашения с Мато и риска для дома моей семьи и мастерской намного выше.       — Ну, есть также тот факт, что это, по сути, новая Война Святого Грааля, так что это указывает на то, что аналогичные изменения произошли и с другими Слугами. — Предположил Широ. — Единственный способ, которым это могло бы стать новой Войной Святого Грааля, — это если бы все мы стали моложе, кроме только меня, Лансера и Гильгамеша. Так что, возможно, все остальные Слуги тоже изменились.       Рин покачала головой.       — Ценность информации незначительна по сравнению с безопасностью, которую обеспечивал наш договор. Этого будет недостаточно. Но он Гильгамеш, царь Урука, верно? Владелец огромной сокровищницы, известной как Врата Вавилона? Наверняка у него есть что-то ценное, что он может предложить в качестве компенсации.       Арчер поморщился.       — Ну, он действительно сказал это — вы знаете, я собираюсь процитировать его по этому поводу. Это не мои слова, так что не вымещай это на мне.       — О? — Спросила Рин, и вопрос опасно повис в воздухе, как будто она, а не Слуга, защищающий Сакуру, была божеством, ассоциирующимся со змеями.       — Эм, — Широ Кид сглотнул, прежде чем сказать. — Я всегда могу заплатить Благородным Фантазмом. Опыт создания новых ограниченных полей вокруг ее дома пошел бы на пользу ее образованию.       Рин замерла.       Обдумала это.       Начала потеть.       — Если подумать, — Рин хорошо скрывала свою нервозность, но ее глаза выглядели немного дикими при мысли о восстановлении всех Приграничных полей ее семьи в разгар Войны Святого Грааля. — Я думаю, что стоимости моей недвижимости может быть достаточно, чтобы покрыть цену. И я всегда могу пересмотреть новый договор между Тосака и Мато.       Облегчение Широ Кид было ощутимым, когда жадность его Мастера уступила место печальному отдыху.       Пока Рин не зашипела.       — Но это будет означать, что придется иметь дело с Синдзи.       Она содрогнулась от отвращения.       — Окаменел, — Сказала Лансер со слабым скрытым удовлетворением в голосе, прежде чем она отодвинулась и отвела взгляд, выглядя не более чем ребенком, пытающимся не быть пойманным на лжи и просто мило относящимся к этому. — Несчастный случай.       Рин не выглядела впечатленной.       — Что ж, все хорошо, что хорошо кончается. — Заявил Широ, пытаясь уладить все до того, как снова возникнет напряженность. — Зокен, по большей части, мертв и скоро отправится в свою долгожданную загробную жизнь. Сакура — это…       — Окаменела! — Прошипела Рин, указывая на статую, рядом с которой она стояла. — Это было то, чем она не была прошлой ночью!       — Да, хорошо, — Признал Широ, нервно переминаясь с ноги на ногу. Это было похоже на то, как милый щенок пытается объяснить, какой беспорядок он устроил. — Она поправится, верно?       Последнее было сказано Медузе, которая кивнула под своим черным плащом.       — Это не навсегда, — Сообщила Богиня.       — Видишь, Сакура очень скоро придет в норму, — Пообещал Широ своему разгневанному Мастеру.       Рин стиснула зубы, не подавая виду. Это был навык, которому она научилась, когда Котомине был ее опекуном в течение последнего десятилетия. Она хотела разозлиться!       — А что насчет Гребневых червей? — Напомнила им Рин, ее голос был приторно-сладким, от чего у него заныли зубы. — Вы знаете тех, которые, по вашим словам, были внутри нее и могли убить ее?       — О, точно, — Широ принял загнанное выражение. — Дай мне минутку…       — Минутку! — Рин почти взвизгнула, но тут же убавила громкость, осознав, что находится на публике и что они все еще окружены службами экстренной помощи. — А как Сакура будет «через мгновение»?       — Я смотрю, я смотрю, — Заверил ее Широ, его взгляд был устремлен вдаль. — Я пытаюсь увидеть, что у меня есть, что могло бы помочь. Разрушитель Правил удалил бы червей из Зокена, но они все равно были бы внутри Сакуры. Эм, этот меч не сработает, Авалон? Может сработать… но ей понадобится связь с этим Мечом, и я не знаю, была ли она вызвана. Я думаю, что была, но это альтернативная временная линия…       — Ты безнадежен! — Рин раздраженно всплеснула руками. — Вот почему я сказала тебе отвалить! Мы всегда могли бы сделать это позже, после подготовки-       — Ооо, — Прервал ее Широ, его лицо просветлело. — Это может сработать.       — Что? — Рявкнула Рин, когда глаза ее и Медузы пригвоздили Широ.       — Я думаю, у меня есть кое-что, что могло бы сработать, — Взволнованно сказал Широ. — Это из опыта исключительного героя, истинного Героя Справедливости. Я могу скопировать ее мастерство и — Нет, Гребневые черви отчасти концептуальны, не так ли? Не чисто физические.       Рин и Лансер оба слегка поникли.       — Подождите, я Слуга, — Сказал Широ, когда искра возбуждения вернулась к жизни.       — Без шуток, Арчер, — Фыркнула Рин. — Есть еще какие-нибудь очевидные моменты, которые ты хотел бы подчеркнуть? Например, как Сакура умрет из-за тебя?       — Нет, она не умрет, — Сказал Широ, прежде чем заколебаться. — Ну, она все еще может умереть. В конце концов, это рискованная процедура.       — Но, если мы собираемся удалить гребневидных червей из Сакуры, тогда нам нужен Духовный хирург, и единственный, о ком я знаю, оказывается, выворачивает себе кишки. — Возразила Рин. Лицо Медузы помрачнело, и она отошла на несколько шагов от двухвостой цундере.       — Не в буквальном смысле, — Проворчал маг, отводя взгляд. — Я еще не придумал, как заставить его буквально выблевать свои кишки. Это следующий набор экспериментов. Я надеюсь, что извергание внутренних органов действительно преодолеет его мазохизм, так что он действительно будет страдать, вместо того чтобы стать счастливым…       — Но хватит о беспорядке, который Арчер будет убирать, когда мы вернемся, — Отмахнулась Рин, прежде чем снова упереть руки в бока и сердито уставиться на Широ. — Теперь расскажи мне о своем «рискованном» плане по спасению Сакуры.       — Ну, это просто, — Сказал Широ, поднимая руку. — Я просто сам удалю из нее Гребневых червей.       Мгновение.       — И это все? — Скептически спросила Рин. — У Сакуры внутри гребневые черви, и ты просто собираешься удалить их сам?       Широ кивнул, свет надежды все еще сиял в его глазах.       — Я Слуга. Существо, не полностью ограниченное материальным планом. В состязании между мной и любым Гребневым червем я выиграю. И с помощью этого, — Широ продемонстрировал острый британский хирургический нож в своей руке. — и ее учения о медицинских техниках, я могу даже удалить физические следы Гребневых червей, не убивая Сакуру. И когда я удалю физические следы, я смогу вытащить и нефизические части.       Рин колебалась. Широ был довольно уверен в этом.       — Поверь мне, — Сказал Широ с постоянно растущей искрой энтузиазма в глазах. — Это сработает.

***

      — Это было еще одно прекрасное зимнее утро, — Размышляла Тайга, вприпрыжку идя по улице к своему любимому магазину «удон». Было воскресенье, так что Широ, должно быть, отсыпался после того, как допоздна работал над каким-нибудь проектом, а это означало, что завтракать там означало бы ждать долго, очень, очень долго.       И она хотела позавтракать!       А потом она услышала вой сирен, и любопытство взяло верх над ней, и теперь она шла по улице, бесцеремонно съедая несколько рисовых шариков на публике, гадая, что за катастрофа произошла в той части города, где живут богатые иностранцы.       Когда она завернула за угол, чтобы спуститься с холма туда, откуда доносились сирены, она увидела неожиданное зрелище.       Широ бегал с каменной статуей Сакуры на плече, в то время как маленькая девочка в потрепанном черном плаще держала ноги позади него, а Тосака Рин бежала рядом с ними.       — Доброе утро, Тайга, — Поприветствовала ее Кид Широ.       — Доброе утро, — автоматически поздоровалась Тайга в ответ, протирая глаза.       Она, должно быть, спит.       Она открыла глаза и посмотрела назад на улицу.       Да, Широ все еще нес каменную статуэтку Сакуры в натуральную величину, но теперь он нес ее в особняк Тосаки Рин, когда она открывала ворота.       Тайга ущипнула себя за запястье и, обнаружив, что это совсем немного больно, кивнула.       И немедленно развернулась, чтобы направиться к дому Широ, не обращая внимания на то, что ее раздавленный рисовый шарик отваливался от запястья в том месте, где она ущипнула его, а не кожу.       Должно быть, ей снился сон, поскольку она могла бы поклясться, что видела, как Широ бежал с каменной статуей Сакуры, в то время как маленькая девочка с волосами, которые, должно быть, принадлежали семье Мато, несла заднюю часть половину, в то время как Тосака Рин, отличница школы, бежала рядом с ними.       Очевидно, что это всего лишь сон, который означает, что скоро настанет время просыпаться и идти завтракать к Широ.       О, подождите, сегодня воскресенье. Широ не будет готовить завтрак в ближайшее время.       О, подождите. Это сон! Ее сон. А это значит, что Широ не только проснется, но и внесет последние штрихи в пятизвездочный завтрак «шведский стол»! Со всеми ее любимыми блюдами!       Тайга вытерла немного слюны со рта и удвоила скорость по направлению к столовой Широ.       Дом. Она имела в виду дом Широ. Она думала не только о еде.       Да, она беспокоилась о нем! Что, возможно, убийца с холодным оружием, о котором говорили в новостях, ударил его ножом!       Или, что еще хуже, снова повредил руку и не смог готовить!

***

      — Итак, что тебе нужно, Арчер? — Спросила Рин, помогая двум Слугам провести Сакуру через дверной проем в ее дом. — Что-нибудь из твоего дома? Драгоценные камни, мистические коды, редкие части Фантазма?       — Ужасно великодушно с твоей стороны, Рин, — Заметил Широ.       — Я… Это за восстановление нашего контракта с Мато! — Выпалила Рин, ее лицо покраснело, когда она отвернулась. — Все, что я потрачу здесь, я смогу вернуть позже, после того, как Сакура поправится. И это также даст преимущество в переговорах.       — Да, как я и думал. Ты хороший человек, Рин, — Сказал Широ с довольным выражением лица.       — Идиот! — Сказала Рин, густо покраснев. — Это все ради переговоров, ради переговоров!       — Знаешь, повторять это дважды не значит быть правдой, — Парировал Широ.       — Археерррр, — Прорычала Рин, поднимая одну руку с двумя Командными Заклинаниями на ней.       Широ вскинул руку, которая была менее необходима, чтобы удерживать Сакуру неподвижно в знак капитуляции.       — Хорошо, хорошо, я остановлюсь, только не трать Командное Заклинание впустую, пока Гильгамеш не сможет дать тебе новое, — Сдался Широ.       Командные Заклинания Рин перестали светиться.       — Ты должен был вести себя прилично с самого начала, — Проворчала она, опуская руку. — Заставляешь меня тратить ее впустую.       Динь-дон.       Рин остановилась и посмотрела вдоль коридора на входную дверь, которая вела к воротам снаружи.       — Я пойду посмотрю, кто это, — Заявила Рин, прежде чем протиснуться мимо Широ и Лансера в коридор.       Широ с трудом сдержался, чтобы не вздрогнуть, когда Рин прошла мимо него, запах ее волос достиг его носа, когда он почувствовал прикосновение ее руки и плеч к своим.       Лансер Лили громко постучала ногой по полу.       — Прости, — Извинился Арчер Кид за то, что задержал ее, чтобы справиться со своими гормонами.       Рин просто была привлекательна для него, и ее присутствие в такой непосредственной близости отвлекало.       Пара отнесла Сакуру в комнату для встреч, которую не было видно из прихожей. Двое Слуг осторожно опустили статую Сакуры, чьи руки застыли на месте, схватившись за сердце.       Широ иногда относился к девушке, которая была близка ему, как к сестре. Или иногда она была ближе.       Он не помнил. Его Мрамор Реальности специализировался на сборе, хранении и копировании мечей, но одной из самых простых функций для освоения было чтение их и их истории. У Арчер Кид были миллионы миллиардов мечей, начиная от простого ножа для масла, только что с фабрики, и заканчивая благородными Фантазмами с тысячелетним опытом.       И Арчер запомнил их все. Противоречащие друг другу из альтернативных временных линий. Сражения против Медузы, сражения бок о бок с Медузой, сражения в любой из Войн Святого Грааля, сражения за пределами Войн Святого Грааля, сражения, в которых Медуза оказалась Слугой Широ, или сражения, в которых Эмия Широ убил Медузу.       Там были все версии этого оружия. Противоречило это истории или нет, но Арчер помнил каждого.       К сожалению, с таким количеством воспоминаний, которые он никогда не смог бы забыть, поскольку его Мрамор Реальности не позволял ему, Арчер не мог вспомнить, какой была его жизнь. О, у него были некоторые воспоминания об этом. Он знал, что Сейбер была его Слугой. Он знал, что некоторые слуги были особенно опасны, что Сейбер была красива, и что Тень Сакуры была практически прелюдией к тому, чтобы его призвали в качестве Стража Противодействия-       Подождите, это не было воспоминанием о его смертной жизни. Стрелять. Он снова их смешивал.       — Хорошо, так что нам нужно, чтобы этот план по исцелению Сакуры сработал? — Спросила Рин, входя, Гильгамеш следовал за ней.       Гильгамеш приветственно помахал рукой и сказал.       — Я скрыл инцидент в поместье Мато. Теперь они думают, что это было просто обрушение очень старой стены подвала, которое привело к взрыву, а затем к провалу.       — Хотя это правда, — Прокомментировал Широ. — Это была ужасно быстрая работа.       Гильгамеш усмехнулся, закрыв глаза.       — Показания очевидца, харизматичного и храброго парня, который примчался на место происшествия при первых звуках тревоги, возможно, способствовали быстрому завершению расследования.       — Хотя прояснение нашей истории прикрытия того стоит, у нас есть более важные проблемы, — Нетерпеливо отмахнулась Рин. — Итак, что нам нужно, чтобы вытащить Зокена из Сакуры?       Все повернулись, чтобы посмотреть на Эмию, кроме Сакуры, которая все еще была каменной.       — Ну, мне нужно чистое место для работы. Желательно где-нибудь с приподнятым столом, достаточно большим, чтобы посадить Сакуру, — Ответил Широ. — О, и не помешали бы пластиковые перчатки. Кроме того, мне понадобится много магической энергии на продолжительный период времени. Если место будет санитарным и защищено от внешних элементов, таких как микробы, это уменьшит расход энергии, но если нет, то я могу обойтись и без этого.       — Похоже, нам придется воспользоваться моей мастерской, — Размышляла вслух Рин. Затем она согласилась, резко кивнув. — Хорошо, ты можешь использовать это. У меня нет пластиковых перчаток твоего размера, так что тебе придется пойти и купить их.       — Я куплю, — Сказала Медуза, прежде чем протянуть руку ладонью вверх.       — Что, ты думаешь, я собираюсь… — Рин замолчала, оглядевшись по сторонам.       Арчер пожал плечами, его вызвали без бумажника, наличных или карты.       Гильгамеш лучезарно улыбнулся, показывая, что он молодой, симпатичный мальчик, и вы бы не заставили такого честного юношу тратить его хорошо заработанное пособие, не так ли?       Сакура все еще была каменной статуей, чей кошелек был либо похоронен в руинах поместья Мато, либо каменный лежал у нее в кармане.       Медуза, Слуга Сакуры, была с ней в одной лодке.       И еще была Рин. Единственный человек здесь с финансовым положением, который мог бы заплатить.       Рин застонала, доставая кошелек из кармана юбки и неохотно отдавая купюры в иенах по одной за раз.       — Лучше бы это вернули полностью. — Проворчала она.       Медуза приняла деньги и исчезла, отправившись за припасами.       — Итак, давай отведем Сакуру в мастерскую, — Сказала Рин, повернувшись к Широ с немного недовольным видом. — Я останусь сегодня дома, чтобы у тебя был запас энергии.       Рыжеволосый Слуга кивнул и осторожно двинулся, чтобы поднять Сакуру.       — Я надеюсь, это сработает, — Пробормотала Рин себе под нос, нависая над Широ, чтобы убедиться, что он даже не ударит ее сестру дверью или чем-то в этом роде.

***

      Конечно, это было не так просто. Им пришлось навести порядок в мастерской Рин, разложить книги и драгоценные камни по разным частям и убедиться, что все было организовано.       Гильгамеш оказал максимум помощи, на которую можно было рассчитывать. А именно, он добился большого прогресса в своей игре Gameboy, сидя на сейфе и дрыгая ногами, но не так сильно продвинулся в перемещении вещей. Тем не менее, если бы вы спросили, он мог бы точно сказать вам, где они оставили книгу, которую пыталась найти Рин.       Арчер много чего передвигал. По очевидному мнению Рин, чем тяжелее, тем лучше.       Медуза действительно вернулась, и она действительно помогала таскать вещи, но это были в основном свитки, книги и тому подобное по сравнению со статуями Арчера, металлическими предметами и случайными каменными блоками.       — Сильно предвзято? — Спросил Арчер, унося тяжелую и хрупкую коробку с драгоценными камнями в другую комнату, пока Медуза брала свиток.       — Я не сторонник использования детского труда, — Пренебрежительно сказала Рин. — Исковые требования потребуют больше ресурсов, чем мне бы хотелось.       — И все же ее Сила выше моей, — Сказал Широ, выходя из комнаты.       — Кто это был, кто пытался заставить меня прекратить работу над Котомине прошлой ночью, говоря, что это не подобает леди? — Крикнула Рин в сторону двери.       — Забудь о леди, это было совсем не гуманно! — Крикнул он в ответ.       — Не обращай на него внимания, дорогой, — Сказала Рин фальшиво сладким голосом, предназначенным для Кэрри, когда она дала Лансеру еще один футляр для свитков. — Оставь тяжелую работу лентяям.       Гильгамеш дружески махнул рукой в сторону непрямых раскопок и крикнул.       — Тебе нужно передвинуть это на три сантиметра влево, Арчер! Мяч, который ты поставишь туда через 15 минут, откатится, если ты этого не сделаешь.       Когда Арчер вернулся за следующей порцией, он встретил самодовольную улыбку Лансера, который явно наслаждался тем, что ее обожают, даже если Рин делала это ради игривого спора со своим Слугой.       Он просто вздохнул и притворился, что его разыгрывают.       И забрал связку свитков у Лансера, когда Рин отвернулась.       Но, наконец, несколько часов спустя, комната в мастерской была расчищена, и стол, достаточно большой, чтобы на нем могла разместиться девушка, был вытащен на центр комнаты.       Гильгамеш выключил свою игру и бросил ее во Врата Вавилона, лицо его стало серьезным теперь, когда серьезная работа вот-вот должна была начаться.       Рин внимательно наблюдала, как двое других Слуг осторожно поднимали Сакуру, которая все еще была в основном каменной, но некоторые оттенки цвета вернулись к ее волосам, поскольку окаменение медленно отступало.       — Итак, сколько времени до начала операции? — Раздраженно спросила Рин, осматривая неподвижную каменную статую. — Каменные статуи, как правило, лучше подходят для скалывания, чем для хирургического вмешательства, так как долго Сакура будет в таком состоянии?       — Я могу начать в любой момент, — Сказал Широ, придвигая к себе коробку с перчатками и надевая две. — Благородный Фантазм, который превратит эту комнату в оптимальную среду для операции, автоматически вылечит ее окаменение. Частично завершенное окаменение будет рассматриваться как токсин и вылечится автоматически.       Рин моргнула.       — Тогда почему бы ему не удалить червей из Сакуры сразу?       — Потому что это сводит на нет всю враждебность и токсины, вызывая эффект восстановления, — Ответил Широ, закрыв глаза и сосредоточившись. — Черви также считаются формами жизни, так что это исцелит их, одновременно исцеляя и Сакуру. Но пока Благородный Фантазм активен, черви вообще не могут навредить Сакуре. Единственный способ обойти вынужденное прекращение огня — это сосредоточиться на спасении кого-то до такой степени, что вы поверите, что ваши вредные действия направлены на их благо и здоровье.       — Тем не менее, — Широ заколебался. — Ты, наверное, хочешь выйти, Рин. Это все еще операция, и она будет неприятной.       Рин выглядела так, словно хотела настоять на том, чтобы остаться, но передумала.       — Хорошо, — Согласилась она, поворачиваясь к двери. — Просто знай, что если она умрет, тебе лучше умереть, пытаясь предотвратить это.       Медуза скрестила руки на груди, выражая свое намерение остаться и быть со своим Мастером через все это.       — Не волнуйся, — Сказал Широ Кид, его глаза все еще были закрыты, когда он направил свою волю на воспроизведение Благородного Фантазма.       — В таком случае, я уберу это, — Сказал Гильгамеш, вытаскивая одеяло Благородный Фантазм. — Пока она лежит поверх этого, она будет спать.       — О, упс, — Сказал Широ, снова открывая глаза. — Да, держать ее спящей во время операции — хорошая идея.       Минуту спустя, укрывшись одеялом под Сакурой, Широ Кид закрыл глаза.       Ему нужно было настроиться правильно, чтобы использовать этот меч. Меч был просто символом, даже не реальной вещью, просто изображением.       Но изображение приняло форму меча, и оно атакует всю токсичность и агрессию в радиусе действия.       И этого было достаточно, чтобы Арчер скопировал его.       Но без надлежащего менталитета это было бесполезно, поскольку его сила исходила от менталитета женщины, которая посвятила всю свою жизнь исцелению больных.       Но Широ мог прочитать ее отношение и настрой по различным ножам, которые она использовала в качестве боевого медика. Каждый нож, которым она пользовалась во время операции, каждое лезвие, которым она разрезала жгут, каждая пила, которой она орудовала при ампутации, все ее усилия спасти еще одну жизнь.       — Проследите дальше. Оценивая концепцию создания. Выдвигая гипотезу о базовой структуре. Заменяя композиционный материал. Имитируя мастерство его владельца. Сочувствуя опыту его роста. Воспроизводя накопленные годы. Синхронизируя менталитет владельца. Превосходящий все процессы.       Глаза Широ открылись, его золотисто-карие глаза теперь были с оттенком красного.       А позади него появился гигантский светящийся меч, за которым виднелась гораздо более бледная фигура в белом одеянии. Изображение было слишком слабым, чтобы кто-либо мог определить, кто это был, мужчина или женщина, и свет меча заглушал его.       — Я очищу все, что ядовито, все, что вредно! — Заявил Широ, когда меч повис в воздухе у него за спиной. — Пока у меня есть эта сила, я буду вести всех к счастью!       Гильгамеш приподнял бровь, глядя на Благородный Фантазм.       — Клятва Найтингейл! — Смело заявил Широ.       И меч вонзился в землю, очищая комнату и делая ее стерильной.       Достаточно стерильно, чтобы Широ мог оперировать.       — Я спасу тебя, даже если мне придется убить тебя! — Заявил Широ, когда в его руке появилась пара хирургических ножей. — Начинаю лечение!       С этими словами Широ шагнул вперед и обрушил нож на Сакуру.

***

      Проходя мимо комнаты, Рин остановилась и услышала странную дрожь и звук.       Она наклонила голову, прислушиваясь, прежде чем открыть дверь.       Комната была пуста. За исключением шкафа, который дребезжал на своих коротких ножках.       Рин осторожно подошла. Она не знала, что было внутри. Но, вероятно, это был не грабитель, так как она впустила только трех Слуг и статую Сакуры.       Но это не означало, что это не мог быть другой маг, хотя такой маг был бы чрезвычайно искусен, чтобы проскользнуть сквозь ее защиту без ее ведома.       Или это мог быть Ассасин.       Но какой Ассасин потерпел бы такую неудачу в сокрытии, что кто-то смог бы их найти?       Однако, напомнила себе Рин, Героические Души взошли на Трон потому, что были знамениты и вдохновляли людей. Ассасины должны были быть неизвестны.       Ассасин, взошедший на трон, вероятно, был некомпетентным убийцей, потому что был слишком хорошо известен в своей работе.       Итак, Рин осторожно открыла деревянный шкаф, готовая отскочить назад, если ее инстинкты хотя бы на секунду заподозрят, что она в опасности.       Но это не был некомпетентный убийца.       Вместо этого это была маленькая девочка с фиолетовыми волосами, закутанная в черное и сильно дрожащая, в то время как золотоволосый мальчик рядом с ней раскачивался взад-вперед, стуча зубами по ногтю большого пальца.       — Только не выстрелы, только не выстрелы, только не выстрелы, — Бормотал Гильгамеш себе под нос, даже не замечая Рин.       — Никаких игл, никаких игл, никаких игл, — Лансер непрерывно дрожала, ее глаза казались пустыми, когда она смотрела вдаль.       — Что могло так сильно травмировать пару Слуг? — Рин задумалась, положив одну руку на бедро, а другую на подбородок.

***

      Медуза Лили наблюдала, как Арчер Тосаки вызвал новый Благородный Фантазм — Клятва Найтингейл.       Несправедливый. Он мог бы просто создать новый Благородный Фантазм, соответствующий ситуации. Это было несправедливо. Но он делал это, чтобы защитить Сакуру. Он делал это, чтобы спасти Сакуру. И это было ее целью прямо сейчас. Спасти своего Мастера, девушку, которая была ей как младшая сестра. И Медуза привыкла быть младшей сестрой, а не старшей. Она могла понять, почему ее сестрам так нравилось быть старшими.       Затем в его руках появилась пара ножей, и парень шагнул вперед с каменным выражением лица, которое показалось знакомым.       Другие Героические Души, находившиеся рядом с ним, невольно отступили назад, когда в их головах промелькнули кошмары о медсестре-психопатке.       Найтингейл произвела… сильное впечатление на Героических Душ. Достаточно сильное, чтобы они запомнили ее, даже учитывая тот факт, что Слугам было чрезвычайно трудно вспомнить опыт предыдущих призывов. Невозможно было забыть женщину, которая прямо сказала самым могущественным Слугам, что они больны и нуждаются в исцелении, а затем пообещала сделать это, даже если это убьет их. И имела в виду каждое слово.       Широ закричал.       — Я спасу вас, даже если мне придется убить вас! Начинаем операцию!       И затем он обрушил хирургические ножи на Сакуру.       Медуза напряглась и прыгнула вперед, чтобы спасти своего Мастера от безумца—       Только для вспышки памяти, фрагмент из предыдущего вызова — Великий Приказ? — женщины в красном с белыми волосами, залитыми кровью, когда она проводила операцию.       Медуза моргнула, внезапно обнаружив, что прижимается к стене. Ее взгляд на мгновение оторвался от мужчины-медсестры, который в данный момент проводил открытую операцию на грудной клетке, и переместился на Гильгамеша, который также прижимался к стене. Их глаза встретились и выразили одинаковый ужас и потрясение.       Нет, этого не могло быть. Не она. Слуга-маг не мог направлять ее.       Некоторые вещи были настолько травмирующими, что воздействовали на Героическую Душу даже после того, как тело Слуги было уничтожено.       ЭМИЯ отодвинулся от разреза, который он сделал на Сакуре, рассеивая британский нож, и ввел большую пустую иглу в свою пустую руку в перчатке. Очень большая игла. Длина руки Медузы и ширина ее головы велики.       Медуза обнаружила, что врезается в дверь, когда пыталась убежать, слишком напуганная, чтобы даже взяться за дверную ручку.       Почему дверь не открывалась?!       Петли были сорваны, и дверь упала назад, когда Гильгамеш попытался проскочить мимо нее, но ловкость Медузы ранга А превзошла его ранг С, когда они оба выбежали из комнаты и поднялись по лестнице.       Только не иглы! Она не хотела, чтобы ее проверяли!       Даже ее сестры не поступили бы так с ней!

***

      Арчер переместил себя на более высокий план существования, способность к переходу в астральную форму, которой обладал каждый должным образом вызванный Героическая Душа. Гребневые черви были как физическими, так и метафизическими. Частью физического плана и за его пределами. Таким образом, если вы хотели удалить Гребневых червей из человека, вам нужно было взаимодействовать с ними в том плане, в котором они находились. Простое физическое удаление Гребневых червей не сработало бы, потому что, какими бы отвратительными они ни были, Гребневые черви были фантастическими тварями.       Тем не менее, Сакура была человеком, и ее существование имело вес. Таким образом, добраться до Гребневых червей только духовными средствами означало бы нанести ей большой духовный урон. Достаточный, чтобы определенно убить ее.       Для сравнения, серия физических дыр была намного лучше, чем духовные.

***

      Зокен сидел тихо, сердцевина его существа обхватила сердце Сакуры, когда он почувствовал, как другие черви, которых он оставил, были удалены из Сакуры один за другим. Двое Слуг выследили каждого Гребневого червя, который у него остался, убив каждого Гребневого червя в его особняке и на территории. Но у него было несколько тайников снаружи. Некоторые из них были быстро уничтожены этими Арчерами, но некоторые могли выжить.       Только если он будет осторожен. Одним из Арчеров был Гильгамеш, а Гильгамеш обладал высоким Ясновидением, достаточно высоким, чтобы позволить ему видеть будущее. Когда Гильгамеш довольствовался только наблюдением, Зокен мог действовать свободно. Напротив, теперь, когда Гильгамеш выступил против него, у Зокена не было другого выбора, кроме как признать поражение в этой Войне. Любое действие, которое он мог бы совершить, Гильгамеш увидел бы и узнал, а затем обрушил бы на него гнев царя. И, как доказала троица Слуг в поместье, нельзя выиграть Войну, занимая оборонительную позицию.       Такая жалость. Сакура была редкой неожиданностью. За исключением того, что она была слишком сильной, чтобы легко сломаться и быть сформированной им. Если бы он не смог преодолеть подобную неудачу, она была бы бесполезна как его Малый Грааль.       Хотя, как только она была сломлена…       Что ж, Слуги были фамильярами. Могущественными, от которых только дурак отмахнулся бы как от всего лишь фамильяра. Большинство из этих Слуг уже превзошли своих Мастеров как в достижениях, силе, так и в знаниях. Но, в конце концов, Слуги, даже Гильгамеш, были духовными существами, помещенными в сосуд, связанный с Великим Граалем.       Слабость, если знать, как ее использовать.       Но он мог обойтись и меньшим инструментом. Его амбиции все еще могли быть реализованы в следующей войне. Ему просто нужно было спасти Малый Грааль этой Войны. Предполагая, что она не выиграет ее, что, учитывая, что Геракл был ее Слугой, было не совсем невозможно, предполагая, что Гильгамеш не собирался участвовать.       Но если Зокен погибнет в этой Войне, он не сможет достичь своего бессмертия и…       Будь проклята потеря стольких Гребневых червей. Он не мог вспомнить, какой была первоначальная цель. Только то, что ему нужно было совершенное бессмертие, чтобы довести дело до конца.

***

      Сакура умерла.

***

      — Пациент умер, — Отметил Широ внизу, в подвале, убивая еще одного гребневого червя, которого нелегко было вытащить.       Жалость. Но Стальную Медсестру, или его бледную имитацию, не могли остановить такие простые вещи, как смерть пациента. Она спасла бы Сакуру, даже если бы ей пришлось убить ее! Кроме того, он уже знал, что должен был сделать. Смерть не остановила бы его!       — Начинаю процедуру реанимации! — Закричал он, направляя обезумевшую медсестру. — Сначала найди дыхательные пути! Наклони лицо набок, и если во рту что-нибудь есть, вычерпай это пальцами!       Широ так и сделал, охотно засунув руку Сакуре в рот, просто чтобы еще раз проверить, есть ли там что-нибудь.       — Далее, — Продолжил Широ, цитируя по памяти то, что сказала удивительная Стальная Медсестра во время демонстрации искусственного дыхания. — Подними подбородок, зажми нос и подуй изо всех сил в течение одной секунды!       Широ нетерпеливо приложил свой рот к тому месту, где были его слова, так сильно прижавшись губами к губам Сакуры, что ее голова ударилась о спинку стола, несмотря на то, что она лежала прямо на нем.

***

      Чувство шока охватило Зокена. Конечно же, у них был кто-то надежный и способный исцелить девушку, ради спасения которой они пошли на такие меры? По общему признанию, Зокен сделал все возможное, чтобы сделать это невозможным. Вот почему он теперь был Гребневым червем, обвившимся вокруг нее и вгрызшимся в ее сердце. Удаление его убило бы Сакуру. Он был уверен в этом.       Но нашли ли они его? Знали ли они вообще о том, что он контролирует ее сердце? Зокен так не думал. Они нашли несколько гребневых червей, но не этого. Ничто не указывало на то, что его «внучка» достаточно здорова, чтобы этот Гребневой червь появился. Что за доктора-шарлатана нашли Слуги? Конечно, он удалял своих гребневых червей, непростой подвиг, учитывая, что они были фантастическими тварями, но убить своего пациента в процессе? Кто выдал этому парню медицинскую лицензию?       Что-то происходило, с недавно умершим трупом Сакуры что-то делали, в частности, в области головы. Пытались ли они проанализировать его Тайны, которые он имплантировал девушке?

***

      — И самое главное, — Вспомнил Широ, кладя обе руки между пышных грудей Сакуры выше того места, где находилось сердце. — Сдавливание грудной клетки!

***

      Зокен, наконец, вспомнил об уроках искусственного дыхания и оказания первой помощи, которые он рекомендовал Академии Хомурахара включить в расписание их классных занятий. Это было отменено (как он и ожидал), но имидж был хорош для его целей в обществе как президента родительского комитета.       Что ж, по крайней мере, Слуги ценили жизнь Сакуры. Хотя искусственное дыхание могло и не сработать, Зокен неохотно и раздраженно отнесся к воле Сакуры. Если бы она хотела жить, искусственное дыхание могло бы просто вернуть ее обратно. Он не думал, что самообладание Сакуры продлится так долго, так что, возможно, она из-за своего собственного упрямства откажется умирать.       Но разве искусственное дыхание не включало в себя—

***

      — Ударяй кулаком в грудную клетку сто раз в минуту, чтобы заставить сердце работать снова!

***

      О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О!       Быстрое и интенсивное ощущение сокрушительного давления обрушилось прямо на сердце Сакуры и Мато Зокена.       О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ!       Полсекунды он был раздавлен, в следующую секунду его отпустили, но только на следующие полсекунды, чтобы почувствовать, как на него сверху падает камень, и цикл повторился снова!       ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О!       Он переходил от одного мучительного момента к следующему, приносящему облегчение. Только облегчение было украдено ужасным осознанием того, что в следующий момент мучительная сила вернется снова!       О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ!

***

      Удары Широ усилились, мертвое тело Сакуры задергалось от его силы.       Однако, поскольку Сакура не была Слугой, как он, или добровольным примером невольной жертвы, который демонстрировала Найтингейл, Широ умерил силу своих сжатий.       В конце концов, он не хотел пробивать Сакуре грудную клетку.

***

      О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О!       Зокен поклялся, что он найдет любой университет, который дал этому неудачливому шарлатану медицинскую степень, и он сокрушит их и их студента!       О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О!       Если бы это было последнее, что он сделал!       О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ!

***

      Широ столькому научился у Найтингейл!       Такая замечательная медсестра, которая спасла столько жизней!

***

      О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О!       И доктор тоже!       О-О-О! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ!       У меня была бы жизнь, полная страданий!       ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О! О-О-О!       Даже если это убьет его!       О-О-О! О-О-О! О-О-О! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ!

***

      Она была поистине Героем Справедливости!

***

      О-О-О! О-О-О! О-О-О! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ! ОУ-ОУ!

***

      И Сакура снова была жива! Идеально!       Время для следующей операции!

***

      Ооооооооо… Я чувствую себя не очень хорошо…

***

      Мы прерываем вашу главу, чтобы сообщить вам это заявление об отказе от ответственности от автора.       Да, я знаю, что техника искусственного дыхания Найтингейл неверна. Но именно этому Найтингейл научила Хлою в своей интерлюдии, и это было слишком забавно, чтобы не включить. Июльские интерлюдии FGO уже приносят свои плоды!       Помните, дети. Не используйте методы Найтингейла. Вы не слуга. И не тот человек, которого вы хотите реанимировать. Сначала позвоните в службу 911 или по номеру службы экстренной помощи и следуйте их инструкциям.       Или, если вы обучены оказанию первой помощи, сделайте то, чему вас учили, — пять шагов: осмотрите место происшествия, проверьте человека, убедитесь, что он реагирует и дышит, пошлите кого-нибудь позвонить в 911 и следуйте инструкциям.       И помните, Красный Крест готов обучить вас оказанию первой помощи. Вы можете изменить чью-то жизнь к лучшему.

***

      Несколько часов спустя…       — Знаешь, это было весело, — Промурлыкал Широ, сбегая с лестницы, ведущей в подвал, с широкой улыбкой на лице от того, что спас кого-то. — Мне следовало стать хирургом.       — Это Сакура? — Сразу спросила Рин, увидев Широ.       — Она спит, жива и здорова! — Широ показал ей поднятый большой палец. — Это было непросто, особенно когда мне пришлось вырезать то, что было в ее сердце, но медсестра, чей опыт я позаимствовал, — удивительная Герой Справедливости!       Рин заметно расслабилась.       Затем она увидела, что вся кровь забрызгала Широ. Она залила его голову, кисти, предплечья, грудь, одежду.       В принципе, если кровь могла попасть туда, она была там. Из-за этого Широ выглядел так, словно он только что прошел через кровавую бойню, достойную Кровавого топора, а не хирургического вмешательства.       И вы могли только что увидеть, как Рин переваривала то, что Широ сказал о сердце Сакуры.       — ААААААААААААААААААААА!       И тоже слышу это.

***

      — Я ужасная сестра, — Рин дрожала рядом с Сакурой в ее мастерской. Она категорически отказывалась отпускать руку Сакуры. Если бы она сосредоточилась, то все еще могла бы уловить слабое биение сердца в ее венах.       Мастерская вокруг нее была чисто вычищена. С санитарной точки зрения это так.       Широ убрал за собой, удалив все пятна крови, кроме тех, что были на нем.       Но Рин не чувствовала себя хорошо, пока не вычистила все начисто.       Пока это не посрамило бы больницу.       Затем она продезинфицировала его.       Каждый дюйм этой комнаты.       — О чем я только думала, позволяя Широ делать тебе операцию? — Рин бесновалась, ее руки сомкнулись вокруг рук Сакуры. — Я думала, он Героическая Душа. Он бы не предложил этого, если бы не мог этого сделать, я думала. Я подумал, что он мог бы стать самым знаменитым хирургом в истории и таким образом оказаться на Троне Героев. ОН ДОЛБАНЫЙ СТАРШЕКЛАССНИК! КОНЕЧНО, ОН НЕ ЗНАЕТ, КАК ДЕЛАТЬ ОПЕРАЦИЮ!       Рин позволила эху своего крика вернуться к ней, отражаясь от стен.       — Но, — Неохотно признала Рин, глядя на Сакуру. — Теперь ты жива. И больше не под рукой этого монстра. Вводишь Гребневого червя в свое сердце…       Рин замолчала, дрожа от того, в какой опасности была Сакура. И сколько лет этот червь сидел там, следя за тем, чтобы Сакура не могла даже обратиться к кому-либо за помощью, опасаясь, что червь пошевелится и убьет ее от внутреннего кровотечения прежде, чем она успеет закончить просить о помощи?       Рин вздрогнула при мысли о том, что может оказаться в такой ловушке. Чтобы Сакура была вот так поймана в ловушку год за годом.       Отец, Рин задумалась. Что такого предложил Мато, что тебя одурачили, заставив не гарантировать, что Сакура будет в безопасности от чего-то подобного?       Рин не знала. Она никогда не искала записи о сделке между Мато и Тосакой, касающейся Сакуры как наследницы Мато. Но теперь Сакура была свободна и в безопасности.       И самое главное, в чем Широ не смог ее заверить, так это в том, что она была здорова и у нее определенно было достаточно крови.       Поняв, сколько крови Сакуры было на Широ, Рин упала с лестницы, чтобы добраться до Сакуры. Увидев ее бледное лицо, бледное от недостатка крови, Рин отчаянно использовала те небольшие запасы, которые у нее оставались, для синтеза крови для Сакуры. Она даже откопала несколько драгоценных камней, которые были оптимизированы для исцеляющей магии.       Не то чтобы у нее осталось много драгоценных камней, способных к такому радикальному исцелению, после восстановления сердца Широ.       Но отдача от вчерашнего пожертвования этим камнем оказалась довольно выгодной. Широ спас ее сестру. Она не смогла бы спасти Сакуру, не обратившись к убийце своего отца. У Рин не было ничего, что могло бы удалить гребневидного червя из сердца и не убить человека. Но Широ справился с этим. Рин не пришлось обращаться к Котомине, который был экспертом в духовной хирургии.       Рин не верила, что он не убьет ее единственную сестру в отместку за то, как она обращалась с ним вчера. Или он убил бы Сакуру, просто чтобы увидеть, как она страдает, садист.       Широ сделал для нее что-то, за что она никогда не сможет отплатить. Ничто, кроме, возможно, женитьбы на ее Слуге, не очистит ее от долга перед ним. Кроме того, брак с ним сделает такой долг незначительным, поскольку ты не можешь быть должен своей семье.       Рин тщательно следила за тем, чтобы мысль о том, скольким она ему обязана, не дошла до ее Слуги. В конце концов, она не хотела, чтобы у него распухла голова.       В конце концов, Рин заснула там, внизу, крепко держась за руку Сакуры, не обращая внимания на отсутствие комфорта.       В конце концов, Сакура — нет, ее сестра — вернулась домой.