Часть 10

      — Я?       Драко посмотрел на Гермиону так, словно у неё выросла вторая голова, а затем перевёл взгляд на клык василиска на своей ладони.       — Пронзи диадему.       И тут же появилось призрачное видение: родители Драко в дымчато-туманном ореоле. Драко отшатнулся, обхватив себя руками, и чуть не ударился головой о кофейный столик. Люциус насмехался над сыном, а Нарцисса кричала, извиваясь в агонии на полу.       Драко рванулся к матери и в отчаянье выкрикнул несколько защитных заклинаний, которые прошли сквозь неё и с глухим звуком врезались в ковёр. Он попытался поднять её, но это было лишь видение, пустая проекция. Он тщетно попытался коснуться её лица, рука скользнула вниз к полу. В ужасе он повернулся к Гермионе.       — Это происходит сейчас? У меня дома? — голос от отчаяния надломился, и его затрясло.       Она покачала головой.       — Он манипулирует тобой, использует то, что знает о тебе. Просто действуй.       — Моя мать не…       — Нет, — ответила она, качая головой. — Это всего лишь видение.       Люциус с отвращением скривил губы и ткнул пальцем в направлении Драко, который смотрел на него, сидя на полу рядом с Нарциссой.       — Это из-за твоей неудачи она сейчас так мучается и умирает. Ты слаб. Жалок. И бездарен. Ты общаешься с грязнокровками. Ты не мой сын, а предатель крови. Я лично сдам тебя Тёмному Лорду.       — Драко, — позвала Гермиона, пытаясь отвлечь его от видения. — Это всё нереально. Не обращай на них внимания.       — Может быть, и не реально, но это правда. — В его глазах стояли слёзы.       — Это просто твои страхи. В них всегда есть доля правды, но это не значит, что они и есть вся правда.       Гермиона забрала у него клык василиска и подошла к диадеме. Сразу же на смену Люциусу и Нарциссе возникли её родители.       — Гермиона, ты всегда была эгоисткой и неблагодарной дочерью. Ты отказалась от нас. — Отец говорил с таким презрением, которого она никогда раньше не слышала в его голосе. Она знала, что всё это происходило не по-настоящему, что всё вокруг было лишь иллюзией, которая защищала крестраж, но всё равно ей стало больно. Она почувствовала, как на глаза навернулись слёзы.       Мать со злостью добавила:       — Мы никогда не простим того, что ты сделала. Считаешь, что лучше нас потому, что обладаешь магией. Для нас ты умерла. Всё равно ты не сможешь вернуть нам воспоминания. Без тебя нам будет лучше.       По лицу потекли слёзы. Гермиона ничего не могла с собой поделать. Может, они и в безопасности, но она очень боялась, что потеряет их навсегда. Либо из-за того, что не сумеет снять заклинание, либо из-за того, что они не захотят знать её после того, как воспоминания к ним вернутся. Драко резко оглянулся и пристально посмотрел на неё, теперь понимая, откуда она так много знала об Обливиэйте.       — Видишь? — она шмыгнула носом и вытерла слёзы. Гермиона вернула Драко клык василиска. — Волдеморт — лишь чуть более продвинутая версия боггарта. Он использует наши страхи и неуверенность в себе.       Он с недоверием посмотрел на неё.       — Гермиона, он действительно ужасен. Ты не видела, что он делает. — Драко взял себя в руки и замахнулся, чтобы нанести удар по диадеме. Но в этот же миг родители Гермионы исчезли, и на их месте возник образ самой Гермионы. Обнажённой.       У неё отвисла челюсть. Она повернулась, чтобы посмотреть на Драко, стоявшего на коленях перед диадемой. Он выглядел настолько же потрясённым, как и она.       — Ты думаешь, после того, что сделал, ты заслуживаешь принцессу Гриффиндора? — шипела её двойник.       — Драко, — прошептала Гермиона. — Просто уничтожь её. Ты не обязан всё это выслушивать.       Он медленно повернулся и посмотрел на неё с мукой во взгляде.       — Нет. Обязан.       — Ты жалкий трус, — безжалостно продолжило видение. — Ты смотрел, как твою учительницу растерзала и сожрала Нагайна, и ничего при этом не сделал.       Гермиона в ужасе повернулась к нему. Неужели крестраж говорил о профессоре Бербидж? Она пропала несколько месяцев назад, и о её местонахождении не было никаких новостей. Гермиону затошнило.       — Ты слабак. На твоих глазах пытали маггловских выродков, а у тебя даже не хватило духу избавить их от страданий.       Мерлин. Что же сейчас творилось в Малфой-мэноре? Драко согнулся пополам, схватившись за голову и стиснув зубы. Его тело сотрясали рыдания.       — Ты чуть не убил Кэти Белл. — Видение жалило своим осуждением зло и беспощадно. — Она провела месяцы между жизнью и смертью в больнице Святого Мунго из-за твоей беспечности. Предатель крови Уизли чуть не задохнулся из-за твоей глупости. Ты абсолютно бесполезен.       Гермиона сглотнула. Это было правдой. Она смотрела, как Драко, словно обвиняемый, стоял на коленях, а она обвинительницей возвышалась над ним. Это было ужасно. И завораживающе.       — Я занималась с тобой сексом по принуждению. Даже грязнокровка никогда бы не прикоснулась к такому жалкому созданию, как ты.       Гермиона краем глаза посмотрела на Драко. Похоже, он и сам не особо верил в оправдания, которые сегодня рассказывал.       Ничто из сказанного крестражем не было ложью, и, что гораздо важнее, источником всех этих слов были мысли и страхи Драко. Оказывается, он осознавал свои поступки и серьёзность их последствий. И знал, что поступал неправильно, но не знал, как это исправить. Её двойник подошёл и указал на него пальцем.       — Ты позволил убийцам и насильникам свободно разгуливать среди детей, потому что был слишком труслив, чтобы попросить о помощи.       Из его горла вырвался всхлип, и он упёрся рукой в пол, чтобы не упасть.       — Альбус Дамблдор мёртв из-за тебя. — Голос изменился с женского на мужской, но звучал всё так же зло. — Ты начал войну, но я её закончу!       Гермиона увидела, как глаза видения вспыхнули красным, а её фигура превратилась в фигуру Волдеморта.       — Никто не сможет остановить меня. Орден распадётся. Из-за тебя они потеряли лидера. Я всё равно убью твою мать и буду жить вечно! — Волдеморт жестоко рассмеялся.       Гермиона опустилась на колени рядом с Драко и потянула его за руку.       — Драко, он человек. Его можно убить. А ты уже не тот, кем был в прошлом году. Все эти видения доказывают это.       Драко не двигался, по-видимому, собираясь и дальше упиваться ненавистью к себе. Он снова всхлипнул.       Она решила прибегнуть к другой тактике и повернула его лицо к себе.       — Гарри уничтожил крестраж, когда ему было двенадцать. Позволишь ему в очередной раз себя обойти?       Драко поднял взгляд. Выражение его лица прояснилось. Он немного прищурился, покрепче сжал крепче клык василиска и вонзил его в диадему.