33. Передел II

      На Формосе — этом пованивающем куске присыпанного спайсом дерьма банты — о Тайбере Занне, разумеется, слышали, но никогда не видели. Всеми тёмными делами синдиката здесь заправлял доверенный лейтенант старого криминального босса. Вернее, парочка лейтенантов…       «Да… — думал я, разглядывая этих двоих, анализируя их. — Оставшийся сугубо за рамками широкоформатных полотен, но мелькнувший где-то сиротливой строчкой малоинформативного текста Консорциум Занна “сильно изменился за лето”. И сделал это в лучших традициях нового канона».       Первым выводом логических цепей стало, что передо мной — два брата… Два бесстыже мурлыкающих друг на дружку катара с вылизанной до лоснящегося блеска чёрной шерстью… Но урчание звучало слишком непотребно-нежно, а бросаемые гангстерами взгляды преисполнялись медовой томностью… Программы писались не дураками: какие ещё оставались толкования отношений, связывающих эту парочку, кроме самых извращённо-содомических?       Впрочем, чего ещё ждать от фурри?       Но даже чувствуя, что наконец-то найден достойный конкурент аскаджийским моделям нижнего белья от гения криминальной моды Азжулы Хатта — образ, достойный полной дезинтеграции из моего измученного неизбывными воспоминаниями банка памяти, — я не собирался уходить.       В конце концов, ведь я сам довёл ситуацию до этой встречи, и сам напросился на неё.       Подбросив замаранный в тёмных делишках лендспидер на территорию Консорциума, я сделал его мишенью для Сон-туульского прайда. Зная буйный характер родианцев, не удивительно, что их внимание, минуя всякие попытки по-настоящему разобраться в деле, мгновенно переросло в неприкрытую кровавую агрессию.       В точности как я и рассчитывал. Впрочем, цели уничтожить дело рук Тайбера Занна на Формосе не стояло. Пока что.       Консорциум оказался под пускай не чрезмерным, но неприятным давлением. Как и мы. Наше физическое продвижение вперёд — расширение территории — точно так же привлекло недобрые взгляды фасеточных глаз. Единство проблемы, как это бывало во всех мирах испокон веков, естественным образом сделано меня и мурчащую парочку пушистых гангстеров союзниками. Пускай и временно. Оставалось только оформить этот союз со всей возможной официальностью.       Ради выживания концессии.       — Так ты не из Готры дроидов? — спросил Кхар. Или Раван. Различить эту сладкую парочку было делом непростым даже при моих возможностях углублённого анализа: одинаковые жесты, одинаковые взгляды. Даже блеск жёлтых как белое вино глаз — один в один! Идентичные на девяносто девять целых и девяносто девять сотых процента пушистые морды, одинаково просящие нападения злой руки, наводили на мысли о клонировании. Как-то опознать, кто есть кто в этом слившемся в порочном экстазе тандеме можно было разве что по одёжке. Кхар выглядел поприличнее. Его кожаная, усиленная дополнительной бронёй куртка была украшена не вполне уместным для фурри меховым воротником. Раван, напротив, не стеснялся демонстрировать собственную шерсть. В самых разных местах. В чём-то его «прикид» напоминал традиционный наряд джедаев… если бы знаменитые рыцари свели количество деталей в нём к минимуму, и вместо воздержания исповедовали противоположную идеологию... Или это был как раз Кхар, а в куртке с мехом щеголял Раван?       «Не важно, — отмахнулся я от бессмысленно пожирающих ресурсы системы попыток твёрдо идентифицировать братьев. — У меня тут, вообще-то, серьёзные переговоры. Надо сконцентрироваться на них».       Обычно люди, собираясь произнести речь, откашливаются, прочищая горло, но при моём дроидном состоянии в этом не было никакой необходимости. У меня и горла-то не было, если не считать проходящие через дюрасталевую шею трубки с хладагентом и маслом. Но человеческие привычки — вещь труднопреодолимая, и они возобладали над жёсткой компьютерной логикой: вокабулятор издал неопределённый, условно имитирующий рядовое «кхм» треск.       Наверное, это было необходимо, чтобы собраться с мыслями.       — Утверждение: я не имею к Готре дроидов никакого отношения, как и мой хозяин, — разумеется, я снова разыгрывал роль дроида-посланника.       — И кто же он? — прищурив жёлтые глазищи промурлыкал Кхар. Или Раван.       — Уважаемый и могущественный органик, — не задумываясь ответил я. — Его Превосходительство барон Наг Спарров.       — Никогда не слышал, — катары ответили в унисон, и тут же огладили друг друга мрущими от нежности взглядами…       — Он долгое время оставался в тени, — это было вполне себе правдой, в отличие от всей последующей лжи, — но принимал самое деятельное участие в старом движении сепаратистов: лично вёл самые секретные из дел правления Торговой Федерации, и был особенно близок к самому графу Дуку, — судя по кислым выражениям их кошачьих морд, для обоих фурри всё сказанное осталось пустым звуком. Если верить результатам поверхностного анализа, они вряд ли они могли что-то помнить о Войне клонов — в те годы их ещё на свете не было. Да и к концу имперского периода ещё из коробки самостоятельно выбраться не могли. Пора было переходит к сути:       — Его превосходительство рассчитывает, что вы, как и он, не станете мириться с вопиющей наглостью Сон-туульского прайда, этих выскочек без истории и чувства такта, — вот это уже заинтересовало Занновых стервятников. Кхар и Раван теперь поглядывали на меня с интересом. Ещё бы, они ведь не могли рассчитывать, что их боевики в одиночку справятся с натиском родианцев. Стоит Прайду высвободить и направить против них чуть больше сил, и о Консорциуме на Формосе никто больше не услышит.       — Что твой хозяин предлагает нам? — проведённый анализ голоса Кхара (или Равана) подсказал мне, что фурри с большой долей вероятности согласится на моё предложение.       — Следует объединить силы для противостояния сон-туульцам. Сейчас они заняты разборками с «Красным Ключом» и Канджиклабом — это предоставляет удобный шанс нанести удар, от которого они не оправятся.       — Но вклад будет равным, — начал один катар. За ним продолжил другой:       — И мы поделим трофеи пополам.       Такой расклад меня вполне устраивал. Пока что.       — Приемлемо, — заверил я своих новых союзников, прежде чем покинуть их логово. Можно было считать, что визит прошёл вполне удачно…       О, здесь мои сенсоры и датчики не бездействовали! Не только парочка фурри-извращенцев стала предметом моего пристального внимания. Каждый коридор, каждая комната, или то, что удалось выхватить взглядом, проходя мимо открытых дверей, фиксировалось и подвергалось буквально попиксельному анализу. Результат скрупулёзно заносился специальной программой на «подкорку» датабазы — в папки тактических данных — чтобы в нужный момент можно было извлечь эти сведения и составить с их учётом план действий. Конечно, большая часть берлоги Консорциума осталась для меня что называется «терра инкогнита», но тут в дело вступали сложные математические вычисления.       Элементов в уравнении было несколько.       Во-первых — сведения, которые удалось почерпнуть в базе данных космопорта. Ради них пришлось наведаться в гости к бывшему архивариусу отдела имперских хозяйств Формоса. Самого отдела, естественно, давно не существовало. Здание было разгромлено и разграблено, в его обшарпанных коридорах и кабинетах шуршали нищие и наркоманы, а компьютеры и базы сгинули под не знающими пощады, подбитыми железом подошвами сапог погромщиков — врагов Империи. Но предприимчивый архивариус, в те далёкие годы ещё питавший надежды на возвращение имперского порядка и своих прежних хозяев, сберёг часть вверенных ему «богатств». За сведения, сохранённые рукой этого забившегося до лучших времён в самую тёмную дыру, да так там и оставшегося человечка пришлось заплатить, и заплатить щедро. Увы, действительно интересной информации в мои лапы попали сущие крохи… Но городские топографические схемы — даже утратившие актуальность за давностью лет — всё же давали представление о размерах и планировке занятого Консорциумом сектора.       Во-вторых — результаты внешней разведки. Уже обладая знанием технических ходов и коммуникационных тоннелей — спасибо за это бывшему имперскому архивариусу — я смог провести поверхностный осмотр сектора Консорциума. За прошедшие с падения Империи годы городской ландшафт изменился в худшую сторону, немало строений пришли в полную негодность, другие — под влиянием различных условий кардинально сменили своё назначение. Теперь я смог составить вполне актуальную карту и отметить на ней узловые точки. Кроме того, наблюдение, пускай и краткосрочное, дало информацию о живой силе и технических ресурсах Занна.       В-третьих — и в последних — увиденное внутри собственными глазами. Системы безопасности, охрана, персонал…       Сложив и сопоставив известное, можно было приблизительно, исходя из размеров логова, высчитать всё неизвестное и, таким образом, получить пускай примерное, но всё равно знание о силах Консорциума Занна.       Выходило не слишком впечатляюще, но и списывать со счетов парней старичка Тайбера не стоило. Тем более, что они старательно держали марку: вооружённые до зубов боевики верхом на старых, но вполне рабочих скифах «Банта-II» патрулировали окрестные улицы, а в гараже стояла парочка всегда готовых подхватить бойцов и выдвинуться к намеченной цели бронированных транспортов F9-TZ.       Было чему поучиться.       Само логово представляло собой старую, но ещё не ветхую модульную структуру. Во времена расцвета Формоса, совпадающего с периодом владычества Империи, это была фабрика по производству тяжёлой техники. Но теперь важно было то, что защитники с лёгкостью могли превратить каждый модуль бывшей фабрики в настоящий бастион. Возможно, именно поэтому Консорциум всё ещё сохранял своё присутствие на планете, хотя и в окружении не просто не уступающих, а чаще превосходящих сил противников.       Пожалуй, даже до этого уровня нам оставалось ещё далеко… Но мы-то, в отличие от конкурентов, прибыли на Формос совсем недавно, и в этих условиях ещё хорошо держались.       Не успел я как следует отойти от базы Консорциума, как обзорное поле заслонило сообщение — встроенный передатчик уловил закодированный сигнал:       — [Процесс запущен… Сопоставление кодов… Расшифровка. Итог: успешно. Отправитель: Чамбресс Фзул]. Удивляться тому, что бит шлёт мне сообщения не стоило. Поскольку война банд — дело весьма затратное, а запасы спайса стремительно таяли, требовалось срочно освоить новые способы отъема денег у населения. С этой-то благородной целью Фзул — обладатель наиболее мощных вычислительных мозгов в нашей компании — уже некоторое время и посещал самые злачные заведения Космопорта Формос. И вот — результат.       Сообщение оказалось максимально кратким и сугубо по делу. Что ещё следовало ожидать от большеголового инородца?       Я срочно выдвинулся по указанному в сообщении адресу. Это, разумеется, оказалась кантина. Маленькая, тёмная, грязная, но весьма оживлённая. Не будучи дроидом отыскать в этой толчее теней Фзула было бы, пожалуй, невозможно. Бит без лишних слов качнул башкой в направлении нашей потенциальной цели.       За карточных столом, вокруг которого столпились зеваки, сидело несколько существ. Знаками Чамбресс дал понять, что конкретно нас интересует тощий террелианский прыгун с ирокезом красных волос на голове. Судя по расслабленной позе и самодовольному выражение физиономии, игра шла для него успешно. Он запросто заставил отдать последнее сидевшую напротив него тогруту, затем — поступил точно так же с тремя другими соперниками. Большеухий коротышка ланник встал из-за стола с громкой руганью. Судя по интонации, немного оставалось, чтобы он обвинил победителя в жульничестве… Но, когда это произошло, выраженному в рукоприкладстве гневу уже не на кого было излиться — невероятно изворотливый террелианский прыгун уже пропал!       Не обладай я повышенной реакцией и проворством дроида-коммандос, задача трудно догнать этого развившего огромную скорость органика была бы не столь проста. Он не только быстро бегал, но ещё и очень высоко прыгал. Судя по записи в моей датабазе, это было типично для представителей этого вида… Но меня интересовала не биология, а приобретённые навыки шулера.       — Поговорим? — поинтересовался я, уже крепко сжимая дюрасталевыми пальцами тощую шею прыгуна. Всего за пару минут, в течение которых длилась погоня, мы успели отмахнуть от кантины чуть не на два квартала.       — Чего те? — нагло возмутился органик. Одна из его длинных ног чуть было не лягнула меня между ног… но мозг прыгуна заблаговременно осознал бессмысленность этого жеста, и конечность безвольно повисла. — Ты из Готры дроидов? Я ни чё не делал!       — Вопрос: уверен? — я легонько тряхнул прыгуна, чтобы привести его память в норму. — А я ведь большой поклонник твоих талантов…       На самом деле, это было правдой только с определённой точки зрения. Впрочем, именно я направил Чамбресса Фзула на поиски… Не этого конкретного мясного мешка, но подобных ему.       Они были нужны мне для «Королевы желаний».       В конце концов, может кантина и способна процветать только на торговле алкоголем, но серьёзная организация — а я считал нашу концессию таковой — нет. Следовало расширяться. И активно.       К спайсу и крепкому пойлу хорошо подходили красивые девушки, и мы это устроили. Рабыни-нотоиинки бойко привлекали клиентов. Их танцы, в том числе приватные, приятно разбавляли замешанную на винных парах, табачном дыме и тенях атмосферу кантины. Золотистые тела будто настоящие драгоценности струились в танце под живую музыку, которую обеспечивала небольшая, но способная группа музыкантов.       Распалённые женской красотой, выпивкой и спайсом клиенты становились… азартны… И мы поспешили удовлетворить их нужду, обеспечив тотализатор. Сперва — самый примитивный. Транслировать гонки с Маластера, или других миров и принимать ставки совсем не сложно. Нужен сносный голоприёмник и умелый счетовод. Первый мы приобрели на местной барахолке. Второй уже давно числился в нашем штате. Не все посетители любили дроидов, но привыкший иметь дело с головорезами на Кесселе AU-DT неплохо справлялся с враждебностью. Жаловался, конечно, что это не та «аудитория», которую он хотел бы видеть, но дело своё делал. Тем более, что он невероятно быстро настроил свои дроидные мозги на анализ гонок, и отменно навострился предугадывать, а вернее просчитывать вероятных победителей.       Это приносило свой барыш, как и всё остальное… Кучи… целые горы затёртых мелких монет и замусоленных банкнот. Ведь основной наш контингент никто не назвал бы состоятельными личностями. Скорее. Сомнительным сбродом, но на Формосе другого не водилось.       Хорошо, что мы были клиентами Косминационального банка Лукре. Похожий на гриб-волнушку в смокинге банкир, с которым мы познакомились на показе мод у Азжулы, — Ланча Париццоро — помог наладить в том числе и обмен потока мелочи на нормальные деньги, с которыми уже можно обращаться к продавцам оружия. А чтобы мы могли обращаться к ним чаще, расширяя свой арсенал для борьбы за Формос, нам и понадобились существа вроде найденного Фзулом террелианского прыгуна.       Не все, как этот конкретный органик, намочив штаны от страха сразу соглашались на сотрудничество сразу. Некоторым требовалось более весомые аргументы. Не в виде бластера, разумеется: в задуманном мероприятии это было бы лишним. В конце концов, большинство соглашались, что необходимость научиться «делиться», побыть чьей-то пешкой, не такая уж большая плата за надёжную «крышу» и всегда свободное местечко для хорошей игры.       Теперь кто-нибудь из наших время от времени подходил к ним, сидящим за столиками для сабакка во внутренних залах «Королевы желаний», и ему отдавали всё, что было выиграно.       В результате деятельности Фзула опытных игроков у нас на службе оказалось несколько — чтобы не привлекать внимания, и не слишком примелькаться, они работали в несколько смен. Без шулерства — только на опыте! Неплохие психологи, эти ловкие парни сами знали, как нужно вести дело. Сначала они давали своим жертвам выиграть раз и другой, а когда те, поверив в свою удачу, ставили на кон всё заработанное за неделю, или даже больше, то немедленно проигрывали… Разумеется, никто не вышвыривал проигравшего за порог! В «Королеве желаний» царила куда более доброжелательная атмосфера. К проигравшемуся в пух и прах мясному мешку подходили и предлагали взять в долг. Чтобы отыграться здесь или сейчас, или дотянуть до следующей получки и рискнуть уже тогда. В любом случае, для этих субъектов начиналось настоящее падение в наши ловко расставленные сети.       Очень гуманный, и относительно приличный способ делать деньги. Меньше, чем от спайса, но и не так опасно. Правда, даже здесь порой случались казусы... Вроде бы хороший парень, взятый к нам банкомётом, отъехал на ближайшую мусорную свалку сразу после того, как утаил часть выигрыша. Жестоко, но без жестокости утвердить свой авторитет среди сброда Внешнего Кольца было попросту невозможно: здесь буквально все занимались тем, что терроризировали друг друга. Например, наши дроиды KXFO в союзе с боевиками Консорциума Занна теперь денно и нощно охотились на отряды смерти Сон-Туульского прайда. Благодаря этому удалось продвинуться ближе к границам Третьего сектора и обложить данью новую территорию… Отвечавший за контроль над ней родианец — Рыжий Дигго — вполне естественно счёл это личным оскорблением.       Мы с «Десанном» как раз объясняли одному туповатому лавочнику, в чью пользу теперь должны идти все «налоги», «комиссионные сборы» и «пенсионные отчисления», когда раздался звон стекла. Разбив вдребезги старую мутную витрину, в лавку влетела весело перемигивающаяся огоньками серебристая сфера.       Термальный детонатор.       — Берегись! — похоже, последующие события вызвали кратковременный сбой в памяти, и я так и не смог с твёрдой уверенностью сказать, кто именно кричал. Одно ясно: только моя зависящая от процессоров и сервоприводов реакция спасла нас от смерти. За считанные скунды получилось не только подхватить смертоносный снаряд с пола, но и вышвырнуть его обратно. Взрыв прогремел сразу вслед за этим. Снаружи, но всё равно — слишком близко. Пламя и жар ворвались внутрь лавки. «Десанн» отделался лёгкими ожогами, а вот мне жёстко разворотило корпус и повредило правый верхний манипулятор.       По сути, он превратился в висящие на тонких обугленных проводах ошмётки.       Наверное, будь я человеком, то умер бы от болевого шока, или просто шока от потери конечности. Зрелище было не для слабонервных: искры, льющееся словно кровь масло, сдохшие приводы и дымящаяся проводка… Тут же перед глазами вспыхнуло системное оповещение:       — [Состояние: неудовлетворительное. Коэффициент 63,5%. Рекомендовано незамедлительно обратиться в центр техподдержки и обслуживания].       Но, вопреки всему, меня переполняла исключительно холодная, готовая разродиться нечеловеческой жестокостью злоба. Жажда [необходимых ответных действий] — так это определили поведенческие программы. И как только системы пришли в норму, возобновилась нормальная подача энергии во все узлы, а из раскуроченных деталей перестали хлестать смазка и хладагент, я выскочил наружу — прямо через разбитую витрину — и, выхватив левой уцелевшей рукой бластер, открыл прицельный огонь.       Поскольку события разворачивались в самый разгар дня, а дым от взрыва ещё не рассеялся, некоторые их моих выстрелов поразили совсем не те цели, на которые я рассчитывал… Разразились крики, ещё громче и безумнее, чем сразу после взрыва. Прохожие кинулись врассыпную: трупов и так было много, и никто не хотел пополнять их число. Рыжий Дигго вполне мог бы воспользоваться поднявшейся суматохой, чтобы скрыться, но не сделал этого. Похоже, он и его дружки растерялись, и не смогли даже воспользоваться преимуществом, которое давал им численный перевес. А как только очухался «Дессан», его тяжёлый бластерный карабин тут же присоединился к заварушке, и окончательно переломил ситуацию в нашу пользу. Вдвоём мы уже без труда раздавили родианцев. В том числе буквально.       Сократив разделявшее нас расстояние до минимума, я отбросил бластер в сторону, чтобы освободившейся лапой — единственной лапой — вжать Рыжего Дигго его резиновой мордой в крошащийся пермакрит тротуара. Мой противник захрипел и дико засучил ногами. Его ручонки полезли в дыры на моём корпусе, пытаясь своими присосками нащупать и вырвать центральные узлы… Он надеялся отключить меня раньше, чем я убью его. Этого допускать было никак нельзя. Всего лишь самую малость больше энергии в сервоприводы пальцев… и голова родианца с сочным хлюпом треснула, как гнилая хубба-тыква! По чёрной лакированной дюрастали потекли кровь и ошмётки мозгов.       Дальше в дело пошёл вибронож. Одной рукой осуществить задуманное было не так-то просто, так что мне помог «Десанн». Вдвоём много времени нам не потребовалось.       — Бросим в морды этим мясным мешкам, — я небрежно помахал оттяпанной от дохлого родинца конечностью, — пусть полюбуются.       Татуировки и массивный золотой перстень на пальце должны были помочь сон-туульцам опознать хозяина «осиротевшей» руки. Очень хотелось, чтобы их босс — Коротышка Тото’Риин — знал, что его ждёт точно такая же участь.