Глава 36: Панам Палмер

A/N: Лучшее из двух миров~

-x-X-x-

      … Зачем торопить события? Ему не нужно делать выбор прямо сейчас… не тогда, когда у него на коленях уже сидит Панам, просто умоляя об этом. И это не преувеличение. То, как она прижимается к нему, как толкает свой сосок ему в рот, пока он сосет и щиплет его… да, она хочет его. И он хочет ее.       И что самое интересное, он каким-то образом сумел завести их в такую ситуацию, когда Панам все еще набрасывается на него, несмотря на то что знает, что он занимается сексом с другими женщинами. Очевидно, что продолжать вдевать нитку в эту иголку будет нелегко… Панам в предыдущей временной шкале была очень моногамна. Но он всегда считал, что в ней есть это… и теперь ему оставалось только сосредоточиться на том, чтобы вытягивать это из нее по одному приятному опыту за раз.       Панам испускает сладострастный стон, когда рот Ви настойчиво работает над ее соском, а его язык обводит затвердевший сосок. Ее спина выгибается, еще больше прижимаясь грудью к его жаждущим губам. Одна ее рука прижимается к его затылку, а другая опускается между их телами к его промежности, чтобы потереться о его напрягшуюся выпуклость. — Б-Блядь, Ви… это так приятно. Не останавливайся.       Даже когда Панам выдыхает эти слова, ее голос хриплый от желания, она скрежещет бедрами вниз, также толкаясь своей киской о нижнюю часть его напряженного ствола. Их штаны мешают получить максимальное удовольствие, но это не мешает Панам чувствовать его и чувствовать его сильно. — Н-Не останавливайся… пожалуйста, не останавливайся.       Как заезженная пластинка, она повторяет про себя. Ей кажется, что в любой момент он может пересмотреть свое решение и оттолкнуть ее от себя. Но Ви не так уж и удивлен… Глубоко внутри Панам, под слоями уверенности и внутренней силы, скрывается неуверенность в себе. Неправильно говорить, что Панам носит свою уверенность в себе как фасад, потому что это не так. И все же, если она во многом уверена в себе, это не значит, что иногда она не чувствует себя неуверенно и тревожно в других отношениях.       Очевидно, что мужчины — это то, с чем у Панам не все гладко. Поэтому, хотя она и делает вид, что играет, она не может вести себя так, будто точно знает, как он отреагирует. Она до сих пор не понимает, что Ви все это время хотел сделать ее своей… и теперь, когда она у него есть, он намерен довести дело до конца, несмотря ни на что.       Но прежде чем они смогут по-настоящему приступить к делу, одежда должна быть убрана с дороги. Для Ви в этом нет ничего сложного… более того, Панам очень быстро извлекает его член из штанов, обхватывая ладонью его ствол и поглаживая его вверх-вниз. А вот вытащить прекрасную карамельнокожую кочевницу из ее джинсов с яблочным низом гораздо сложнее, учитывая, как они облегают ее задницу и тесное пространство передних сидений Вархорса.       Но могло быть и хуже. В Вархорсе не так тесно, как в некоторых небольших машинах, и Панам с готовностью помогает ему работать с ней на протяжении всего пути. В конце концов, они снимают с нее джинсы и раздвигают промежность зеленого купальника, оставляя ее блестящие влажные губы полностью обнаженными и всего в нескольких сантиметрах от его подергивающейся головки члена.       У Панам перехватывает дыхание, когда она чувствует, как толщина члена Ви наконец-то прижимается к ее слизистым складочкам. Он видит, как дрожь предвкушения пробегает по ее телу, и практически слышит, как колотится сердце в груди. Красавица смотрит на него из-под прикрытых глаз, ее губы слегка приоткрыты, а дыхание сбивчиво.       Наконец, покачивая бедрами, Панам начинает опускаться на внушительную длину члена Ви. С ее губ срывается гортанный стон, а за ним — стон желания, когда дюйм за дюймом исчезает внутри нее. Ее внутренние стенки сжимаются и разжимаются вокруг его твердого, пульсирующего члена, даже когда Ви обхватывает ее бедра и ухмыляется тому, как приятно наконец-то раздвинуть ее. — Бляяяядь Ви…       Панам хнычет, ее голова на мгновение откидывается назад, пока она привыкает к его великолепному проникновению. Ви должен признать, что она невероятно тугая, захватывая его, как бархатные тиски. На этот раз у них нет общей ментальной связи, возникшей после контакта с Василиском… но, по правде говоря, это ничуть не умаляет впечатлений Ви. А то, чего Панам не знает, она не может пропустить, не так ли?       Вскоре Панам начинает двигаться, приподнимаясь, пока внутри нее не остается только кончик члена Ви, и она прижимается плечами к крыше своего пикапа. Затем она снова опускается вниз, принимая в себя каждый дюйм его полностью органического члена. К ее чести, Кочевница быстро устанавливает устойчивый ритм, оседлав Ви с возрастающим рвением, пока Вархорс не раскачивается и не скрипит от силы ее движений.       Ее сиськи подпрыгивают и раскачиваются при каждом движении бедер, а смуглые соски твердеют и просят внимания, которое им уделяет Ви. Ее глаза грозят закатиться обратно в голову, когда он возвращается к покусыванию и сосанию ее сосков, и она хнычет и скулит, содрогаясь в экстазе. — Ты такой чертовски БОЛЬШОЙ, Ви. Мне нравится, как ГЛУБОКО ты во мне…       Пальцы Панам впиваются в крепкие мышцы плеч Ви, побуждая его погружаться в нее с каждым ее выпадом. Она упирается клитором в его таз, добиваясь восхитительного трения в дополнение ко всему остальному удовольствию, которое они оба испытывают. — Не сдерживайся, Ви. Трахни меня сильно, пожалуйста. Я хочу чувствовать тебя несколько дней…       Он не сдерживается, если честно. И все же… он тоже не выкладывается на полную. Не по своей воле, конечно, но из-за ограничений. Дело в том, что он не может использовать свое нынешнее положение, чтобы трахнуть Панам как можно сильнее… и не так сильно, как она, вероятно, этого хочет. Если он хочет дать ей то, чего она действительно хочет, Ви придется изменить ситуацию.       Потянувшись вверх, Ви берет Панам за хвост и нежно, но крепко дергает, заставляя ее посмотреть ему в глаза. — Доверяешь мне, Панам?       Ее дыхание на мгновение сбивается, но она едва колеблется, прежде чем кивнуть со стоном. — Д-Да… да Ви… я доверяю тебе.       Отпустив ее задницу, Ви протягивает руку и, несмотря на то, что делает это вслепую, хватается за внутреннюю ручку пассажирской двери Вархорса… и дергает ее, распахивая дверь и открывая их обоих не только прохладному вечернему воздуху Найт-Сити, но и любому, кто мог бы пройти мимо именно в этот момент.       Разумеется, никого. Ви проверил все дважды и трижды, к тому же за ними присматривала Альт. Никто не наблюдает ни лично, ни через камеры слежения.       Панам замирает от неожиданного разоблачения… но через мгновение успокаивается и не произносит ни слова, глядя на него и ожидая, что он будет делать дальше. Очевидно, что дальше Ви вытаскивает их обоих из пикапа на землю.       Панам задыхается, когда он кружит ее и прижимает спиной к своей груди. Одна рука проникает сквозь локти, чтобы удержать ее руки за спиной, а другая скользит по ней спереди, играя с ее грудью, животом и киской. Панам не сопротивляется. Она не оказывает никакого сопротивления, полностью отдаваясь ему… доверяя ему.       Ви не может не быть в восторге от ее доверия к нему, даже когда он перемещает их обоих к передней части ее пикапа… и перегибает ее через капот. Панам задыхается, когда ее руки шлепают по капоту Вархорса, ее спина инстинктивно выгибается, а ноги охотно раздвигаются. Внизу, между ног, Ви видит, какая она мокрая для него, даже сейчас, ее соки капают из нее.       Можно было бы предположить, что она такая мокрая только потому, что они только что трахались в машине… но Ви знал лучше. Панам была из тех, кто любит опасность… а еще она была из тех, кто любит, когда ее трахают, нагнув над ее собственными колесами, если только это делает правильный парень. Следующие слова прекрасной Кочевницы только подтверждают это. — Э-Этого ты хочешь, Ви? Доминировать надо мной? Заявить свои права и покорить меня?       Дрожа от возбуждения, Панам оглядывается на него через плечо, а затем протягивает руку назад, чтобы обнажить себя еще больше. Увидев это… Ви не колеблется. Одним движением он хватает ее за бедра и вонзается в нее сзади, его толстый член исчезает в ее пизде и вытягивает ее назад одним мощным толчком.       Ее спина выгибается еще сильнее, прижимаясь грудью к прохладному металлу капота пикапа, когда Ви начинает двигаться почти сразу, трахая ее жестко и быстро, как она и просила. — Д-Да, Ви… трахни, вот так!       Панам тоже не сдерживает свой голос. В конце концов, либо она убедила себя, что он не позволит никому, кто не должен их видеть или слышать, узнать о происходящем… либо она просто решила, что ей все равно. Так или иначе, ее голос эхом отдается в ночном воздухе, не слышный никому, кроме нее, Ви и Альт.       Панам толкает бедра назад, чтобы встретить сильные толчки Ви, и вскоре шлепки плоти о плоть заполняют воздух, смешиваясь с ее сладострастными стонами. Панам вздрагивает и содрогается, когда Ви задает довольно жестокий темп, со всей силой вбиваясь в ее пизду. Пикап раскачивается перед ними, и сиськи Панам подпрыгивают при каждом толчке, твердые точки ее сосков ударяются о капот.       Примерно в этот момент она теряет способность говорить. Она стонет, мелодично повизгивая, и все время кончает на его член, ее голос все время срывается от удовольствия. Но Ви не нужно, чтобы она говорила, чтобы понять, как хорошо ей с ним. Чем больше он трахает ее, тем больше требует… и это именно то, что Ви знает, что должен сделать, если хочет, чтобы Панам была рядом с ним и в этот раз.       В прошлый раз… он отвлекся. Его внимание было сосредоточено на угрозе смерти. Панам была лишь средством достижения цели, наводкой на лекарство… до того момента, когда она перестала быть таковой. Но когда Ви понял, насколько Панам важна для него, было уже слишком поздно. Не в смысле «умирать»… но в смысле преданности.       К тому времени, как Ви и Панам сблизились и перепихнулись, Панам уже вернулась в Альдекальдос, пусть и на временной основе. Ее уже приняли в свои ряды, и даже Сол был вынужден нехотя признать ее вклад и ценность для Племени Кочевников.       Все это было хорошо, если бы не одно обстоятельство… Ви не очень-то интересовал образ жизни Кочевников. А Панам был так же неинтересен Городской образ жизни, даже после того как ему удалось продлить свою жизнь еще на шесть месяцев и стать Королем Посмертия. Они оба пытались наладить отношения… но в конце концов ее слишком сильно тянуло к семье.       Возможно, это было лицемерием или противоречием, что Ви не хотел отпускать Панам, но был не против, чтобы Джуди и Эвелин отправились в путь. Впрочем, ему было все равно. Если бы он так решил, Панам и ее клан Кочевников никогда бы полностью не примирились. Будут приветливы, вежливы и дружелюбны друг с другом? Конечно. И, черт возьми, Ви даже сделает все возможное, чтобы Сол не продал свой клан Биотехнике, как подарок для Панам.       … В обмен на это он оставит ее у себя. Эгоистично? Да. Подло? Возможно. А ему было все равно? Не очень. Ви никогда не претендовал на роль героя. И уж точно никогда не претендовал на роль хорошего человека.       Именно поэтому, трахая Панам на капоте ее собственного пикапа, чтобы никто, кроме нее, не видел, Ви не сдерживается. Он впивается своим членом в каждый дюйм киски Панам, он трахает ее, доводя до кульминации за кульминацией, чтобы убедиться, что она знает, кто ее мужчина на самом деле… и, наконец, он кончает без предупреждения или упоминания, наполняя ее утробу своим семенем прямо на месте.       Однако Панам, похоже, не возражает. Она не произносит ни слова жалобы, и, когда он, наконец, выходит из ее только что наполненной спермой пизды, карамельнокожая Кочевница поворачивается, опускается на колени и берет его в рот, одновременно лаская сиськи и лаская пальцами свою пизду. Ви смотрит на Панам сверху вниз, а она на него снизу вверх, и широко ухмыляется, прекрасно понимая, что она у него именно там, где он хочет.       И самое приятное, что, насколько ей известно, она тоже находится там, где хочет.

-x-X-x-

      Спустя несколько часов, когда Панам, как следует вымотавшись, уснула в своей постели, Ви улегся на диване в своей квартире. Альт появляется рядом с ним и, слегка ухмыляясь, опускает голову на руку, глядя на него. — Итак… С Вудуистами разобрались. Сетевой Дозор на время успокоился. И твой собственный питомец Кочевник, упакованная и помеченная раньше срока.       Насмешливо фыркнув, Ви бросает взгляд на ИИ. — Не совсем. Цыплят по осени считают.       Альт хмыкает, а затем ухмыляется. — Ты же знаешь, что получил эту фразу от Джонни или меня, верно? Это старая школьная идиома.       Ви пожимает плечами после небольшой паузы. Он уже давно смирился с тем, что Сильверхэнд в его голове сильно изменил его. Он уже не тот Ви, который сбежал в Атланту, а потом вернулся с поджатым хвостом, и даже не тот Ви, который отправился в Конпеки Плаза. Одно дело — опыт, полученный за несколько месяцев работы, а другое — то, что его мозг был переписан самим присутствием Джонни все это время.       Альт, великая Альт, сделала все возможное, чтобы собрать его обратно и вернуть в тело, дав ему еще полгода… Но Ви не удивило, что следы Джонни остались и сейчас. Он уже давно смирился с этим. — И все же, что следующее на очереди, Ви?       Ему даже не нужно думать об этом. — Danger Gal. Мне надоело, что они следят за Виком и Мисти и ищут возможность использовать их, чтобы добраться до меня.       Он надеялся, что, предоставив Виктору и Мисти немного пространства, Мичико и ее отряд Пума отступят и будут искать другие способы добраться до него. Но прошло столько недель, а они все еще следили за его друзьями.       Они не сделали ничего сверх того, поэтому он пока не пустил пулю в череп каждому из них, но это означало, что он уже некоторое время откладывал обновление хрома. Даже откладывая все большие суммы на приобретение тел Альт и Саши, как он сделал это с Ребеккой, у Ви было более чем достаточно денег, чтобы снова лечь под нож. К сожалению, в тот момент, когда он это сделает, отряд «Пума» набросится на него со всех сторон. — Что тогда делать, Ви? Позволить им заманить себя в ловушку и обрушиться на них со всей силы, стукнуть их по носу, чтобы предупредить… или что-то другое?       Ви хмыкает, даже когда Альт протягивает руку и слегка проводит пальцами по его бритой голове. Затем… он принимает решение.