Часть 4

      Ева.       Я пулей взлетаю по лестнице в свою комнату тяжело дыша и все еще чувствуя тягучие спазмы возбуждения внизу живота.       Что. Это. Блять. Было?       Скидываю с себя кардиган, так как меня определенно бросило в жар, и мое покрасневшее лицо горит сейчас как запрещающий сигнал светофора. Прохожу к окну, нервно сжимая и разжимая пальцы, потом возвращаюсь назад к двери и замираю перед ней, не зная, что мне делать. Если я останусь здесь, одна, и он прийдет... Блять, я не боюсь его, я боюсь себя и своего желания ему поддаться, уступить тому возбуждению, которое он вызывает во мне. И перевернуть с ног на голову мою жизнь. И потерять, блядь, Соупа, который, как я уже поняла четко и ясно, мне чертовски дорог.       Я открываю дверь и спускаюсь вниз по лестнице, заходя в гостиную и залезая на диван, поджав под себя колени. Лучше буду сидеть здесь, на глазах у МакТавиша, и надеяться, что наши жизни не сломаются, как карточный домик, потому что я запуталась и не хочу, блять, выбирать.       Поворачиваюсь, опираясь локтями на спинку дивана, и сквозь дверной проем вижу, как Призрак и Соуп спорят о чем-то на кухне. Саймон упорно доказывает что-то Джонни, тыча его пальцем в грудь, а тот смотрит на него со странным выражением на лице, проводя ладонью по ирокезу на голове, а потом усмехается и, запрокинув голову вверх и смотря в потолок, кивает. Я перестаю смотреть и прячусь назад за диван, обхватывая руками колени и подтягивая их к животу, опуская на них голову. О чем они говорили, блять?       Внутри скребет беспокойство вперемешку со странным предчувствием, заставляющим меня ерзать на месте и нервничать похлеще, чем перед первой миссией.       Спустя минуты теплые большие ладони ложатся на мои икры и поглаживают их, скользя вверх по моим ногам, заставляя мои пальцы поджиматься от приятных ощущений. Я вскидываю голову и мои глаза расширяются, когда я вижу Джонни, присевшего на корточки перед диваном и ласкающего уже мои бедра. Мое сердце явно хочет проломить ребра и сбежать от сумасшедшей хозяйки, потому что бьется так быстро, что я начинаю дрожать от его вибраций. Соуп опирается руками о диван по обе стороны от моих ног и медленно приближается к моему лицу, выдыхая мне в губы:       — Ева... — а потом целует так нежно, что я готова растечься лужицей под его ногами.       Его губы легко захватывают мои, язык проходится по ним, пробуя на вкус и исследуя, и я приоткрываю рот, позволяя ему двинуться дальше. Он стонет так мучительно сладко, когда сжимает мои ягодицы и притягивает на себя, как будто дорвался до самого вкусного десерта, и хочет наслаждаться каждым его кусочком.       Его поцелуи спускаются ниже, на мою шею, оставляя влажные горячие следы на коже, язык скользит вдоль ключиц, по краю футболки, а затем он втягивает в рот мой сосок, слегка кусая его через ткань, и я вздрагиваю всем телом от волны возбуждения, что проходится по моему телу, словно лавина, сметая все барьеры, и выгибаю спину, запрокидывая голову вверх и закрывая глаза.       Другие губы, требовательные, жадные, впиваются в мои в жестком поцелуе, и я мычу и дергаюсь, распахивая глаза и видя напротив себя темно-карие радужки цвета бурбона с золотистой каймой у зрачков, в которых горит такой голод, что у меня пересыхает в горле, и я не могу отвести взгляда, словно я кролик, попавший в пасть к удаву. Пальцы Саймона вплетаются в мои волосы, натягивая их, заставляя выгнутся дугой, и он целует меня, терзая мои губы так мучительно сладко, что их начинает покалывать. Ладонь Джонни скользит под мою футболку, сжимаясь на груди, и нежно поглаживая и потирая пальцами сосок.       — Что вы блять... — выдавливаю я между поцелуями.       Джонни приподнимается, обхватывая мой подбородок пальцами и смотря мне в глаза своими серыми, которые сейчас стали почти черными от возбуждения.       — Мы не будем, если ты не хочешь, малышка. — говорит Соуп, и от его бархатного голоса у меня дрожат колени, а еще от того, как вторит ему Саймон, чьи слова больше похожи на рычание.       — Просто скажи "нет", ягненок, и все закончится.       Я сглатываю и молчу, не в силах выдать ни звука своим пересохшим горлом, потому что это странно, неправильно и неприлично хотеть их двоих. Но я хочу их так сильно, что если они перестанут, я наверное просто сойду с ума.       — Я так и думал. — улыбается Призрак краем рта, его балаклава снова приподнята вверх, и я могу видеть плавный изгиб его губ и небольшой шрам над ними, по которому я провожу пальцами, а потом касаюсь ткани, закрывающей верхнюю часть его лица, и его рука тут же железной хваткой сжимает мое запястье.       — Пожалуйста... — шепчу я, отчаянно желая его наконец-то увидеть.       Его глаза впиваются в мои, внимательно сканируя мое лицо, он знает, о чем я прошу, и спустя мгновение усмехается и отпускает руку, а Джонни фыркает рядом, пока я стягиваю с Призрака балаклаву, и говорит:       — Эта малышка будет вить из тебя веревки, Саймон.       — Я думаю, я могу на это согласиться. Пока она ведет себя как послушный маленький ягненок.       Я облизываю губы, скользя взглядом по его лицу, чувствуя, как становится тепло в груди от того, что он позволил. Позволил посмотреть и узнать, что он такой чертовски красивый, такой же красивый, как Джонни. Два самых красивых парня в моей жизни, и я по-моему сорвала джекпот.       Призрак просовывает руку мне под колени, а другой обхватывает мою спину, поднимая меня с дивана и прижимая к себе. Его голос такой низкий и хриплый, что я чувствую вибрацию у него в груди, когда он говорит:       — Отнесем маленького ягненка в постель, где ему и место.       Они начинают раздевать меня, как только за нами захлопывается дверь спальни. Саймон одним движением стягивает с меня футболку и сжимает руками мою грудь, стоя позади и лаская мою шею губами, оставляя на коже влажные засосы и следы от укусов. Я стону, цепляясь за его руки, потому что мое тело дрожит, и я не уверена, что смогу устоять на ногах, когда вижу, как Джонни медленно опускается передо мной на колени и покрывает поцелуями мой живот, зацепляя пальцами резинку штанов и трусиков, и спуская их вниз. Я переступаю через слои ткани, лишаясь последнего барьера, и сдавленно ахаю, потому что пальцы Соупа скользят между моих ног, начиная поглаживать клитор, размазывая смазку по моим складкам. Все это доводит меня до безумия, я словно наркоман под дозой трясусь от их действий, желая большего.       Жесткие и даже грубые прикосновения Саймона, нежные и мягкие поцелуи Джонни погружают мое тело в раскаленную лаву эмоций, от которой мои мозги плавятся, и я могу только стонать и подчиняться. Они подталкивают меня к кровати и укладывают на спину, начиная раздеваться, и у меня пересыхает в горле от двойной дозы мускулов и кубиков на животе. Я откидываюсь на простыни с одной мыслью в голове, которая крутится на повторе, словно заевшая пластинка: "О, мой бог. О, мой бог. О, мой бог."       Джонни улыбается, видя мои затуманенные глаза, оглаживает мои бедра, становясь на колени между моих ног, и приподнимает меня за ягодицы, подтягивая выше. Его член трется о мою промежность, размазывая соки и запуская искры желания каждый раз, когда головка касается клитора. Я закусываю губу и извиваюсь, пытаясь прижаться теснее, и я уже настолько влажная и возбужденная, что готова умолять о большем.       — Джонни, пожалуйста... — стону я и еще не успеваю договорить, как он одним толчком погружается в меня, впиваясь пальцами в мои бедра.       Губы Саймона накрывают мои, заглушая хриплые вскрики, которые я не могу сдержать, так как глубокие плавные фрикции Соупа во мне почти сразу доводят меня до пика. Я выгибаюсь и мычу в губы Призрака, пока ладони Джонни сжимают мое трясущееся тело, и его член продолжает вбиваться в меня, задевая все нужные точки внутри.       Саймон наматывает мои волосы на руку и приподнимает мою голову, прикусывая мою нижнюю губу, а потом шепчет, и я вижу его расширенные зрачки, почти затопившие радужку.       — Такой страстный ягненок, кончающий от одного движения... Блять, я не могу больше ждать.       Призрак приподнимается, становясь на колени перед моим лицом, его пальцы очерчивают мои губы, слегка надавливая. Он продолжает придерживать другой рукой мой затылок, и я приоткрываю рот, обхватывая его палец губами и посасывая его. Я вижу, как дергается его кадык, когда он резко выдыхает, сжимая мои волосы в кулаке.       — Блять... — его голос, тягучий и низкий, вызывает дрожь в моем позвоночнике, и я с готовностью опускаюсь к его члену, обхватывая его губами и сразу впуская почти наполовину, так что головка упирается в горло.       Я двигаю головой, насаживаясь на его ствол в одном ритме с толчками Джонни, что продолжает трахать меня, закинув мои ноги себе на плечи и проникая так глубоко, что я могу только скулить, чувствуя, как он двигается все быстрее, подталкивая меня к еще одному оргазму.       Саймон стонет и начинает двигать бедрами мне навстречу, я упираюсь локтями в кровать, пытаясь сохранить устойчивость, пока они имеют меня с двух сторон, и если бы не не сильные руки Джонни, придерживающие меня за талию, мне бы это скорее всего не удалось.       — Ты же знаешь, я не буду нежным, ягненок, расслабь горло. — рычит Призрак, обхватывая руками мою голову и резко толкаясь вперед, и я мычу и давлюсь, но делаю, как он говорит.       Его член заходит почти на всю длину, заставляя меня задыхаться, когда он начинает буквально трахать мой рот, пока Соуп продолжает вколачиваться в мое влагалище. Это движение их членов во мне, распирающее чувство наполнености, те хлюпающие и чавкающие звуки, которые издает мое тело, когда они меня берут, заставляет мой мозг взрываться от блаженства, погружая меня в настолько чистую эйфорию, что я выгибаюсь и кончаю снова.       Саймон отпускает мою голову, давая вдохнуть воздуха, и я хватаю его открытым ртом, едва слыша сквозь шум крови в ушах, как Джонни стонет, держа меня так, что моя спина не касается кровати, и продолжая трахать на весу.       — Блять, малышка, скажи, что ты на таблетках...       Я моргаю, пытаясь сосредоточить свои опьяненные мысли, и киваю, смотря как он удовлетворенно рычит, делая последние мощные толчки, а потом замирает, кончая в меня, и я чувствую, как подрагивает его член внутри, заливая мое влагалище спермой.       — Пиздец, малышка, ты как долбанный рай... — шепчет Джонни и сдвигается в сторону, позволяя Саймону перевернуть меня на живот.       Тот подтягивает меня за бедра, ставя на четвереньки, рука давит мне на спину, заставляя прогнуться и лечь грудью на простыни. Я слышу, как Призрак шипит, а затем его ладонь резко шлепает меня по ягодицам, вырывая из моего горла вскрик, который тут же заглушает Джонни, лежащий рядом и закрывающий мои губы поцелуем.       — Шшшш, малышка... — его язык проникает в мой рот, сплетаясь с моим, компенсируя грубость Саймона, но я настолько заведена, что мне нравится даже это.       Я всхлипываю от наслаждения, когда пальцы Призрака впиваются в мои бедра, еще больше раскрывая меня для него, и он входит одним резким движением, погружаясь сразу до матки и заставляя мое тело искрить. Он вколачивается в меня так мощно, что я могу только издавать гортанные стоны, умоляя о большем. И я понимаю, почему он позволил Джонни быть первым, и подготовить меня к его неистовости. Его бедра бьются о мои жестко, так что я ерзаю грудью по простыням, мое тело уже достаточно удовлетворено, но я чувствую, как внизу живота снова закручиваются спирали возбуждения. С каждым движением его члена, с каждым шлепком по ягодицам, с каждым поцелуем Джонни, я ощущаю, что начинаю гореть еще больше. Соуп просовывает руку у меня под животом и начинает тереть мой клитор, я с трудом могу вдохнуть воздух от спазмов удовольствия, что волнами накатывают на мое тело, и Джонни шепчет, прикусывая чувствительное местечко у меня под ухом:       — Давай, малышка, сделай это еще раз.       Я могу только бессвязно вскрикивать и стонать. Мое влагалище пульсирует и сжимает член Призрака, пальцы Джонни на моем клиторе подталкивают меня к очередному оргазму, мои ноги дрожат, и я не распластываюсь на кровати только потому, что Саймон крепко держит меня за бедра и шипит сквозь зубы:       — Пиздец, ягненок, так тесно внутри тебя...       Сделав последние особенно глубокие толчки, он разряжается прямо в меня, и я чувствую, как внутри становится горячо от его спермы, от этого кончая снова так невероятно остро, что буквально выпадаю из реальности на несколько мгновений.       Они укладывают мое обессиленное тело между своими. Джонни прижимается со спины, лаская рукой мою талию, а Призрак располагает мою голову на своем плече, целуя в висок, а затем проводит пальцами вниз по моему бедру, обхватив мою ногу под коленкой и закидывая ее на себя. Я лежу молча, пока мое тело еще ловит последние отголоски удовольствия, а затем выдаю, переплетая свои пальцы с пальцами Соупа:       — Пиздец...       Саймон фыркает, и я слышу, как сзади смеется Джонни, утыкаясь носом в мою шею, а затем оставляя на ней легкий поцелуй.       — Вам смешно... — я невольно улыбаюсь, и Призрак наклоняется ко мне, накрывая губами мои губы. — Что теперь делать?       — Ничего. Расслабься и получай удовольствие. Ты теперь наша девочка. — мурлычет он, и я вижу, как край его губ изгибается в усмешке.       — Конечно... — тяну я, потому что хрен там у меня получится расслабиться, когда меня с двух сторон зажимают их идеальные тела. — А командование, а сослуживцы... Черт...       Саймон не дает мне договорить, прижимая палец к моим губам.       — С командованием я сам разберусь. — говорит он, и Джонни за моей спиной согласно хмыкает, продолжая:       — А если кто-то из сослуживцев хоть взглянет косо в твою сторону, то выхаркает все легкие на полигоне, бегая тройные кроссы с полной разгрузкой. А потом я ему все кости переломаю и глотку вырву.       Я поворачиваю голову, через плечо удивленно таращась на Джонни, который в жизни не проявлял такой агрессивности, а он улыбаясь целует меня и говорит:       — Ты теперь наша девочка, и наша ответственность. Так что прекращай загоняться, поняла?       Я согласно киваю и ловлю мурашки, когда пальцы Саймона властно сжимаются на моем бедре, и его голос с рычащими нотками отдается вибрацией у меня в животе.       — И если ты хоть подумаешь перед кем-то вертеть своим прекрасным задом так, как вертела перед Соупом, я тебя так накажу, что неделю сидеть не сможешь.       Я фыркаю и закатываю глаза, слыша как Джонни смеется.       — Не пугай малышку, Саймон. — говорит он, и Призрак обхватывает мой подбородок пальцами, жестко целуя.       — Она не из пугливых. Смелый маленький ягненок, приручивший жутких волков...       Я затихаю, согретая их телами, окруженная объятиями двоих самых потрясающих мужчин в моей жизни. Мои ангел и демон, искущающие и любящие, и мой личный рай, где я не должна выбирать.