Эпилог 2

      Гермиона глубоко вздохнула и бросила летучий порошок в камин Министерства.       — Малфой-мэнор, библиотека.       Она вошла в камин и вышла уже на шикарный зелёный ковер, отряхивая с плеч сажу. Великолепие библиотеки поражало. Гермиона в изумлении обошла полный круг, разглядывая большие величественные окна и лабиринты полок, заполненных новыми и старыми фолиантами. Они занимали все стены высотой не менее двух, а возможно, и трёх этажей. И хотя здешняя библиотека была не настолько огромной, как в Хогвартсе, но вычурная винтовая лестница придавала ей свою особую изюминку. Потолок украшала роспись, изображающая, по-видимому, каких-то предков Малфоев и дракона.       Зачарованно оглядываясь по сторонам, Гермиона вдруг заметила обширную коллекцию справочников по…       — Я же говорил тебе, — раздался мягкий мужской голос слева от неё.       Она подпрыгнула и поняла, что не заметила Драко и Нарциссу Малфой, которые сидели на небольшом диванчике и всё это время наблюдали за ней. Драко с ухмылкой посмотрел на свою мать, и та усмехнулась в ответ.       — Ваша репутация опережает вас, мисс Грейнджер, — Нарцисса, одетая в изысканное платье, подчёркивающее изящную фигуру, выступила вперёд и протянула Гермионе руку. — Добро пожаловать в наш дом. Мы очень рады вашему визиту и даже не знаем, как вас отблагодарить за то, что вы сделали.       Гарри рассказал ей, что завтра приглашен к ним на обед. Гермиона задавалась вопросом, придут ли сюда когда-нибудь Луна и Олливандер.       Гермиона протянула руку для пожатия и украдкой взглянула на Драко. Он выглядел гораздо чище, чем когда она видела его в прошлый раз во время суда, буквально неделю назад, но всё ещё казался неуверенным в себе. Неуверенным в ней. Выглядел почти смущённым. Она никогда бы не подумала, что Драко Малфой может кого-то стесняться, и уж тем более её.       — Спасибо, мадам Малфой. Не стоит. Я просто не хочу, чтобы кого-то незаслуженно наказывали.       Нарцисса поднесла руку Гермионы к груди и накрыла её своей. В голубых глазах блестели непролитые слезы.       — Это не пустяки. То, что вы сделали для нас, значит очень многое. Мы с Драко навеки у вас в долгу.       В этот момент Гермиона увидела перед собой женщину, которая из любви к сыну бесстрашно лгала в глаза самому Волдеморту, которая ради Драко с готовностью отвергла мысль о превосходстве чистокровных, десятилетиями взращиваемую в её семье. У Гермионы перехватило дыхание от того, как на её глазах материнская любовь победила предрассудки. Она сглотнула ком в горле и кивнула.       — Конечно.       Нарцисса отпустила её руку и отступила назад, глядя на них двоих с лёгкой улыбкой.       — Я ненадолго оставлю вас. Обед будет через час.       Она повернулась, сжала плечо Драко и пошла по коридору. Стук каблуков эхом отдавался за ней.       Гермиона и Драко повернулись друг к другу и заговорили одновременно.       — Грейнджер, неужели я заставлял тебя…       — Драко, ты хочешь, чтобы я…       Каждый из них замолк.       Драко выглядел так, словно желал провалиться на месте. Его ярко-серые глаза с тревогой искали ответы на вопросы. Он опасался узнать, что именно с ней сделал, но был готов мужественно принять последствия.       Гермионе хотелось взять его за руку и заверить, что всё будет хорошо, что они всё обсудили и она простила его, но он ничего не помнил, а она боялась смутить его такой фамильярностью. Скорее всего, попытка прикоснуться к нему обернулась бы только очередной неловкостью.       — Может, мне лучше сразу вернуть тебе воспоминания? Это ответит на все твои вопросы.       Он задумчиво поджал губы и изучающе посмотрел на неё.       — Наверное, так будет лучше всего.       Возвращать воспоминания — не самое приятное мероприятие, но, по сравнению с тем, через что пришлось пройти её родителям в больнице Святого Мунго, это можно считать детской забавой. Им вводили успокоительное и возвращали память поэтапно, давая таким образом время, чтобы прийти в себя. К счастью, после нескольких недель мучений у них всё наладилось.       Гермиона потянулась за палочкой. Драко напрягся. Она видела, как трудно ему заставить себя довериться ей.       И всё же он доверился.       — Как только нахлынут воспоминания, будет тяжело, — объяснила она, сама немного нервничая. Она не знала, будет ли он относиться к ней так же, как почти год назад. — Поначалу покажется, что голова вот-вот лопнет, но через несколько минут отпустит. С тобой всё будет в порядке. — Она сделала глубокий вдох и подняла палочку. — Готов?       — Нет, — ответил Драко надломленным голосом. Он судорожно сглотнул. — Но всё равно приступай.       Гермиона склонила голову, узнав фразу. Он ответил точно так же в тот вечер, когда согласился на Обливиэйт.       Она сосредоточилась на воспоминаниях, которые удалила, и взмахнула палочкой.       — Фините Инкантатем!       Глаза Драко расширились от потрясения. Он застонал, и у него подкосились ноги. Гермиона протянула ему руку, и, когда он схватился за неё, вскрикнула: так сильно он сжал ладонь, больно стиснув пальцы. Он зажмурился и задрожал, вцепившись другой рукой в её предплечье, чтобы не упасть. Гермиона вздрогнула и пошатнулась под весом Драко, пытаясь устоять на ногах, когда он навалился на неё всем телом.       Внезапно он разжал пальцы, впивавшиеся в плечо Гермионы, и с грохотом рухнул на колени. Быстрым движением она загнала палочку в кобуру и попыталась помочь ему встать, но вместо этого он прижался лицом к её бедрам и обхватил руками её ноги. Затем судорожно втянул воздух.       — Гермиона, — прохрипел он.       Она знала, что воспоминания могут оказаться чрезвычайно яркими. Он переживал их все сразу, как будто всё это происходило прямо здесь и сейчас. Такой мощный удар по сознанию ошеломлял, и пока его мозг только начал разбираться с нахлынувшими воспоминаниями, выстраивая их в хронологическом порядке, создавая контекст и перспективу.       — Это пройдёт, Драко.       Она гладила его по волосам, а он всё крепче прижимал её к себе. Она видела, как он сжимает челюсти, стискивает зубы и пытается сдержать судороги. Через несколько минут дрожь унялась, и он медленно ослабил хватку. Когда Драко поднял лицо, чтобы посмотреть на неё, серые глаза сияли. Он уткнулся подбородком ей в талию. Она нежно обхватила его лицо, и он подался навстречу прикосновению, прикрыв глаза. Она смотрела, как он мерно дышит, как раздуваются его ноздри. Затем он снова открыл глаза. Она протянула руку, и он взял её, на этот раз намного нежнее. С некоторым трудом он поднялся и встал перед ней.       — Как ты себя чувствуешь? — неуверенно спросила она. Теперь он снова возвышался над ней, но в нём больше не чувствовалось привычной раскованности.       Драко потёр лицо и провёл рукой по волосам, невесело рассмеявшись.       — Даже не знаю. А как я могу себя чувствовать? — он с полуулыбкой перевёл взгляд на неё, обдумывая вопрос. — После всего, что я натворил?       Гермиона пожала плечами и посмотрела на него, легко улыбнувшись.       — Наверное, именно сейчас тебе и предстоит в этом разобраться.