Тень памяти

Тонкая полупрозрачная нить сигаретного дыма медленно поднималась вверх и рассеивалась в совсем невидимую пелену. Пальцы держащие сигарету дрожали, а светлые глаза выражали задумчивость, сосредоточенность и страх. Билл сделал ещë одну затяжку и слегка закашлялся. Покупал сигареты он крайне редко и это совсем не было связано с высокими ценами на них, просто ему больше не хотелось чувствовать их вкус. Иногда он вспоминал сколько они курили в детстве когда кто-то из ребят приносил пачку «Winston», и возможно, именно из-за этого он бросил эту вредную привычку. В детстве они слишком много курили. Тогда, в далëком 1989 году они проводили слишком много времени вместе, строили свой личный штаб в Барренсе, вместе убегали от банды Генри. В конце концов дали отпор Оно. Они дружили. Как они себя называли? Лузеры? Клуб невезучих? А может... «...Клуб Неудачников» — закончил внутренний голос и Билл почти незаметно вздрогнул. Пепел от сигареты посыпался на тëмный деревянный стол. Внутри него что-то сжалось. Он давно не вспоминал о них. Эти воспоминания ощущались как давно забытый сон, который всплыл в памяти слишком внезапно на первый взгляд, но как правило, всегда есть какая-то деталь которая позволила бы вспомнить тот самый сон. «Голос Черепахи... » Билл видел еë, видел ту, кто помогла им победить Оно двадцать семь лет тому назад. Она появилась перед ним в ту самую тëмную ночь когда он выходил из бара в крайне нетрезвом состоянии. Он вспомнил как шëл по дороге, покачиваясь и испытывая подкатывающую тошноту каждые несколько минут...

FLASHBACK

Билла снова вырвало на снег и он протëр рот рукавом своей новой куртки купленной за семьдесят пять долларов в местном магазине одежды. Ноги запутывались и иногда он спотыкался на ровном месте. Самой главной задачей для него сейчас было дойти до дома, желательно живым. Неторопливым шагом Билл вышел на «Уитчем-стрит», он что-то тихо бормотал себе под нос и переодически зевал. Где-то вдалеке покачивались деревья, издавая лëгкий треск, гудели машины, изредка можно было услышать птицу кричащую в лесу, но его настрожил звук приближающихся шагов позади. Этот «кто-то» шëл медленно, еле слышно, но в общей городской монотонности звуков, вполне заметно. Билл повернул голову и слегка отшатнулся назад. Странный тëмный силуэт двигался в его направлении и даже свет от фонарей не позволял рассмотреть его лицо. Он мягко шëл по снегу, слегка покачиваясь из стороны в сторону — обычно такая походка бывает у пожилых людей. Билл выдохнул и нервно рассмеялся, удивляясь своей пугливости. Решив не обращать внимание на случайного прохожего, он собрался идти дальше, но его остановил голос. Давно забытый, но слишком знакомый голос. Он словно доносился глубоко изнутри, но совсем не от странного незнакомца позади. Это был внутренний голос.

— Приветствую тебя, Уильям.

Билл замешкался и остановился, шаги сзади стали немного громче и он снова развернулся. Незнакомец стоял на расстоянии вытянутой руки, одетый в странный длинный плащ и вроде бы шляпу, что скрывала его лицо. Он был примерно такого же роста как и Билл, но его образ был не чëткий, постоянно расплывающийся, словно акварельный рисунок намокший под дождëм. А может он и вовсе был иллюзией..? Билл не мог сразу вспомнить где он его слышал раньше. Где он слышал этот голос, где он чувствовал его.

— Не бойся меня, Уильям. Я пришëл помочь тебе.

Из под «шляпы» сверкнули два зелëных глаза и тут Билл отступил назад и споткнувшись, упал на спину, не сводя глаз с незнакомца. Он в шоковом состоянии отползал назад, упираясь руками в снег. В его затуманенном разуме был бессвязный поток слов и мыслей, но они никак не могли выйти наружу. Хотя может, в этом и не было необходимости. — Нет, этого н-не может быть! — он сильно потëр глаза, из-за чего они тут же заслезились.

— Всë реально, сынок, если в это поверить, помнишь?

Он открыл покрасневшие глаза и на миг ему показалось словно незнакомец и вовсе не касался земли, а на небе позади него было слишком большое скопление звёзд, они рассыпались подобно осколкам от разбившегося бриллианта — такие же сияющие и переливающиеся. Зелëные, изумрудные глаза смотрели на него с совершенным спокойствием. Несмотря на постоянно размывающийся образ, в этих глазах читалась глубокая мудрость, совсем не человеческая мудрость. Вселенская. Быстрое сердцебиение немного замедлилось и Биллу стало легче дышать. Он стал спокойнее когда из глубин его подсознания стали всплывать воспоминания о их первой победе над Оно. Разумеется, он помнил как это было, но словно одну, достаточно значимую деталь он потерял. Потерял воспоминание о Черепахе, о голосе Черепахи. И как он мог забыть об этом? Было ли это влияние Оно? Или быть может, влияние его собственного сознания? Этого Билл точно не знал, но знал одно — Черепахе можно доверять. «Разве её так звали? Нет, у неё было имя, кажется... »

— Матурин. Моë имя Матурин. Надеюсь, ты вспомнил то что должен был.

Билл хотел было что-то сказать, но слова застряли в горле комом. На дрожащих ногах он поднялся и у него опять начало скручивать живот, теперь уже непонятно от чего: то ли лишней рюмки текилы, то ли от волнения перед Матурином.

— Я знаю о твоëм намерении, Уильям. И я готов помочь тебе.

Он вновь услышал этот голос у себя в голове. Такой низкий, спокойный и понимающий. Наверное, для Билла это было родное звучание. Собравшись с силами, он всë же заговорил: — Я д-должен у-у-убить Его. Я н-не могу ост-т-тавить Его в ж-ж-ж... — Билл опять стал сильно заикаться, из его глаз потекли слëзы, он не смог договорить, но похоже, Матурин всë прекрасно понял. — У м-меня д-дочь и я не поз-зволю чтоб-б-б, — он громко всхлипнул и прижал кулак ко рту, отводя взгляд покрасневших глаз в сторону. Мысль о смерти дочери не давала ему покоя и мысль о всех убийствах в Дерри тоже. Он слишком много переживал и старался не показывать свою тревогу перед Лили. Сейчас же, все подавленные эмоции выплеснулись наружу сильным потоком. И он стоял и рыдал от накопившегося стресса перед одной из самых сильных вселенских сущностей, которая смотрела на него изумрудными глазами.

— Я понимаю о чëм ты, Уильям. Моему брату нужен урок. Один он уже получил, в тот раз когда вы смогли отправить его на покой. Надеюсь, это натолкнуло его на определённые мысли. Настало время второго урока и только ты сможешь его ему преподать. Я не знаю сколько времени понадобится на его рост, но я готов потратить на это свои силы и время. Надеюсь, он поймет что в этом мире, власть его отнюдь не безгранична. Я породил этот мир, значит мне стоит следить за безопасностью его жителей. Время пришло. А Пожирателю, следует усмирить свою гордыню.

Билл слушал его как завороженный ни на секунду не сводя глаз с Черепахи. Он чувствовал как пальцы его немеют от мороза, а лёгкий холодный ветер обдувает затылок, но сейчас этот небольшой физический дискомфорт был притуплен сильными эмоциями. Его грудную клетку распирало горячее чувство радости от такой встречи с Матурином, голова гудела от перенапряжения, руки тряслись от волнения, а страх пронизывал всë тело. Все эмоции слились воедино и образовали разноцветный быстрый поток в голове Билла. Он видел как Матурин немного отступил назад и устало вздохнул.

— Как ты мог заметить, магического числа «семь», больше нет. Тебе придется справиться самому, но я верю, сынок, что у тебя получится.

И ведь действительно, их «семерки» больше нет, и никогда уже не будет. Он не знает где неудачники сейчас. Они начали уезжать из Дерри ещё будучи детьми, в отличие от семьи Денбро. Только что сказанные слова Матурина вселили в Билла уверенность и придали ему больше сил.

— Ступай домой, Уильям и отдохни. Впереди у тебя сложная битва. Но учти...

Черепаха остановилась и прикрыла изумрудные глаза. Билл стоял и дрожал от холода, всë так же в упор смотря на Матурина.

— Тебе могут помешать. Я не могу тебе сказать кто это будет. Есть разные варианты исхода. Она может сыграть роль твоего помощника, или же наоборот противника. Этого даже я не знаю.

«Она?» Билл напрягся и хотел было что-то спросить, как Черепаха исчезла, оставив после себя лёгкую дымку, тут же унесëнную быстрым порывом ветра. Она пропала так же внезапно как и появилась. И Билл остался стоять в одиночестве посреди морозной улицы.

***

Тусклый свет из окна падал на розовые лепестки азалии большинство из которых потемнели и осыпались, собираясь сухой кучкой прямо под глиняным горшком. Тонкие светлые пальцы медленно постукивали по подоконнику, создавая непонятный рваный ритм, из-за чего ещё один сухой лепесток упал вниз с едва слышным шуршашим звуком. Аирин задумчиво смотрела в окно, в котором видела своё собственное отражение и оно сейчас не слишком ей нравилось. Она выглядела уставшей и изнеможденной. Кожа её стала бледнее чем обычно, появились тёмные круги под голубыми глазами. Всë таки у человеческого тела есть свои минусы, и как минимум первый минус — это маленький энергообъем. Человеческому телу нужно больше времени на восстановление организма после недосыпа или стресса например. Хоть Аирин и обладает некоторым преимуществом над другими людьми, но всë же ей приходится жить по правилам той формы в которой она находится. Это единое правило которое действует абсолютно для каждого живого существа. Девушка наконец-то закончила последний шестой урок биологии и ей даже не верилось что совсем скоро она окажется у себя дома. Но её мысли были далеко не о тëплой кровати и мягкой подушке. Её мысли были о нëм. Их сегодняшняя встреча вызвала в ней очень противоречивые чувства, с которыми ранее она не сталкивалась. Она всегда понимала что с ней происходит и что она чувствует, но в этот раз она словно находилась во внутренней борьбе между здравым смыслом и чувством. Он что-то вызывал в ней, что-то неизвестное, но такое манящее. Аирин прикусила губу и даже не заметила каплю алой крови выступившую на ней. Он притягивал её внимание к себе своей непохожестью, своей тëмной харизмой которую она раньше не видела ни у кого. Если посмотреть немного глубже, он был её тенью, он показал ей то, что в ней самой было скрыто. Эти мысли, ей казались крайне странными, но такими правильными... Аирин не хотела делать поспешных выводов, она в принципе не любила ставить точку в эмоциональных и чувственных размышлениях. Ей нравилось находится в этом моменте и искать что-то новое в нём, открывать новые грани или просто наслаждаться им. Девушка тихо хмыкнула, всë также смотря на улицу. Город постепенно накрывала тьма, а это значит что в этой тьме, можно увидеть то, что никогда не увидишь при свете... Она медленно перевела взгляд на потускневший цветок и внутри что-то защемило от его несчастного вида. Аирин слегка нагнулась к нему и прикоснулась теплыми руками к розовым лепесткам. По её телу прошла лёгкая дрожь. Она старалась подавать энергию медленно и равномерно, чтобы случайно не сделать хуже растению. Его корни стали излучать едва заметное свечение, которое пробивались сквозь тёмную землю в горшке. Розовые лепестки постепенно становились ярче и слегка приподнялись, а на пустующих ветках выросли новые маленькие листья. Аирин вынуждена была со скоростью света убрать руки с цветка когда услышала сзади звук открывающейся двери. Она моментально развернулась назад, стараясь сделать абсолютно непринужденный вид, но её широко распахнутые глаза слегка выдавали её. — Вы ещë здесь? — грубоватый голос с хрипотцой принадлежал школьной уборщице. Эта была женщина средних лет, низкого роста, с весьма скверным характером и вечно недовольным выражением лица. — Прошу прощения, я уже ухожу, — Аирин поспешила надеть пальто и застегнуть высокие сапоги, краем глаза наблюдая за всë тем же выражение лица Миссис Беккер. Кинув мимолетный взгляд на ожившую азалию, она торопливо вышла из кабинета, попутно попрощавшись с уборщицей, на что получила лишь молчаливый кивок. Школьные коридоры были таинственно пустыми и тихими. Лишь звук ее стучащих каблуков отскакивал от стен. Она спустилась по лестнице на первый этаж и повернула в сторону выхода. На улице было безветренно, но холодно. Сумерки постепенно накрывали город, а серое небо стало ещë темнее. Аирин направилась домой и путь её лежал через весьма милую улицу, которая так и пахла рождеством. Витрины магазинов были украшены разноцветными мигающими гирляндами, декоративными елочными ветками, нарисованными снежинками и другой праздничной мишурой. Аирин любила останавливаться перед ними и разглядывать эту красоту. Порой, люди странно на неё оглядывались, но девушка не общала внимание на это. Стëкла её круглых очков ловили мерцающие огни и блестели самыми различными цветами. Голубые глаза сверкали едва видным фиолетовым оттенком когда она проходила мимо, а на светлых спутанных волосах играли краски и выглядело это просто сказочно. По крайней мере так показалось Пеннивайзу, который как раз находился поблизости. Он наблюдал за ней издалека и даже удивился что Аирин его не заметила. Впрочем, оказался он на этой улице не из-за нее. Голод снова дал о себе знать и в поисках новой дозы страха он пришёл сюда. Эта была одна из самых оживлённых улиц Дерри, под которой как раз протекала река Кендаскиг, а это значит, что людей здесь находилось предостаточно. Он подождал пока Аирин завернет за угол, и наконец вышел из-за стены серого здания. Его глаза светились в темноте мëртвым золотистым светом, они бегали из стороны в сторону в поисках очередной жертвы. На его рыжих волосах также отражался свет от гирлянд, делая их ещё ярче. Здесь было громко, ярко, и слишком весело, что слегка раздражало Пеннивайза. Клоун нахмурился и недовольно рыкнул. Что-то кружило в воздухе помимо общего веселья и это «что-то» было очень приятным. Он повернул голову, принюхиваясь. Едва уловимый запах страха тянулся от куда-то издалека и манил своей сладостью. Этот запах можно было сравнить с нежным и ненавязчивым ароматом выпечки, когда проходишь мимо пекарни. Он вдохнул поглубже, стараясь уловить источник этого идеального по своей насыщенности запаха. И он его нашëл. Красные губы растянулись в довольной демонической улыбке — той улыбке которая заставляет содрогаться каждую косточку в теле и вызывает сильнейший озноб.

***

Кирпичная стена задрожала когда Джейка вновь впечатали в нее. Парень скорчился от острой боли в спине и в эту секунду ему показалось, что он вовсе сломал позвоночник. В его коленях вспыхнула очередная волна сильнейшей боли когда он рухнул вниз, ударившись ими о твëрдый лëд. Он яростно и пронзительно закричал, но видимо, никто кроме его обидчиков этого не услышал. — Поглядите на него, — к нему медленно подошëл Луи хватая парня за подбородок заглядывая в зелëные глаза, и с каким-то зверским упоением рассматривая кровоподтëки, раны и ссадины на его бледном лице. — А я надеялся что этот удар ты не вынесешь, — Луи издевательски улыбнулся, а двое его дружков тихо засмеялись, пуская разные тупые шутки в адрес Джейка. Только на это и хватало мозгов у этих придурков. — Н-ну ты и паскуда, Луи, — Джейк постарался улыбнуться, но тут же зашипел от режущей боли в уголках губ. В глазах Луи промелькнуло удивление смешанное с нарастающей животной агрессией. За все эти годы, Джейк ни разу не говорил ему подобного. В глазах Луи, этот парень был терпилой не способным постоять за себя, или хотя бы попытаться это сделать. Он всегда был тихоней в школе и имел всего пару друзей, с которыми перестал общаться с пятого класса. Этот грëбанный изгой смеет его называть так? Из-за него он провалил свой тест по алгебре. Этот подонок не дал ему списать, хотя прекрасно знал все ответы. И он ещë позволяет себе говорить что-то? — Ублюдок... Луи со всей силы ударил его коленом в подбородок. Челюсть парня сильно хрустнула и теперь он полностью упал на холодный снег, который «обжигал» своим холодом кровоточащие раны. Джейк взвыл от нарастающей боли, которая отдавала во всю голову. Он чувствовал что скоро потеряет сознание, в глазах темнело, а в ушах стоял звенящий шум. Монотонность этого шума стала прерываться резкими бренчащими звуками. Странные звуки были похожи на бубенчики. Джейк откашлялся, пачкая кровью снег, и когда он поднял взгляд своих измученных глаз чуть повыше земли, он застыл от искреннего удивления. «Прекрасно, просто прекрасно, у меня начались галлюцинации! Только этого ещë не хватало, мать вашу... » В темноте, в свете тусклых фонарей, ему показался высокий силуэт, одетый в необычный серый костюм, похожий на клоунский. Силуэт постепенно приближался, издавая звенящие звуки. И похоже, Луи со своими дружками его тоже заметил. Глаза существа распахнулись, излучая ярко-оранжевый свет, словно угли в догорающем костре. Он тихо рычал, подходя ещë ближе. А затем резко остановился уставившись безумным взглядом прямо на Луи. Тело парня пронзила дрожь. — Привет-привет! — клоун помахал ему, причудливо наклонив голову вбок. — Чего же ты замер? Не узнаешь меня? — он театрально расстроился положив руку на сердце. Из глаз Луи покатились слëзы, а лицо перекосило в безмолвном ужасе. — Н-нет! Уходи это не... Клоун говорил с ним голосом его умершего отца-тирана, заставляя парня содрогаться от нарастающей паники и ужаса. И быть может, он вовсе не видел облик клоуна, а видел перед собой седого мужчину лет пятидесяти. Всë может быть... Джейк же наблюдал именно за клоуном и слышал самый обычный клоунский издевательский голос. Пока что, ему не было страшно, он всего на всего был слишком озадачен и удивлен от этой картины. — Ты подвëл меня, Луи, сукин ты сын! — голос стал говорить громче, а существо стояло опасно близко. — Нет, я н-нее... — Луи захлебывался слезами, его ноги и руки дрожали, живот скручивало, а волосы на голове, казалось, встали дыбом. Двое его «друзей» отошли подальше и в шоке уставились на всë происходящее. — Смотрите как он боится, ха-ха-ха! — существо издевательски засмеялось, теперь уже своим обычным клоунским голосом. Пеннивайз одним прыжком оказался рядом с Луи и прижал его к кирпичной стене, впиваясь когтями в плечи. Парень кричал и старался вырваться, пихая клоуна в грудь и натыкаясь на красные помпоны. Он ударил его в живот, чем ещë больше разъярил монстра, его когти вошли глубже, оставляя болезненные кровоточащие следы. Луи плакал от боли и страха, не в силах противостоять клоуну, он видел как двое его друзей в ужасе убежали. Они ушли и бросили его умирать. Джейк же сидел на снегу и дрожал от холода и бесконечной ноющей боли в теле и старался хоть как-то подняться на ноги. — Прекрасно! Восхитительно! Вкусно! — Пеннивайз демонически смеялся, не в силах держать себя в руках. Всë его нутро требовало пищи. — Отвали о-от меня, псих! — кричал парень, пытаясь высвободиться от мëртвой хватки существа. Пеннивайз раздражённо и недовольно зарычал, хватая когтистой рукой Луи за шею. — Это так грубо с твоей стороны, — рычание перешло в смех, а руки на шее стали смыкаться, воздуха становилось всë меньше и меньше. Пеннивайз одним резким движением повернул свою голову в сторону Джейка и остановил на нëм озадаченный взгляд. «Почему он не уходит?» Он улыбнулся ему жуткой зубастой улыбкой. — Беги пока можешь! — грудную клетку клоуна распирал громкий безумный смех, который вырвался наружу оглушая Луи. Джейк вышел из замершего состояния шока и кое как встал на ноги, что было сделать крайне болезненно и тяжело. Его тело с трудом выносило все эти ужасные повреждения. Он постарался ускорить шаг и уйти отсюда как можно быстрее. Огянувшись назад, он увидел как монстр впивается клыками в нежную шею Луи и разрывает её. Крик парня оборвался быстро, точно также как и его жизнь, а кирпичная стена была забрызгана густой алой кровью. Джейка накрыла паника и хромающей походкой он всë же смог уйти на безопасное расстояние. Изредка он останавливался и кашлял, дыхание его сбивалось от сильнейшего стресса и физически отвратительного состояния. Вдалеке показался разноцветный свет праздничных гирлянд, это означало, что он на верном пути. Перед глазами всë плыло и он просто хотел дойти до дома живым... Краем уха он слышал страшный рëв вперемешку со звуком отрывающихся конечностей. Приступ тошноты подкатил к горлу, но Джейк успел вовремя собраться. Он шëл домой, надеясь, что весь этот ужас забудется как страшный сон... Но страшные сны, как правило, остаются в памяти надолго...