Всё будет совсем по-другому!

«Хорошо, что салон в этой машине из хорошей кожи», - появилось сообщение от Штольмана-старшего на экране. Виктор, который ждал хоть какого-то сигнала от Ульяны, увидел его сразу же. «Будь это не так, на сиденье и руле уже были бы прорехи от того, как ты вертишься.» Витя посмотрел в зеркало на блаженно развалившегося на заднем сиденье животом кверху Фибоначчи, который щурил глаза и чуть ли не улыбался от удовольствия. Видно, Анна Викторовна астрально наглаживала его шёрстку, отчего пёс и балдел. Жаль, что он не мог видеть своих родных, как Маша. Хорошо, что он вообще мог с ними общаться, но слышать их голоса и видеть выражение глаз – это было бы прекрасно! - Что она там делает? – спросил он у заднего сиденья. Фибо даже ухом не повёл, продолжая нежиться от неземной ласки. – Уже немало времени прошло! «Не нервничай!» - последовал ответ. Вольфшпиц поднял голову, недовольно вздохнул и перевернулся на живот. Судя по всему, его больше не гладили. «Она уже идёт!» - сообщил Яков Платонович через пару секунд. Ну точно: Анна Викторовна проверила, всё ли в порядке. Виктор воодушевился, тут же перестав волноваться. Ни один дракон не покусился на Ульяну Вершинину, и теперь он отвезет её в безопасное место и шанса у драконов больше не будет. Пиликнула дверь подъезда, и Штольман опустил стекло, чтобы лучше увидеть девушку. Между ними было не больше двадцати метров, но время было позднее, и вдруг не дракон, а какой-нибудь местный тролль решит прикарманить его принцессу себе, так что бдительности терять нельзя, надо присмотреть. Ночь была темная, только фонари и несколько горящих окон разбавляли тьму. Распахнулась входная дверь, из неё шагнула под рассеянный золотистый ободок подъездной лампы Ульяна. Питерский весенний ветер тут же подхватил полы её пальто и широкую юбку и принялся играть ими, заставляя трепетать и широким парусом расходиться вокруг хрупкой фигуры. Волосы и край шарфа тоже взметнулись вверх, делая из рыжих локонов сияющее гало вокруг Ульяниной головы. Мир перед глазами Виктора как по накатанной дрогнул, перекроился, и он оказался прямо посреди ночных волн Брайана Окли. Танцующая с волнами, так что ли? Зыбкий мир полуночного моря, сияющая луна, а посреди – Селена. И вот идущая по вымощенной брусчаткой дорожке Ульяна, погруженная в свои мысли, как оказалось, вовсе не касалась земли, а плыла по сумрачным морским водам, управляя движением звезд на небосводе и даря свет жителям земли. Ну так, по крайней мере, чудилось Виктору. Увидев Штольмана, Ульяна встрепенулась, вынырнула из своих мыслей и улыбнулась. Свет всех звёзд разом, послушный воле Селены, полыхнул на небе и ослепил Виктора, а после, подпалив его сердце, потух, вернув всё на круги своя. Питерская ночь снова опустилась на город, оставив богинь и небесные светила в прошлом. - Я всё! – сказала Вершинина, приземляясь на сиденье рядом со Штольманом. В салоне сразу стало светло и даже немного радостно. Фибо восторженно взлаял, и Ульяна повернулась к нему, принимая собачий восторг и теребя собачью морду. От Ульяниных волос пахло нежной белой смородиной и сладостью винограда. Пришлось закрыть глаза. И смотреть, и вдыхать аромат одновременно было невозможно. - Всё хорошо? – спросил Штольман, когда обмен собачьими и человеческими любезностями окончился, и девушка села ровно, забирая с собой облако летних жарких запахов. - Пожалуй, - подумав пару секунд, ответила Ульяна. Она действительно чувствовала, что сделала всё, что могла, и тот камень, который долгое время давил на её плечи, наконец упал. – Что будем делать теперь? Она внимательно смотрела на него, ожидая ответа, и, кажется, всерьез была готова принять любые его слова и сделать так, как он скажет. «К чёрту окончание расследования, восстановление репутации и постепенное завоевание девичьего сердца!» - решил Штольман. – «Женюсь сегодня! Интересно, есть ли в России круглосуточные ЗАГСы? Наверняка есть! Не может не быть!» Он слегка отвлекся на проблему сиюминутного вступления в брак, а когда закончил идеей создания срочной матримониальной службы, то обнаружил, что Ульяна и Фибо одинаково внимательно на него смотрят и всё ещё ждут его реакции. - Едем домой, - сказал Виктор, потому что оставалось только ждать развития событий, все активные шаги они предприняли, можно было немного притормозить. Ульяна кивнула и потянулась за ремнём безопасности, Фибо на заднем сиденье принялся деловито укладываться. Штольман усмехнулся и повернул ключ зажигания. Надо же, какое послушание! Как только они выехали на платную дорогу, Вершинина тотчас же уснула. Она не замечала, что всё это время была внутренне напряжена, и теперь, когда ей больше не нужно было думать о том, как найти подход к Стелле, и когда они нашли того, кто устроил безумие в офисе, её отпустило и организм решил уйти в режим восстановления. - Девочка вымоталась, - с сочувствием проговорила Анна Викторовна. – Столько всего навалилось! - Да, но теперь, как я понимаю, всё будет хорошо! – проговорил Яков Платонович. – Так что пусть спит и ни о чём не беспокоится! Больше Штольман-старший ничего не сказал. В салоне воцарилась тишина. - Ну что?! – воскликнула Анна, которая не могла выносить вот такое молчание мужа. - Заметь, как девочка благосклонно приняла Витино решение! – подняв бровь, заметил Яков. Анна Викторовна открыла рот от изумления. - Ну ты серьезно?! – возмутилась она. – Даже сейчас мы будем обсуждать безопасность и мою способность воспринимать твои рекомендации? - Никогда не поздно об этом напомнить! - Да Бога ради! – воздела руки вверх Анна и исчезла, решив, что слушать о правилах поведения после смерти – это уже слишком. К тому же, Вите их поддержка уже не требовалась, а вот Машу пора было бы проверить. Штольман улыбнулся и последовал за ней. Её реакция никогда ему не наскучит! Виктор вёл машину по ночному городу, чувствуя странное довольство жизнью, хотя проблем хватало. Рядом спала Ульяна, Фибо посапывал позади, и казалось, что так и должно быть. Любопытно, как несколько недель могут кардинально изменить жизнь и внутреннее мироощущение. И поменять приоритеты. Припарковавшись, Виктор повернулся к Ульяне. Она также быстро вынырнула из сна, как и погрузилась в него раньше. - Мы уже приехали? – сонно спросила девушка, стараясь развеять сонную дымку. Взгляд не хотел фокусироваться. - Приехали, - согласился Штольман, разглядывая лицо Ульяны. Идея с круглосуточным ЗАГСом всё ещё была актуальной. Утренняя Ульяна, а именно такой вариант Верщининой несомненно был перед ним, Виктору очень нравилась, и мысль о том, что нужно тот час же забрать её себе на веки вечные всё настойчивее занимала себе место в его голове. – Сейчас поднимемся и можно дальше спать! - Я не хочу спать! – замотала головой Ульяна, изо всех сил тараща глаза. Штольман спрятал улыбку. «Надо создать фонд! - подумал он. – Фонд моментального содействия вступления в брак! Да, это будет иметь успех! Спонсоры в очередь выстроятся!» - Хорошо, - легко согласился Виктор. Дома природа возьмет своё. – Тогда поднимемся и выпьем чаю. Ульяна кивнула и стала собираться. Штольман причмокнул губами, подзывая Фибоначчи. Тот тоже не был доволен тем, что его потревожили, но на ноги поднялся и спрыгнул на асфальт. Такой слегка ворчливой компанией они поднялись наверх. Увидев диван, девушка и пёс синхронно вздохнули и поспешили коллективно на нём устроиться. Штольман улыбнулся, глядя на это единение. Он стягивал ботинки, наблюдая, как Фибо ритуально навернул два круга вокруг своей оси перед тем, как улечься рядом с Ульяной, когда зазвонил его телефон. Это был Сухов. - Да, Миша? – полушепотом спросил Витя, видя, что глаза у Ульяны снова закрылись. Пусть спит! - Быстро работаешь, дружище, - бодро проговорил Сухов. Штольман скосил глаза: два часа ночи. Интересно, он вообще спит? Сам он вряд ли так сейчас звучал в трубке. - Что ты имеешь в виду? – спросил Виктор. - Подключилась международка с французской стороны, - почти весело сказал Михаил. – Что тут уже творится! Ух! Штольман новостями был доволен. Он на это и рассчитывал. - В общем, подъезжай завтра! Сначала ко мне, а потом в кибер! Всё будет совсем по-другому!