Часть 1

Журнал капитана. Звездная дата 5511.7 «Энтерпрайз» подходит к системе Теза-Омега – двойной звезды, собравшей вокруг себя семь планет. Экипаж предвкушает исследовательскую миссию, а если мы обнаружим в системе планеты М-класса, лишенные разумной жизни и безопасные для человека, то я непременно рассмотрю вариант проведения масштабной увольнительной. После долгих недель в космосе люди должны получить возможность отдохнуть на открытом пространстве. Капитан Кирк шел в столовую завтракать, пребывая в приподнятом настроении. Он, как и все на борту, предвкушал ожидающую «Энтерпрайз» исследовательскую миссию, и, выражаясь языком Спока, это было в высшей степени логично с его стороны. Последние десять недель были в равной степени изматывающими и однообразными. Патрулирование Нейтральной зоны стало следующим заданием после дипломатической миссии, которая сама по себе очень утомительное мероприятие. И потому патрулирование после пяти дней сложносочиненных расшаркиваний пошло даже тяжелее, чем это бывало обычно. Так что сейчас, спустя одиннадцать недель, люди эмоционально устали, и капитан был очень рад, что впереди их ждала исследовательская миссия. В противном случае пришлось бы расчехлять экстренную терапию – аналог Рождественской вечеринки. Плюс им с МакКоем предстояло бы провести немало времени за мозговым штурмом, выбирая самый эффективный способ для быстрой разгрузки психики экипажа. Но в итоге все сложилось в лучшем виде, так что у капитана Кирка для его славного расположения духа были самые что ни на есть логичные обоснования. Войдя в столовую, Кирк быстро окинул ее взглядом, и обнаружил, что двое его друзей уже завтракают. Кирк улыбнулся и в знак приветствия махнул рукой Боунсу, который сидел к нему лицом, после чего направился к репликатору. Сделав заказ, капитан мысленно ухмыльнулся. Царящее на борту приподнятое настроение не прошло мимо их доктора, хотя прежде он не был склонен относиться к исследовательским миссиям с предвкушением. «Опасливая настороженность» – это более подходящее название для отношения начмеда «Энтерпрайз» к тому, что было по сути основной целью их пятилетки. Но в этот раз, похоже, дипломаты и ромуланцы набили ему особенно сильную оскомину. Так что последние пару дней Боунс пребывал в благостном расположении духа: настолько миролюбивом, что вчера за ужином все попытки Спока расковырять доктора и затеять с ним любимую игру «укуси ближнего своего» окончились полным и безоговорочным провалом. Боунс на все логичные подколки и многозначительные комментарии реагировал вяло: ухмылялся, иронично поблескивал глазами, но в контратаку не переходил. Кирк про себя посочувствовал своему старпому, второй ужин сидящему на пресном пайке и вынужденному обходиться без привычной приправы. Капитан даже подумал было, что доктор нарочно испытывает вулканское терпение, но тут же устыдился собственных мыслей: на такое коварство Боунс был точно не способен. А вот сам капитан собирался мелко и недостойно воспользоваться настроением их начмеда и немного расширить свой обычный в последние недели спартанский рацион. Он знал, что Боунс непременно заметит капитанский фортель, но справедливо рассчитывал, что в нынешнем благодушном настроении доктор не станет его одергивать, дабы не нарушать собственный дзен – тем более, что злостное пренебрежение диетическими рекомендациями произошло за завтраком, а не за ужином. Подхватив свой поднос, капитан направился к столику друзей. - Доброе утро, джентльмены, - поприветствовал он обоих. Спок чинно кивнул, а МакКой окинул Кирка внимательным взглядом, оценил содержимое его тарелки, закатил глаза в безмолвном «Капитан, ну что за детский сад», а вслух иронично ответил: - Доброе-доброе. Надеюсь, таким же и останется дальше. А не как обычно. - А у нас обычно как-то иначе? - весело поинтересовался Кирк и взялся за вилку. - Всякое бывает, - уклончиво ответил Боунс. - Мне вон уже сообщили, что через пятьдесят одну минуту мы входим в эту новую систему, как бишь ее зовут. - Доктор, я сказал вам это четыре минуты назад, - менторским тоном внес важное уточнение Спок. - Поэтому теперь уже через сорок семь минут. МакКой с драматическим видом «Боже, дай мне сил» опять закатил глаза, заставив Кирка широко улыбнуться. Кажется, их доктор быстро возвращался в свое нормальное состояние, что было совсем не удивительно – новая система уже маячила прямо по курсу, и Боунс поневоле начинал крутить в голове тему медицинской безопасности десантников. - Тогда нам стоит поспешить с завтраком, - весело подытожил Кирк вслух. - Угу, - угрюмым филином отозвался Боунс. Вздохнул, покосился на энергично жующего капитана и все-таки спросил. - А что там за планета нас ждет? - Ждет, доктор? - так и взвилась вверх острая бровь, и Кирк едва не расхохотался в голос. Видимо, Спока совсем приперло, и тоска по пикировкам стала не по-вулкански острой – ведь раньше он никогда не затевал дуэлей поутру, потому что их поджимал срок начала вахты, да и настроение перед работой было не таким расслабленным, как вечером. - Да, все глазоньки проглядела в ожидании, - фыркнул МакКой и тут же перевел взгляд обратно на капитана, по опыту зная, что именно тут он быстрее разживется фактической информацией, а не игрой со словами. - Так что за планета? - Целая система, Боунс, - с довольным видом сообщил ему Кирк, подняв вилку вверх. - И никаких предварительных данных. - Понятно, добрались совсем уж до задворок мира, - вздохнул МакКой. - А как же ваши вчерашние планы насчет списков по увольнительным? Куда увольняться будем? На газовый гигант или на лишенную атмосферы каменюку? - Я просто смотрю на жизнь позитивно… - Я это заметил, - весело блеснув глазами, ввернул Боунс и с понимающим видом кивнул. Но капитан безмятежно продолжил: - …и считаю, что после затяжного патрулирования границы Вселенная обязательно предложит нам что-нибудь небанальное. - Вооооот! Именно этого я больше всего и боюсь, - хмыкнул МакКой и поморщился. - Нелогично. - Это от ракурса зависит, - усмехнулся доктор, награждая старпома снисходительным взглядом, в котором читалось практически не завуалированное «старшие знают лучше, мистер Спок». - Вот когда вы будете на моем месте, тогда и посмотрим, что вы скажете, господин вулканец: «нелогично» или все-таки «логично». - Как многое в восприятии нашей жизни зависит от ракурса, - покачал головой Кирк, с аппетитом доедая последний кусочек десерта. МакКой негромко рассмеялся – доктору явно не хотелось выпадать из своего благостного расположения духа, а может быть дело было даже не в его желании или нежелании, а в заразительности буквально витающего в воздухе всеобщего приподнятого настроения. - Ладно, будь по вашему! Стану надеяться, что завтра в это же время я буду мирно составлять график увольнительных, а не… - доктор кашлянул, проглатывая конец фразы. - Одобряю настрой, - деловито кивнул Кирк, отодвинул опустевшую тарелку и взял стакан с чаем. Спок уже заканчивал свой завтрак, и капитану определенно следовало поспешить, если он не хотел опоздать на вахту. * * * * * - Вперед, мистер Сулу, половина импульса, - скомандовал Кирк, свободно откидываясь на спинку своего кресла. Только что прозвучавший окончательный рапорт Спока здорово его удивил. Обычно система двойной звезды предполагала некий уровень нестабильности волнового статуса – из-за постоянного обмена звездной массой. Но по заключению Спока Теза-Омега оказалась исключением из этого правила, обещая «Энтерпрайз» безопасный вход в систему. А еще в системе обнаружилась планета М-класса – четвертая из семи, и именно к ней сейчас направлялся их корабль. - Капитан, подтверждаю уверенную навигацию, - доложил от своего пульта Чехов. - Понял, энсин, - кивнул Кирк и перевел взгляд с обзорного монитора на научную консоль, за которой сейчас кипела напряженная работа. Спок, завершив оценку безопасности общего статуса системы, ее волновых и гравитационных характеристик, с головой ушел в анализ дальнего сканирования планет. Разумеется, как и полагалось по инструкции, сперва они займутся планетой М-класса. И, как только они выйдут на ее орбиту, все научные мощности «Энтерпрайз» будут направлены на оценку и изучение данных, поступающих с ее поверхности. Но пока Спок мог позволить себе сосредоточиться на шести ее соседках – М-класс М-классом, он обеспечивал удобство десантов и перспективы колонизации, вот только более ценными в научном плане нередко оказывались совсем другие планеты. И Кирк не собирался ограничиваться знакомством с одной только четвертой планетой, если Спок найдет здесь другие интересные и очаровательные кандидатуры. Капитан, про себя улыбнувшись последней мысли, еще раз глянул на обзорный монитор. «Энтерпрайз» уверенно держала курс, направляясь к четвертой планете по рассчитанной Споком траектории, так что капитан, убедившись, что здесь все идет по плану и без сюрпризов, энергичным движением поднялся со своего места и быстрым шагом прошел на второй уровень мостика, к научной консоли. - Ну что, Спок, уже есть что-то интересное по поводу здешней компании? - с любопытством спросил он вулканца. - Вполне, - сдержанно ответил тот, ни на секунду не отрывая взгляда от экрана визора. - Первая планета системы. Крайне перспективные данные спектрального анализа. Было бы интересно изучить динамику элементного превращения в высокотемпературных условиях и под постоянным воздействием коротковолнового спектра излучения звезды. - Условия позволят выйти на орбиту? - едва заметно нахмурившись, спросил Кирк. Он отлично понимал, что речь не идет о дальнем сканировании – при такой мощности потока излучения помехи будут просто чудовищными, и ценность данных будет крайне сомнительная. - Разумеется, потребуется оценить динамику жесткости излучения в пиковые фазы обмена звездной массой, - согласился Спок. - В крайнем случае, «Энтерпрайз» сможет выйти на орбиту Теза-Омега-2, а к Теза-Омега-1 отправится шаттл. Брови Кирка, впечатленного лихими планами своего старпома, так и взлетели вверх, но этим капитан и ограничился. Как говорится – будет день, будет и пища. Сперва им предстояло исследование Теза-Омега-4, потом тщательный сбор данных по активности звезды, а уж только потом – принятие решения по исследованию первой планеты. И нет, отправка шаттла в смертельно опасный серфинг по волнам излучения двойной звезды точно не входила в капитанские планы. И Кирк не сомневался, что Спок об этом факте как минимум догадывается. - Остальные дамы заурядны? - с улыбкой в голосе спросил он. Спок, впечатленный выбором лексики, даже оторвался на секунду от анализа и встретился с капитаном взглядом. - Полагаю, правильный ответ отрицательный, - с наигранной осторожностью в голосе ответил он. - Хотите сказать, в любой самой заурядной барышне можно найти изюминку? - поддержал забаву Кирк и весело приподнял бровь. Вулканские брови выписали замысловатый пируэт, а их хозяин тактично заметил: - Хочу сказать, капитан, что у меня пока недостаточно данных по планетам системы Теза-Омега, чтобы сделать окончательный рапорт. - Ну что же, тогда не будем спешить, - великодушно разрешил Кирк. - Капитан, заходим на орбиту Теза-Омега-4, - доложил рулевой, прерывая диалог своих командиров. - Отлично, мистер Сулу, - подтвердил маневр капитан, после чего коротко кивнул Споку и отошел обратно на свое место, следить за выходом на орбиту. - Корабль стабилизирован, - спустя пару минут рапортовал Чехов, проверив показания навигационных датчиков. - Хорошо. На всякий случай держите под контролем уровень ионизации атмосферы и его колебания. Все-таки двойная звезда, - распорядился Кирк. - Так точно, капитан. Получив подтверждение, Кирк вместе с креслом повернулся в сторону научной консоли, ожидая рапорта Спока. Он был готов спустя буквально пять-шесть минут. - Данные сканирования подтверждают М-класс планеты. На настоящий момент признаков разумной жизни не обнаружено. - Отлично, - едва слышно пробормотал Кирк и тихонько стукнул кулаком по подлокотнику. - Планета сейсмически стабильна, по предварительным данным обладает средним индексом биоценоза. - Тем лучше, мистер Спок, - Кирк широко улыбнулся и поднялся со своего места. - За сим предлагаю перейти от теории к практике и познакомиться с леди поближе, - капитан полюбовался на взлет острой брови и кивнул обернувшемуся Сулу. - Мистер Сулу, мостик ваш, сохраняйте позицию на орбите. Мистер Спок, давайте в десант. * * * * * Теза-Омега-4 не выглядела планетой мечты для проведения увольнительной, но при этом она не была обделена индивидуальностью и определенным очарованием. Так что капитан Кирк решил, что если ее безопасность для людей подтвердится, то масштабной прогулке экипажа быть. Они материализовались на вершине невысокого пологого холма, и десантники, быстро оглядевшись, обнаружили, что в зоне их спуска местность была сплошь покрыта такими вот холмами высотой от пяти до семи метров. - Будто бархатная шкура какого-то огромного зверя, - зачарованно произнес лейтенант Вайсек, любуясь открывающейся панорамой холмистой равнины под ярким синим небом, по которому бодро бежали высокие и пышные, будто стога ваты, кучевые облака. - Или болото, а мы стоим на кочке-переростке, - поделился своей отнюдь не оптимистичной ассоциацией доктор МакКой. - Что-то общее есть, - улыбнулся капитан, кивая начмеду и тоже оценивая окружающий пейзаж. Он был по своему живописным – поросшие невысокой сочно-зеленой травой холмы и в самом деле выглядели плюшевыми, а однообразие раскинувшейся до самого горизонта холмистой поверхности не казалось скучным. - Но у меня сегодня туго с фантазией, так что предпочитаю воспринимать это все как банальную холмистую местность. - Нет в вас поэзии, капитан, - хмыкнул МакКой и присел на одно колено, чтобы взять микробиологические пробы почвы. - Всегда предпочитал прозу, - подмигнул начмеду Кирк и повернулся к своему старпому, который, как капитан и ожидал, на разглядывание пейзажей не разменивался, а сходу полностью погрузился в анализ данных трикодера. - Мистер Спок, а что насчет здешнего природного разнообразия? Едва ли эти холмы – это единственный ландшафт Теза-Омега-4. - Вы правы, капитан, - вулканец дисциплинированно оторвал взгляд от экрана трикодера и посмотрел на своего командира. - Он не единственный. Однако разнообразие, если можно так выразиться, небогатое. К северу эти холмы переходят в пояс гор, который тянется до самого полюса, а на юге они заканчиваются океанским побережьем. Приэкваториальная зона на Теза-Омега-4 полностью занята океаном. Южный материк представлен аналогичной холмистой местностью, только горный пояс начинается раньше. - В самом деле небогато, - хмыкнул капитан. - Ну что же, при наличии океана на экваторе на засухи им тут жаловаться не приходится, - и он, щурясь против яркого солнца, поднял взгляд на роскошные кучевые облака, которые как будто подтверждали его теорию. - Логичное заключение, - кивнул Спок. - Сеть рек, берущих свое начало в горах и предгорьях, здесь довольно обширна. - И трава не выглядит страдающей от недостатка влаги, - продолжил его мысль Кирк, посмотрев себе под ноги. - Логика ландшафта подсказывает, что едва ли здесь есть крупные представители фауны, - заявление капитана прозвучало в утвердительной форме, но в устремленном на вулканца взгляде легко читался вопрос. - Вы правы, капитан. Данные сканирования подтверждают информацию, собранную сенсорами на борту. Крупная фауна, по всей видимости, полностью сосредоточена в океане. - В таком случае, будем осторожнее с купанием, - весело заметил Кирк, вызвав изумленный взлет острой брови. Капитан с нескрываемым удовольствием полюбовался вулканской реакцией на свое заявление, после чего деловито подытожил. - А пока предлагаю спуститься вниз, рассредоточиться и собрать побольше фактических данных. Холмы выглядят очень похожими, но едва ли поверхностный взгляд отражает реальное положение вещей. - Полностью поддерживаю, капитан, - кивнул Спок, быстро раздал указания своим подчиненным и в компании Кирка начал спускаться вниз по склону. Наверху остался только доктор МакКой, который не хотел распыляться, справедливо решив, что микробы на вершине и у подножия холма все равно одни и те же. Кирк с интересом поглядывал под ноги, по опыту зная, что обычно трава только кажется «выглядящей на одно лицо». Вот только в этот раз ровные длинные узкие листочки, как будто скопированные в репликаторе, и в самом деле были неотличимы друг от друга. Кирк удивленно приподнял брови и предположил, что видовые различия могут не затрагивать внешний облик, после чего сделал себе мысленную пометку позже непременно обсудить со Споком этот любопытный момент. А пока капитан начал наклоняться, намереваясь поближе рассмотреть местную растительность, листочки которой глянцево поблескивали под солнечными лучами. - Капитан, я не рекомендовал бы вам касаться этих листьев, - предостерег Спок Кирка. Казалось, что вулканец был целиком погружен в анализ данных трикодера, но движение друга не прошло незамеченным им. - Ядовитые? - Кирк тут же выпрямился и настороженно посмотрел на своего старпома. Если это так и было, во избежание несчастных случаев стоило поскорее предупредить остальных десантников. - Ответ отрицательный. Однако, - с этими словами Спок наклонился, предпочтя демонстрацию длинным объяснениям, и, зацепив один из листочков ремешком трикодера, аккуратно приподнял его, чтобы стала видна внутренняя сторона. Внутри листочек выглядел приятно-бархатистым, но капитан, присмотревшись, понял, что это впечатление создается многочисленными острыми шипиками и крючочками, обильно покрывающими всю нижнюю сторону листа. - В самом деле «однако», - вздохнул Кирк и покачал головой. - В лучшем случае поранит пальцы. Да и сидеть на этой траве во время пикника тоже не стоит. - Согласен. - Ну что же, надо будет проверить соседние холмы. Возможно, не все местные травинки отличаются подобным коварством, - оптимистично заключил Кирк. Вулканская бровь приподнялась, выражая неприкрытый скепсис своего хозяина, но этим Спок и ограничился. В целом капитан был прав – нелогично экстраполировать локально обнаруженные особенности на все растительное сообщество, даже если данные сканирования показывают высокую вероятность видового единообразия в радиусе действия трикодера. Вопреки пессимистичным сравнениям Боунса, грунт между холмами оказался надежным, но, увы, там росла все та же недружелюбная трава. - И даже ни одного цветочка, - со вздохом посетовал Кирк, оглядываясь вокруг. - Полагаю, доктор найдет интересным способ распространения семян местной флорой. - И что за способ? - Кирк с нескрываемым любопытством посмотрел на своего старпома. - Как видите, растительность имеет примерно одинаковую высоту, а потому ветер будет ненадежным помощником как в опылении, так и в последующем развеивании созревших семян. - В самом деле, - нетерпеливо кивнул Кирк. - Поэтому природа нашла выход и разместила семенные зачатки в основаниях шипов, которые вы видели на листьях. Своеобразный инъекционный инструмент, - Спок сделал крошечную паузу и тут же пояснил, увидев выражение неприкрытой тревоги, появившееся на лице Кирка. - Для людей это не опасно. Семязачатки слишком мелкие, а кислотный показатель человеческой крови для них агрессивно низкий. - А что насчет вулканской? - сразу же спросил Кирк, заставив Спока почти незаметно улыбнуться. - Аналогично. Кирк облегченно выдохнул, покачал головой и заметил: - Кажется, шансы на увольнительную тают на глазах. Разве что океанские пляжи окажутся к нам более благосклонны. - Такой вариант не исключен, - не стал спорить Спок. Сам он считал нелогичным рассредоточивать фокус исследований и предпочитал более внимательно изучить зону их спуска, потому что она обещала больше информации о материковом биоценозе Теза-Омега-4, чем регулярно затопляемые приливом пляжи. Однако мотивы капитана он тоже понимал, поэтому поддержал его неявно высказанную тактику. - Полагаю, нам стоит рассмотреть вариант дополнительных десантов. - Значит, определимся здесь с общей картиной и организуем параллельные десанты в прибрежную зону, - с довольным видом кивнул капитан, которому очень не хотелось отказываться от идеи отдыха для экипажа. - Логичное решение, - согласился Спок. И, считая обсуждение законченным, снова опустил взгляд на трикодер. Кирк, оставив Спока работать, немного прошел вперед, вдоль ложбины между холмами. МакКой все еще занимался микробиологическими анализами наверху, остальные трое десантников были скрыты холмом. Капитан забрал немного влево, обходя ближайший холм и мысленно поражаясь однообразию ландшафта. Ему было интересно узнать, в чем заключалась геологическая причина, и он не сомневался, что Спок тоже задается этим вопросом. А это означало, что ответ со временем непременно найдется. С этими мыслями Кирк почти обошел холм и у самого подножия обнаружил ведущий куда-то вглубь холма лаз, примерно в половину человеческого роста высотой. Капитан с любопытством осмотрел его – возможно, он заканчивался тупиком сразу за входом, а возможно, что и нет. В любом случае, изучить его стоило. Спока наверняка заинтересует возможность взять образцы пород для геологического исследования. Поскольку он совсем недалеко отошел от остального десанта, Кирк решил просто вернуться назад, а не звать Спока по коммуникатору. Вулканец обнаружился ровно на том месте, где капитан его оставил. - Спок, я там нашел вход вовнутрь холма. Не желаете взглянуть? - весело предложил Кирк, подойдя к своему старпому. - Это было бы интересно, - кивнул Спок, вешая трикодер на плечо, и, уже шагая следом за капитаном, заметил. - Если это пещера, то надо полагать, что она неглубокая. Сканирование не показывало пустот породы. - Я не забирался вовнутрь, - пожал плечами Кирк. - Но в любом случае, посмотреть стоит. - Разумеется, - за этим коротким разговором они дошли до капитанской находки, и Спок, быстро просканировав лаз, лихо вздернул острую бровь и произнес сакраментальное. - Очаровательно. Кирк с нескрываемым любопытством посмотрел на вулканца, и тот, не дожидаясь прямого вопроса, пояснил: - Трикодер не видит дефекта в породе и растительном покрове. - Вот как, - Кирк настороженно нахмурился и внимательным взглядом обвел периметр лаза. - Полагаете, экран? - Наиболее логичное предположение, да, - с этими словами Спок подошел вплотную ко входу в лаз, присел перед ним на корточки, а потом без лишних церемоний сунул вовнутрь руку с зажатым в ней трикодером. Кирк от неожиданности подавился вдохом, но выдавать запреты было уже поздно. Вулканец тем временем спокойно произвел обратное движение и с интересом посмотрел на бегущие по экрану трикодера строчки данных. - Экранирование одностороннее, биосигналов крупной фауны внутри не обнаружено, - заключил он, и капитан с трудом подавил порыв закатить глаза. Ну конечно, Спок находил свой «неподготовленный эксперимент» абсолютно логичной затеей, но Кирк никак не мог с ним согласиться. - Судя по показаниям трикодера, причина экранирования заключается не в наличии экрана как такового, а в мощности фоновых сигналов и площади их перекрытия, - Спок кивком указал на сплошной растительный ковер. - Из-за отсутствия видового разнообразия заметить это раньше было невозможно. - Интересно, - задумчиво пробормотал Кирк и потер подбородок. - В таком случае погрешность результата любых видов сканирования будет очень высокой. - Совершенно верно. Как говорит наш уважаемый доктор, придется все проверять глазами. - И обходить ногами. - Действительно. - Ладно. Предлагаю для начала поближе познакомиться с этим тоннелем. Если, конечно, мы сумеем там разместиться, - с этими словами Кирк наклонился и решительно шагнул в лаз. Никаких странных ощущений при прохождении внешней граница холма, кроме дискомфорта в неловко согнутой пояснице, он не почувствовал. Свет через узкий вход почти не поступал, к тому же Спок полез следом за своим капитаном, тем самым служа дополнительным барьером для солнечных лучей, так что Кирк включил фонарик трикодера и тут же поспешно зажмурился, когда его луч отразился от слюдяных стен тоннеля. - Черт, - приглушенно пробормотал капитан, пытаясь как-то сфокусироваться против ярких вспышек, потому что идти вперед вслепую ему не хотелось. К счастью, тоннель, в котором передвигаться можно было, только согнувшись в три погибели, оказался коротким – метров пять-семь, не больше. Закончился он большой куполообразной пещерой, которая была высотой метра в три – позволившей наконец-то выпрямиться в полный рост – и диметром метров в пятнадцать. - Очаровательно, - негромко произнес Спок, быстро пробегая фонариком по сводам пещеры. Они ярко поблескивали, посылая на противоположный свод радужные отсветы. - Красиво, - произнес капитан, в голосе которого были легко различимы восхищенные нотки. Но зрелище и правда было эффектным: стены пещеры покрывали многочисленные выступы и углубления в слюдяном покрытии, и они работали как отличные отражатели. - Получается, пещера занимает почти все внутреннее пространство холма? - Получается, что да, - подтвердил Спок, сверяясь с данными трикодера. - Нам стоит проверить остальные холмы. - Да. Запросто может оказаться, что паттерн единый. Тем более, что на этой планете природа вообще не слишком утруждает себя разнообразием, - согласился капитан, еще раз оглядывая пещеру. Спок тем временем отошел к стене, желая взять пробу породы – теперь он не был склонен слишком доверять данным орбитального сканирования и предпочитал в будущих оценках опираться на лабораторные анализы образцов. И, уже загрузив первый минеральный образец в контейнер, вдруг замер, прислушиваясь к собственным ощущениям. Секунду назад Споку показалось, будто кто-то прошел совсем рядом с ним – прошел, изучающе посмотрел на него, потянулся… Вулканец резко обернулся и обежал пещеру лучом фонаря. - Спок? Что-то случилось? - тут же отреагировал Кирк, настороженно глядя на друга. - Мне показалось… - неуверенно начал Спок, поднимая руку к виску и чувствуя смущение как от сбивчивости собственной речи, так и от отсутствия фактической базы для своих предположений. - Показалось, что здесь кто-то есть. Кирк быстро огляделся вокруг – благо пещера была небольшой – и снова внимательно посмотрел на Спока. - Как тогда на Янусе-6? - Не совсем, - качнул головой Спок, прижимая пальцы к виску и пытаясь сосредоточиться на своих ощущениях. - Тогда это было прикосновением разума, телепатическим контактом. - Разума, - сразу уловил ключевой момент Кирк. - Именно, - подтвердил Спок. - Сейчас контакт тоже был ментальным, но он не был разумным. Это было сродни… первобытному ощущению опасности, - проговаривая собственные ощущения вслух, Спок наконец понял, чем это было. Предупреждением. Ощущением угрозы от присутствия рядом хищника. Возможно, в его выводе недоставало логики, но Спок считал, что им следовало поскорее покинуть это место. И он, не утруждая себя поиском аргументации, торопливо скомандовал. - Джим, нам нужно уходить отсюда. Срочно. Кирк, привыкший доверять суждениям своего старпома и друга, коротко кивнул и уже шагнул в сторону узкого лаза, по которому они сюда пришли, как вдруг споткнулся, неловко оперся рукой о слюдяную стену и застыл на месте, прижав вторую руку к виску. Спок, почуяв неладное, торопливо шагнул к капитану и, не пытаясь скрыть своей тревоги, взволнованно спросил: - Капитан? Джим, что с вами?! Вулканец как раз успел крепко ухватить Кирка за предплечье, когда лицо капитана исказила болезненная гримаса, и он судорожно схватился за виски уже обеими руками. А в следующую секунду колени капитана подогнулись, и он бы рухнул на землю, если бы Спок не удержал его. - Джим?! - Спок неловко сгреб бессознательного Кирка в охапку, подхватил его на руки и бросился на выход, не тратя времени на выяснение подробностей. Что бы тут ни случилось, Джиму не станет хуже, если он окажется снаружи. Пробираться по узкому низкому тоннелю было чудовищно сложно, и Спок ежесекундно боялся потерять равновесие и упасть вперед, уронив Джима, а после придавив его своим весом. Правильнее было бы тащить капитана за собой волоком, но Спок тотчас отбросил этот вариант, не желая даже рассматривать его. Выбравшись из лаза, Спок тотчас опустился на колени, даже не вспомнив об особенностях местной травы, и, надежно придерживая Джима одной рукой, второй сдернул с пояса коммуникатор. - Спок вызывает «Энтерпрайз», - хрипло потребовал он, открывая нужный канал. Как только прозвучал ответ вахтенного транспортаторной, Спок, не вдаваясь в объяснения, распорядился. - Мистер Кайл, экстренный подъем двоих с координат сигнала коммуникатора. Над телепортационной платформой развернуть карантинное поле четвертого уровня. Тотчас после нас срочно поднять доктора МакКоя. - Вас понял, сэр, - отрывисто отозвался Кайл, по тону старпома понявший, что ситуация не терпит отлагательств. Пока шла подготовка к подъему, Спок позволил себе опустить взгляд на лицо капитана. Джим был жив, но дышал поверхностно и часто, будто тяжело раненый. И по-прежнему оставался без сознания. При этом на его лице застыла маска страдания, и Спока не оставляла навязчивая тяжелая уверенность – чем бы ни было то, что случилось в пещере, оно не закончилось после того, как капитан оказался за пределами места инцидента. Не закончилось. А то, что сейчас наблюдал Спок, не было результатом, а являлось процессом. - Джим, - еще раз позвал своего друга вулканец, разумом понимая, что ответа не последует, но не будучи в силах подавить этот императив. Капитан ожидаемо не отреагировал на оклик Спока, а полминуты спустя внезапно вздохнул – резко, глубоко и как-то судорожно – а потом медленно выдохнул и затих. - Джим! - Спок, не отдавая себе в этом отчета, стиснул капитанскую кисть так, что почти захрустели кости. Сам перестав дышать, он в ужасе смотрел в белое лицо Джима. Секунда. Две. Пять. Спок ощутил знакомое покалывание искорок телепортации и мысленно взмолился: Скорее, мистер Кайл. Скорее! Как только темнота развеялась, сменившись знакомой обстановкой транспортаторной «Энтерпрайз», завуалированной зеленью карантинного поля, Спок плавным, но быстрым движением сместил Джима со своих коленей на платформу и рывком склонился над ним, готовый начинать сердечно-легочную реанимацию. Но тут краем глаза заметил, как слабо приподнялась и вновь опустилась капитанская грудь, хрипло перевел дыхание и резко, почти грубо бросил, не оборачиваясь и не отрывая взгляда от Джима: - Где доктор МакКой?! - Уже поднимаю, сэр! Нельзя было одновременно, подождите еще буквально минутку! Спок и сам прекрасно знал, что параллельный подъем с разных координат содержал элемент риска, но сейчас он остро сожалел, что не отдал прямого приказа выполнить именно эту процедуру вместо последовательной телепортации. Так или иначе, над соседним диском уже мерцал столб золотистых искорок, который быстро уплотнялся, приобретая очертания стоящей на одном колене фигуры доктора МакКоя. - Какого ч…, - начал было возмущенный начмед, которого подняли на борт без всякого предупреждения, но, увидев открывшуюся ему драматическую сцену, он бесцеремонно бросил на платформу контейнер и набор реактивов, которые держал в руках, и метнулся к бессознательному капитану. В правой руке у доктора каким-то непостижимым образом уже был зажат сдернутый с пояса медицинский сканер. - Что случилось? - отрывисто спросил он, хмурясь и считывая первые данные. Спок перевел дыхание, беря под контроль эмоции и мысли, и попытался изложить случившееся максимально сжато и при этом информативно. - Мы с капитаном изучали пещеру, которую капитан обнаружил под одним из холмов. Внутри трикодер не фиксировал биосигналов. Прочие показатели были вполне тривиальные и ожидаемые для подобного типа рельефа и минеральной структуры. Я начал брать образцы, когда почувствовал… - Спок на секунду замялся, не зная, как точнее и понятнее описать свои ощущения. - Это было ощущение чужого присутствия. Прошло не больше десяти секунд, и капитан схватился за голову, после чего почти сразу потерял сознание. - Ясно, - сдержанно бросил начмед, откладывая сканер в сторону и торопливо заряжая гипошприц. - На сканере посторонних маркеров нет, и объективных оснований для этого вот, - МакКой махнул свободной рукой в сторону окружающего их карантинного поля, - как будто не наблюдается. Но черт его знает. На менталку наше оборудование не настроено. - Что с капитаном? - максимально спокойным и холодным тоном осведомился Спок. - Пока непонятно. Все жизненные показатели очень низкие. Синаптический шок – это точно. Но пока у меня нет никаких идей насчет того, что именно вызвало такое состояние. Сейчас попробую стабилизировать его, посмотрим, куда начнет вывозить кривая. Размытость прогноза категорически не понравилась Споку, но он понимал, что доктор на настоящий момент не может предложить ничего более определенного. - Так, ладно. Такими темпами без полной поддержки он запросто даст тут остановку, - в голосе МакКоя, только что выполнившего повторное сканирование капитана, сквозили нервные нотки, которые не сулили ровным счетом ничего хорошего. Как и последовавшая за этой пугающей репликой серия распоряжений. - Мистер Кайл, выпускайте нас. По кораблю приказ – очистить коридоры на пути в лазарет. На лазарет общее карантинное поле, четвертый уровень. Десант срочно поднять и оставить на платформе под полем, пока я не разберусь, что за чертовщина тут происходит. Естественно, никаких новых спусков. - Так точно, доктор. Но тот подтверждение даже не слушал. Встретившись взглядом со Споком, он холодно и очень деловито спросил: - Дотащите его? Не хочу тратить время на вызов каталки. - Разумеется, - и Спок тут же склонился над капитаном, чтобы осторожно подхватить его на руки. Когда он поднимал бессознательное тело с платформы, голова Джима бессильно мотнулась в сторону, но МакКой тут же подхватил ее под затылок, придерживая, пока Спок поднимался на ноги, а потом устроил ее у вулканца на плече. Спок сжал челюсти, нарочно не опуская взгляд на лицо Джима, и шагнул к краю платформы. Когда он спускался на палубу, МакКой, хоть в этом и не было никакой необходимости, заботливо поддержал его под локоть, но Спок воздержался от недовольных комментариев. Потому что это сейчас было неважно. Абсолютно неважно. Стремительным шагом они дошли по пустому коридору до турболифта, и, едва Спок перешагнул порог кабины, МакКой тут же скомандовал сухим каркающим голосом: - Лазарет, экстренная скорость. Лифт тронулся, и доктор, вновь активировав сканер, провел им над капитаном. Поморщился и, ничего не сказав, повесил прибор на место. Спок не стал задавать ему вопросов. Джим у него на руках дышал – опять поверхностно и часто – а больше доктору на данном этапе было нечего добавить. Лифт остановился, и они в том же торопливом темпе почти вбежали в лазарет. - В изолятор, - бросил Боунс, первым направляясь к нужной двери, а там сразу же устремляясь к диагностической панели. Он знал, что Спок сам сумеет уложить Джима на кровать, а ему сейчас, не теряя ни секунды, следовало настроить полную поддержку жизнеобеспечения, после чего приступить к не менее полному обследованию. * * * * * Прошло пятьдесят восемь минут с момента возвращения десанта на борт, а у доктора МакКоя по прежнему не было никакой конкретной информации о причинах состояния капитана. И, что гораздо хуже, никаких идей по поводу того, как его из этого состояния вывести. Поднятый на борт десант был тщательно обследован доктором М`Бенгой, но у всех все было в норме, так что было решено выпустить их из-под карантинного поля. Лабораторные данные, полученные после тщательного и всестороннего анализа образцов, тоже не давали никаких подсказок, как и данные прицельного сенсорного сканирования, сделанного с поправками на биоценотический фон Теза-Омега-4. Все было спокойно и совершенно тривиально, все планетарные и биоценотические показатели укладывались в логичную стройную единую картину – вот только капитан лежал в лазарете на полной поддержке жизнеобеспечения и возвращаться в сознание не собирался. А без поддержки жизнеобеспечения он уже был бы мертв. Спок все время с момента возвращения на борт находился в лазарете и считал это абсолютно логичным. Ситуация на корабле была стабильной, и его присутствие на мостике не требовалось. Все анализы были завершены – разве что за исключением посевов собранных микрокультур на среды – так что необходимости его личного участия в тестах также не наблюдалось. Поэтому Спок сидел в холле лазарета и ждал, когда из изолятора выйдет доктор МакКой со своим рапортом о состоянии капитана. Прошло еще одиннадцать минут, дверь в изолятор наконец свистнула, открываясь, и на пороге появился начмед. Споку было достаточно одного короткого взгляда на него, чтобы понять – хороших новостей не будет. Доктор был угрюм, напряжен и мрачно смотрел на вулканца из-под нахмуренных бровей. - Я думал, вы уже на мостике, - замечание, видимо, планировалось как язвительное, но доктор слишком устал и слишком нервничал, чтобы выдержать требуемый тон. Спок промолчал, не желая комментировать очевидное. МакКой прошел к репликатору, налил себе чай, устало оперся рукой о шкаф с оборудованием и сделал первый глоток. - Ну что вы уставились на меня, - кисло бросил он. - Нечего мне вам сказать. Все еще нечего. И я понятия не имею, когда чего-то появится. Черт его знает, может и вообще никогда. Вулканская бровь приподнялась вверх, намекая на нелогичность сделанного заявления, и доктор раздраженно отмахнулся от старпома свободной рукой. - Да-да-да! Именно так! Без миллиграмма преувеличения! Лежит, дышит под аппаратом, потихоньку ухудшается. Я имею в виду мозговую активность. Анализы все чистые – просто идеальные! Даже энцефалограмма без структурных изменений волн, просто их интенсивность снизилась, будто Джима кто-то погрузил в наркоз. И что с ним происходит, я без понятия! - на этом доктор резким движением отставил почти полный стакан и сложил руки на груди, с вызовом глядя на Спока. - В таком случае, доктор, я бы хотел проверить одну гипотезу, - размеренным тоном произнес Спок и встретился взглядом с готовым взорваться Боунсом. - Гипотезу проверить?! - распахнув глаза, выдохнул тот, едва веря в то, что только что услышал. Как говорится, спасибо тебе, дорогой вулканец, что хоть не «эксперимент провести»! Господи, он ведь только что прямым текстом сказал, что Джим – их Джим – потихоньку умирает, а этот логик гипотезы какие-то проверять намерен?! - Именно так, доктор, - абсолютно спокойно подтвердил вулканец, как будто не замечая душевного смятения своего собеседника. - Я не могу уверенно утверждать, что ощущение постороннего присутствия, которое я испытал в пещере, как-то связано с нынешним состоянием капитана. Однако в ситуации отсутствия понимания того, что с ним происходит, я считаю логичным проверить его ментальный статус. - Каким же образом? - настороженно уточнил МакКой, уже догадываясь об ответе. - Я вступлю с ним в мелдинг, - коротко и емко пояснил вулканец и встал со своего места. - Стоп-стоп-стоп! - доктор на секунду почти поверил, что их мозговед с места в карьер рванет в палату. Но Спок никуда не спешил и едва заметно склонил голову набок, вопросительно глядя на доктора с легко читающимся на его бесстрастной физиономии «У вас есть альтернативные предложения?». - Чччерт, - не сдержавшись, ругнулся доктор, и импульсивно провел рукой по лицу. Вообще говоря, возражать было глупо. Альтернативных предложений у него не было от слова совсем. Ну, за исключением разве что «сидеть и наблюдать». Но этот вариант от них никуда не уйдет, и мелдинг ему не помеха. К тому же сам Джим относился ко всем этим вулканским ментальным фокусам с пусть непонятным старому доктору, но тем не менее однозначным приятием. Поэтому одно было известно заранее – будь Джим в состоянии дать согласие, он бы его непременно дал. И гоблин, уж конечно, прекрасно знал это. А потому с его, Боунса, стороны все попытки противиться старпомовой затее были бы попросту бесчестным потаканием собственным тараканам. Что было, уж конечно, никак не допустимо – особенно сейчас, когда на кону с нехилой такой долей вероятности стояла сама жизнь Джима. - Ладно, - Боунс поморщился, понимая, что его убедили, по сути, не высказав ни единого аргумента. Да и черт с ним! Сейчас не время и не место меряться известными частями тел. Лишь бы выгорело, а остальное – лирика. - Только поосторожней, чтобы в результате этого вашего ковыряния в мозгах у меня в компанию к одному телу на поддержке не появилось и второе такое же. - Разумеется, доктор, - сдержанно кивнул вулканец и следом за начмедом вошел в палату капитана. Увидеть Джима, лицо которого было наполовину скрыто под маской аппарата ИВЛ, оказалось даже тяжелее, чем Спок ожидал. Поэтому вулканцу, пока он шагал к кровати капитана, пришлось физически стиснуть руки в кулаки, чтобы укрепить свой пошатнувшийся контроль. Разгул эмоций сейчас был никак не допустим, и не в вулканском реноме было дело. Ему предстоял мелдинг – и если его версия с ментальным нападением верна, то это будет мелдинг с раненым сознанием. А значит, от него потребуется абсолютный контроль. Неколебимый и надежный, и только в этом случае у него будет шанс помочь Джиму, а не нанести ему еще больший вред. С этой мыслью Спок глубоко вздохнул и, не позволяя себе задержаться взглядом на лице Джима, сел на поставленный доктором МакКоем стул. - Я могу вам чем-то помочь в процессе? - нервно спросил Боунс, даже не пытаясь скрыть своего волнения. - Я не знаю, подстраховать как-то? Может быть, стоит позвать М`Бенгу? - последняя мысль озарила доктора внезапно, и он уже был готов броситься к интеркому, чтобы вызвать коллегу, но Спок, будто почувствовав его намерение, поспешно удержал МакКоя за предплечье. - Ответ отрицательный, доктор. Вам следует контролировать состояние капитана и при необходимости корректировать его. Что касается меня, то присутствие посторонних только усложнит мою задачу. - Ладно, - пытаясь сдержать идущее на стремительный взлет волнение, МакКой резким движением потер руки, вздохнул и перешел на противоположную сторону кровати, не желая близостью своей нервной ауры помешать настрою Спока. А вулканец тем временем уже закрыл глаза и, держа спину идеально прямо и чинно сложив руки на коленях – ни дать, ни взять, благовоспитанная барышня на приеме – глубоко размеренно вдохнул, потом так же спокойно выдохнул, повел плечами, явно расслабляя их усилием воли. Потом, все еще не открывая глаз, соединил пальцы двух рук, прижав их подушечками, а потом сделал странное движение ладонями – выглядело это так, будто Спок помыл руки под невидимым потоком воды. Дальше Спок сделал еще один глубокий вдох и на выдохе открыл глаза, сразу сфокусировав взгляд на лице Джима. - Мой разум – к твоему разуму. Мои мысли – к твоим мыслям, - произнес он стандартную фразу, которая заставила Боунса невольно поежиться. А вулканец меж тем размеренным, почти механическим движением возложил руки на лицо Джима. Прикосновение к разуму Джима оказалось совсем не тем, к чему готовился Спок. Он ожидал агонии. Отчаянного сопротивления раненого сознания, нестабильности и путаницы. Огненного шторма, готового опалить все, что посмеет вторгнуться на его территорию. Но вместо этого Спок ощутил странную пустоту. Холодную, темную и безмолвную. Не понимая, что происходит, он неуверенно потянулся дальше, готовый в любой момент отступить на исходную позицию, если будет хоть малейший признак того, что он наносит вред Джиму. Но впереди было все так же тихо и темно. И да, Спок понял, что он не чувствует главного – присутствия Джима. Джим как будто отсутствовал в своем собственном сознании. Жуткий вывод напрашивался сам собой, и Спок, на секунду потеряв жесткие рамки контроля, потянулся вперед слишком поспешно, слишком резко – и совершенно неожиданно налетел на некую преграду. Столкновение едва не выбило Спока из мелдинга, но он в последний момент сумел сконцентрироваться и удержаться на самой границе сознания Джима. Точнее, его ментальной оболочки, ведь сознания Джима тут не было. Последняя мысль совершенно не способствовала столь необходимому сейчас укреплению контроля, но зато она подтолкнула Спока к очевидному выводу: его ощущение чужого присутствия там, в пещере, не было иллюзией или игрой воображения. А значит то, что произошло с Джимом, имело самое прямое отношение к ментальной сфере. И с этой проблемой методы доктора МакКоя были бессильны справиться, поэтому он был единственным, кто мог помочь Джиму. И он был обязан сделать это. Понимание собственной ответственности помогло Споку укрепить свою шаткую позицию, медленно, очень тяжело собраться и снова двинуться вперед. Странная пустота как будто вытягивала из Спока энергию, и он обнаружил, что ему все сложнее ориентироваться в этой темноте, в которой не было направления, и от которой было бессмысленно ждать отклика. Медленное продвижение вглубь чужого сознания в этот раз напоминало прогулку по самой границе зыбучих песков: одно неверное движение, и ты увязнешь – безнадежно, окончательно. Раз потеряв ориентир, обратно дорогу уже не найти, сколько ни бейся, сколько ни пытайся освободиться из этой безымянной, но от этого ничуть не менее крепкой хватки. Спокойно, - твердо сказал самому себе Спок. - Спокойно. Сосредоточиться и держать контроль. Теперь Спок уже знал, что нет смысла пытаться нащупать знакомый отклик сознания Джима, и сосредоточился на своих новых ощущениях, пытаясь классифицировать их. Холодно. Понимание пришло быстро, стоило только Споку отодвинуть в сторону ощущение неправильности всего происходящего и сосредоточиться на своих истинных чувствах. Холодно и пусто. Никакой враждебности, никакой агрессии – только холод и пустота. Спок вспомнил чувство столкновения с преградой и теперь уже очень плавно и осторожно потянулся вперед. И сумел нащупать ее. Это было похоже на прикосновение к толстой корке льда – очень прочной, которую не пробить, как ни старайся. И ментальное соприкосновение с ней ощущалось в высшей степени дискомфортно – Споку дико, неудержимо хотелось отстраниться. Это было чем-то инстинктивным, почти неподконтрольным, но Спок сумел сконцентрироваться достаточно, чтобы заставить себя еще раз потянуться вперед и вновь коснуться этой ледяной корки. Холод – это несущественно. Здесь нет физических чувств. Здесь нет и не может быть льда, - твердо сказал Спок самому себе, из последних сил удерживая концентрацию. И да! Он наконец почувствовал это – знакомый отзвук сознания Джима! Он был здесь! Точнее не здесь, а там – там, за этой чужеродной преградой! Спок попытался было ухватиться за эту тоненькую нить, удержаться за нее, подтянуться по ней… Но тут же был остановлен тем самым чувством, которое он испытал в пещере. Чужое присутствие. Только теперь оно было совсем близко и сердито рычало, будто хищник, отгоняющий соперника от своей законной добычи. Спок медленно подался назад, понимая, что в этот бой нельзя вступать без подготовки. Если он проиграет сражение, то помочь Джиму будет уже некому. А Джим был жив – там, за этой преградой, отрезающей его сознание от внешнего мира, он был все еще жив. Будто утопающий, провалившийся под лед и потерявший полынью, он пытался пробиться к поверхности, но безуспешно. Не имея опыта отражать ментальные атаки, он был обречен на поражение с самого начала. При условии, что ему не помогут извне. Но Спок отдавал себе отчет – попытка пробить брешь в этом барьере у него будет только одна. При этом сейчас, когда часть сил уже потрачена, он лишь бездарно провалит свой единственный шанс. Значит ему нужно подготовиться. Прийти сюда сконцентрированным для удара, который необходимо нанести сходу, не теряя ресурс на круженье в этой пустоте. Позже, - твердо сказал самому себе Спок, преодолевая собственное отчаянное нежелание отступать. - Позже. Иначе ценой спешки может стать жизнь Джима. Пока у Джима еще было время, хотя его оставалось не так уж и много. - Ну, Спок, что там? Что с ним? Вы нашли ответ? - голос нетерпеливо задающего вопросы МакКоя был первым, что осознал Спок, вернувшись из ментальной реальности в физическую. - Полагаю, что да, доктор, - размеренным тоном ответил вулканец, медленно отстраняясь от капитана. Пальцы рук неприятно покалывало, как будто он и в самом деле прижимал их ко влажному льду, и подушечки прихватывало, обдирая кожу ледяными кристаллами. А еще Спок ощущал странную слабость, и он понимал, что необходимо скрыть свое состояние от МакКоя. Доктору был очень дорог Джим – но Спок прекрасно знал, что тот никогда не станет сознательно рисковать его жизнью, чтобы спасти жизнь капитана. И да, Спок никак не мог согласиться с подобной нелогичной тактикой. Вне всяких сомнений, жизнь капитана звездолета была важнее жизни его старшего помощника. Поэтому сейчас Спок быстро перевел дыхание, подавляя порыв хотя бы на секунду прикрыть глаза и расслабиться, и встретился взглядом с доктором МакКоем. - Капитан подвергся ментальной атаке. Существо – хищник, по всей видимости – сейчас паразитирует в его сознании, питаясь нервной энергией ментальной оболочки капитана, - Спок сделал крошечную паузу, чтобы немного восстановить дыхание, и доктор очень удачно заполнил ее своей эмоциональной экспрессией. - Черт возьми! И что же нам делать?! Как его оттуда выкурить? - Для начала, доктор, я спущусь на поверхность Теза-Омега-4, в ту самую пещеру… - Спок, да вы с ума сошли?! - так и взорвался Боунс. - Думаете, эта тварь там одна?! Вряд ли против них действуют фазеры! - Именно, доктор, - Спок кивнул и поднял вверх указательный палец. - Я считаю, что напавшее на капитана существо не является уникальным и единственным представителем своего вида. Обладая хорошими навыками ментальной защиты, я без проблем смогу противостоять потенциальной атаке, и я надеюсь, что она случится. В прошлый раз мы с капитаном были в пещере вместе, и вполне логично, что существо выбрало своей жертвой того, кто был более слабым противником. Это закон дикой природы. Но теперь у агрессора не будет выбора. И я, отражая атаку, смогу определить его наиболее уязвимые места. Я не могу делать это, находясь в сознании капитана. В первую очередь потому, что это будет рискованно для него. А кроме того, я в ходе контакта потрачу часть своих сил и не сумею должным образом собраться для атаки. В ментальных практиках оборона куда как менее затратна, чем нападение. - Проклятье, - удрученно пробормотал МакКой, нервно теребя мочку уха. - Мне все это чертовски не нравится. Чертовски. Ваш план слишком уж напоминает прогулку по канату над пропастью. - Вы драматизируете, доктор, - качнул головой Спок и поднялся на ноги. К этому моменту он уже полностью вернул себе самообладание и был готов приступать к воплощению своего плана. - И, к сожалению, я должен вам сказать, что у нас нет времени ни на споры, ни на разработку альтернативных вариантов. Капитан быстро слабеет, ему сложно бороться на абсолютно незнакомом и непривычном поле. - Да это я и сам вижу, - тяжело вздохнул Боунс и покосился на диагностическую панель, индикаторы которой едва заметно покачивались на самых нижних значениях шкал. Потом перевел взгляд на бледное лицо Джима. На самом деле решение было очевидным. Он и все искусство традиционной медицины были бессильны против этой ментальной твари. Спок был единственным человеком… черт, единственным существом на борту «Энтерпрайз», который мог помочь Джиму. Вот только, что бы ни говорил сейчас вулканец, но спуск на эту проклятую планету заключал в себе риск. Безусловно. Хотя черт знает Спока и его вечную привычку не договаривать – возможно, схватка с паразитом без подготовки предполагала еще больший риск. Но… МакКой знал, что ни он сам, ни Спок не смогут отказать Джиму в его шансе. Просто не смогут. И это означало, что им следовало заканчивать с обсуждениями и начинать действовать. Боунс вздохнул еще раз и спокойно встретился взглядом с вулканцем. - Мы можем как-то снизить ваши риски? - Транспондер, доктор, - с этими словами вулканец засучил рукав. - И, разумеется, я спущусь в одиночестве. Иначе у нас будет еще одна жертва. Я смогу защитить от нападения себя, но не чужое сознание. Как только искры телепортации рассеялись, Спок сориентировался по трикодеру и быстрым шагом направился к роковому холму. Он предполагал, что в прочих холмах имелись аналогичные пещеры, и допускал, что они тоже могут быть населены ментальными агрессорами, но решил сперва проверить уже известный вариант. С этими мыслями Спок, поглядывая на экран трикодера, обогнул холм и едва не споткнулся от неожиданности, обнаружив прямо перед входом в пещеру гуманоида. Что интересно, трикодер его присутствие никак не фиксировал. Гуманоид – светловолосый высокий мужчина средних лет, облаченный в подобие темного длинного халата, скрывающего его фигуру от плеч до пят – заметил взгляд, брошенный Споком на экран трикодера, и вместо приветствия пояснил: - Это голографическое изображение. Оно не соответствует моему реальному облику, я решил принять ту форму, которая более привычна для вас. - Ясно, - кивнул вулканец. Он находил решение нелогичным, но считал, что сейчас неподходящий момент, чтобы это обсуждать. - Вы являетесь представителем цивилизации этой планеты? - Не совсем. Скорее, этой системы. Мы предпочли бы, чтобы вы воздержались от ее исследований. - Разумеется, - спокойно кивнул Спок. Ему очень хотелось побыстрее перейти к своей цели, но он заставил себя сфокусироваться на неожиданном Первом контакте. - Мы выполняем мирную исследовательскую миссию, и конфликты с населенными мирами определенно не являются ее целью. Однако мне кажется, что более близкое знакомство было бы логичным. - Нет, - мужчина с улыбкой покачал головой. - Насколько я могу судить по вашим технологиям, вы оценили бы наш мир как высокоразвитый, однако мы в соответствии со своей философией предпочитаем воздерживаться от внешних контактов. По этой причине мы не выходим за пределы своей системы, хотя технически это не представляет для нас проблемы. Ну и кроме того, мы не являемся гуманоидной формой жизни. - Широта взглядов является важным аспектом, - начал было Спок, но собеседник перебил его, покачав головой и чуть приподняв руку. - Не сомневаюсь. Но полагаю, что уважение к чужому мнению по этому вопросу также является важным аспектом, - с тонкой улыбкой на губах заметил он. Спок склонил голову в знак согласия. И едва не вздрогнул, пораженный новой мыслью. Негуманоидная форма жизни… Он не почувствовал присутствия разума, но, возможно… - Нет, мы не имеем отношения к тому, что случилось с членом вашего экипажа, - качнув головой, произнес абориген, будто прочитав мысли Спока по его лицу. - Мы не сразу поняли, что ваше оборудование снимает очень тонкий и узкий спектр данных, и потому угроза не была им зафиксирована. Нам очень жаль. Спок почувствовал болезненный укол холода где-то в груди – абориген говорил так, будто Джим был уже мертв или как минимум обречен на смерть – но не позволил эмоциям выйти из-под контроля. - Пострадавший член экипажа еще жив. Ему еще можно помочь, - заявление прозвучало гораздо более сухо и холодно, чем Спок планировал, но сдерживать эмоции и одновременно контролировать нюансы своего тона было слишком тяжело. - А как ему помочь? - очень человеческим жестом развел руками абориген. - На него напал неразумный хищник, с которым нельзя договориться. Видите ли, не все существа в ходе своей эволюции совершенствуют клеточную биохимию преобразования и накопления энергии. Некоторые идут по пути альтернативного способа ее получения. Ментальная энергия – отличный ресурс, и хищник, привыкший питаться ею, не бросит свою жертву, пока не высосет ее без остатка. Природа не стремится захватить как можно больше – сейчас он сыт, и ему этого достаточно. И вы, наверное, уже сами поняли, что вам придется вернуть пострадавшего на поверхность планеты. В противном случае хищник после его смерти так и останется на вашем корабле, со временем проголодается, и все начнется по новой. - Нападающего можно уничтожить, - Спок сам почувствовал, как резко и жестко прозвучал его голос, но абориген отреагировал с делающим ему честь спокойствием. - Разумеется, потенциальная жертва имеет полное право защищать себя. Но гораздо разумнее предотвратить нападение, не так ли? И здесь мы возвращаемся к необходимости своевременного спуска пострадавшего на планету. - Логично. Однако еще более логично попытаться отбить пострадавшего, пока он еще жив. Атаковать хищника и заставить его отступить, - Спок постарался говорить чуть мягче, ведь аборигены могли стать союзниками, а если учесть их предполагаемый багаж знаний – то даже очень ценными союзниками. - К сожалению, не с этим конкретным видом, - грустно поджал губы собеседник вулканца. - Животное проникает непосредственно в ментальную оболочку своей жертвы, его невозможно отделить, не нанеся непоправимые травмы пострадавшему, - Спок почти бессознательно кивнул. В ходе мелдинга он пришел к аналогичному выводу, но нелогично надеялся, что его вывод был ошибочным. И он спускался на планету в том числе для этого, чтобы при контакте с сородичем агрессора подтвердить или опровергнуть свой вывод. А абориген меж тем продолжил все тем же спокойным выдержанным тоном, будто речь шла не о жизни разумного существа, а о чем-то малозначимом. - Поэтому единственный способ спасти жертву – это убить агрессора, - абориген пристально посмотрел на Спока и добавил. - Но такая тактика представляется мне неправильной. - Отчего же? - не сдержался Спок, хоть и понимал прекрасно, что умнее было бы не заполнять нарочно оставленную паузу, а дать собеседнику возможность высказаться до конца. - От того, что это нарушит естественную логику происходящего. Хищник не имел злого умысла, он лишь действовал согласно своей природе. Ваш член экипажа, напротив, оказался в незнакомой ему среде, в чужом мире, законы которого ему неизвестны. Это путь исследователей, включающий соответствующие риски. Увы, здесь и сейчас риски из пассива перешли в актив. Однако принятие этих рисков было его свободным выбором. И теперь он должен принять последствия. Почему его жизнь должна оцениваться выше, чем жизнь другого существа? Это неразумно. К тому же, на планете идет активный эволюционный процесс, а вид, к которому относится атаковавшее вашего товарища существо, находится на грани вымирания. Возможно, он справится с эволюционным вызовом. Возможно, нет. Мы не вмешиваемся в этот процесс, предоставляя ему идти своим чередом. И мы считаем неверным убивать одну из малочисленных особей, нарушая естественный ход событий. Спок резко перевел дыхание. Безусловно, формальная логика в словах аборигена присутствовала. Одна жизнь против другой. Но… в этой логике был грубый внутренний изъян. И Спок, оценивая рассуждения аборигена, понимал – если ему удастся найти правильные контраргументы, он сможет убедить аборигена помочь. А как именно помочь, как убить хищника с минимальными рисками для капитана, абориген определенно знает. Весь вопрос упирался в нежелание помогать. Абориген первым нарушил повисшее после его последних слов молчание. - Я вижу, что вы не согласны со мной. Но не понимаю, почему. Разумеется, между двумя вовлеченными в эту ситуацию существами есть очевидное отличие – но я не считаю, что факт наличия разума может быть мерилом ценности жизни. - Речь не только о самом факте наличия разума, - стараясь сохранять максимальную бесстрастность, возразил Спок. - Пострадавший – капитан звездолета, выдающийся офицер и командир. - И что это меняет? - вопрос прозвучал провокационно, и Спок отметил, что во взгляде его собеседника вспыхнула искра интереса. - Его навыки и профессиональные качества очень важны для всего экипажа. Ответ явно разжег любопытство аборигена, хотя Спок не понимал, что именно его так впечатлило. - Не думаю, что это делает его абсолютно незаменимым в принципе, - возразил абориген и чуть склонил голову набок. Спока покоробило потенциальное рассуждение о заменимости или незаменимости, и он постарался вернуться к логичной аргументации. - Корабль находится в дальнем космосе. Неподалеку от границы. Риски для всех членов его экипажа возрастут, если корабль лишится капитана. А это уже не один, а четыреста тридцать два человека. Абориген медленно кивнул, как будто размышляя над предложенной мыслью. - То есть проблема заключается в том, что пострадал обладающий ценными умениями и знаниями капитан? Споку очень не понравился сделанный логический вывод. Было очевидно, что морально-этические координаты у них с этой расой не совпадают, и вулканец опасался, что может нарваться на предложение обмена жизни капитана на жизнь какого-нибудь энсина службы безопасности. Да, абориген говорил, что разделение хищника и жертвы невозможно, но он ведь мог лукавить, а сам Спок в мелдинге мог что-то упустить из-за незнания биологии существа. - Обладающий ценными умениями и знаниями профессионал, незаменимый на своем месте. Как и любой из членов экипажа. По губам аборигена пронеслась тень улыбки, словно он оценил тактический маневр собеседника, но следующий вопрос был задан все тем же спокойным тоном заинтересованного ученого. - И тем не менее, судя по вашему исходному плану, вы были готовы рискнуть своей жизнью, чтобы спасти жизнь вашего капитана. Почему? - Жизнь капитана звездолета важнее жизни его старшего помощника, - с готовностью выдал Спок давно заученную фразу. - То есть ценность отдельных членов экипажа все-таки не равна и измеряется достигнутым профессиональным уровнем, - фраза прозвучала как утверждение, но в глазах аборигена читался вопрос. - В некоторой степени, - обтекаемо ответил Спок. - Ну что же, тогда проблему легко решить, - с довольным видом резюмировал абориген, и Спок внутренне подобрался, предчувствуя, что найденное решение ему не понравится. Очень не понравится. Мужчина посмотрел налево, и изумленный Спок увидел, как из-за холма выходит… капитан Кирк собственной персоной. Капитан шел к ним своей обычной уверенной походкой, вот только его всегда такое живое лицо было застывшим, словно маска. - Биотехнологическая реплика, - пояснил абориген, делая взмах рукой в сторону вновь прибывшего. - Мы выполнили полное сканирование всех, кто спускался на планету, так что в эту реплику установлена вся память и, соответственно, все навыки исходного индивидуума. Все, что имеет отношение к высшей нервной деятельности – типы реакций, способность принимать решения и характер этих решений. Разумеется, это не живое существо, потому что у реплики отсутствует главное – ментальная оболочка. Но как заменитель капитана на тот опасный для экипажа период, пока корабль будет лететь до одной из ваших баз, она будет очень эффективна. Кроме того, она сможет находиться на вахте круглосуточно, так как не нуждается в еде и сне. А я установлю необходимый срок службы, - с этими словами абориген шагнул к реплике, оглянулся на онемевшего Спока и дружелюбным тоном поинтересовался. - Сколько потребуется времени на путь до ближайшей базы? В среднем, я имею в виду. Я оставлю запас примерно в тридцать процентов длительности вашего пути. - Вы в самом деле считаете, что это заменит капитана Кирка?! - выдохнул Спок, с трудом сдерживая вспыхнувший внутри пожар. - Вас беспокоило, что на борту нет никого, кто соответствует капитану по уровню знаний и умений. Реплика будет качественно выполнять его функции. Что вас не устраивает? - брови аборигена сошлись к переносице в демонстрации искреннего недоумения. Продолжать дискуссию не было смысла. Спок понимал, что он с треском провалил эти переговоры. Вот только не мог взять в толк, где конкретно он ошибся. Очень похожим образом он чувствовал себя во время своего командирского фиаско на «Галилео», но сейчас провал ощущался еще болезненней и острее. Возможно, причина заключалась в гораздо более глубокой личной вовлеченности. Но сейчас этот анализ не имел значения, важен был лишь факт упущенного шанса получить помощь. Наверное, он ошибся, когда по примеру аборигена стал придерживаться полностью рационального курса. Когда попытался логически обосновать ценность жизни их капитана. Ценность жизни Джима. В вулканской культуре не было принято проговаривать вслух личное. Особенно, если оно очевидно и без всяких слов. Особенно, если это происходит в присутствии посторонних. У людей с этим гораздо проще. Окажись на месте Спока доктор МакКой, уж он не стал бы играть по предложенным правилам. Он вспыхнул бы, будто пересушенный стог сена, подожженный неосторожной искрой, еще на этапе рассуждений о «естественной логике происходящего». И его бурный поток эмоциональных выплесков лучше объяснил бы суть личных отношений и привязанностей, чем логическая цепочка Спока, которая в итоге ушла в песок. Спок бросил еще один короткий взгляд на стоящий рядом продукт развитых технологий, на его пустое, ничего не выражающее лицо, качнул головой и сдержанно ответил, стараясь ничем не выдать обуревающих его чувств в адрес этой… подделки. - Если бы воспроизвести личность можно было бы простым копированием энграмм, живой экипаж на звездолетах давно был бы заменен компьютерами. Наши технологии это вполне позволяют. Однако полевые испытания, в которых я, к сожалению, участвовал лично, ясно показали, что такая замена абсолютно не выдерживает критики. А теперь я прошу прощения, но недостаток времени не позволяет мне затягивать нашу беседу, - и на этом Спок решительным движением крутанулся на каблуках, быстрым шагом спеша на точку подъема. Разумеется, можно было бы сделать это с того места, где он стоял, но вулканцу нелогичным образом не хотелось телепортироваться на глазах аборигена. Уходя, Спок не оглядывался, а потому не видел, что копия капитана Кирка уже исчезла, а абориген-голограмма, едва заметно улыбаясь, провожает гостя внимательным взглядом.